You touch my tralala

      Рука в руке. Они болтали ногами, сидя на одной скамье, и делали вид, будто ничего не происходит. Но оба знали одно: они переспали. И, кажется, ничто уже не будет прежним. Приятное чувство эйфории щекотало внутри, парни сидели в тени деревьев, смотрели на плавающих в реке уток и думали о чём-то своём. Глупые улыбки озаряли их лица, оба время от времени смущённо опускали головы и сжимали ладони друг друга чуть сильнее. Это неловкое молчание казалось им приятным.       — Ты был хорош, — тихо бормотал Чимин. — Слишком хорош для того, кто спал всего лишь с несколькими людьми... Я вообще-то знал, что ты бог секса, еще когда только увидел тебя, потому что твоя задница и ручки... О боги, что ты ими делал вчера... — джинн покраснел, Хосок покраснел не меньше. — Твои пальчики надо отдать в музей... А твой член...       — Тш-ш-ш, — испуганно зашипел Хосок, принявшись озираться по сторонам. Он искренне надеялся, что никто не услышит.       — Я так давно этого не чувствовал... Это просто волшебство какое-то. Четыреста лет воздержания... Но ты... Ты просто подарок свыше... Я безумно рад, что упал в твои объятия в тот день...       Хо натянуто улыбался. Да-да, он едва не забыл, что просто удачно подвернулся под руку и стал единственным, чьи касания достигают тела джинна. Впрочем, зачем переживать, если он один такой особенный? Он просто нагнетает, вот и всё. Учитывая, что он сотворил прошлой ночью, ему вообще грех жаловаться на судьбу. Он настоящий везунчик, ведь ему достался такой красавчик.       — Тебе хорошо со мной? — улыбнулся Хосок.       — Лучше, чем с кем-либо...       Чимин прижался подбородком к плечу парня и заглянул в глаза. Он был похож на ластящегося котика. Милый, весь такой бархатный и тактильный, парень ощупывал пальчиками руку Хосока так нежно, что ни о чём плохом думать не хотелось.       — А у меня правда красивые руки? — задумчиво надул губы Хосок. Ну конечно же он знал, что его похвалят... Просто хотелось услышать.       — У тебя красивое всё... Всё-всё-всё, правда. Ты слишком хорош.       — Ты тоже... Иногда мне кажется, что ты слишком хорош для меня, — Хо повернулся лицом к парню и задумчиво заглянул в выразительные чёрные глаза.       Чимин столько раз за свою долгую жизнь слышал в свой адрес комплименты, но из уст Хосока звучало прекраснее всего.       — А что тебе нравится во мне больше всего? — шепнул джинн.       — Твои губки, глаза, голос. Твои мягкие ладони... Даже эти татуировки по всему телу...       — Вечное напоминание о моей похоти, — грустно усмехнулся Чимин. — Тысячи проклятий, которыми меня обрекли на воздержание. Клеймо. Позор. Но разве я виноват в том, что мне нравится получать удовольствие? Не виноват же... — лицо парня сменило тон на более мрачный.       — Ты сказал, что обидел сына колдуна... Расскажи.       — Я... — Чимин замялся и поджал губы, опираясь щекой на плечо парня. — Тебе не понравится...       — Мне не нравилось и когда ты меня трогал без спроса. Поверь, тебе нечего терять. Можешь рассказать.       — Я не самый хороший человек, насколько ты уже мог заметить. Я прекрасно об этом знаю. Наглый, похотливый, бесцеремонный, считаю, что всё на свете можно купить. Моя валюта — магия. Я очень богат и могу себе позволить в этом мире всё.       — Ты как-то слишком самокритичен для наглеца, — усмехнулся Хосок.       — Нет, я не вижу в этих качествах ничего плохого. Всё это я услышал от тех, кого успел обидеть, — Чимин плотнее прижался к руке парня и уставился куда-то вдаль, на кормящих уток людей. — Я не могу влюбиться. Мне по природе не положено. Я джинн... Да, мне нравятся люди. Люди очень сексуальны, они порочны, это всегда меня подкупало. Не бойся, ты другой. Хотя мне бы очень хотелось, чтобы ты был чуть более порочным.       — Тебя притягивали всегда только такие люди? Порочные?       — Ах, нет... Если бы. Будь это так, я бы не был проклят. Я старался выбирать развратников, ведь сам такой же. Удовольствия без обязательств — это то, что мне подходит. Не хочу быть привязанным, зависимым... Я и так долгие годы был заточён в лампе. Я был рабом и знаю, что это такое. Но если я был рабом поневоле, то людишки сами выстраивают для себя тюрьму и зовут это любовью. Разве не смешно?       — Для тебя любить смешно? — лицо Хосока изменилось, Чимин моментально прочёл на том разочарование и в испуге замотал головой.       — Нет, я не это имел ввиду... Я не обесцениваю чувства. Просто рабом любви мне становиться не хотелось... Но случалось так, что в меня влюблялись и мне приходилось разбивать сердца. Пока ничего еще не закрутилось, пока ещё не так больно. Ведь я никому не обещал любви... — Чимин поднял взгляд, чтобы проверить, не возненавидел ли его ещё Чон Хосок за такие грубые мысли, но человек лишь кивнул. Он слушает так внимательно, и кажется, будто всё понимает. — Тот мальчишка был страшно в меня влюблён. Когда я проводил с ним ночь, я ещё не знал этого... Однако потом... — Чимин поджал губы и зажмурился. Хосок не мог вдохнуть. Он чувствовал боль, которая исходила от джинна, и ему казалось, что ничего ужаснее этой боли он в жизни не ощущал.       — Мне жаль... — еле слышно вздохнул Хо.       — Этот паршивец увидел меня с другим и тогда... — Чимин сцепил зубы и сжал пальцы в кулак, его руки затряслись. — Он тогда решил мне на зло отбить у меня всех любовников! — в возмущении прикрикнул джинн. — Он уводил самых красивых! Ну я и наколдовал ему поросячий хвост, потому что он свинья после такого! Да как он мог! Он своему отцу нажаловался, ну тот и вступился за него. И теперь я такой...       Хосок прыснул смехом. Боже мой! А он себе там надумал всякого уже. А всё оказалось куда проще. Чимин в своём репертуаре.       — Засиделись мы тут, — шумно вздохнул джинн.       Он поднялся со скамьи и, взяв парня за руку, потащил того вдоль тропинки. Он шёл впереди, а улыбающийся Хо и не заметил, как по щеке парня скатилась тонкая солёная дорожка. Губы Чимина тряслись. Он ни за что не скажет правду, ведь какого тогда мнения будет о нём Хосок... Ложь — это до банального просто. Достаточно щёлкнуть пальцами, вот и слёзы просохли. Вот бы так же просто было повернуть время вспять.       — Знаешь, ты мастер творить глупости, но это даже мило, — вздыхал Хосок, не переставая плестись следом. — Мне кажется, я действительно влюбляюсь в тебя... А ты?       Чимин шокированно распахнул глаза и замер на месте.       Flashback       — Твои глупости очень милые, — юноша улыбнулся яркой улыбкой, Чимин поймал на себе нежный взгляд и самоуверенно выгнул бровь.       — Считаешь это милым? Ты чудак, — усмехнулся джинн.       — Да, это мило, — парень взял руку Чимина в свою и огладил ладонь с тыльной стороны пальцами. Джинн вздрогнул. — Я влюбляюсь в тебя, Пак Чимин... А ты? Что на счёт тебя?       End flashback       — Игнорируешь? — усмехнулся Хосок, сильнее сжав ладонь джинна. — Да, знаешь, я и не надеялся... Не стой столбом. Эй... Чимин? — Хо щёлкнул пальцами перед лицом парня раз пять, не меньше, прежде чем тот вернулся в реальность. — Всё хорошо?       Чимин чувствовал цепкие пальцы на своих плечах и смотрел в ответ немного потерянно. Да ну, ерунда какая-то. Хосок совсем другой, он ни капли не похож... Совершенно.       — Боги, ты сейчас был такой бледный... — Хосок оглаживал щёки джинна тёплыми ладонями. Его взгляд казался таким нежным.       — Да всё в порядке, — растянул губы в улыбке Чимин. — Просто задумался.       Хосок особенный. Не более. Всего лишь человек, который по какой-то нелепой случайности оказался в нужное время в нужном месте.       — Как думаешь, у тебя в роду не было колдунов? — усмехнулся Чимин.       — С чего бы?       — Ты околдовал меня, — растянул губы в красивой улыбке джинн. — Свёл меня с ума... Такой красивый...       Хосок рассмеялся. Нет. Если бы он был потомственным колдуном, то наверняка бы что-то такое уже заподозрил.