You Reap What You Sow

      Система, получив уведомление, зазвенела. Бинхэ закрыл всплывающее окно.       Колокольчик уведомлений в его Системе снова зазвонил. Бинхэ снова закрыл окно.       Колокольчик уведомлений в его Системе….       Бинхэ выключил звук, заглушая звук уведомлений.       Наконец-то. Тишина.       …       ......       Система самостоятельно включила звук. Прозвенел рингтон.       — Черт возьми… Что?! Что тебе надо?       [Эта Система рекомендует пользователю продолжить выполнение квеста. Пожалуйста, приступите к основному квесту как можно скорее! Прошло ≪168 дней≫ с тех пор, как пользователь в последний раз выполнял квест!]       — Нет.       […]       […Нет?]             — Нет.       [Может ли эта Система узнать, почему пользователь не выполняет условия, наложенные на него при трансмиграции?]       Бинхэ вздохнул, массируя виски. Он откинулся на спинку стула, закидывая ноги на стол.       — Ты со мной с первого дня, верно? Догадайся. Они ничего не значат для меня. У меня есть дела поважнее, чем твои квесты.       Например, возродить шицзуня. Или, например, управлять царством. Жить в целом полуадекватно, самому по себе, пользоваться своими правами как независимое… существо, и все такое. У него плотный график. В нем нет места основной сюжетной линии и Шэнь Цинцю.       Кроме того, Ло Бинхэ уверен, что дорогой шифу желает его смерти. Не спрашивайте его, как он узнал: догадался. Может быть, из-за убийственного блеска в его глазах, когда они с Бинхэ виделись в последний раз. Или из-за того, что он случайно заставил Шэнь Юаня самоуничтожиться прямо на глазах у шифу всего через несколько дней после того, как их репутацию втоптали в грязь. И поскольку главный герой этого романа (это действительно просто роман? Больше похож на обыкновенный мир) больше не нуждается в помощи этого переселенца, зачем продолжать миссии? Зачем помогать тому, кому этого не надо?       — Если ты хочешь закончить сюжетную линию, прикажи Системе Мобэй-цзюня дать ему еще несколько миссий. Он автор, не так ли? Я уверен, что он намного лучше с этим справится.       [Загрузка… загрузка… сбор внешней информации… загрузка…]       […Невозможно.]       — Это из-за…       [Система Мобэй-цзюня в настоящее время на испытательном сроке, и поэтому ей не разрешается назначать пользователю какие-либо квесты, которые могут напрямую изменить сюжетную линию. Отвечаю на ваш вопрос: да, это из-за системы Мобэй-цзюня.]       Бинхэ не чувствовал жалости. Вот что будет за убийство оригинального Шэнь Юаня в романе. Хреновый автор.       Пожалуйста, не обращайте внимания на тот факт, что Бинхэ убил Шэнь Юаня, пусть и косвенно. Потому что Бинхэ тоже пытался избавиться от чувства вины. По мнению большинства его близких, он не был виноват. Ло Бинхэ постепенно пытался смириться с этой идеей, даже если она не казалась правдивой. Но даже если не он убил Шэнь Юаня, он все равно хотел вернуть своего шицзуня.       [Динь! Система удовлетворяет потребности пользователя.]       [Системное напоминание: осталась одна из трех подсказок! Пожалуйста, используйте ее с умом!]       [Использовать подсказку (1/3)?]       [Да/Нет]       — Ты можешь просто закрыть это окно? Где кнопка отключения звука, где ты…       Ло Бинхэ пролистнул меню функций Системы и громко застонал, когда понял, что кнопка отключения звука пропала. Теперь там обычный пустой слот.       Бинхэ вспомнил исекай-сериал, который он смотрел раньше, в котором кнопка выхода была удалена, и игроки навсегда оказались в ловушке игры. Отсутствующая кнопка отключения звука вызывала такой же ужас. Бинхэ будто смотрел, как перед его глазами пишут и подписывают его именем контракт на смерть.       [Динь~ Доступна подсказка! Пожалуйста, нажмите, Да/Нет]       Что-то не так, не так ли?       — К чему эта подсказка?       Ло Бинхэ совершенно уверен, что на самом деле не хочет получить ответ. Это похоже на те секунды перед скримером, когда вы знаете, что сейчас что-то выскочит, но не знаете, что именно. Но, боже, как же любопытно!       [К местоположению NPC Шэнь Юань!]       Что?       [Комментарий: Эта Система приняла сложное решение, поделившись важной информацией с переселенцем! Хочет ли пользователь получить подсказку?]       [Да/Нет]       — Я….       [Спасибо за ваш выбор. Вы выбрали «Да»]       [Подсказка: …]       Экран вспыхнул синим, и Бинхэ дернулся. По центру появилась красная линия, поначалу неподвижная. Но затем он начала бегать сверху к низу, словно кардиограмма, и из Системы полился звук.       [Нет, нет! Цинхуа, клянусь богом, я сейчас же отправляюсь на Цанцюн. Отвали, я уже неделю как отдыхаю! Я в порядке, я… дерьмо, дерьмо, дерьмо!       Шэнь Юань взвизгнул, послышался шелест кустов. Вдалеке раздался смех.       — Эй! Сам попробуй встать на меч после пятимесячного отдыха в земле! Перестань хохотать, ты, маленький…]       Звук оборвался. Бинхэ нарушил свое расслабленное положения на стуле и посмотрел на Систему, снова аккуратно нажимая на подсказку.       [Подсказок больше нет! Благодарю за сотрудничество!] — Система звучала самодовольно. Слишком самодовольно.       Ло Бинхэ нажал кнопку еще несколько раз, но безрезультатно. Тогда он кулаком ударил по кнопке подсказки. На экране появились паутинообразные трещины. Система выдала резкий звук ошибки, как при подключении к Интернету по телефону. Когда Бинхэ убрал руку, экран Системы медленно восстановился.       — Сделай так еще раз, — Ло Бинхэ выругнулся, его глаза сузились.       — Попробуй еще раз. Тело шицзуня все еще в комнате. Он не двигается более пяти месяцев. Так что я говорю тебе: попробуй еще раз.       [Система уверяет Ло Бинхэ, что информация достоверная.]       Ло Бинхэ снова ударил по экрану. На этот раз его кулак врезался прямо в центр экрана, пробивая дыру размером с мяч для софтбола.       — Нет, попробуй. Попробуй еще раз поиграть моими чувствами.       Его голос был холодным, демоническая печать пылала красным. Чернильно-черная демоническая ци собралась вокруг его кулака, зависшим над экраном.       — Попробуй, подруга. Мне все равно, гребаные ли вы модераторы этого мира или какие-то извращенные боги. Я убивал богов в бездне и сделаю это снова.       [Выполнение процедуры системного администрирования: переопределение модулей. Перезапуск аудио. Режим отображения активирован.]       Экран мерцал и расширялся, изгибаясь в углах. В воздухе появилась фигура, закрытая до плеч веймао. Вуаль вокруг шляпы скрывала его лицо, но голос был до боли знакомым. Рядом с человеком стоял Шан Цинхуа с простой заколкой, подаренной недавно Мобэй-цзюнем, в волосах.       [Шан Цинхуа говорил:       — Говорю тебе, братан, Цингэ опустошен! Я никогда раньше не видел столько эмоций на его лице!       — Ерунда. Уверен, Лю-шиди не настолько привязан ко мне.       — Ты так говоришь, но он не дрался уже несколько месяцев. И, пойми, он ни разу не пытался спорить с твоим братом. Ни разу с тех пор, как ты умер. Разве это не должно о чем-то говорить?       — Знаешь, жизнь не вращается вокруг меня. Я уверен, что с Лю-шиди случилось что-то еще, например, сломал любимый меч или что-то такое. Поверь мне, люди не очень-то и заботятся обо мне.       — Я действительно позволю себе не согласиться, А-Юань. Типа, серьезно, ты ошибаешься.]       Экран снова схлопнулся. Бинхэ низко зарычал, его глаза сверкнули. Он бросился вперед, и экран исчез, вновь появившись позади него.       [Не трюк! Не трюк, клянусь! Остановись!]       Ло Бинхэ развернулся и ударил ногой по экрану, стремясь полностью уничтожить его. Экран снова исчез, появившись над ним, и Бинхэ потянулся за мечом.       [Остановись! Просто иди к хребту Цанцюн, если не веришь мне! Встреть его там!]       Бинхэ остановился в середине атаки и расслабился, пряча меч в ножны. Подняв руку к груди, он целиком обхватил маленькую фальшивую нефритовую Гуаньинь рукой.       — Клянись своей жизнью.       [Предупреждение! Если связанный с Системой объект будет уничтожен, учетная запись будет аннулирована!]       — Кто говорил, что я тебя просто уничтожу?       Система захныкала.

