Айс-латте и мягкое пятничное утро

Наги просто лежит на диване с Рео под боком, и они самозабвенно целуются, забив на идущую фоном запись футбольного матча — ничего необычного, учитывая, что сегодня воскресенье, а Микаге невероятно тактильный и чувствительный, требующий прикосновений, но события развиваются не по заданному сценарию, потому что он, дыша шумно и загнанно, вдруг уверенно седлает бедра Наги и выдает, пунцовея выглядывающими из-под растянутого ворота футболки плечами: — Ужасно хочу тебя. Сейширо привычно тянется к завязкам на своих спортивных штанах, но Рео останавливает его — перехватывает сухую ладонь, медленно переплетает пальцы, пристально наблюдает, как молочно-белая кожа Наги контрастирует с его собственной. Совсем не похоже на него, если он чего-то сильно желает, то берет, не спрашивая, тем более не стыдясь до насыщенно-красного румянца и скошенного вниз взгляда. — Не совсем так, Наги, — Микаге говорит странными загадками, и вид у него особенно озабоченный — лихорадочно блестящие глаза, взмокший висок, неловко прикушенная нижняя губа. Волнуется неимоверно, хотя они спят не в первый раз и даже не во второй. — А, — понимающе тянет Сейширо, — Ты имеешь в виду минет? Надежда и облегчение, скользнувшие полупрозрачной тенью по лицу Рео, сменяются отчаянной обреченностью. Наги совершенно не понимает, чего конкретно Микаге добивается этими раздражающими шарадами, и подыгрывать ему, решившему испытать на прочность возможности мыслительного процесса Сейширо размеренным вечером, нет никакого желания. Наги не нравится, когда Рео такой — таинственный, неочевидный, хранящий до последнего гнетущую интригу. — Нет, по-другому, — Микаге несмело ерзает, устраиваясь удобнее, и случайно задевает полувставший член Сейширо, не отстраняется ни на миллиметр, когда Наги подтягивает его ближе, неосознанно продлевая откликающийся в животе приятным ноющим волнением контакт. Сейширо освобождает руку из его ослабшей хватки и кладет ладони на широко разведенные бедра, не двигаясь — Рео слишком неоднозначный и уклончивый сегодня, и провоцировать его не хочется. — Я не понимаю, — отзывается Сейширо, тем не менее завороженно глядя на то, как скрываются под кромкой шорт его пальцы. Кожа гладкая, нежная, от нее одуряюще сладко пахнет лавандовой отдушкой и простым ромашковым мылом. Вероятно, в душе он смыл с себя тяжелый, терпкий аромат дорогого мужского парфюма, от которого у Наги вечно кружится голова. Рео начинает дышать чаще и глубже. За его яркой реакцией необходимо следить внимательно, чтобы не упустить момента, когда Микаге в его руках натурально поплывет. Судя по мечтательно прикрытым глазам и нетерпеливо шарящим по груди рукам, Рео уже плавится. Склоняется фиолетовой тенью, упираясь по обе стороны от головы Сейширо, вновь трется о его очевидное возбуждение, доверчиво шепчет на ухо: — Хочу тебя внутри, Наги. От его слов в животе все сжимается и пульсирует, органы образуют один жаркий комок, в спальне внезапно становится на несколько градусов теплее. Не то чтобы Сейширо много знает о проникающем сексе — порно он особо не смотрит, ведь дрочить на кого-то обнаженного, кто не является Рео, невозможно в принципе, на тематических форумах не сидит, потому что ему банально лень читать кучу пресного текста. Надеется на умелость Микаге и его наверняка обширные теоретические знания и заметно расслабляется. Руки, особо ничем не сдерживаемые, проворно забираются под шорты, Рео отчего-то краснеет так, что едва пар из ушей не валит, а Наги, практически добравшись мягкими движениями до паха, не чувствует под пальцами белья. Вообще. Теперь все фрагменты обстоятельств складываются в голове Сейширо единой цельной картинкой — почему Рео настоял на том, чтобы остаться на ночь, и отказался от их запланированного похода в кафе, зачем долго торчал в ванной и почему вышел из душа необычайно смущенным. Наги чувствует, как заводится. — Что мне нужно делать? — спрашивает он, с трудом контролируя севший голос, попеременно поглаживает под шортами то одно бедро, то другое. Рео отвечает ему не сразу, оглушенный ненавязчивой лаской. — Все, что ты хочешь, — жмурится довольно, когда Сейширо немного приподнимает голову и отрывисто чмокает под подбородком, — Я подскажу, если будет нужно. Он практически ложится на Наги, прижимаясь к нему грудью, животом и твердым членом, фактически ничем не скрываемым. Утыкается в ключицу, лижет под ней и вбирает в рот тонкую кожу, мычит глухо, стоит Сейширо надежно перехватить его за поясницу и подтянуть выше, смещая