И, кстати...

Лёжа в объятиях, по сути, совершенно незнакомого человека, с которым до этого он почти час целовался, Лёша думал, что ничего страннее в его жизни не было и не будет. Что может быть страннее, чем спонтанная поездка к человеку, с которым знаком меньше месяца, долгие поцелуи с ним же, почти вспышка любви... Лёша приехал к нему, можно сказать, на целый день... И целый день они валялись раздетые в кровати, обнимались, целовались и разговаривали обо всём, что их окружало в жизни. Экзамены, выпивка, обострённое чувство справедливости, извечный сарказм и похуизм... Они были настолько разными, что Лёша вообще не понимал, как это могло произойти. Но руки Гречкина, блуждающие по спине, не ощущались какими-то чужими... Лёше даже казалось, что это именно то, чего ему так не хватало... — Сколько времени? — Поднимая голову с плеча Гречкина, вздыхает Лёша. Расставаться не хотелось. — Половина седьмого. Нормально, в восемь поедем, минут за двадцать довезу. К девяти будешь дома. — Сонно отзывается Кирилл и тянет Лёшу обратно. Тот жмурится от лёгкой волны тепла, прошедшей по спине и чуть ворочается, укладываясь поудобнее. — Я, если честно, всё ещё в шоке от произошедшего... — Да забей. — Всё так же не открывая глаз, отмахивается Кирилл. — Всего лишь полизались. Ничего ж такого. Ну встал и встал, не друг на друга же. — Тут Лёша задумчиво хмыкает. Именно в этом и состоит проблема. Он не знает, от чего так реагировал. Хотелось верить, что из-за ебучей связи, конечно... — А если, ну, нет? Если мы... — Ну вот ты хочешь со мной перепихнуться? — Нет. — Ну значит всё в норме. Спи. — Лёша закрывает глаза и расслабляется. В конце концов, ничего особо страшного не произошло. Он просто полапал какого-то паренька, этот паренёк полапал его... Всё максимально нормально и естественно. <И, кстати> [Надо почаще видеться. С тобой мне как-то полегче] Лёша улыбается, лёжа на своей кровати, и переводит взгляд с телефона на стол с недописанным домашним заданием. Эль проблема. И решать её не хочется. —... А, значит, как мы можем найти два неизвестных в этом уравнении? Да, Володь? — Лёшин сосед по парте что-то отвечает учителю, а сам Лёша изо всех сил пытается держать глаза открытыми. Полночи проведя за размышлениями "могу ли я, Монголия", он не выспался, и сейчас откровенно клевал носом на третьем уроке. Если на первом был диктант по русскому, а на втором физра, то сейчас, абсолютно вымотанный, он никак не мог собрать мозги в кучу. — Не понимаю, что вы такие тихие? Физкультура что ли была? — Угу. — Раздаётся не стройный хор голосов, а Лёша засыпает, что-то по инерции написывая в тетради, но абсолютно не зная и не видя, что именно. — А-а, а то я и гляжу. — Качает головой учительница. — Давайте тогда логически, опираясь на наш конспект на предыдущем занятии, посмотрите, мы решали похожее, попробуем всё же осилить и это. Кто к доске на хорошую оценку? Не ниже четырёх. Кто? Вася? Маш, может ты? — Девушка качает головой, беспомощно смотря то в конспекты, то в учебник, и учительница вздыхает. — Ну, тогда остаётся наш безотказный вариант. Где Лёшенька? — Сосед пихает Макарова локтем в бок, заставляя проснуться и оторвать голову от парты. — Лёш, давай к доске? — Сняв очки и не заметив сонное выражение лица своего ученика, кивает учительница. — Давай-давай, тебе надо закрыть тройку за самостоятельную. Решишь, поставлю четыре. Решишь сам без помощи, поставлю