чернила и пергамент | кровь и кости

Первое сентября наступило быстрее, чем она ожидала. Последний месяц Элиза утопала в горах учебников, и поглощала их, словно голодная. Юная ведьма жаждала знаний об этом новом мире, ее мире, и она не хотела показаться неполноценной. Она должна была доказать им всем свою состоятельность, она должна была доказать, что стала лучше. Каждому хорошему лидеру нужны последователи, и только так она собиралась свергнуть корону Дамблдора. За последние несколько недель она прочитала много нового об этом человеке, о его победе над Грин-де-Вальдом , о его положении в волшебном мире. Казалось, не было ни одной книги о современных исторических событиях, в которой бы он не упоминался и обычно выставлялся в лучшем свете. Но история всегда пишется победителями, и Элиза не желала поддаваться предвзятым мнениям, поэтому она вернулась в переулок, чтобы найти какой-нибудь "альтернативный" материал для чтения. Она решила, что сохранит свой разум открытым для любой магии, о которой прочитает. Недели пролетели быстро, и она упаковала свой сундук, набитый новой одеждой и книгами, а комплект формы положила в кожаную сумку. Ей придется переодеться в форму, когда она приедет, ведь она никак не могла разгуливать по маггловскому Лондону в мантии. Она упаковала последний предмет - старый потрепанный дневник, который она украла на рынке Кэмден. Это был не столько дневник, сколько место, куда она записывала свои магические эксперименты, когда была младше. Теперь он был немного ненужным, но Элиза не могла не испытывать к нему сентиментальной привязанности. И вот с легким сердцем, дрожащая от предвкушения, она радостно запрыгнула в такси, которое отвезло ее на вокзал Кингс Кросс. К началу новой жизни. Хогвартс-экспресс представлял собой поистине великолепное зрелище: красный паровоз сверкал в лучах послеполуденного солнца, и Элиза изо всех сил старалась скрыть свое волнение. Если бы не толпа визжащих детей и рыдающих родителей, юная волшебница могла бы даже почувствовать благоговение. Как бы то ни было, она быстро устала от шума вокруг нее и пробралась к поезду, таща за собой сундук. Девочка протискивалась сквозь толпу, пока не нашла пустое купе в конце поезда. Кивнув сама себе и опустив чемодан на пол, достала свою остролистовую палочку с пером феникса («Любопытно, очень любопытно,» - раздался в ее голове голос Олливандера), сосредоточившись на ощущении своей магии, она щелкнула палочкой в направлении сундука. - Wingardium Leviosa, - четко и без колебаний произнесла Элиза, пока сундук не поднялся в воздух, накренившись. Вздохнув с облегчением, положила палочку обратно в карман. Заклинания, по крайней мере, первого курса, давались ей легко, особенно теперь, когда она могла пользоваться палочкой. Она полагала, что это из-за того, что все эти годы в приюте она занималась беспалочковой магией, хоть и сомневалась, что надолго опередит своих сверстников. Ей просто придется работать усерднее. - Мы хотели предложить тебе помощь… -…но, кажется, ты уже все сделала. Девочка быстро обернулась и схватила свою палочку, изучая двух мальчиков перед собой. Пара долговязых рыжеволосых близнецов стояла с выражением удивления. Прошло несколько мгновений неловкого молчания, прежде чем Элиза вскинула бровь. - Может представитесь? - спросила она, не обращая внимания на их пристальные взгляды. Оба тут же расплылись в озорных ухмылках и заговорили. - Я Фордж. - А я Дред. - Или я Джордж, а ты Фред? - Нет-нет, я Фордж, а ты Дред! Эти двое закончили свое выступление, похоже, обрадованные выражением растерянности на ее лице. Она полагала, что они должны делать это с каждой бедной душой, которая им попадается. - А ты кто такая? - Ох, этого не может быть!