***

      — Лорд Ло, ты абсолютно уверен?       — Хуалин, я никогда в жизни не был настолько уверен. Даже если хребет Цанцюн нападет на меня, я небесный демон, не так ли? Я с легкостью справлюсь с ними, — уверенно сказал Бинхэ, надевая одно из своих лучших ханьфу, обманчиво простое, но элегантное.       Хуалин сидела на его кровати, скрестив ноги и нахмурив брови.       — Дело не в этом, мой лорд. Культиваторы вам не ровня, я знаю. Просто… ты преследуешь этого своего шицзуня уже почти десять лет. Возможно, лучше отпустить его. Оставь его.       Ло Бинхэ цокнул языком и повязал вокруг талии красный пояс.       — Ты знаешь, что я не могу этого допустить. Мы слишком многим обязаны друг другу.       Ша Хуалин вздохнула и встала, оттолкнувшись от кровати. Она пронеслась мимо Ло Бинхэ к его шкафу и стала перебирать его верхние одежды, пока не нашла мантию, которая ей нравилась. Она аккуратно взяла ее с полки и вручила Бинхэ.       — Найди свое счастье, лорд Ло. Не зацикливайся на одном человеке. Это несправедливо ни по отношению к тебе, ни по отношению к нему. Ло Бинхэ откинул волосы назад, пытаясь связать их лентой.       — Не волнуйся, я знаю. У меня здесь друзья и семья, все не развалится, если он не приедет. Просто…. Мне это нужно хотя бы чтобы закончить этот этап, понимаешь? Даже если он… если я ему не нужен, есть много вопросов, которые следует разрешить. Просто открой мне портал к хребту Цанцюн, ладно?       С тех пор, как Ло Бинхэ избавился от Синьмо — Мобэй-цзюнь спрятал его бог знает где — Бинхэ полагался на Мобэй-цзюня как на личного водителя. Немного раздражает, что он постоянно то во дворце, то отбывает из него (даже если это и по поручениям Бинхэ). Но так как Мобэй-цзюнь в отъезде…       — Конечно, мой лорд. Я тотчас же все устрою.

***

      Несколько часов спустя              Мобэй-цзюнь лениво мерил шагами мавзолей, то и дело выискивая слабые места в барьере. Он смутно помнил, что задумывал, что около покоится некое сокровище, которое способно оживлять мертвых. Звучало многообещающе. Мобэй добавил его для какой-то крутой сцены, в которой Шэнь Цинцю возвращает к жизни действительно горячего парня по причине, смутно связанной с сюжетом и напрямую связанной с па-па-па, но, к сожалению, он убрал ее вместе со всеми деталями даньмэй.       От барьера послышался треск, когда Мобэй-цзюнь постучал по нему; барьер оставался прочным даже спустя тысячи столетий. Тогда он, вероятно, не сможет проникнуть внутрь с помощью одной лишь магии.       А что если его просто сломать? Это, может быть, и древний известный памятник демонической культуры, но кого это волнует? Не похоже, что демоны строго чтили правила. Мобэй был более чем рад пройтись по этому барьеру шар-бабой.       …Теперь, когда Мобэй думал об этом, возможно, общение с Ша Хуалин повлияло на него намного сильнее, чем ему хотелось бы.       Честно говоря, Мобэй был удивлен, что никто не вломился сюда раньше.       Или, может быть, они пытались, но просто не пережили этого. Наверное, так и было.       Мобэй-цзюнь уже планировал поджог и хаос, который он учинит здесь, точно подсчитывая, сколько понадобится черных лунных носорогов-питонов Бинхэ, чтобы разрушить этот барьер. Вероятно, небольшое стадо. Это не будет слишком сложно. Тогда Бинхэ с Мобэем сгребут все сокровища (даже те, что не имели отношения к некромантии), в которых нуждался Ло Бинхэ. Внутри их ждет куча артефактов, вроде проклятых предметов, драгоценных камней и… сотен различных амулетов, связанных с па-па-па.       А, может, и нет. Может быть, им стоит просто взять амулет для некромантии и уйти.       