пять. Давай. Один пример. У Лёши перед глазами всё ещё обнажённое тело его вчерашнего любовника, и цифры разбивались об него, как волны об скалы, Макаров со вздохом подошёл к доске и печальным взглядом окинул всю эльфийскую грамоту на ней. — Чё вчера не пришёл? — Развалившись на диване в гостиной, с пошлыми причмокиваниями потягивая какой-то коктейль через трубочку, закидывает ногу на ногу один из завсегдатаев всех пивнух, баров, кабаков и наливаек в городе, он же Рома, он же Ромашка, он же Рома-еб-твою-мать-только-не-блюй-в-аквариум. Ну и единственный друг Кирилла, с которым тот мог поговорить о чём-то кроме открытия новых заведений в Питере и ценах на проституток. — Алкашка в глотку не лезла, решил, что чужой член в ней предпочтительней, да и тот не дали. — Рома ржёт в ответ, полагая, что товарищ очень остроумно пошутил, но, не заметив реакции, резко замолк. — Не понял..? — Кирилл молча поворачивает к нему экран телефона, на котором светилась фотка обнаженного Лёши в его объятиях. — Понял. — Кивает Рома, а потом, словно осознав, что увидел, замирает. — Не понял... — Да расслабься. Мы так... Слюнями обменялись на фоне общей трагедии и всё. Ему нет восемнадцати, я его и пальцем не тронул. Ну, то есть, тронул, но не так... Ой, да короче... Лёша, стоящий у доски, вздрогнул от резкой потери связи с космосом и тряхнул головой, отгоняя вовремя проснувшегося соулмейта, разбудившего его чуть съехавшие мозги. Эльфийская грамота на доске моментально обрела очертания обычного квадратного уравнения и смысл, а в голове внезапно всплыли формулы для решения. Есть всё же польза от этих связей. Вреда, конечно, больше, но польза тоже имеется. — На кой хер ты цепанул малолетку? — Это он меня цепанул, я сам ахуел, как так вышло. — Откидывается на спинку массажного кресла Кирилл. — Написал мне, что в Штатах детей по почте отправляли... Дружить предложил... — Прости, что? — В попытке найти логику в словах товарища, приподнимает бровь Роман. — Типа "эй, чувак, там детей по почте пересылают, давай дружить?" и ты такой "бля, с козырей зашёл, братан, давно искал эту информацию, давай!". Так что ли? — Мхм... — Млея от молоточков, простукивающих спину, отзывается Кирилл и вздыхает. — Ну... Не совсем так, но почти. — Ты бухой был, да? — В дрова. — Подтверждает Гречкин. — А потом как-то заобщались и вот. Встретились. — Чтоб пососаться? Ты его как вообще уломал на это? Леденцом из машины поманил или конструктор Лего показал? — За Лего и я б дал кому хочешь. — Ржёт Гречкин. — Да нет... Просто предложил напиться, а он трезвенник. И мы нашли другой способ. — Способ для чего? — Всё ещё не въезжает Рома. — Отвлечься от наших ебливых соулов. Они обоих нас заебали. Вот мы и... — Пиздец. С малолеткой, Кирилл. Смотри не проебись, хуй потом открутишься. — Гречкин ржёт в ответ и качает головой. — С этим не проебусь. Этот вумный. Он книжки читает без /закладок/. — Кирилл играет бровями, а Рома ржёт так громко, что пару раз хрюкает и, кажется, начинает задыхаться. Кирилл ждёт, пока товарищ успокоится и отдышится, какое-то время просто кайфует от массажа, а потом смотрит на Рому и слишком внезапно спрашивает. — А вот если я гей?.. — Не начинай. У меня от моей тоже вставал на каждого встречного, когда она уши тёрла от нервов, но это ж не потому что я хотел мужика, а потому что связь. Ну встал и встал. Джентльмен. Позаботился о том, чтоб малолетке было куда