… - Так это ты, не так ли? - Кто я? - ответила Элиза, не впечатлившись, хотя и не смогла скрыть улыбку, тронувшую уголок рта. - Элиза Поттер, - произнесли они торжественно и самодовольно. Элиза кивнула в знак согласия и уже собиралась ответить, когда мальчиков отозвала та, кто могла быть только их матерью. Они обменялись взглядами и быстро выбежали из купе, а Элиза закрыла за ними дверь, доставая из своего ранца учебник по зельям, чтобы занять себя на время поездки. Поезд двигался не более пяти минут, прежде чем ее снова прервали. В ее купе ворвался еще один рыжеволосый мальчик, примерно ее возраста, и несколько мгновений безучастно стоял, прежде чем заговорить. - Кто-нибудь ещё сидит здесь? Все остальные места заняты, - нагло спросил он. Элиза сидела, ожидая, что он представится, но молчание продолжалось. Она не зря изучала все эти книги по этикету, и если он не собирался демонстрировать хорошие манеры, она могла только предположить, что он не тот союзник, которого стоит заводить. Даже если он, скорее всего, был родственником этих забавных близнецов. - Я Элиза Поттер, а ты? - спросила она, но дурак даже не ответил на ее вопрос, предпочитая стоять и таращиться, как идиот. - Черт возьми! Вот куда... Тут он ткнул пальцем в шрам, идущий по правой стороне ее лица, и Элиза почувствовала, что ее терпение лопнуло. -Да, это он, и если тебе надоело пялиться на меня, я должна попросить тебя уйти, - жестко сказала она, окинув его взглядом, пока он стоял, не понимая, что происходит. -Уходи, - снова потребовала она, и на этот раз он скрылся, бросив на нее обиженный взгляд. Она явно не соответствовала образу героини, который ее окружал. Элиза откинулась на спинку кресла и перевернула еще одну страницу своей книги. Какой позор. Поездка в поезде прошла быстро, и большую часть пути она оставалась наедине со своим чтением. Один раз ее прервала лохматая девочка, спросив, не видела ли она жабу, и она слышала, как какой-то надменный блондин вещал, что ищет Элизу Поттер, но она просто спряталась за книгами, когда он прошел мимо нее. Поезд уверенно двигался мимо больших открытых полей и сельской местности, небо окрасилось в светло-розовый цвет заката. Она уже давно переоделась в форму и убрала свои книги, когда поезд медленно подполз к остановке, въезжая на станцию. Оставив багаж в поезде, Элиза вышла из своего купе и, спотыкаясь, бросилась в толпу. Вдалеке девочка заметила горящую лампу, а над толпой раздался громкий голос. - Первокурсники, все за мной! Элиза пригибалась и пробиралась сквозь толпу, следуя за гигантским мужчиной и его рокочущим голосом. Она шла вниз по крутой и узкой тропинке, слепо следуя за своими товарищами-первокурсниками. В конце концов они пришли к небольшому берегу, на котором стояло множество маленьких лодок, окруженных озером с темной гладкой водой. - Не больше четырех в лодку! - снова прорычал мужчина, и Элиза оказалась в одной лодке с другой девочкой и двумя мальчиками. Все молчали, пока они плыли по озеру, и Элиза резко вдохнула, впервые увидев Хогвартс. Замок был огромным, башни и башенки, сверкающие огни, окруженные звездным небом. Элиза впервые в жизни почувствовала, что наконец-то вернулась домой. Гигант провел их в переднюю часть замка и остановился перед тяжелой дверью. Он поднял кулак и громко постучал. Дверь распахнула пожилая, суровая на вид женщина. В ее взгляде, когда она вела их через прихожую, была острота, которая заставила Элизу насторожиться. Точно ведьма. Волшебница, как она помнила, профессор МакГонагалл, завела их в небольшую комнату и обратилась к ним. Элиза изучала своих однокурсников, пока заместитель директрисы произносила вступительную речь. Многие из них выглядели взъерошенными и нервными, оглядываясь друг на друга, но некоторые выделялись. Это были те трое, с которыми она плыла в одной лодке, темнокожий парень бесстрастно стоял рядом с брюнетом и блондинкой. У обоих было выражение интриганства, на которое, как знала