Айс-латте и мягкое пятничное утро

В квартиру Наги они с Рео вваливаются одним непонятным комом из наполовину стянутой одежды и сплетенных в тесных объятиях конечностей. У Сейширо не хватает терпения на то, чтобы разуться, и он этим пренебрегает, затаскивая успевшего разомлеть от хаотичных поцелуев Рео в ближайшую комнату. Наги торопится, потому что ему хочется всего, сразу и побольше — резко дергает за узел чужого галстука, видимо, стремясь порвать его на куски, ловко выправляет рубашку из брюк, широкой ладонью заползает под тонкую ткань и ведет вдоль позвоночника, собирая мелкую дрожь. Рео в его руках восхитительно податливый, Сейширо с ума сходит от осознания безграничности собственной власти над этим упругим телом, жаждущим прикосновений. Невозможно сказать точно, кто тянется за поцелуем первым — они с Рео сливаются в единый, синхронно действующий организм, у них на двоих и бурлящие в крови эмоции, и зашкаливающий, стучащий где-то в висках пульс, и шумное, давно сбившееся дыхание. Наги подталкивает Рео к дивану, окончательно избавляя того от раздражающего пиджака, фыркает одобрительно, когда Микаге начинает расстегивать свою рубашку, помогая. Избавить бы его от одежды полностью и смотреть на обнаженного Рео, гладить, гладить, гладить везде, куда только возможно дотянуться, но Наги не отвлекается. Лижет и покусывает острый угол челюсти, с титаническим трудом сдерживаясь, чтобы не наставить ярких засосов. Прихватывает мягко губами кожу на доверчиво подставленной шее, жадно пьет горячую пульсацию сонной артерии, чувствует, как Микаге мертвой хваткой цепляется за его плечи, боясь рухнуть на пол. Гормоны играют с Наги злую шутку — он не способен связно думать мозгом, потому что вся кровь устремляется в пах, и брюки становятся невыносимо узкими. Рео быстро избавляет его от ремня, хлестко звенит металлическая пряжка, и Наги облегченно стонет, стоит Микаге, наконец, справиться с пуговицей и застежкой-молнией на штанах. Пальцы Рео едва смыкаются вокруг возбужденного члена — Сейширо длинно выдыхает ему в рот, подаваясь навстречу плотно сжимающейся ладони. — Сядь, пожалуйста, — просит вдруг Микаге, хитро сверкая глазами. Зрачки у него широкие-широкие, губы вишневые, припухшие, впрочем, Наги уверен, что сам выглядит ненамного лучше. Он послушно падает на клетчатые подушки, не понимая, что конкретно Рео намерен с ним сделать, и только спустя секунду, когда он одним красивым, плавным движением опускается на колени между разведенных ног, до него доходит. Микаге, томно глядящий из-под полуопущенных ресниц снизу вверх, облизывающийся так, словно перед ним не увитый венками, блестящий смазкой член Наги, а самый вкусный на свете десерт, выглядит просто восхитительно. — Я же еще не помылся, — вяло протестует Сейширо. — Мы сходили в душ после физкультуры, помнишь? Такие аргументы крыть просто нечем. Наги запрокидывает голову назад, на спинку дивана, позорно не выдерживая длительного зрительного контакта. На его ладонь, судорожно комкающую плед, опускается ладонь Рео, невольно привлекающая внимание. — Я хочу, чтобы ты смотрел, Сейширо. Одной незначительной фразой он безжалостно выбивает из легких абсолютно весь воздух. Комната вдруг становится слишком маленькой для них двоих, потолок как будто медленно падает на Наги, грозясь раздавить его в равномерный плоский блин. Не отворачиваться выходит откровенно плохо. Безумный жар чужого рта, тисками сдавливающий головку, кипящей лавой растекается в животе, жидким стеклом оседает внутри грудной клетки. Если Рео продолжит в таком же духе, органы точно расплавятся к чертям. Сейширо не знает, куда деть руки, но Микаге подсказывает ему — кладет одну из них на свой затылок. — Рео, — шепчет Наги глухо, крепко хватая его за волосы. Ему никогда не доводилось испытывать чего-то, хотя бы отдаленно напоминающего губы Рео, которые тесно обхватывают твердую плоть, и Сейширо нравится, что с ними обоими это впервые. Микаге двигается медленно и поступательно, замирает часто, крупно вздрагивая всем телом, цепляется за Наги так, словно порывается отодрать мышцы от костей. Очевидно, он старается полностью пропустить член в горло, и Сейширо хочет сказать, что это совершенно необязательно, что ему и так очень хорошо, что у Рео великолепно получается, а затем чувствует, как головка упирается в заднюю стенку глотки, и забирает свои слова назад. Удержаться от того, чтобы не толкнуться в эту головокружительную, обжигающую узость, нереально — Рео практически утыкается в лобок носом и стонет вместе с Наги, распространяя по члену слабую вибрацию. Его ноздри широко раздуваются, пока он пытается поддерживать нормальное дыхание, пару раз изгибается, подавляя рвотный рефлекс, коротко скребет ногтями по бедрам Сейширо. В глазах Рео стоят слезы, по подбородку течет слюна — Наги быстро оттягивает его от себя, испугавшись, но Микаге выглядит ужасно довольным в противовес чужому беспокойству. — Прости, я не специально, — лукавит, конечно. Есть что-то жутко возбуждающее в том, как Рео бегло утирает губы тыльной стороной ладони и смаргивает с ресниц влагу, как заправляет за ухо выбившуюся из прически фиолетовую прядь, как ерзает неловко, пытаясь удобнее устроиться на жестком полу. — Все хорошо, — отвечает Рео, ухмыляясь. — Мне нравится. Какие-то метафорические тормоза своими словами он все же срывает, потому что Наги притягивает его обратно за волосы, и Микаге с готовностью высовывает язык. Необычное ощущение скольжения головки по шероховатой поверхности вытягивает из Сейширо низкий грудной звук, отдаленно напоминающий стон. Рео вновь берет член в рот, правда, до половины, ритмично двигает головой, втягивая щеки, изредка замедляется, чтобы поддеть языком уздечку или нежную крайнюю плоть. Неосторожно задевает зубами, когда пробует взять глубже — Наги болезненно шипит, но возбуждение от этого не пропадает, наоборот, становится сильнее и острее. Сейширо понимает, что не продержится долго. Накатывающий стремительной волной оргазм знаменуют поджимающиеся на ногах пальцы, громкие вдохи и длинные выдохи, смешанные с бесконечным упоминанием чужого имени, то, как резко Наги толкается в горло Рео, как жмурится от избытка ощущений, внезапно обрушивающихся на его невероятно уязвимое сейчас тело. — Я хочу кончить тебе на лицо, — стонет Сейширо, — Можно? Микаге отстраняется и послушно открывает рот. Буквально двух хаотичных движений рукой хватает, чтобы излиться прямо на язык, на алеющие румянцем щеки и немного на ворот так и не снятой рубашки. От того, с каким удовольствием Рео глотает сперму и слизывает ее с губ, Наги едва не заводится снова. Он замечает, что у Рео до сих пор стоит, и утягивает его к себе на колени, поддерживая за поясницу, потому что ноги у того подкашиваются — теперь очередь Наги сделать хорошо.