Бедный ребенок. Мобэй-цзюню было искренне жаль Бинхэ: парень переживал тяжелые времена. Впрочем, Мобэй по некоторым причинам не чувствовал себя слишком плохо. Во-первых, Шэнь Юаня, в конце концов, вернут к жизни, благодаря одной лишь силе воли. Во-вторых, Ло Бинхэ, или, как его раньше звали, Бесподобный Баклажан, ужасный человек с подпорченной кармой.       Нет, Мобэй-цзюнь еще не оправился от нанесенных обид.       [Какого хрена?] — пробормотала его Система. Мобэй-цзюнь посмотрел на свое кольцо.       — Говори.       [Что за… зачем она просматривала мои данные? Почему у нее есть доступ к моему статусу?]       — Это ничего мне не дает.       [Вот дерьмо. Черт, это запрещено. Она понимает, что делает? Она… о, черт!]       — Что?       [H2GB Lite! Система Ло Бинхэ! Она пытается вручную ускорить повествование, что, черт возьми, она делает?! Если что-то пойдет не так, мы потеряем… черт, подождите, пока об этом не услышит руководство. Оно надерет мне задницу]       — Клянусь богами сверху, если ты не расскажешь, в чем дело….       [Система Ло Бинхэ отправила его в секту Цанцюн! Шэнь Цинцю уже расставил ловушки на небесных демонов, будет некрасиво, если Бинхэ просто появится откуда ни возьмись!]       Мобэй-цзюнь отошел от барьера и тут же прорвал материю, тая в ледяных объятиях портала.       — Клянусь всеми богами: если он опять пострадает, я лично прерву его страдания.

***

      В то же самое время на хребте Майгу       Тяньлан-цзюнь пошевелил своей новой рукой, любуясь длинными изящными пальцами. Тон кожи был темнее, чем у его первоначального тела, вероятно, потому, что Тяньлан-цзюнь провел в пещере последние два десятилетия без возможности пошевелиться и без солнечного света.       Но хватит об этом. Пускай прошлое остается в прошлом. Тяньлан-цзюнь великодушный человек. В конце концов, в Царстве демонов он имел репутацию милосердного повелителя.       Люди вокруг него сжались, вздрагивая. Они отпрянули в сторону, цепляясь за стены пещеры. Теперь они стали ловушкой для них.       — Чжучжи-лан! Смотри! Никаких когтей! — Тяньлан-цзюнь вытянул руки нового пользователя… тела. Было довольно трудно довести себя до грани смерти, чтобы должным образом переселиться в тело духом, но он, наконец, сделал это! Ура! Новое тело, на этот раз без огромных шрамов и обнаженных костей! Ни следа гниения!       Рядом улыбнулся Чжучжи-лан, подчеркнуто игнорируя окружающих людей.       — Я выяснил, что у людей обычно нет когтей.       Тяньлан-цзюнь с любопытством склонил голову нового тела.       — Правда? Ха, много времени утекло. Должно быть, забыл.       Тяньлан-цзюнь вновь согнул руку, и демоническая ци собралась вокруг кончиков его пальцев. С отвратительным шипением кончики пальцев обуглились до костей.       — Ну, это достаточно легко исправить. Интересно, как люди так долго живут без способа защититься?       — С помощью обмана, этот Чжучжи-лан с-с-с-считает.       Тяньлан-цзюнь вздохнул.       — Возможно ты прав, — он хлопнул в ладоши, — А теперь к делу.       Когда они вышли из пещеры, Чжучжи-лан закатил проход валуном. Новое тело Тяньлан-цзюня, тело, которое несколько месяцев накапливало силы, было выше Чжучжи-лана. Тяньлан-цзюнь прогуливался по извилистым пещерам, по-мальчишески скрестив руки за головой.       — Итак, я тут подумал… помнишь тот меч, который, как ты мне говорил, в центре хребта спрятал ледяной демон?       — Угу. Демон был похож на Мобэй-цзюня. Возможно это его сын.       Губы Тяньлан-цзюня изогнулись в ухмылке.       — Ах, значит, сосулька уже подросла, да? Как быстро летит время…. Думаешь, он дружит с… как там его зовут? Бинхэ? — Тяньлан-цзюнь покачал головой. — Ах, неважно. Я отклонился от сути дела. Этот меч. Этот меч просил крови с того дня, как попал сюда. Это раздражало, поэтому я попытался отследить его с помощью демонической ци. Я и забыл, насколько это полезно. И когда я нашел его, я узнал энергию этого клинка.       — Что вы имеете в виду, милорд?       Тяньлан-цзюнь драматично поднял руки, словно владея великолепным клинком.       — Меч Синьмо! Демонический меч сердца! Его невозможно не узнать! Однажды столкнувшись с ним, ты никогда не забудешь его зов!       — И вы….       — Однажды я пытался победить его хранителя в Бесконечной бездне. Не вышло. Он трижды отрезал мне ноги, прежде чем я признал поражение. Но! Но теперь он ждет меня! Заточен в той же самой горе, что и я! — Тяньлан-цзюнь дико жестикулировал, пока говорил. Чжучжи-лан прикрыл рот рукой, посмеиваясь над необузданным энтузиазмом дяди.       — Что же тогда с-с-с-собирается делать мой лорд?       — Я придумал этот план давно, еще до того, как меня заточили в эту богом забытую гору. Люди и демоны должны поладить. Обмениваться культурами, общаться друг с другом. Мы не такие уж и разные. Но люди доказали, что им нужно преподать урок, чтобы они начали вести себя хорошо, — Тяньлан-цзюнь говорил пренебрежительно, его клыки удлинились, а человеческие глаза замерцали алым. — Легенда гласит, что Синьмо способен открывать порталы через миры. Устрашающая сила в руках чудака, но если сделать все правильно, может быть, получится не так уж и плохо. Физических ограничений на размер портала у меча нет. Так что, если мы просто… ну, я не знаю… столкнем Царство демонов и Царство людей… у людей и демонов не будет другого выбора, кроме как поладить. Верно?       Чжучжи-лан медленно кивнул, обдумывая слава дяди.       — Ваш-ш-ша правда, милорд. Тяньлан-цзюнь воинственно занес кулак в воздух.       — Естественно, я прав! Я всегда прав! Итак, как я понял, Синьмо в нескольких милях вниз. Верно. Итак, Чжучжи-лан. Ты готов к вечеру спелеологии?

***

      Снова к Бинхэ       Ло Бинхэ выругнулся, достигнув вершины лестницы, и вытер струйку пота со лба. Он должен был просто взлететь. Лестница в Цанцюн была невероятно длинной — слишком длинной. Мили вверх по склону горы. Бинхэ думал, что может либо незаметно проникнуть на Цанцюн и проверить бамбуковый дом, либо, если шицзунь около ворот, он торжественно появиться перед ним, но… блять. Ло Бинхэ давно не бегал сотню кругов в день. Его выносливость немного снизилась.       Сейчас он проводит больше времени в тренажерном зале и на ринге и меньше времени на беговой дорожке. Осудите его.       Ло Бинхэ взглянул на парадный вход секты, высокую белоснежную стену с вырезанными по обеим сторонам входа иероглифами. Сразу за воротами начинался длинный двор, а дальше стоял скромный храм. Если пройти мимо этого храма, вы заметите еще больше мостов и лестниц, по которым придется подниматься, каждая из которых ведет к отдаленным вершинам, покрытым туманом из-за того, что они находятся слишком высоко. Воздух здесь был тяжелым.       Ло Бинхэ наслаждался им. Горный ветерок, освежающий источник каменных скал, потрясающий вид на, кажущийся кукольным, мир снизу… Усталость Ло Бинхэ отступила. Забывшись, он позволил себе немного понежиться на холодном, спокойном воздухе. Хребет Цанцюн, кажется, все еще рад ему. Даже если люди внутри придерживаются совершенно другого мнения.       Ло Бинхэ покачал головой, но не смог удержать легкую улыбку, расползающуюся по его лицу. Он послал струйку ци, но не нашел поблизости никаких следов культиваторов. Вокруг никого нет. Идеально. Ворота Цанцюн должны были все еще пропустить его внутрь. В конце концов, один раз член секты Цанцюн — навсегда член секты Цанцюн.       