Химичка с чертовским характером…

Воскресенье началось с тревожного пробуждения. Маша проснулась с одной мыслью в голове: план. План мести, который должен был вернуть ей хоть каплю самоуважения. Не раздумывая, она написала Тане короткое сообщение: «Приезжай. Обсудим план». Ответ пришёл почти мгновенно: «Через полчаса». Ровно через тридцать минут в дверь постучали. На пороге стояла Таня, её щёки розовели от утреннего холода. — Привет, Маха! — она обняла подругу и шагнула в прихожую, оглядываясь. — А где твоя мама? Всё ещё нет? — Вообще без понятия, — Маша пожала плечами, закрывая дверь. — Вчера сказала, что будет вечером, когда мы приедем с природы. Но как видишь — нет. Слава богу, ключи я взяла. — Жесть… Может, у тебя есть догадки, где она? — Таня скинула куртку. — Честно? Не знаю. Обычно она всегда предупреждает, если куда-то идёт. А тут… тишина. — В голосе Маши прозвучала беспомощность, которую она тут же попыталась скрыть. — Понятно. Ну что ж, пошли воплощать наш план мести! — с деловым видом сказала Полякова, и они прошли в комнату Маши. В спальне царил привычный творческий беспорядок. Маша села на кровать, взяла телефон в дрожащие руки. Адреналин уже начинал бить в виски. — Так, — начала она, глядя на экран. — Сейчас я должна позвонить Анджелине и попросить записаться, верно? — Да, — кивнула Таня, усаживаясь рядом. — И говоришь, что хочешь записаться на понедельник, то есть на завтра. Например, на 19:00. — Фух, ладно… — Маша сделала глубокий вдох, набирая номер, который ей скинула Таня. В этот момент её взгляд скользнул в окно, и она замерла. В квартире напротив, в спальне Лауры, сидели две фигуры. Лаура и та самая блондинка с фотографии. Ангелина. — Таня! — прошептала она, не отрывая взгляда от окна. — Они! Они как раз в одной комнате сидят! Таня присоединилась к наблюдению, прикрывшись шторой. — Идеально. Звони прямо сейчас. Пусть услышит. Сердце Маши колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Она нажала кнопку вызова. В квартире напротив раздался мелодичный звонок. Ангелина, сидевшая на диване рядом с Лаурой, взглянула на экран. — Алло? — её голос прозвучал по громкой связи, молодой и приветливым. — Это… Анджелина? — стараясь говорить уверенно, спросила Маша. — Да, здравствуйте! Чем могу помочь? — Я видела у вас в профиле, что вы ищете моделей для портфолио… — Маша говорила, не сводя глаз с окна. Она видела, как Ангелина улыбнулась, что-то сказала Лауре, та лишь подняла бровь. — Да, верно! Я так понимаю, вы хотите записаться как модель? — Ага. — Поняла! Вам на когда будет удобно? — Можно… на завтра? На 19:00? — Маша старалась, чтобы её голос не дрожал. — Да, конечно! Уже записала. Только можно попросить вас скинуть своё фото в личные сообщения? Чтобы я понимала, с чем работать, какие черты лица подчеркнуть. — Окей, хорошо. До свидания. — До свидания! Маша сбросила вызов и выдохнула, будто только что пробежала стометровку. — Фух… — выдохнула она, оборачиваясь к Тане. — Ну что? Всё получилось? — Да! Она попросила скинуть фото. Ну и отлично! — Таня потирала руки. — Она как раз с Лауркой сидит. Сейчас, может, и покажет твоё фото. Интересно будет наблюдать за этой картиной, хаха! Маша, уже с плохо скрываемым злорадством, быстро выбрала в телефоне своё самое удачное, слегка кокетливое селфи и отправила его на номер Ангелины. Затем они обе уткнулись в окно, стараясь не выдать своего присутствия. Тем временем у Лауры. Ангелина, улыбаясь, прокручивала только что пришедшее фото на своём телефоне. — Ну и кто звонил? — спросила Лаура, откинувшись на спинку дивана. В её голосе звучала