Братья навек!

      После истории с Люпином мародёры присмирели, да и отсутствие карты с мантией не способствовали шалостям. У ребят появилось много свободного времени, и старосты Гриффиндора в оба глаза следили, чтобы они тратили его на домашние задания. В конце года на доске объявлений появилась заметка от аврората о предварительном наборе учащихся старших курсов Хогвартса на курсы авроров.       Блэк и Поттер записались первыми. В своей подготовке они были уверены. Родителей они поставили перед фактом, что записались. Собеседование и вступительные испытания — через месяц. Лорды только руками развели — как были сыновья оболтусами, так и остались, но отговаривать не стали — без них умные люди найдутся.       И вот, настал день испытаний. Оказалось, что наблюдать за успехами кандидатов будет целая комиссия со старшим аврором Риззеном во главе: в аврорате Джонатан решил остаться под маггловским именем, дабы лишних вопросов не возникло. Это был очень серьёзный человек богатырского телосложения, карие глаза которого, как два буравчика, внимательно следили за порядком в аудитории. И чаще всего этот взгляд ощущали именно Джеймс и Сириус.

***

      — Все свободны, всем спасибо, — сказал глава приёмной комиссии. — Поттер, Блэк, останьтесь.       — Да, сэр! — лихо, по-военному гаркнули в унисон названные ребята.       — Вот смотрю на вас: ну всем хороши — и боёвка у вас на высоте, и реакция прекрасная, и риска не боитесь. Просто хватай и беги… — ребята гордо приосанились, сообразив, что их ругать не будут, — но почему же вы родителей своих не жалеете?!       — Чего?!       — А того: Блэк — понятно, скинул на младшего брата ответственность за род и родителей и счастлив. А Вы-то, Поттер?! Вы — вообще единственный наследник! Ежели с вами что случится, кто о родителях позаботится, кто во главе рода встанет?! Вот если принесёте мне письменное разрешение от лорда Поттера — приму вас на курсы. Мне лишняя головная боль не нужна.       — А сами-то вы, лорд Мракс, целый лорд и в действительной службе, а наследников у вас нет… Как же так?.. — нагло усмехаясь, попенял старшему аврору Сириус — где-то с месяц назад он случайно заглянул в родовой зал, где на расширенном гобелене отобразился восстановленный род.       — А вот так. Лордом я стал по воле магии совсем недавно, и вопрос с наследником решается. А своего решения я не поменяю — или письменное разрешение от обоих (за вашу наглость) или разговор окончен. Не слышу?..       — Да, сэр… — кисло ответили ребята и поплелись вон из тренировочного зала, где проходили испытания по дуэлингу.       Джонатан кивнул себе: его устроят оба варианта. Принесут забияки разрешение от родителей — аврорат пополнится на две хорошо обученные боевые единицы, не принесут — значит, на двух хулиганов в волшебном мире станет меньше. Нет, ничего такого: просто лорды, наконец, найдут время, чтобы заняться воспитанием своих отпрысков. Главное, чтоб поздно не было…       А в это время Джеймс и Сириус аппарировали в Блэк-хаус, где их семьи с волнением ждали результатов: примут — не примут.       — Ну, как ваши дела? — полюбопытствовал лорд Поттер. — Как испытания?       — Все испытания мы прошли на «Превосходно», — ответил Джеймс, — глава комиссии нас даже похвалил.       — То есть вас зачислили? — продолжил расспросы лорд Блэк.       — Нет, — нехотя признался Сириус. — Старший аврор, он же глава комиссии, потребовал от нас письменного разрешения лорда рода на поступление на курсы. Сказал: ему проблемы не нужны…       — Даже так? — усмехнулся лорд Поттер. — И кто же в аврорате такой осторожный?       — Джонатан Риззен… Лорд Мракс, — почти прорычал Джеймс.       — А… тогда понятно, — кивнул своим мыслям Орион. — Ему такие кадры как вы в подразделении не нужны.       — Это почему это?! — хором возмутились ребята.       — А у вас с дисциплиной слабовато и вы ненадёжные, — отбрил лорд Блэк. — К тому же знаете, на ком он женат?       — Нет, какое нам до этого дело? — с вызовом ответил Сириус.       Лорды только головами покачали.       — Он женат на Эйлин, урождённой Принц, матери братьев Снейп.       — Так вот он почему глазами в нас дырки сверлил!.. — воскликнул Сириус. — Ну, надо же — и здесь от этих слизеринцев житья нет.       — А что конкретно вам сказал старший аврор? — решила уточнить Дорея.       — Ну, он сначала похвалил нашу подготовку, а потом сказал, что мы родителей не жалеем… И сказал, что примет на курсы, только если при нас будет письменное разрешение от лордов рода. Он напомнил, что я — единственный наследник, и если со мной что случится, род прервётся, — ответил, стушевавшись, матери Джеймс.       — И тем не менее, ты хочешь стать аврором, сын? — в который уже раз вопросил Карлус.       — Да, отец. Больше всего на свете! — ответил тот.       — Так сильно, что готов отказаться от статуса наследника? — допытывался отец.       Джеймс опешил:       — Как же?.. А кто тогда им будет?.. Неужели у тебя есть бастард?!       — Хорошего же ты мнения об отце, — обиженно проворчал лорд Поттер. — Нет, бастардов у меня нет, но есть крестник рода. И если ты откажешься от титула наследника в его пользу, я, так и быть, подпишу разрешение на поступление в аврорат.       — Крестник рода… так это не просто красивые слова? — удивился Джеймс.       — Нет, сын. И больше тебе скажу — он твой кровный брат.       — Забавно, Джеймс: у тебя, оказывается, тоже есть мелкий братик. А как его, кстати, зовут?       — Его имя — Гарольд Тобиас Флимонт Снейп.       — Как! Это мелкое недоразумение?! Он же совсем на меня не похож! Да он — вылитый Снейп, только глаза зелёные.       — Сходство с Принцами Гарольд приобрёл после вхождения в их род, а до этого вас можно было бы принять за близнецов. Только по цвету глаз бы и отличались. Так как — писать разрешение? — усмехнулся лорд Поттер.       — Да, отец. Я от своей мечты не отступлюсь. А «братишке» сообщи радостную весть, что ему в будущем светит стать лордом Поттером. Пусть порадуется.       — Что же, Джеймс, возможно, ты и прав в своём выборе, — вздохнул лорд Поттер. — Только ты должен знать кое-что ещё: весь этот год родовое древо постоянно трясло, причём твой портрет не раз озарялся красным. Беспокоясь, я беседовал с твоим деканом и, справляясь о твоём здоровье чуть ли не каждую неделю, стал ощущать на себе косые взгляды профессора Макгонагалл. Тогда я понял, что причина неспокойствия древа не в тебе, и подошёл к декану Слизеринцев. Представь моё удивление, когда я узнал, что твой брат — очень частый гость Больничного крыла! Я обратился за разъяснениями к нему лично, на что получил отповедь, что детские шалости наследника и его друзей не должны волновать главу рода. Мне оставалось только подивиться стойкости юного Снейпа. И хочу предупредить — не играй с огнём: на тебе висит долг жизни перед этим мальчиком. Не гневи Магию, сынок, если не хочешь повторить судьбу Сириуса.       — А не ты ли мне говорил, отец, что между членами семьи не бывает долгов? — удивился Джеймс       — Вот и узнай у Гарри, считает ли он тебя своей семьёй, — посоветовал ему отец, — Я предупредил.