Вероятно, это было не лучшее решение основателей, но Бинхэ идея понравилась. Если человека однажды представляли барьерам хребта Цанцюн, его всегда пускали. Это было мило. Если не забыть про таких, как он.       Ло Бинхэ прошел через ворота, ощутив лишь тонкий треск энергии барьера. Идеально. Легкий ветерок играл с его волосами, солнце ярко освещало его путь, и на Бинхэ нахлынул приступ ностальгии. Он сделал еще шаг вперед.       А потом что-то пошло не так.       Красный свет сочился из земли, где стоял Ло Бинхэ, словно невидимое пламя. Бинхэ, встревоженный, тут же попытался отпрыгнуть. И потерпел неудачу.       Что-то мешало ему покинуть территорию секты.       Под его ногами алые спирали закручивались, образуя огромные петлеобразные знаки. Символы, круги и, наконец, одну большую толстую линию, очерчивая площадь ловушки.       Ловушка на демона. Но большая и для демонов высокого ранга. Самого высокого ранга.       Его кровь застыла, когда он заметил символ, ограничивающий людей, в ловушке.       Насколько он знал, Бинхэ был единственным существующим полудемоном. Это новый вид печати, специально созданный для него. Улыбка сошла с его лица. Его рука немедленно потянулась к мечу, но он колебался. Что, если…? Но Ло Бинхэ покачал головой и крепко схватился за рукоять, вытаскивая клинок. Он рванулся к барьеру печати и ударил его плечом, но зашипел от пронзающей его боли. Это все равно, что биться о кирпичную стену.       Он стиснул зубы и снова атаковал барьер. То толкал, то пинал. Безрезультатно, только вывихнутые суставы и темнеющие синяки. Барьер нельзя было разбить грубой силой.       Ло Бинхэ отступил и впился мечом в землю, пытаясь стереть некоторые линии, но не смог стереть ни завитушку. Ни один символ, который он ударил, не повредился, сиял нетронутый.       Ло Бинхэ стиснул зубы и вспомнил толстые тома, над которыми корпел последние месяцы. Сотни печатей, способы их создания и разрушения вспыхнули в его сознании. Хорошо, собрать светлую ци в руке и попробовать грубой силой вырваться наружу. Если и это не сработает, попробовать более сложные методы. На каждую сотню типов печатей приходится тысяча способов их разрушить — по крайней мере, один из них сработает.       Ло Бинхэ сосредоточил ци в кулаке, а затем ахнул. Кто-то снаружи круга щелкнул пальцами, а ему показалось, что его только что ударили ногой в живот. Он захрипел, задыхаясь.       Вдалеке послышались шаги. Ло Бинхэ глубоко вдохнул и с усилием взглянул вверх, щурясь из-за слезящихся глаз.       Шэнь Юань подошел к краю барьера, его длинные черные волосы были собраны в обычный хвост. Он рассеянно то открывал, то закрывал веер перед лицом будто заученным движением. Когда он приблизился к Ло Бинхэ, последний раз захлопнул веер и сунул его в рукав, нежно улыбаясь.       — Как мило, — протянул мужчина. Бинхэ поморщился. Он… не звучало как его шицзунь.       Шэнь Юань распустил волосы из высокого хвоста, позволяя чернильно-черному водопаду ласкать плечи. Он зажал шпильку между зубами и потянулся назад, собирая свободные пряди с лица за голову, скручивая и закалывая в безошибочно узнаваемую полураспущенную прическу.       Выражение его лица исказилось. Губы, которые всегда извивались в легкой улыбке, вместо этого сжались. Брови сошлись вместе, глаза сузились. Шэнь Цинцю появился перед Бинхэ, и Шэнь Юань снова умер у него на глазах.       Шэнь Цинцю не отрывал взгляда от Ло Бинхэ с настолько сильно смешанными эмоциями, что Ло Бинхэ даже не стал пытаться понять выражение его лица.       — Вот я и решил, что сам спущусь вниз и заберу тебя, звереныш, — зарычал Цинцю.