лёгкая, почти незаметная напряжённость. — А, да так, по работе. Новая девочка хочет записаться на макияж. Интересно, — ответила Ангелина, не поднимая глаз от экрана. — Ух ты, это уже интересно. А ну, покажи-ка, какая красотка к тебе попала, — с деланным любопытством протянула Лаура. Ангелина, ни о чём не подозревая, повернула к ней телефон. На экране сияло улыбающееся лицо Маши Третьяковой. Кареглазая, с растрёпанными белокурыми волосами, с вызовом в взгляде. — Ну, как тебе? — спросила Ангелина. — По-моему, очень даже симпатичная девушка. Впервые встречаю таких… ярких блондинок. Лаура несколько секунд молча смотрела на фото. Ни один мускул не дрогнул на её лице, но в глазах, казалось, на мгновение вспыхнула холодная, яростная искра. Она медленно отпила из своей чашки кофе. — Эй, ну ты чего? Не злись! — засмеялась Ангелина, замечая её настроение. — Ещё будет время побыть вместе. Это же моя работа, мне нужно набираться опыта! Ладно, я в душ , — она наклонилась, нежно поцеловала Лауру в щёчку и вышла из комнаты. Как только дверь закрылась, лицо Лауры исказила гримаса холодной ярости. Она тихо, но с такой силой, что её пальцы побелели, сжала свою чашку. — Сучка Третьякова… — прошипела она в тишину. — Интересный у тебя план, конечно. Теперь понятно, какого ты поля ягода. Ну что ж… Посмотрим, чей план окажется лучше. Тем временем у наших подруг царило ликование. — Бля, Таня, ты видела лицо Лауры, когда та показала моё фото?! — Маша, чуть не прыгая на месте, тихо визжала от восторга. — Хахаха! Она аж почернела вся! — Туда её! Ахаха! — смеялась Таня. — Может, выпьем по бокальчику за этот гениальный план? — С удовольствием! Они достали припрятанную бутылку вина, налили по бокалу и чокнулись. Адреналин от маленькой победы смешивался со сладким вкусом вина. Они болтали обо всём на свете: о Лауре, о Стасе, об одноклассницах, строя самые невероятные предположения. Но постепенно эйфория стала спадать. Маша задумчиво покрутила бокал в руках. — Тань… — начала она нерешительно. — Я уже… не уверена в этом плане. — Почему? — насторожилась Таня. — Не знаю… Желание как-то пропало. Всё это выглядит грязно. — Так, Маха, не начинай! — Таня ткнула её пальцем в плечо. — Пока делаем так, как договаривались. Ты просто придёшь и миленько побеседуешь. А дальше — видно будет. Тем более мы ей уже позвонили, деваться некуда. — Ну да… Ты права, — сдалась Маша, но в голосе её не было энтузиазма. — Ладно, может, это и к лучшему… — Надеюсь, — вздохнула Таня. Потом посмотрела на часы. — Слушай, не хочешь, чтобы я у тебя на ночь осталась? А то завтра рано вставать. — Да без проблем! — оживилась Маша. — А если моя мама придёт, что скажешь? — спросила Таня — Ой, да брось, она тебя знает с детства. Не будет же она тебя гнать из дома… — Маша сделала глоток вина. — Ну, максимум, поругается на меня за беспорядок. И всё. — Ну, ладно тогда… — Таня потянулась. — Кстати, ты видела, что писали в общем чате класса? — Эм, нет. А что там такого? — Написали, что завтра вместо физры у нас химия. Последние два урока. Маша застонала. — Жесть… А я уже думала с физры сваливать, он же последний был! — Хах, а теперь — хуй свалишь, — злорадствовала Таня. — Я более чем уверена, Лаурка тебя будет валить на полную катушку. — Не то слово… — мрачно согласилась Маша. — Так, ладно, Маха, пошли спать. А то нам завтра рано вставать, первый же — английский. — Давай. Я только посуду помою, и идём. Утром в понедельник Машу разбудил не будильник, а громкий, нетерпеливый стук в дверь. Она с трудом открыла глаза, посмотрела на время: 6:00. — Серьёзно? Шесть