Клуб Поттера (Club Potter)

Она какое-то время не отвечала, несмотря на то, что знала, что согласится. Она сделала слишком много, чтобы остановить миссию на этом этапе… — Как пожелаете, сэр, — выдохнула она. Его руки расслабились, что дало ей возможность встать. Она повернулась и посмотрела на дверь, отчасти для того, чтобы подумать о побеге, отчасти для того, чтобы скрыть свое выражение лица. Пока она это делала, мистер Вайт играл со своим телефоном, что немного раздражало Гермиону, но тут свет внезапно потускнел, и следом заиграла чувственная песня, каждый бит которой сопровождался грохотом баса, который отражал ее сошедшее с ума сердце. И классический офис превратился в типичный стриптиз-клуб… Это ее последний шанс, поняла она. Как только она сядет, она не сможет остановить развитие ситуации. Но это значило бы прекращение миссии… И что еще хуже, это значило предать собственное тело. Она никогда не чувствовала себя так, нетерпеливо бьющееся сердце распространяло жар по всему телу… Она никогда раньше не хотела ничего подобного… никогда не нуждалась в этом так сильно. «От этого ведь не будет никакого вреда?», рассуждала она. Он даже не знал ее настоящего имени, и она сомневалась, что ее узнают потом, когда Гермиона уйдет. Она была здесь совершенно другой… И вот так, еще до того, как она повернулась, решение было принято. Она медленно повернулась к нему и сделала шаг вперед. — Как пожелаете, сэр, — прошептала она, и хриплое отчаяние в ее тоне было вполне заметным. Затем она повернулась спиной, подняла задницу и начала покачивать бедрами. Пока она танцевала, ее взгляд был устремлен в зеркало, и она не узнавала девушку, которая смотрела в ответ. Сердце ее начало покалывать и она снова повернулась к своему боссу. Его внимание было сосредоточено на юбке, которая двигалась в темпе с ее танцем, открывая еще больше обнаженной кожи. Пристального взгляда было достаточно, чтобы погрузить ее разум в глубокий хаос. Бедра Гермионы продолжали раскачиваться в темпе с музыкой, когда она поставила ногу на диван, ритмично двигаясь вперед-назад. Она танцевала то, что не могла представить себе раньше, но музыка давала ее телу свободу. Ее руки скользнули вверх по бедрам, продвигаясь дальше, пока они наконец не обхватили нижнюю часть груди, увеличивая декольте еще больше. Ее тело покачивалось, когда она раздвинула ноги, наклоняясь вперед, представляя, что бы произошло, если бы у нее было больше наблюдателей. Она закрыла глаза, воображая себе аплодисменты людей, умоляющих ее раздеться, отчего по ее телу пробежала дрожь. «Все ради миссии», — повторяла она мысленно снова и снова, но это не заставило воображаемые аплодисменты исчезнуть. Она снова скользнула пальцами вниз и отвернулась, на этот раз схватившись за юбку, чтобы поднять ее вверх, обнажая свои трусики. Затем ей в голову пришла идея, и она наклонилась, схватив себя за лодыжки и показывая свою едва прикрытую задницу временному боссу. Это движение испытывало пределы ее гибкости настолько, что ноги начали болезненно гореть, но возбуждение, которое она испытала, невозможно было скрывать. Продолжая покачиваться, она снова встала в полный рост. Ее глаза были закрыты, она не решалась посмотреть в зеркало. Она сомневалась, что сможет смириться с унижением, если даже на такое он не обратит внимания. С минуту она танцевала спиной, боясь повернуться. — Ты гриффиндорка, веди себя соответственно, — прошептала Гермиона, ее голос был достаточно тих, чтобы раствориться в грохоте песни. Затем она повернулась и открыла глаза. Только для того, чтобы увидеть, как он, не отрываясь, следит за ней. Это и напугало ее, и заставило задрожать от волнения. Она схватила свою сексуальную рубашку и одним движением избавилась от нее, пряча грудь лишь за лифчиком. Задача, для которой этот предмет одежды не совсем подходил, что подтвердила растущая улыбка ее босса. Гермиона чувствовала себя смелой и храброй… — Ну, сэр. Я помню, как вы просили меня потанцевать на ваших коленях, — прошептала она, снова обернувшись, и на этот раз откидываясь назад … Внезапно почувствовав какое-то давление снизу. Намного сильнее, чем она ожидала. Ее глаза были широко раскрыты. Она могла бы даже подумать о побеге, если бы не его руки, лежащие на ее животе и удерживающие на месте. Он не держал ее слишком сильно, это было совсем легкое прикосновение, но присутствия его пальцев все же было достаточно, чтобы чувствовать себя прикованной к его коленям. У нее были очень большие проблемы, но она продолжала двигать бедрами, пока ее промежность плотно прилегала к его выпуклости. Она была рада, что он одет, поскольку в данных обстоятельствах ее трусики по факту уже не имели значения, настолько они были мокрые. «Этого достаточно», решила Гермиона, схватив его за запястья, намереваясь оттолкнуть их. Однако ее тело восстало против ее воли, и она поняла, что вместо этого притянула его руки к своим бедрам. Руки Вайта двигались, и ее бедра следовали его