присесть. — Тут даже Кирилл не выдерживает, начиная ржать. — Кстати, а ты ему... — Вздрогнув от слишком некстати прозвучавшего "кстати", Кирилл качает головой. — И как тебе? Ну... Если ты не ловишь кайф, когда дрочишь мужикам, то какой из тебя гей? Даже не близко. Кто по синьке не целовался со своими друзьями? Забей и не загоняйся. — Но я-то целовал его трезвым... И дрочил тоже, знаешь ли, не на синюю голову. Да ладно. В конце концов действительно, кто не делал этого с друзьями. Даже девчонки и те друг с другом развлекаются периодически. — Начни уже искать, Кир. Заебешь мёртвого своим нытьём, а ничего не делаешь. — Напоминаю, что на нашем глобусе восемь миллиардов человек. Я как блять кого-то должен на нём найти не зная ни-ху-я? Забей. Я теперь знаю, как с этим бороться. — Рома скептически качает головой. — Надолго ли тебя хватит? – Ну его ж не заёбывает по сотне раз на дню делать то, что он делает. И меня не заебёт лизаться с этим малолеткой. Тем более с ним действительно как-то легче. Не так сильно чувствуется. — Ага, утешай себя. Потом будешь мне мозги ебать, что у тебя как у собаки Павлова на него появился рефлекс и член по стойке смирно от одной улыбки. — Ой, иди нахер. Каким сопливым и дохуя воздерживающимся дебилом надо быть, чтоб стояк ловить на улыбку. — Кириллу не хочется сегодня пить. Перед глазами худощавое тело вчерашнего почти-любовника, плечи, усыпанные веснушками, дрожащий взгляд голубых глаз и улыбка. О, эта улыбка достойна того, чтоб её увековечили на каких-нибудь портретах типа Моны Лизы... Пожалуй, на эту улыбку не встанет только у импотента. — Но улыбка милая у него. — Бля, Кирюх, ты голубики объелся? Выплюнь каку, нельзя, фу! — Я б дал. — Вот. Вот Лёша у нас молодец и заметил подвох. Отойди, чтоб Камчатка увидела. — Отодвигает Макарова от доски учительница. Лёша послушно отходит, сжимая левую руку в кулак и до боли вонзая ногти в ладонь. Не дай бог его соул сейчас не угомонится, Лёша всю планету облетит, но найдёт и убьёт. — Камчатка, отвлекитесь от ваших, несомненно важных, дискуссий и обратите внимание на доску, Лёша нашёл вам корни уравнения. — Можно выйти? — Оборачивается на учительницу Лёша, изо всех сил молясь, чтоб его соул прекратил чудить. — Напиши проверочное уравнение и можно. — Кивает учительница. — Я ставлю тебе пять. Заслужил. Это больше похоже на побег. Лёша скатывается по стене на пол туалетной кабинки, надеясь, что никого кроме него на уроке не выпустят в туалет, и закусывает рукав пиджака. Просто пиздец. Огонь в груди плавно перетёк к мозгам и животу, Лёшу бил озноб, а может это он так реагирует на излишнее возбуждение, но факт остаётся фактом. Учёба превращалась в таких условиях в ад. По крайней мере, это не произошло у доски. Уже победа. — Как ты не вовремя. Пиздецки не вовремя! — Лёша судорожно вытаскивает телефон из кармана. А кому он может позвонить? Никто не заберёт его. Тем более с третьего урока. Когда впереди ещё мать всех наук, она же биология, а потом два английских, словно делать Лёше больше нечего, кроме как "Прослушайте диалог и ответьте на вопросы в конце упражнения". Он, в конце концов, на егэ английский не выбирал и знал только "Ландн из зе кэпитал оф грейт британ". И ещё немного "Май нейм из Алекс". Прям как имя стриптизера. Хотя, учитывая вчерашнее, он и был чем-то вроде стриптизера.

<Хуй с горы Кстати Почта> [У меня проблема] [Из-за соула] [Забери меня] [Кирилл?]

