You touch my tralala

      Хосок смотрел из-под длинных ресниц на парня, седлающего его колени, он приподнимал округлые гладкие бёдра руками и вслушивался в каждый вздох, каждый стон. Чимин красиво выгибался в шее, широко размыкал пухлые губы и тянулся ими к губам Хосока.       — Да... Хосок... Да...       Хо активно работал бёдрами, шумно дышал и чувствовал, как к органу подкатывает нестерпимое тягучее ощущение. Он сейчас... Вот-вот...       Чимин в это время колдовал над головой спящего парня очень жаркие сновидения и шкодливо улыбался. Хосоку будет стыдно, когда он проснётся... Ох стыдно... Джинну стыдно не будет. Он ничего плохого не делает. Человеку стоит больше думать о нём, пусть даже во сне.       Хо постанывал и сжимал свой орган ладонью через ткань пижамных шорт.              — Ах, какая красота, — думал Чимин. Щёки безобразника краснели, он растягивал губы в широкой улыбке и еле сдерживался, чтобы не схватить Хосока за его упругую попку... Разбудит ведь. — Милашка, — шепнул джинн. — На утро проснёшься удовлетворённым и бодрым... Спи сладко...       Захотелось чмокнуть в лобик, но джинн вовремя одумался и, убрав свои волшебные ручки, подложил те под голову, прикрыв глаза. Опасно... Проснётся же.

◈ ◇ ◈

      — Ми-мэ-ма-мо-му... — Чонгук мелодично тянул ноты и очаровательно улыбался, поглядывая на Хосока через застеклённую дверь аудитории. Старший корчил ему смешные рожицы, пока преподаватель не видел, а Чон срывался на смех, чем выводил из себя педагога.       Когда Чонгук выскочил из кабинета, чтобы как следует поворчать на брата, заметил помимо него ещё и Чимина, и смущённо отвёл взгляд. Слава богу, в этот раз парень Хосока хотя бы в футболке.       — Ну что, в кафе? Ты обещал мне мороженое, если я буду себя хорошо вести, — улыбнулся Чон, подняв на брата свои большие чёрные глазки. — Я делаю успехи, меня хвалят, готовят к конкурсу... С тебя бесплатное мороженое.

◈ ◇ ◈

      Чонгук с наслаждением загребал ложкой разноцветные шарики и причмокивал так громко и аппетитно, что слюни начали течь у всех.       — Я волнуюсь за твоё здоровье, но сам же и гублю его, — усмехнулся Хосок. — Эй, не ешь так быстро, понемногу набирай. Сам же говорил, что скоро у тебя конкурс.       — Я не маленький, хён, — усмехнулся Чон.       — Но ты так часто болеешь... Меня это беспокоит. И твой голос...       — Да брось, — усмехнулся Гук. — Я так же часто выздоравливаю... Ничего страшного.       — Думаешь, в следующий раз тоже выздоровеешь? — печально усмехнулся Хосок.       — Я везунчик, — улыбнулся Чонгук, состроив брату милую рожицу. Действительно везунчик, ведь на страже его здоровья стоит сам джинн. — Да не заболею, не бойся. Такой серьёзный... Боже, хён...       Чимин возмущённо сводил брови к переносице. Что за легкомысленность? Ну ладно Хосок, который позволяет ему всё, холит и лелеет, но ведь мелкий совсем его не слушается, он сам себе на уме. Если бы это был брат Чимина, Пак бы уже давно раскомандовался, но Хо не такой, он слишком мягкий к тем, кого любит. И в этом его проблема. А Чонгуку бы стоило подумать хоть о ком-то помимо себя. Например, о брате, который волнуется за него, или же о докторе, который места себе не находит из-за мальчишки.       — Ты ведь ешь так много мороженого специально, чтобы заболеть, — растянул пухлые губы в кривой усмешке Чимин. Чонгук вздрогнул и поднял обеспокоенный взгляд, будто его только что поймали на чём-то неправильном. Смелое заявление.       — Вовсе нет, — буркнул себе под нос Чон.       — Вовсе да. Тебе нравится болеть. И я знаю, почему, Чонгук... — Чимин выгнул бровь, а Гук вдруг с такой силой вжался в красный диванчик, что казалось, вот-вот сольётся с ним и по материалу, и по цвету.       — О чём ты? — непонимающе уставился на обоих Хосок.       В глазах Чонгука читалась мольба. Надо же, Хосок от младшего ничего не утаивает, а вот братцу его, кажется, делиться своими секретами неохота.       — Положи мороженое, Чонгук, — строгим голосом проворчал Чимин. — Положи. Доктор бы не хотел, чтобы ты болел, уважай его мнение. Ты ведь думаешь о его мнении хоть каплю, верно?       Чон сглотнул и, опустив ложку в стакан с мороженым, в обиде поджал алые губки. Он не должен так поступать, это правда. Это неуважение к Ким Сокджину... Просто... Если он не будет болеть, то и видеться поводов не будет... И от этой ужасной мысли стало вдруг не по себе.       — Что для тебя любовь, Чонгук? — тихо шепнул Чимин. Чон поднял поблёскивающие влагой глаза, его губы подрагивали.       — Да что происходит? — Хосок обеспокоенно уставился на брата.       — Просто Чонгук очень любит мороженое, — улыбнулся джинн. — Он расстроен, что из-за этого часто болеет. Но не стоит расстраиваться... Его ведь можно есть реже и понемногу, как просил твой любимый братец... Правда, Чонгук?       Мальчишка опустил голову и принялся обтирать лицо руками. Ах, он расстроен. Чимин ляпнул лишнего? Даже неудобно...