молчаливому приказу, покачивая бедрами вперед и назад. Спина девушки выгнулась, и она прижалась к его груди. Его невероятно мускулистая грудь, различимая даже сквозь одежду, явно не играла в ее пользу. А тут еще и его голова, внезапно прижавшаяся к ее шее настолько, что дыхание касалось ее кожи. Руки Гермионы медленно двинулись к груди, сжимая ее через бюстгальтер, и этого прикосновения было достаточно, чтобы еще больше разжечь ее тело. В следующий момент она, погруженная в свои мысли, почувствовала, что одна из его рук коснулась ее спины, поглаживая вдоль позвоночника. Ощущение было потрясающим, но несравнимо по сравнению с огнем внутри нее. Однако не обращать на это внимание оказалось ошибкой. Прежде чем она успела это осознать, он уже расстегнул ее лифчик и стянул его, оставив ее еще более обнаженной, чем мгновение назад. И вот так ее руки стали прикрывать грудь вместо того, чтобы продолжать их ласкать. Она в панике настолько сильно схватила их, что у нее вырвался стон, а над ухом раздался его громкий сводящий с ума смех. — Пусть юбка останется, — прошептала она, — пожалуйста? Еще один смешок. — Прости, что? — спросил он, игриво шлепнув по ее заднице. Ответ был дан на автомате. — Пожалуйста, сэр, — поймала она себя на том, что шепчет. — Хорошо, обещаю, что юбка останется, — сказал он. — Теперь о награде: почему бы тебе не убрать эти руки, чтобы я мог насладиться этой красивой грудью… Гермиона, словно загипнотизированная, последовала этому приказу. В конце концов, это было справедливо. Поднявшись, она снова наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, он энергично кивнул и песня сменилась. Ее бедра сильно раскачивались, и это движение заставляло прыгать ее обнаженную грудь. Взгляд Гермионы обратился к зеркалу, и она не могла поверить в то, что она видела. Она, почти обнаженная, танцевала на коленях у незнакомца, с выражением лица более распутным, чем любое, которое она когда-либо видела. Она потеряла не только контроль над ситуацией, но и желание повлиять на нее. Пока играла музыка, руки Вайта медленно поднимались вверх. — Кажется, тебе трудно быть топлесс, — прошептал он. — Немного, сэр, — ответила Гермиона, не в силах солгать. — Тогда позволь мне помочь, — прошептал он в ответ, и его руки накрыли ее грудь так же, как и она минуту назад, что еще сильнее усилило ее желание. Мужчина нежно ласкал ее грудь, его прикосновения обжигали ее кожу, заставляя желать еще большего. Ей хотелось бы, чтобы он вообще не прикрывал их, но Гермиона обнаружила, что ей сложно что ли возразить ему. Пока он ласкал ее грудь, ее бедра дико танцевали, следуя предыдущему ритму его рук, даже когда они были заняты чем-то другим. Эмоции нарастали, заставляя ее задыхаться и тяжело дышать, и вскоре девушка снова закрыла глаза, надеясь, что отсутствие взгляда на то, что происходит, поможет ей контролировать свои эмоции. Это оказалось не так, явно не когда его пальцы безжалостно играли с ее сосками и его выпуклость упиралась в нее снизу. Ее самоконтроль был разбит вдребезги, когда он продолжал поглаживать ее грудь и твердеющие соски. Внезапным порывом инстинкта она встала, ожидая, что ее остановят, но, к ее удивлению, он не сделал ничего подобного. Она имела право уйти… Жаль, что она зашла слишком далеко, чтобы пойти на это. Она была возбуждена сильнее, чем когда-либо в своей жизни, поэтому просто повернулась и снова села к нему на колени, на этот раз лицом к лицу. Его губы были соблазнительно близко, но она проигнорировала это. Даже в данных обстоятельствах это казалось слишком смелым шагом. Вместо этого она схватила его за шею, обвила ногами его талию и выгнула спину, отчаянно раскачиваясь. Единственное, что мешало зрительному контакту, — это солнцезащитные очки. Пора этой помехе исчезнуть, решила она, хватая и стягивая его очки. Ошибка, поняла она в тот момент, когда его взгляд ударил ее по ней. Кенди была права, подумала она, смотря в самые зеленые глаза, которые она когда-либо видела, которые обладали каким-то магическим притяжением. Голос предал Гермиону, и ее охватило возбуждение, которого она никогда раньше не чувствовала. Тот факт, что возбуждение было также направлено на нее, было достаточно, чтобы полностью перехватить у нее дыхание. Потерявшись в его взгляде, она почти не реагировала, когда он укладывал ее на диван на спину или когда ее ноги каким-то образом оказались у него на плечах… Гермиона отреагировала только тогда, когда почувствовала, как его пальцы схватили ее трусики и стянули. — Вы обещали, сэр, — задыхающимся голосом сказала она. — Да, и я не нарушаю обещаний, — ответил Вайт, его ухмылка уже была достаточно коварной даже без учета озорного блеска самых красивых глаз, которые она когда-либо видела. — И каково было мое обещание? Осознание этого поразило ее. — Юбка останется, сэр, — признала Гермиона, побежденная простой формальностью. Она проиграла… Однако просто попросить его просто остановиться ей даже в голову не пришло…