***

      Воздух вокруг Ло Бинхэ потяжелел, словно на него сложили десятки пуховых одеял. Бинхэ рухнул на колени, руки задрожали от его веса, когда он пытался не упасть грудью на холодную землю. Шэнь Цинцю сидел напротив него в позе лотоса, склонив голову, и наблюдал, как Бинхэ сгибается под силой печатей.       Пиковые лорды окружили печать, устанавливая еще одни укрепления барьера. Каждый, сконцентрировавшись, направил ци на печать.       Ло Бинхэ почувствовал, как со всех сторон в него впились ледяные взгляды. Казалось, пиковые лорды изо всех сил старалась сделать из него дырявый сыр. Если бы взглядом можно было убивать, Ло Бинхэ умер бы уже десяток раз.       Шан Цинхуа и Шэнь Юань пропускали это зрелище. Если они вообще собирались прийти. Бинхэ уже сильно сомневался.       Ловушка. Его Система по какой-то причине загнала его в ловушку.       Ло Бинхэ бы разнес ее, если бы мог двигаться.       — Ло Бинхэ, — тихо сказал Шэнь Цинцю, положив руку на печать и посылая поток ци. Бинхэ вздрогнул, опускаясь ближе к земле еще на дюйм. От красных узоров печати вокруг него змеился дымок, направляясь все ближе к нему.       — Шицзунь… — выдохнул Бинхэ. Шэнь Цинцю помрачнел.       — Что ты сказал? Я тебя не слышу, не мог бы ты повторить еще раз? — прошипел он.       — Где… Ши…цзунь?       Ло Бинхэ должен был знать. Он должен знать, наблюдает ли Шэнь Юань со стороны, не мешая культиваторам. Он должен был знать, предают ли его еще раз.       Цинцю злобно ухмыльнулся.       — По всем традициям, он должен быть в гробнице хребта Цанцюн, мирно почивая среди предыдущих пиковых лордов. Но… хм, этот мастер помнит, что Ло Бинхэ сам распорядился с похоронами, не так ли?       — Нет, я….       — Честно говоря, мне все равно, — сказал Шэнь Цинцю и послал в печать еще одну порцию ци. Цепи, наконец, достигли запястий Ло Бинхэ, сковывая его. Они пекли кожу. Бинхэ прикусил язык, чтобы не закричать. Дерьмо. Черт, это плохо. Ло Бинхэ закрыл глаза и попытался абстрагироваться от происходящего.       — Сын Тяньлан-цзюня и Су Сиянь. Сколько лет ты предавал Царство людей?       — Что? — Ло Бинхэ подавился воздухом, сбитый с толку.       — Не притворяйся дураком передо мной, зверь. Побереги свое достоинство и ответь.       — Я… не… — начал Бинхэ, но опустился еще на дюйм. Цепи обвили его лодыжки, обжигая кожу. Гнев, который он чувствовал к Системе, медленно накапливался внутри, вылезая наружу в форме демонической ци. Ло Бинхэ тихо зарычал. Пытаться связать небесного демона? Пытаться связать самого Ло Бинхэ, северное бедствие, императора Царства демонов?       Когда-то Ло Бинхэ был человеком, от которого было легко избавиться. Когда-то он был слабым мальчиком, слепо доверяющим взрослым.       Однако теперь нет. Ло Бинхэ взобрался на вершину мира не по счастливому стечению обстоятельств. Демоны уважают силу. Никакие чернила и символы не могли связать его.       Шэнь Цинцю хмыкнул.       — Неважно. Мы скоро покончим с тобой. Ты доказал, что представляешь угрозу для Царства людей, помогая демонам похищать культиваторов, а также убивать их. В отчетах говорится, что ты распространил свое влияние в Царстве демонов. Я уверен, лорд Ло, это был вопрос времени, когда ваши планы разрушаться.       Смутно Ло Бинхэ стал собирать воедино все, что говорил Цинцю. Не многое из этого имело смысл. Сын Тяньлан-цзюня? Не тот ли это бывший император юга, о котором так нежно отзывалась госпожа Мэйин? Планы? Какие планы? Захват чего? Что Шэнь Цинцю думал о нем, что он задумал?       Хотя, какое это имело значение. Ло Бинхэ не хотел, чтобы его снова ударили, поэтому этого не должно было произойти. Просто.       У Ло Бинхэ демоническое ядро, из которого он часто черпал силу, но никогда не использовал его полностью. Он не использовал все его резервы с того боя с Мобэй-цзюнем в ученичестве, но помнил, как оно гудело под его кожей, словно черный лед, пронзающий его до костей.       