◈ ◇ ◈

      — Ты не зол на меня? Я расстроил твоего брата, — бормотал себе под нос Чимин. Он приподнимал одеяло Хосока, чтобы привычно залезть под то. Ему никогда не разрешали спать в этой постели, но он делал это каждый день, это уже вошло в привычку, а Хо даже не обращал внимания на дополнительное тело под боком. Даже не смотря на то, что это тело зачастую было абсолютно голым.       — Ты ведь сказал всё правильно... Всё в порядке. Он даже прислушался к тебе.       — Правда? — лицо Чимина просияло. — Так я молодец?       Значит ли это, что он получит награду? Стоит ли ему надеяться?       — Чимин, ты волшебник. Даже когда не используешь свои волшебные силы. Вот бы и мне так уметь. Кстати, что ты имел ввиду, когда говорил про доктора?       — Ничего такого, — смущённо улыбнулся Чимин. — Абсолютно ничего.       — Ах, правда? — сонно зевнул Хосок, плотнее завернувшись в одеяло.       — Ты спать?       — Да... А что? — Хо открыл глаза. Ему вдруг показалось, что вот-вот его тела коснутся шаловливые ручки. Надеялся ли он на это? Он так привык к этим легкомысленным домогательствам, что, наверное, немного надеялся...       — Тогда пусть тебе приснюсь я, — мурлыкал под нос джинн.       Хосок вспыхнул лицом и повыше натянул одеяло. Ах, если бы Чимин знал, что человеку снится в последнее время... Если бы только знал...