поцелуи на шею. Наги чуть склоняет голову набок — ему нравится, как выглядит задница Рео в его домашних широких шортах, и он плавно перемещает на нее ладони. Получает явно положительную реакцию — томный полувздох-полустон — и слегка сжимает на пробу, ловя телом чужую дрожь. Мысль о том, что руки Наги и голую кожу упругих ягодиц разделяет всего лишь один слой ткани, будоражит. — Поцелуй меня, — просит Сейширо хрипло. Спортивные штаны не давят на вставший член, но Наги кажется, что еще немного, и даже они станут малы. Рео послушно касается его губ своими, оттягивает зубами то верхнюю, то нижнюю, слабо поддевает их языком и поддразнивает. Это надоедает довольно быстро, и Сейширо, поддаваясь секундному порыву, одним слитным движением проводит от копчика до затылка, надавливает настойчиво, вынуждая углубить поцелуй. Выходит совсем не так, как Наги представляет — взросло, мокро, развязно. Подвижный язык Рео лезет глубоко в рот, напряженным кончиком проходится по спинке языка Сейширо, порождая короткое замыкание и опасную искру в его головном мозге, усугубляя разливающееся в паху знойное пульсирующее возбуждение. Спонтанное желание запустить руку в шорты и провести между ягодиц простреливает виски, и Наги ему потакает. Рео необычно влажный, вероятно, из-за большого количества использованного им лубриканта, и горячий там, он едва не пищит, когда Сейширо собирает пальцами остатки смазки и растирает по колечку ануса. — Так ты поэтому столько в ванной проторчал? — уточняет Наги, не имея в виду ничего пошлого, но Микаге выглядит так, словно вот-вот умрет от разрыва сердца. Сдержанный кивок дается ему ужасно тяжело. Сейширо знает, что в первый раз важна правильная подготовка, и знает, что Рео наверняка хорошо растянул себя, но с тем, чтобы предельно медленно и осторожно проникнуть пальцами, ничего поделать не в силах. Микаге подозрительно дергается и замирает, опаляя шумным дыханием щеку. Внутри мягко, скользко и жарко — странные ощущения, и Наги хочется испытать их своим членом. Он неторопливо двигает рукой, замечая, как меняется поведение Рео, как нарастает громкость его вздохов и стонов, как он привыкает к длинным пальцам Сейширо и ерзает, несмело подаваясь навстречу. — Хватит, — произносит Микаге прямо в губы, — я давно уже готов. Он поднимается вдруг, оставляя Наги недоумевать, роется в своей сумке, оставленной на стуле, что-то усердно ища. Сейширо обводит взглядом его сильные, крепкие ноги и поднимается выше, и именно в этот момент Рео оборачивается. В его руке блестит квадратик презерватива и маленький прозрачный флакончик со смазкой. — Я не был уверен, какой размер нужен, — признается он и подходит обратно к кровати, подползает к Наги, усаживаясь рядом, — поэтому взял средний. Рео продумывает такие мелочи, на которые Сейширо даже не обращает внимания. Он и не догадывался о существовании этих нюансов. С него нетерпеливо тянут штаны с трусами вместе, освобождая твердую плоть, Микаге обхватывает ее ладонью, проводит пару раз на пробу. Щедро выдавливает прохладную смазку на ствол и тщательно размазывает, хмыкает удовлетворенно на то, как Наги толкается в его руку. Упаковка с презервативом шуршит, когда Рео вскрывает ее одним движением, аккуратно раскатывает его по всей длине, поправляя на кончике. — Я хочу сверху, — говорит Рео, перекидывая через Сейширо ногу, — ты не против? В ответ Наги лишь качает головой. На самом деле, так намного лучше — непрерывный зрительный контакт и гораздо больше возможностей трогать и гладить Рео. Целоваться только, наверное, неудобно, но Сейширо вполне способен потерпеть. Он поддерживает Микаге за талию, пока тот заводит руку за спину и, нащупав член, направляет его в себя. Идет очень туго, Рео морщится и кривится, нервно терзает губы и все-таки упрямо не прекращает медленно опускаться, принимая Наги в себя. Его сведенные к переносице брови и каменно напряженные бедра волнуют Сейширо куда сильнее, чем острый дискомфорт от сжимающихся вокруг члена мышц. — Ну как? — интересуется Сейширо, заглядывает в лицо, пытаясь выловить чужие эмоции, интенсивно гладит по жестким голеням, переходя порхающими касаниями на ляжки и рельефные бока. Надеется, что хоть немного помогает справиться с болью. — Чуть-чуть неприятно, — цедит Рео сквозь плотно стиснутые зубы. Врет и не краснеет — видно, что стойко терпит, шипит тихо и замирает периодически, привыкая к ощущению наполненности. Наги впервые в жизни искренне жалеет, что природа не обделила его всеми возможными размерами. — Все хорошо? — Рео нежно