утра, блять… — пробормотала она, сползая с кровати и натягивая первый попавшийся халат. Со сна, она не сразу сообразила, что происходит. Открыв дверь, она увидела свою маму. И не одну. Рядом с ней, пошатываясь и явно находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, стоял незнакомый мужчина лет пятидесяти. — Мама? — растерянно спросила Маша. Мама Третьяковой сияла пьяной, беззаботной улыбкой. — Опа! А это моя доча! Я тебе про неё говорила, Саш! — она толкнула мужчину локтем в бок. Тот мутным взглядом обмерил Машу с ног до головы. — Ой, ну посмотри, какую красотку вырастила! Вся в мамку пошла, ха-ха! От его дыхания, перегара и дешёвого одеколона, Машу чуть не вывернуло. — Мам, я всё, конечно, понимаю… но это кто? — она попыталась говорить как можно твёрже, но внутри всё сжалось в комок страха и брезгливости. — Знакомься! Это твой новый отчим! Дядя Саша! — объявила мама с пафосом, обнимая мужчину за талию. У Маши отвисла челюсть. — О… шалеть… — Доча, иди ещё поспи! Мы с дядей Сашей тебя потом разбудим, хорошо? — мама уже толкала мужчину в сторону своей спальни, явно не замечая ничего вокруг. Как можно было понять, оба были в крайне неадекватном состоянии. Как только дверь в мамину комнату захлопнулась, Маша бросилась к Тане, которая всё ещё мирно спала. — Таня! Вставай! — она принялась трясти подругу за плечо. — М-м… что? — та протестующе замычала. — Вставай, у меня мама с каким-то мужиком приперлась! Пьяные в стельку! — Что?! — Таня моментально села на кровати, сон как рукой сняло. — Что слышала! Поэтому мы сейчас как можно скорее собираемся и валим отсюда нахуй! — Без проблем! — Таня уже скакала по комнате, собирая свои вещи. Они собрались за рекордные тридцать минут, двигаясь тихо, как диверсанты, и вылетели из квартиры, словно её подожгли. На улице, отойдя на безопасное расстояние, они перевели дух. — Так, Маха, а теперь всё поподробней, — потребовала Таня. — Ну, что ещё подробней? Меня разбудил стук в дверь в шесть утра. Я увидела пьяную мать с каким-то не менее пьяным мужиком. И слава богу, она тебя не заметила. Спала бы ты у меня на полу — был бы конец. — Вот так называется «ночёвка»… А что мы теперь будем делать? — Ну… идём в школу. Что ещё делать? Подруги неспешно пошли в сторону школы, обсуждая произошедшее и строя догадки, кто такой этот «дядя Саша». По дороге Маша старалась отогнать от себя тяжёлые мысли, но они лезли в голову: *А если он останется? Если мама и правда с ним?* В школе было непривычно тихо и пусто. На часах было всего 7:00. Охранник, сидевший на вахте, поднял на них удивлённый взгляд. — И что делают школьницы в школе в столь раннее время? — поинтересовался он. — Получать знания пришли! — язвительно парировала Маша, проходя мимо. Они устроились на диване в холле на первом этаже, решив ждать начала первого урока. Маша беспокойно оглядывала коридор. И тут её взгляд уловил знакомый силуэт в самом его конце. Лаура. Она стояла, прислонившись к стене, и о чём-то разговаривала по телефону. Вид у неё был сосредоточенный, деловой. — Тань, видишь? Вон, в конце коридора, Лаура стоит, по телефону болтает, — указала Маша взглядом. — Ну и? — пожала плечами Таня. — Она щас будет идти мимо нас. Давай будем в голос «обсуждать» то, что я сегодня иду к её девушке на макияж. Пусть «случайно» услышит. — Давай! — глаза Тани загорелись азартом. Маша нарочито громко вздохнула и начала, играя голосом: — Блин, Тань, не представляешь, сегодня иду к такой классной девочке… Анджелина, вроде, зовут. — Она специально сделала акцент на имени и бросила взгляд в сторону Лауры. Та, казалось, не обратила