Элиза, ушло немало времени. Должно быть, они чистокровные, ни один другой ребенок не был настолько погружен в политику, чтобы уметь так прекрасно притворяться. Девочка, как и она, казалось, изучала своих однокурсников острыми ясными голубыми глазами, ее светлые кудри были идеально уложены в пучок. Элиза не подпрыгнула при появлении призраков и не запаниковала по поводу сортировки, как лохматая девочка рядом с ней, в панике повторяющая заклинания. В конце концов, все это было в "Истории Хогвартса". По крайней мере, в ее версии. Вскоре после того, как МакГонагалл покинула их, в центре группы вспыхнул конфликт, в котором участвовали раздражающий рыжик, а также высокомерный блондин, и их голоса эхом донеслись до Элизы, стоявшей в глубине толпы. -Рыжие волосы, потрепанные мантии, ты , должно быть, Уизли, - растягивал слова напыщенный блондинчик, и Элиза едва сдержала фырканье, когда Уизли приобрел интересный оттенок красного, став прохожим на буряк. В этот момент вернулась профессор МакГонагалл. Она жестом приказала всем построиться в шеренгу и повела их вперед. Элиза шла за мальчиком с песочными волосами, пока их вели через двойные двери в большой зал. От него захватывало дух. Потолок отражал мерцающее ночное небо над головой, сотни плавающих свечей выстроились вдоль четырех столов, за которыми сидели остальные ученики. На столах стояли сверкающие золотые кубки и тарелки, а в верхней части зала находился еще один стол, за которым сидели учителя. Элиза, столь непривычная к величию и богатству, чувствовала себя не в своей тарелке среди открывшегося перед ней великолепия. Группа остановилась перед залом, и Элиза наблюдала, как МакГонагалл поставила перед ними старый трехногий стул, на который надела старую потрепанную шляпу. Затем, внезапно, шляпа распахнулась, и она начала петь. Элиза внимательно слушала песню и вежливо хлопала, когда она закончилась, размышляя о своих возможностях, поскольку началась сортировка. Конечно, если бы она могла выбрать дом, то избежала бы Слизерина, зная, под каким вниманием он будет находиться, но... Но это был первый настоящий дом в ее жизни, она чувствовала тепло замка всеми своими костями, она не хотела провести семь лет в доме, к которому не принадлежала. Наверное, лучше всего было просто позволить шляпе решать, заключила Элиза, пока Перкс и Салли-Энн проходили сортировку, в конце концов, это была ее работа. - Поттер, Элиза Как только имя Элизы было названо, по залу начали распространяться шепотки, и она почувствовала, что за ней наблюдает слишком много глаз. Но все же она вскинула подбородок и уверенно направилась к выходу. Она присела, когда шляпа была надета на ее голову и сразу же заслонила ей обзор. Несколько мгновений было тревожно тихо, прежде чем тоненький голосок произнес ему на ухо «Интересно» Элиза молчала, чувствуя, как шляпа назойливо роется у нее в голове. «Такой большой потенциал, такая сильная потребность проявить себя, да, ты была бы там великолепна, и я знаю, что ты этого хочешь, не так ли?» Слова из песни промелькнули у нее в голове, что настоящие друзья тоже не помешают. Шляпа захихикала, услышав ее мысли. «Если вы уверены, мисс Поттер, то лучше бы это было так.» - СЛИЗЕРИН! Шляпа прокричала последнее слово на весь зал, и ошеломленная тишина последовала за ее «приговором». Элиза сняла шляпу со своей головы, профессорша, казалось, была настолько шокирована, что не могла ничего сделать, и пошла через зал с высоко поднятой головой, не обращая внимания на злобные шепотки, которые следовали за ней. Никто не аплодировал распределению Элизы, но теперь это не имело значения, ведь даже шляпа сказала об этом. Юная ведьма была на пути к величию. После этого сортировка продолжилась, хотя и казалась более спокойной. Когда последний ученик, Блейз Забини, тоже был отсортирован в Слизерин, Дамблдор поднялся