***

      А в это время в Принц-мэноре тоже шла оживлённая беседа. Джонатан рассказал о двух кандидатах в курсанты, пришедших на смотр.       — Ну и нужна тебе эта головная боль? — спросил его Октавиус Принц. — Это же забияки, каких свет не видывал! Тебе же Эйлин рассказывала…       — Да помню я, помню. Только из таких вот дебоширов безбашенных выходят бравые авроры, надо только мозги на место вставить. Но с этим армейская дисциплина прекрасно справляется. Я потребовал, чтобы они принесли письменное разрешение от их отцов на поступление. Принесут — зачислю. Так что, Гарри, жди вскорости приглашение в Поттер-мэнор для принятия статуса наследника.       Как только он это сказал, в окно постучалась прекрасная полярная сова с янтарными глазами, «Точь-в-точь моя Хедвиг», — взгустнулось Гарри.       Гордая птица плавно спланировала ему на плечо и вытянула лапку: к ней был привязан свиток пергамента, запечатанный гербом рода Поттер. Гарри сломал печать, пробежался глазами по письму и вздохнул: Джонатан оказался прав.       — Один я не пойду! — прямо заявил Гарольд.       — Конечно нет! — спокойно ответил дед. — Тебе потребуется представитель и свидетель. С тобой поедем мы с Северусом.       Последний был не в восторге от перспективы и летом наблюдать Джеймса Поттера, но он дал клятву «защищать и оберегать», так что теперь деваться некуда: одного Гарри там просто съедят и косточек не оставят.       На следующий день лорд Принц с внуками в парадных мантиях со всеми регалиями стояли у ворот Поттер-мэнора. Открывший им домовик с поклонами препроводил гостей в родовой зал, где собрались все Поттеры и Блэки. Джеймс подошёл к Гарри и с усмешкой поздоровался:       — Ну, здравствуй, потерянный братец!       На что тот очень серьёзно ответил:       — Моего старшего брата зовут Северус Октавиус Снейп, наследник Принц, других я не знаю. Сколько себя помню, он меня защищает и оберегает, а что сделал ты, чтоб зваться моим братом?       Джеймс смутился, а в это время Гарольд продолжил:       — Но раз уж так вышло, что в нас течёт одна кровь, предлагаю начать с чистого листа. Меня зовут Гарольд Тобиас Флимонт Снейп, будем знакомы. — Однако руку не протянул, опасаясь розыгрышей.       Лорд Поттер оценил и причину тоже понял: статус старшего брата заслужить надо — в их случае общая кровь ничего не решает…       Джеймс попытался оскорбиться, но под суровым взглядом отца ответил:       — Я — Джеймс Карлус Поттер, наследник Поттер (пока), приятно познакомиться.       Лорд Карлус выдохнул: первый шаг к примирению сделан, теперь передача статуса пройдёт легче — магия родов не будет сопротивляться. Он встал возле гобелена напротив имён своей семьи и позвал:       — Джеймс, Гарольд, подойдите ко мне. — Когда требование было выполнено, лорд Поттер продолжил: — Приложите правую руку каждый к своему портрету. Джеймс, произнеси формулу передачи.       — Я, Джеймс Карлус Поттер, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, добровольно передаю статус наследника рода своему младшему брату, Гарольду Тобиасу Флимонту Снейпу. Я сказал, да будет так.       — Принимаешь ли ты, Гарольд, статус наследника? — задал ритуальный вопрос лорд Поттер. Теперь от ответа его младшего сына зависит судьба рода.       Гарри сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и ответил:       — Принимаю.       Карлус с облегчением выдохнул: слава Великой! А со всех сторон раздался многоголосый хор:       — Свидетельствуем!       Магия свернулась вокруг ребят коконом, проверяя истинность каждого слова клятвы. После была яркая вспышка — и надписи на гобелене изменились. Теперь там значилось:       «Джеймс Карлус Поттер, старший сын рода Поттер;       Гарольд Тобиас Флимонт Снейп, младший сын и наследник рода Поттер, младший брат наследника рода Принц.»       Всех присутствующих пригласили к столу — несмотря на краткость, этот ритуал весьма магозатратен, и после него необходимо восстановить силы. Обед прошёл на удивление спокойно.       Оказавшись наконец дома, Гарри задал давно мучивший его вопрос:       — Северус, ты же не против, что когда-нибудь я стану лордом Поттером?       — Не мели чепухи, Гарри. Ты навсегда останешься моим младшим братом!

***

      Гарри счастливо улыбнулся. Он огляделся вокруг себя, обводя взглядом небольшую уютную гостинную, которую они делили с Северусом.       Им позволили оборудовать её по своему вкусу или даже разделить пространство на личное, но они решили оставить её одну на двоих и ни разу не пожалели об этом. Северус хоть и был серьезен не по возрасту, но отлично уживался с шустрым младшим братом. И, хоть никогда бы не признался вслух, очень любил вот такие уютные вечера. Но Гарри и без слов всё прекрасно видел, и это делало его ещё счастливее.       — Северус…       — Ну что ещё, неугомонный ты наследник Поттер.       — Как ты думаешь, а дальше, всё будет хорошо?       Перед глазами младшего Снейпа пролетала все его такая насыщенная жизнь.       — Ты чего это? У меня по прорицаниям «слабо». Однако, если будешь по большей части слизеринцем и паинькой, то всё будет хорошо.       — Навсегда?       — Навсегда, глупый ты ребёнок. — Северус потрепал брата по волосам и снова взялся за свою книгу.       А Гарри наконец окончательно отпустил свои страхи и почувствовал, как магия размывает его далёкое прошлое, оставляя их в памяти словно фрагменты давнего почти забытого сна…