внимания, продолжая разговор, но её поза стала чуть более напряжённой. — Это уже интересно! А красивая хоть? — вступила в игру Таня. — Ну, конечно! Такая нежная и элегантная. Впервые таких встречаю. И ещё моего возраста — просто супер! — Ну, Маха, ты, конечно, молодец. А что вы делать будете? — Таня пододвинулась ближе и наклонилась к уху Маши, будто для секрета и сказала: — Посмотри на Лауру. Маша недолго думая повернула голову. Их взгляды встретились. Лаура смотрела на них. Не просто смотрела — её взгляд был злостным, тяжёлым, полным такого холодного гнева, что у Маши по спине пробежали мурашки. Она уже положила телефон в карман и медленно, не спеша, начала движение в их сторону. — Тань, давай сделаем вид, что мы её только что заметили, и я резко переведу тему, — быстро прошептала Маша. — Так что вы делать-то будете? — громко повторила Таня. — Ну, вообще-то я к Анджелине на макияж записалась. Там и поболтаем, и может… выпьем чего, — закончила Маша и резко повернула голову, как будто только что увидела приближающуюся учительницу. — Ой! Девочки, а чего это мы так рано в школе делаем? — раздался над ними ровный, холодный голос Лауры. Она остановилась прямо перед ними, скрестив руки на груди. — Не поверите — учиться пришли! — с самой невинной улыбкой, какую только смогла изобразить, сказала Маша. — Это похвально. Особенно от тебя, Мария, — Лаура сделала ударение на её имени, и в её голосе прозвучала лёгкая, но отчётливая насмешка. Она невольно присела на диван рядом с Машей, так близко, что та почувствовала запах её духов. — А вы чего так рано тут? — спросила Таня, обращаясь уже к Лауре. — Решила… так сказать, более тщательно подготовиться к урокам. Особенно к последнему, — ответила Лукина, слегка ёрзая. — Хм… Аж заинтересовали. Что ж там такое будет? — спросила Маша, не отводя взгляда от своей преподавательницы. — Это впервые у вас получилось, Лаура Альбертовна, — вступила Таня. — Маха от слова совсем не любит химию. — Ну, надеюсь, в скором времени всё изменится, — сказала Лаура, её губы растянулись в тонкой улыбке. Затем она встала. — Мне пора. Удачного дня, девочки. — И, бросив на Машу последний многозначительный взгляд, она направилась к своему кабинету. Девочки ещё несколько минут сидели в полном молчании, переваривая произошедшее. — Блин, она как будто всё знает… — наконец выдохнула Таня. — Она и знает, — мрачно сказала Маша. — Она же слышала тот разговор у окна. Она знает про Ангелину. И теперь знает, что я к ней записалась. Это… как игра в кошки-мышки. И я чувствую себя мышкой. — Не раскисай! План в силе! — подбодрила её Таня, но и в её голосе уже не было прежней уверенности. Перед самым первым уроком Маша решила сходить в туалет. Недалеко от кабинета химии. — Таня, я в туалет. Идёшь со мной? — подмигнула она подруге. — Не, иди сама. Мне стрёмно в школе курить, да ещё и рядом с кабинетом химии, — отказалась Таня. — Ой, зануда! Ладно, — вздохнула Маша, вставая. — Иди хотя бы на шухере постой. Если что — просто кашляни, если кто из учителей будет идти. — Окей. Давай быром. Таня встала у двери в туалет, периодически выглядывая в щель и проверяя обстановку. В один из таких моментов, когда она хотела высунуть голову, дверь резко распахнулась изнутри, и она получила ею по лбу. — Ой! — вскрикнула Таня, потирая лоб. Перед ней стояла Лаура. Совершенно спокойная, со своей фирменной, холодной улыбкой. — Татьяна, а чего мы тут стоим? — строго спросила она. — Да я… Машу жду. Она в туалете, — растерянно ответила Таня. — И что же «Маша» делает такого интересного в кабинке? — Лаура сделала шаг внутрь. — Ну, в