проводит по щеке Сейширо, заправляет за ухо светлую прядь, обводит большим пальцем завиток ушной раковины, глядит так влюбленно и обеспокоенно, что Наги невольно заливается легким румянцем. Даже в такой ситуации Микаге волнуется не за собственный комфорт, а за чужой. Невозможный человек. — Да, — выдыхает Сейширо со свистом, чувствуя, как внутрь наконец проскальзывает головка. На самом деле Рео узкий настолько, что становится действительно больно, Наги хочет отстраниться немедленно, пока его не расплющило диким жаром тугого нутра. Микаге предсказуемо стискивает его коленями, безмолвно прося не шевелиться. Он совершает странное движение тазом, и давление на член становится запредельным. Когда им уже кажется, что ничего нормального из этой спонтанной попытки не выйдет и лучше остановиться, — Наги все еще может задействовать пальцы и язык, чтобы довести до оргазма, это не является проблемой — Сейширо неосторожно перебирает затекшими в статичном положении ногами, невольно подталкивает Рео вверх, выбивая из него неоднозначный протяжный стон. И отчетливо чувствует, как член плавно погружается глубже, как великолепно мягкие, бархатистые стенки обхватывают его. Рео голову запрокидывает, доверчиво обнажая горло, всхлипывает жалобно и так невнятно, что Наги не в силах разобрать, плохо ему или хорошо. — Слишком… большой, — захлебывается Микаге вдохом, когда Сейширо, подхватывая под бедра, слегка приподнимает и опускает обратно, чутко следя за чужой реакцией. Лицо его приобретает совсем уж беспомощное выражение — Рео надежно упирается в грудь Наги и мерно раскачивается вперед-назад, сохраняя небольшую амплитуду. На полноценный секс их странные потуги похожи в последнюю очередь, но с чего-то нужно начинать. Возможно, в следующий раз выйдет гораздо лучше. В следующий раз. Наги пробует эту сладкую мысль, прокручивает вновь и вновь, и ему нравится, как она звучит в его голове. Он обхватывает член Рео, ладонью ведет широко и неритмично, даже не пытаясь подстроиться под его осторожные движения, интенсивно давит на проступающие вены и на головку тоже, обостряя ощущения. Сейчас бы поцеловать Рео крепко, к себе близко прижать, делясь с ним влажным дыханием и частым сердцебиением, только Наги с лихвой хватает фиолетовых глаз и взгляда с поволокой, тепла разгоряченной кожи и тихих стонов, срывающихся с насыщенно-розовых губ. Любовь к Рео на тысячу порядков превышает лимит чувств, которые он способен уместить в груди, и не существует ни одной сколько-нибудь веской причины держать разрушительный ураган внутри. В животе селится невесомая щекотка, как будто все существующие на планете бабочки решают одновременно слететься на запах помешательства. — Наги-Наги, — вторит Рео тяжелому, стоящему в ушах шуму пульсирующей в висках крови. Его колени предательски разъезжаются, стоит Сейширо как-то по-особенному сжать невероятно восприимчивую к прикосновениям головку параллельно с длинным толчком вверх. Рео — действительно самое прекрасное, что случалось с серой жизнью Наги, на него совсем не жаль потратить свободное время и эмоции. Он выглядит таким умопомрачительно красивым, когда яркий оргазм накрывает его — чувственно выгибается в пояснице, блаженно прикрывает слезящиеся от избытка ощущений глаза, коротко царапает плечи Сейширо, пытаясь удержаться на плаву реальности, стонет звонко, возгоняя откуда-то из недр души Наги сытое удовлетворение. Это он творит с Рео подобные вещи, это его член и его ладони заставляют теряться и падать в бездонный омут, переворачивают мир на сто восемьдесят градусов без возможности вернуться обратно. Микаге обмякает и расслабляется в объятиях Сейширо, не без некоторых усилий соскальзывает с его члена и устало падает рядом на правый бок, потирается щекой о крепкое плечо. Протягивает руку, очевидно, чтобы помочь Наги кончить, но тот качает головой. Дрочит себе быстро и резко, даже не снимая презерватив, — думать лень, не то, что заботиться о таких мелочах — и разрядка настигает практически одновременно с тем, как Рео кладет ладонь на его живот. — Это было странно, — подает Микаге голос, — Но мне понравилось. — Угу. Ни шевелиться, ни разговаривать нет абсолютно никакого желания. По телу разливается послеоргазменная нега, и Наги позволяет себе закрыть глаза, полежать чуть-чуть, прежде чем все-таки пойти в душ. — В следующий раз я буду сверху, — уведомляет его Рео непринужденно. Наги на его слова дергается. — Почему? — Потому что у меня член меньше. Да уж, думает Сейширо отстраненно, действительно веская причина.