<И, кстати> [Еду] [Адрес?] Лёша пишет адрес школы, после звонка забирает рюкзак и, едва держась в вертикальном положении, направляется в спортзал, чтоб сбежать через выход с его стороны, потому что гардеробщица никого до окончания учебного дня не пустит за куртками. Кирилл ждёт его на обычном форде на стоянке, и Лёша добегает до него так быстро, словно следом бежит несколько десятков голодных псов. — Просто поехали, пожалуйста. — И Кирилл давит тапочку в пол, особо не задавая вопросы. — Хуево быть школьником в такие моменты. Хотя, мог бы и в сортире передёрнуть. — Понятливо качает головой Гречкин. — Какой в этом смысл, если он не успокаивается?! — Дёргает ремень Лёша и судорожно вздыхает. — Ну что за мудак?! — Мой, на удивление, тихий с утреца. Убился, что ли? — Лёша хотел бы улыбнуться, но не находит на это сил. — Забей. Ну, не повезло тебе сегодня. Бывает. — Я был у доски. — Краснея, бурчит Лёша. — Это могло плохо закончиться. — Милый мой, я видел тебя во всеоружии. Там нечего стесняться. — Скалится Гречкин, а Лёша пытается спрятать алеющие уши под волосами. — Куда мы, кстати? — Ну, могу до Пятнашки подкинуть, могу к себе довезти. Правда у меня дома посторонний. Ты слишком внезапно меня выдернул. — Прости. До Пятнашки тогда. Извини ещё раз, я просто... Некому было писать с таким вопросом, вот я и... — Забей. — Отмахивается Гречкин. — Если тебе надо, я заберу тебя до вечера к себе. Я не против. И гость уйдёт. Просто скажи, если надо. — Всё нормально. — Мотает головой Лёша, не желая навязываться. В конце концов, он справится и сам. Всегда справлялся. И нет ничего плохого в том, что его соулмейт дарит ему такое сильное чувство удовольствия и тепла. Просто в школе это было несвоевременно. Он поэтому стрессанул, испугался и, совсем немного, буквально, самую капельку, обиделся. — Лёх, там на классном часу говорили, завтра пишем тест на наркотики. — А, министерство образования тоже не понимает, кто в трезвом уме и адеквате будет учиться по их программам? — Отрывает голову от подушки Макаров, когда его сосед по комнате с грохотом откидывает рюкзак к шкафу. — Да хер их знает. Вообще не понимаю этого прикола, писать его в электронном виде. Не кровь сдать, не на детекторе лжи поговорить. Просто от балды на мониторе галочки потыкать. Зато это вместо химии. И, скорее всего, часть информатики тоже. — Чудно. Какой смысл вообще тогда завтра идти? Физра, литература, история, тест по наркоте и общага. Где хоть что-то, ради чего я должен утром встать? — Ты сдаёшь общагу же? — Лёша в ответ мучительно стонет. — Так она шестым уроком. Утром я могу вообще поспать. По литературе аргументы на егэ, по истории карты на егэ... Ещё и Физра первым уроком... Я дом её труба шатал. — Лёша снова утыкается лицом в подушку, издаёт отчаянный вопль и переворачивается с подушкой на спину, тут же запихивая её под голову. — Развесели меня, а то тоска зелёная? — Колобок повесился. — Лёша закатывает глаза. — Да ну тебя. — Поехали на Невский? Там сегодня движ. — Предлагает сосед, и Лёша вздыхает. — Там всегда движ. — Пару секунд думает. — Погнали. — Нихуя ты, Ромео... — Ржёт Рома, пихая Гречкина в бок, когда тот возвращается домой. — Спас свою Герду? — Джульетту, умник. — Закатывает глаза Кирилл и опирается плечом на дверной косяк. — Давай соберём наших на Невском? Устроим какой-нибудь стриптиз под музыку девяностых, в нуарных тонах? Что-то хочется, но точно не бухать. — Стриптиз на трезвую голову смотреть скучно. — Морщится Рома. — А я не смотреть буду. — Подмигивает Гречкин и направляется к своей комнате, чтоб переодеться.