смысле… Как и все обычные люди — ходит в туалет! — Таня попыталась парировать, но голос её дрожал. — Да? — Лаура медленно прошлась взглядом по кабинкам. — Тогда что за очень сладкий, фруктовый запах тут стоит? Не похоже на освежитель воздуха. — Это… это мои новые духи! Хотите понюхать? — Таня начала лихорадочно рыться в сумке, пытаясь отвлечь внимание. Лаура проигнорировала её. Она подошла прямо к закрытой кабинке, из-под двери которой виднелись знакомые кеды Маши. — Третьякова, выходи, — её голос прозвучал как ледяная струя. Из-за двери послышалось шуршание. — Подождите, я… одеваюсь! — донесся приглушённый голос Маши. Маша внутри кабинки лихорадочно соображала. Электронная сигарета была в её руке. Быстрым движением она сунула её в лифчик, под кофту, поправила одежду и вышла, стараясь выглядеть максимально невинно. Лаура смотрела на неё так, будто видела насквозь. — А ну, показывай карманы, — приказала она. Маша просто стояла, не двигаясь, смотря на неё в упор. — Я жду, — протянула Лаура, и в её тоне зазвучала опасная нетерпимость. — Я вам ничего показывать не собираюсь, — вызывающе ответила Маша, подливая масла в огонь. — Третьякова, ты сейчас же показываешь свои карманы. А иначе… — Лаура не успела договорить. — Иначе что? — Кареглазая девушка сделала шаг вперёрд, её глаза горели вызовом. Она начала откровенно выводить учительницу из себя. — Вы так и не ответили, что будет, если я вам не покажу свои карманы. Лаура на секунду замерла. Потом её губы тронула едва заметная улыбка. Она поняла, в какую игру играет её ученица. — Хм… — она сделала шаг навстречу. — Иначе мне придётся вас обыскать. — Вау! Какое заманчивое предложение! — с преувеличенным восторгом воскликнула Маша. — Я не против. Начинайте! — Она подняла руки над головой, демонстративно показывая свою готовность. Лаура медленно опустилась перед ней на колени. Её движения были плавными, почти театральными. Она положила ладони на щиколотки Маши и начала медленно, очень медленно, вести ими вверх по ногам, ощупывая ткань джинсов. — Вау… Сама Лаура Альбертовна Лукина сидит передо мной на коленях, — с притворным восхищением проговорила Маша, глядя сверху на тёмную голову учительницы. — Как же мне повезло! Кому расскажу — не поверят. — Так, Третьякова… — голос Лауры прозвучал низко, почти томно, когда её руки достигли бёдер. — Всё, я молчу. Ещё полюбуюсь таким видом, пока есть возможность, — прошептала Маша. — Полюбуйся, — также шёпотом ответила Лаура, её руки поднялись до рёбер… и резко остановились. Она замерла, её пальцы едва касались тела Маши через тонкую ткань кофты. Наступила тяжёлая, звенящая пауза. Маша почти не дышала. — Дальше… вы не будете смотреть? — выдохнула она, и её голос прозвучал хрипло. Лаура медленно подняла на неё глаза. Взгляд был непроницаемым. — На первый раз, Мария… вы свободны, — она встала, отряхнула колени и повернулась к выходу. — Жалко… — едва слышно пробормотала Маша ей вслед. Лаура сделала вид, что не расслышала, и вышла из туалета. Как только дверь закрылась, Таня выскочила из своего укрытия. — Что это только что было?! — она была в шоке. — Это… это был самый странный и самый горячий обыск в истории человечества! Девочки, ещё не до конца пришедшие в себя после странного «обыска», посмеялись над ситуацией и поспешили на уроки. Остальные занятия пролетели быстро и незаметно — они то и дело переглядывались, перешёптывались и с трудом сдерживали смех, вспоминая озадаченное лицо Лауры и её неожиданный уход. Прозвенел звонок с предпоследнего урока. Подруги вышли из класса и, вздохнув, направились в кабинет химии. У