с речью -Добро пожаловать! - сказал он, - Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш праздник, я хотел бы сказать несколько слов. И эти слова таковы: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Элиза недоверчиво смотрела на сумасшедшего старика, пока он говорил, и она готова была поклясться, что при распределении он искал ее в толпе Соревнование взглядов Элизы было прервано, когда перед ней внезапно оказалась тарелка с едой. Она была потрясена количеством появившейся еды. Остальные студенты с удовольствием накладывали себе в тарелки все, что им подавали, и Элиза не могла подавить чувство горечи, которое она испытывала, наблюдая за их обжорством. Эти студенты считали, что амбиции можно приобрести благодаря семейному наследию, а не горячему желанию стать чем-то большим, чем то, от чего ты произошел. Это вызывало у нее отвращение. Взяв себя в руки, она начала аккуратно наполнять свою тарелку, не сводя глаз с окружающих ее учеников. Трое, которых она заметила раньше, Теодор Нотт, Блейз Забини и Дафна Гринграсс, собрались рядом с ней, а Драко Малфой держался дальше за столом. Уже формировались группы, и Элиза оказалась в роли явного аутсайдера. - Расстроена своей сортировкой, Поттер? Собираешься плакать дома перед родителями? О, подожди, - назойливо дразнил ее Малфой. Элиза просто сделала вид, что не услышала светловолосого болвана, который, похоже, хотел сделать ее своим врагом. Большой зал был не местом для конфронтации. Вместо того чтобы ответить, Элиза принялась изучать стол персонала. Дамблдор, казалось, снова стал веселым, но Элиза знала, что не ошиблась в его холодном взгляде. Профессор Снейп выглядел любопытной смесью возмущенной ярости и настороженного шока, и Элиза с удовольствием улыбнулась ему невинной улыбкой. Она все еще изучала стол для персонала, пока другие первокурсники разговаривали между собой, когда острая жгучая боль пронзила ее шрам. Она вздрогнула, но как только боль появилась, она тут же ушла. Она медленно поработала челюстью, когда боль утихла, и вернулась к разглядыванию стола. Ее шрам иногда побаливал, но никогда еще не было так больно. Ее размышления были прерваны, когда посуда была убрана и Дамблдор снова поднялся, произнося заключительную речь. - И наконец, я должен сказать вам, что в этом году коридор третьего этажа с правой стороны запрещен для всех, кто не желает умереть мучительной смертью. Раздалось несколько смешков, но в остальном в зале воцарилась неловкая тишина. О чём думал Дамблдор, объявляя подобное? Любой упрямый авантюрист-гриффиндорец попытался бы сейчас пройти по коридору, как будто он этого хотел... Наверняка нет? Элиза не могла поверить, что директор мог зайти так далеко, весь сценарий действительно казался надуманным, но директор также позволил ей воспитываться в приюте, ни разу не проверив ее, несмотря на то, что был ее магическим опекуном. Это должно быть либо некомпетентностью, либо злым умыслом. Элиза постаралась прогнать сомнения и убедить себя, что директор не станет вынашивать столь причудливый план. Но пока остальные ученики Хогвартса пели школьную песню, она старательно молчала. После этого все они направились к префектам, которые повели их по извилистому коридору к общей гостиной. Она знала, что общая комната Слизерина находится под озером в подземельях замка, но это никак не подготовило ее к лабиринту, который им придется преодолеть, чтобы найти ее. Префекты, шедшие впереди, поддерживали непрерывный разговор, указывая по ходу дела на хитрые ходы и ложные двери. Прошло совсем немного времени, и они остановились перед глухой каменной стеной. - Пароль к общей комнате меняется каждые две недели, вы найдете его на доске объявлений и постарайтесь не забыть его, мы вам не поможем, - пошутила девушка-префект, прежде чем повернуться лицом к стене, - Аспид. Камень медленно