◈ ◇ ◈

      На часах показывало 3 ночи. Джинну не спалось, он водил ручками над головой сладко спящего и следил за тем, как меняется выражение его лица, как приподнимаются брови и размыкаются губы. Джинн добавил в его сновидение последний штрих и, услышав всплеск дыхания внезапно просыпающегося парня, резко лёг на кровать, будто и не было ничего. Он прикрыл глаза и сглотнул. Ох, это было близко...       — Чёрт, — тихо шикнул Хосок.       Ах, у него стоит, он так и не кончил... Стоит ли Чимину сделать вид, будто он только что проснулся, и помочь бедняге?       — Чон Хосок, чего не спишь? — показательно зевнул джинн.       Хо поймал на себе взгляд парня и застыл. Повисла неловкая пауза. Какой же вид сейчас открывался Чимину? Хосок ведь уже достал свой член из шорт, он держит его в руках и ему безумно стыдно. Ладонь медленно потянула орган обратно под резинку. Большой, сияющий, очень гладкий... У Чимина в один миг от таких видов пересохло во рту, он в панике потянулся к парню своими ручонками, чтобы схватиться за самое дорогое, прежде чем то спрячут, но Хо отвернулся и натянул резинку шортов до пупка. Джинн тянул руки через парня, у него в голове была только одна цель: пощупать. Человеку, естественно, это не нравилось, он упирался, как мог, боролся до последнего, но когда тёплая ладонь скользнула под ткань, застыл. Чимин дрожащими пальцами касался горячего органа, он не верил, но нечто очень ценное находилось в его руках.       — Боже... Он настоящий... — шептал джинн.       — Он мой... — возмущённо вздохнул Хосок. — О, Чимин... Пожалуйста...       «Пусть отпустит. Пусть отпустит. Чимин должен отпустить. Нельзя. Пусть уберёт руку», — крутилось в голове.       — Чёрт, — вздохнул Хо, тихо сглотнув подступивший к горлу ком. Его ладонь легла поверх ткани шорт, как раз там, где Чимин держал его, она надавила не сильно, но ощутимо. Да, ему хочется, чтобы эти нежные пальчики касались его там. Ему очень приятно. — У тебя есть минута... Нет. Три минуты.       Чимин сглотнул и, прильнув всем телом к горячей спине парня, провёл пальцами по затвердевшему члену. Кожа была нежной, приятной наощупь, джинн водил по ней ладонью и еле заметно втягивал через нос запах Хосока. Кондиционер для белья и, кажется, совсем немного вино... Так приятно. И наощупь тоже... Очень. Чимин скользнул свободной ладонью под талию парня, он запустил настойчивые пальцы под пижамную футболку и огладил напряжённые мышцы пресса. Хо почувствовал, как за спиной тихо хнычут. Чимин постанывал, он ёрзал, прижимался, водил ладонями по чужому телу. Огибал подушечками пальцев головку, чуть сжимал... Пока Хосок вдруг снова не уложил ладонь сверху.       — Три минуты прошли? — в изумлении разомкнул губы Чимин.       — Нет, — шепнул Хо. Он развернулся лицом к парню и, взяв того за плечи, перевернул на спину, нависнув сверху. Кончики его мягкой тёмной чёлки касались лба Чимина, его лицо было так близко, что сердце выскакивало из груди. Джинн заворожённо смотрел на парня и чувствовал, как длинные пальцы окольцовывают запястья, как заводят те над головой. Хосок жарко дышал, он опалял нежную кожу, спускался ниже, целовал в шею, а Чимин не верил, что всё это реально. Не может быть всё так гладко. Не может быть так хорошо. Хо умелый любовник, он очень чувственный и твёрдый... И когда он входит, срывая с пухлых губ первый отчаянный стон, Чимину вдруг кажется, что он спит. Это всё не на самом деле... Он не заслужил всего этого. Ему за ночь с Хосоком расплачиваться рабским выполнением всех его желаний до конца дней...       Хосок напористый, он толкается неспеша, но так, что кровать поскрипывает, почти в унисон с голосом Чимина. Джинн в его объятиях гибкий, очень податливый, он сцепляет ноги за спиной и подаётся навстречу. Хо жарко дышит на ухо, прижимается вплотную и не скупится на низкие мелодичные стоны. Слышать, как ему хорошо, восхитительно. Чувствовать, как ему хорошо, в сто раз лучше. И в миг, когда он заполняет до краёв и мелко вздрагивает внутри, джинн в его крепких объятиях совершенно теряет связь с реальностью.       — Чон Хосок... — тихий шёпот дрожащего голоса на ушко.       Чимин поджимал пальчики на ногах и цеплялся пальцами за крепкую спину. Благодаря ему, футболка на Хосоке стала грязной, но он точно всё исправит... Как только соберётся с мыслями и отойдёт от случившегося.