входа Маша не удержалась: — О боже, опять с этой стервой урок… — пробормотала она, переступая порог. И сразу замерла. Лаура стояла у своего стола, раскладывая конспекты, и явно слышала эту фразу. Она медленно подняла голову, и на её лице появилась тонкая, холодная улыбка. — И вам добрый день, — произнесла она ровным голосом, в котором явственно читалась насмешка. — Ой, блять… — Маша инстинктивно прикрыла рот рукой и, краснея, поспешила к своей привычной последней парте, куда уже уселась Таня. — Так, девочки, — раздался спокойный, но не терпящий возражений голос. — На первую парту, передо мной. Садитесь. — Ну, я в принципе и не сомневалась, — вздохнула себе под нос Маша, покорно перебираясь на указанное «место казни». Начался урок. Лаура очень увлечённо, почти артистично, начала объяснять новую тему. Маша, разумеется, не слушала. Её мысли витали где-то далеко, а желудок предательски урчал. — Таня, я пиздец как есть хочу, — прошептала она, наклоняясь к подруге. — Дай ту булку, которую в столовой купила. Таня уже полезла в рюкзак, но их диалог не ускользнул от зоркого взгляда учительницы. Таня, пользуясь моментом, всё же достала завёрнутую в салфетку булочку и, держа её под партой, сунула Маше. Та, недолго думая, откусила. Вкус свежей выпечки был божественным. — Приятного аппетита, Мария, — раздался голос прямо над ними. Лаура стояла рядом, скрестив руки, и смотрела на Машу таким взглядом, который, казалось, видел все её тайные мысли. — Надеюсь, булочка того стоит. — Спасибо… — растерянно пробормотала Маша. — Это был сарказм, — холодно пояснила Лаура и вернулась к доске. — Так, открываем учебники. Параграф двенадцатый, читаем самостоятельно. В классе зашуршали страницами. А Машенька старалась незаметно доесть булочку. — Кхм… Мария, что я сказала сделать? — Лаура снова оказалась рядом. Её взгляд был прикован к девушке. — Э-э… Аа… — Маша застыла с набитым ртом. К ней наклонилась Таня и прошептала: — Прочитать двенадцатый пара… — Татьяна, сейчас же «два» получишь, — строгим, металлическим тоном прервала её Лаура. Таня вздрогнула и замолчала. — Я молчу… — Ну так что, Третьякова? — учительница перевела взгляд обратно на Машу. — Прочитать… двенадцатый параграф? — неуверенно предположила та. — Это ты у меня спрашиваешь? — бровь Лауры поползла вверх. — Нет… — Ну, а ты чем занимаешься? Кроме поедания булочки в учебное время? Маша на секунду задумалась, а затем с вызовом достала из-под парты недоеденную булочку и протянула её Лауре. — А вы что, тоже хотите? Не стесняйтесь, берите. Или… брезгуете? — в её голосе снова зазвучала знакомая дерзость. В классе наступила мёртвая тишина. Лаура смотрела то на булочку, то в глаза ученице. Внезапно уголки её губ дрогнули. — Третьякова, лучше бы вы так активно работали языком на уроке, — с лёгкой усмешкой сказала она, и тут же её глаза расширились, будто она сама не ожидала, что ляпнет такое. Она резко прикусила губу, но было поздно — по классу прокатился сдержанный смешок. Маша, воспользовавшись моментом, парировала с преувеличенной сладостью: — Ладно, Лаура Альбертовна, постараюсь в будущем более активно работать язычком. Для вас. Класс взорвался от хохота. Лаура, сохраняя ледяное спокойствие, лишь покачала головой. — Так, как-то мы отошли от темы. Продолжайте читать. Звонок прозвенел, как избавление. Все сразу же вскочили и потянулись к выходу. — Мария, останьтесь, — остановила её Лаура, не глядя в её сторону, собирая свои бумаги. — Э-э… Ладно, — вздохнула Маша, доставая недоеденную булку и снова принимаясь за неё. — Мах, придёшь — напишешь, окей? — на прощание сказала