раздвинулся, открывая общий зал. Элиза вскочила внутрь вместе с остальными товарищами по курсу и оглядела общую комнату с едва скрываемым благоговением. В задней части комнаты были большие окна, выходящие на озеро, которое освещало комнату успокаивающим зеленым светом. Темные диваны и кожаные кресла были разбросаны по комнате у камина, у журнальных столиков и книжных полок. На стенах висели толстые мерцающие гобелены, а каменный пол был устлан толстыми плюшевыми коврами. Элиза чувствовала себя в гармонии с миром. Префекты не мешали им глазеть, прежде чем снова обратить их внимание на себя. - Добро пожаловать, Слизеринцы, в ваш новый Дом, - сказала префект, представившаяся Джеммой Фарли - Я уверена, что вам не терпится отправиться в свои общежития, но сначала мы должны обсудить с вами несколько правил Дома, - сказала она, оглядывая их всех, - Первое, конфликты в Доме остаются внутри Дома, Слизерин ненавидит треть школы, и нет ничего важнее, чем единый фронт. Второе, вы должны хорошо представлять Дом, и ваши оценки не будут снижаться, у нас есть учебные группы, если вам нужна помощь. Номер три: слизеринцы работают иначе, чем другие дома, вы здесь потому, что у вас есть амбиции, а значит, и динамика в доме выше, - тут она сделала паузу, словно пытаясь подобрать нужные слова, - У вас есть первая неделя, чтобы освоиться. А теперь несколько слов от главы нашего дома, - закончила Джемма, делая шаг назад, чтобы присоединиться к остальным, которые отдыхали в остальной части общей комнаты. Элиза не подпрыгнула, как остальные ее товарищи по классу, но была удивлена, когда профессор Снейп внезапно вынырнул из тени, развевая плащ, и остановился в центре комнаты, окинув их всех тяжелым взглядом. - Как слизеринцы вы столкнетесь с предрассудками, трудно оставаться сильными перед лицом трудностей, поэтому помните следующее: вы были отсортированы сюда не просто так. У всех вас, стоящих передо мной, есть потенциал стать великими, вы амбициозны, хитры, находчивы и, прежде всего, вы Слизерин, и теперь это ваш дом, что бы ни случилось, - сурово сказал Снейп, и Элиза почувствовала, что наклоняет подбородок, когда он перевел взгляд на нее. Она знала, что станет великой, ей просто нужно было доказать это. Снейп кивнул головой в их сторону, а затем повернулся, чтобы уйти. - Мой кабинет открыт для всех, кто в нем нуждается, но не беспокойте меня легкомысленными вопросами, - говорил он на ходу, но остановился перед самым выходом из комнаты, - И что бы вы ни делали, не попадайтесь. Это разрушило напряжение в комнате, и все разразились смехом. Элизу и других девушек ее курса привели в общее общежитие, четыре кровати с балдахинами стояли вдоль стены, и все сразу же уселись на свои места. Элиза не привыкла жить в одном общежитии, ей не приходилось делать этого уже много лет, но это было идеальное время, чтобы завести связи и повысить свой статус в доме. За последние несколько недель она прочитала достаточно книг по политике, чтобы понять внутреннюю, почти макиавеллиевскую работу Дома. - Я Элиза Поттер, наследница благороднейшего Дома Поттеров, надеюсь, мы сможем сделать эти семь лет приятными для всех нас, - любезно обратилась Элиза к другим девушкам, Пэнси Паркинсон, Миллисент Булстроуд и Дафне Гринграсс. Паркинсон насмешливо и резко посмотрела на нее. - Ничто не может сделать жизнь с Предателем Крови приятной, - выплюнула она, задергивая шторы на своей кровати, и остальные девушки последовали ее примеру. Элиза забралась в свою кровать, улыбаясь. Если она не может приманить этих мух медом, то придется прибегнуть к дерь…кхм, альтернативным мерам. Элиза отказалась терпеть унижения от мопсоподобной девчонки, которая вела роскошную жизнь. Ведь она была сделана из песка, крови и яда, и никому не позволит встать на ее пути. С этой мыслью и заснула, на лице играла улыбка.