окурки.

***

— сиди спокойно. серый хмурится и ставит колено на чужое бедро. от болезненного оттенка в сощуренных глазах на лицо почти лезет садистская ухмылка. это было бы страшное зрелище. кир точно хочет покрыть его трёхэтажным испанско-украинско-русским матом, но щипцы, вытянувшие язык изо рта, послали его на хуй с этими желаниями раньше. зачем он вообще просил, если так ссытся сейчас? — не ёрзай, кому сказал. кир показывает средний палец. закатив глаза, серый чуть сильнее сжимает щипцы и приставляет иглу. — рот шире. неожиданное беспрекословное выполнение. кир с силой смыкает веки, когда язык наконец обзаводится дыркой. серый ставит начальную штангу за пару секунд и в порыве издевательской нежности утирает с чужих глаз слёзы. — очень больно было? кир бросает в него гневный взгляд и закрывает рот. чтобы через полминуты ответить: — ожидал большего. думал, раз делаешь ты, на месте умру. — если бы я тебя убил, меня бы потом убил тим. ему спасибо скажи. — всё не могу привыкнуть, что ты его боишься, — кир говорит осторожно. из-за свежего прокола, а не потому, что не хочет спровоцировать срыв. — я не боюсь. просто знаю, на что он способен, — звучит как оправдание, но они оба знают, что это не так.

***