Таня, обнимая её. — Да, конечно. Когда класс опустел, Лаура подошла к первой парте и положила перед Машей листок с заданиями. — Вот, держите. Пересдача за прошлую контрольную. Исправить «два» на что-то человеческое. Маша взяла листок и уставилась в него. Формулы и уравнения сливались в непонятные закорючки. — Э-э… Лаура Альбертовна, я… ничего не понимаю. Не могли бы вы мне помочь? — вырвалось у неё почти против воли. Лаура на секунду замерла, а потом медленно улыбнулась. Улыбка была не ехидной, а скорее… удивлённой. — Ого. Сама Мария Владимировна Третьякова просит у меня помощи? — она произнесла это, явно цитируя одну из прежних реплик самой Маши. — Кому расскажу — не поверят. Не долго думая, она присела на соседний стул, так близко, что Маша почувствовала лёгкий запах её духов и теплоту, исходящую от её тела. Долгих сорок минут они занимались. Лаура объясняла терпеливо, порой даже мягко, рисуя схемы на чистом листе. Маша ловила каждое слово, и, к своему удивлению, начинала что-то понимать. Но было невероятно сложно сосредоточиться на химии, когда всё её существо было сконцентрировано на женщине рядом: на её голосе, на движениях рук, на том, как прядь тёмных волос выбилась из строгой причёски и упала на щёку… — Так, ну вроде всё разобрали, — наконец сказала Лаура, вставая. Она подошла к своему столу и вернулась с ещё одним листком. — Вот. Решай теперь сама. Это похожие задания. Давай, а я посмотрю. Маша принялась за работу. Она водила ручкой по бумаге, хмурилась, обдумывала. Чувствовала на себе тяжёлый, изучающий взгляд. Когда она подняла глаза, чтобы сдать работу, то увидела, что Лаура смотрит на неё не как учитель на ученика, а как-то иначе… с лёгкой, едва уловимой нежностью. — Ты такая милая, когда думаешь, — вдруг тихо сказала Лаура, и тут же её лицо стало непроницаемым, будто она сама поймала себя на этой мысли. Маша замерла. — Это… комплимент? Или сарказм? — осторожно спросила она. — А ты как думаешь? — парировала Лаура, отводя взгляд. — Ну… комплимент? — Возможно, — коротко бросила учительница. — Так, ладно, решай, не отвлекайся. Маша быстро дописала последнее уравнение и протянула листок. Лаура проверила, и на её губах появилась одобрительная улыбка. — Так. Всё более чем правильно. Пятёрка твоя. Они сидели, глядя друг на друга. Тишина в пустом кабинете казалась густой, напряжённой. Этот зрительный контакт длился несколько долгих минут. Маша не могла оторваться от этих голубых, таких манящих и таких недоступных глаз. — Ты чего так на меня смотришь? — наконец нарушила тишину Лаура, и в её голосе прозвучало неподдельное любопытство. — А вы? — без тени стеснения спросила Маша. В этот момент раздался звонок телефона. Маша, не отрывая взгляда, взяла трубку и, не глядя, перевела на громкую связь. — Алло? — Ты где? — послышался весёлый голос Тани. — У Лаурки… Ой, у Лауры Альбертовны. А что? — И чем таким интересным вы там занимаетесь? — подколола подруга. — Таня, успокойся, химию учим, — с раздражением ответила Маша. — Ага, конечно! Так я и поверила! У вас и без химии «химия» происходит! — захихикала Таня. Маша побагровела. — Таня, ты на громком! — крикнула она в трубку. В кабинете повисла неловкая пауза. — Ой… Здравствуйте, Лаура Альбертовна, — жалобно пропищал голос из телефона. — Ага. И тебе привет, — сухо ответила Лаура, и в её глазах мелькнула искорка смеха. — Так, ладно, Мах, давай, а то я и так лишнего много сказала… — заторопилась Таня. — Ага, ну как обычно, — фыркнула Маша. — А, Маш, ты ж не забыла? В 19:00 у кого ты должна быть? — вдруг спросила Таня. Маша взглянула на время на телефоне. 17:40. Как молния, в голове пронеслось: «Анджелина. 19:00. Чёрт!» — Твою мать… — вырвалось у неё. Она сбросила вызов и начала лихорадочно собирать вещи. — Мария, я вас могу подвести, — раздался спокойный голос. Лаура тоже собирала свою сумку. — Я как раз домой собираюсь. И, если мне не изменяет память, живём мы близко. — Та, нет, не надо… — замялась Маша. — А почему? Мне не сложно. И тем более, вы как-то сильно задержались. Вдруг мама переживает. — Ага, конечно, так переживает, что наверняка уже всё на свете выпила, — с горькой усмешкой сказала Маша. — Тем более, я сейчас не домой еду. — А можно поинтересоваться — куда? — Лаура задала вопрос с таким видом, будто ответ её действительно интересовал. Хотя, конечно, она прекрасно знала, куда едет её ученица. Ей было интересно, что та скажет. — Ой, да так… не важно, — отмахнулась Маша. — Так как же не важно? — настаивала Лаура, и в её тоне зазвучала лёгкая игра. — Может, я туда и планирую. — Вы же сказали, что домой собрались — парировала Маша. В этот момент на телефоне Лауры зазвонил будильник… Нет, не будильник. Это был звонок. На экране светилось: «Анджелина». Лаура поднесла телефон к уху, не сводя глаз с Маши. — Да, слушаю. Из трубки донёсся весёлый, немного взволнованный женский голос, который было слышно даже Маше: «Не хочешь ко мне заехать? У меня как раз сплетни для тебя собрались! Интересные!» — Дай угадаю… Про Стаса? — Лаура произнесла это имя с особой, подчёркнутой интонацией, наблюдая за реакцией Маши. Та застыла. «Стас? Это про того Стаса? Стоп, ей же звонит Анджелина… Ничего не понимаю…» — Догадливая какая! Давай, иди ко мне! — продолжала Анджелина. — Так у тебя же… девочка сегодня. На запись, — с лёгкой улыбкой сказала Лаура, глядя прямо на Машу. — Да, но я думаю, она не против будет! Я ей сейчас напишу и спрошу, как раз. Хорошо? — Давай, — согласилась Лаура и сбросила вызов. Буквально через секунду на телефоне Маши пришло сообщение от Ангелины: «Здравствуйте, Мария! Вы не будете против, если с нами будет моя знакомая? Если вам будет некомфортно или неудобно, я могу перенести запись или попросить знакомую прийти в другой раз.» Маша прочитала сообщение и почувствовала, как у неё отнимается язык. «Что за пиздец вообще происходит? В смысле «знакомая»?.. Я же знаю, что это не «знакомая»… Или нет?» Всё было максимально подозрительно и непонятно. Кроме, возможно, самой Лауры. Не долго думая, Маша ответила: «Ничего страшного. Я буду.» — Ну что, поехали, Мария? — спросила Лаура, уже взяв сумку и ключи. Она выглядела совершенно спокойной, даже довольной. — Щас секунду… Я отлучусь ненадолго, — пробормотала Маша и выскочила из кабинета. В коридоре она, дрожащими руками, набрала номер Тани. — Алло, Таня, это просто пиздец! — Что уже случилось? Маша вкратце, захлёбываясь, описала ситуацию. — Ничего не понимаю! — честно призналась Таня. — Я тоже! — Может, Лаура уже свой план придумала? Что-то затевает? — Какой ей смысл? — Ну, это мы как раз узнаем позже. Будь осторожна. — Ну, всё очень странно… Ладно, я пошла. — Держи меня в курсе! — Окей. Маша сбросила трубку и, сделав глубокий вдох, вернулась в кабинет химии. Лаура уже была готова к выходу — в лёгком пальто, с сумкой через плечо. Она ждала. Ученица молча взяла свои вещи. Они вместе вышли из кабинета и направились к учительской парковке, где стояла аккуратная иномарка Лауры. Маша села на пассажирское сиденье, чувствуя себя как на электрическом стуле. Машина плавно тронулась с места и выехала со школьного двора. Предстояла долгая дорога за город. И Маша понятия не имела, чем всё это закончится.