Ло Бинхэ выдохнул, долго и медленно, вылетел дым. Темная ци, туманная и извивающаяся, поднялась высоко к небу.       Его когти вонзились в землю. Клыки удлинились, глаза загорелись ярко-красным. Холодная демоническая энергия гудела под его кожей, воспевая свободу.       Ло Бинхэ имел тело человека, но… все могло измениться.       Цинцю напрягся. Что-то пошло не так.       Ло Бинхэ начал медленно подниматься, расправляя плечи. Шэнь Цинцю выпустил еще одну волну энергии, и Бинхэ отбросило назад. Но он снова начал подниматься. Без колебаний. Без остановок. Ло Бинхэ был природным источником силы сам по себе.       Как это было возможно? Откуда он брал силы?       Ло Бинхэ издал низкое горловое рычание, звук эхом разнесся вокруг, потрясая культиваторов. Дикое животное. Он звучал как дикое животное.       Темная ци собралась вокруг Ло Бинхэ, поднимаясь, словно призрачное адское пламя, закрывающее красное сияние печатей. Бинхэ не испытывал такого гнева с тех пор, как выкинул Синьмо. Он, своего рода, освободился. Гнев заставил его желать той силы, от которой он добровольно отказался. Бинхэ почти мог слышать шепот в глубине сознания, подстрекающий его.       Бинхэ размышлял, низко склонив голову к земле, не глядя на происходящее наверху.       Однако это не относилось к его окружению. Приглушенные разговоры между культиваторами оборвались. Над ними затрещали молнии.       Золотая комета, комета цвета солнца, рассекла небо. За ней лениво следовала еще одна серебряная, вроде бы спешащая, но не так безрассудно, как ее напарница       Культиватор на мече, который, казалось, с удовольствием играл со смертью, приземлился на землю. Он вцепился в бамбуковую шляпу, закрывавшую его лицо, не позволяя поношенной вещи улететь от ветра. Блеск бледно-золотого меча рассек вечернее небо. Шэнь Цинцю побледнел. Это… слишком быстро. Цинцю выдернул руку из круга и отполз назад, вскакивая на ноги.       Культиваторы вокруг них обнажили свои мечи, каждый разделил свою концентрацию между приближающейся фигурой и печатью. Бинхэ вздохнул с облегчением, давление на его плечи чуть-чуть снизилось, и он даже поднялся на колени. Печать немного ослабла. Снаружи культиваторы почувствовали нарастающую демоническую энергию. Напрягающую.       Но беспокойство культиваторов Цанцюн быстро пропало, когда приземлился золотой культиватор.       Этот культиватор врезался в землю, и из неглубокой воронки вырвалось грибовидное облако пыли. Культиваторы обмахивались веерами, пытаясь сдуть пыль. В конце концов, один из культиваторов дешевым веером с пояса призвал порыв ветра.       Ло Бинхэ посмотрел на нарушителя.       Низкий. Это было первое, что заметил Бинхэ. Этот мужчина был среднего роста для древнего Китая, но для секты Цанцюн, где каждый мужчина был выше 5 футов 10 дюймов, он был низким. 5 футов 8 дюймов в лучшем случае.       Мужчина раздраженно фыркнул, хлопая рукой по вуали, закрывавшей его лицо.       Шляпа, за которую культиватор отчаянно цеплялся по пути вниз, упала на землю у ног Шэнь Цинцю. Мужчина провел рукой по коротким взлохмаченным волосам, сверкая ярко-зелеными глазами.       — Что за хрень, — сказал Шэнь Юань, — вы делаете с моим учеником?

***

      Никто не говорил. Все взгляды были устремлены на нарушителя. Шан Цинхуа мягко, без лишнего шума, приземлился позади всех и сел в тени дерева, наслаждаясь зрелищем. Пошуршав в своем объемном мешочке, Цинхуа вытащил семечки.       — Я был мертв сколько… пять, шесть месяцев? И вы, мастера Цанцюн, устроили охоту на Чжан Ляна?       — Шэнь Юань, — выдохнул Юэ Цинъюань, не веря своим глазам. Со стороны Лю Цингэ послышалось задыхающиеся всхлипы. Шэнь Юань едва обратил внимание на них двоих, не сводя глаз с брата.       — Что ты устроил, — прошипел он. Шэнь Цинцю отряхнул свои одежды и ответил холодным взглядом, расслабляясь в своей властной позе.       — Только то, что заслуживает Бинхэ.       Лицо Шэнь Юаня помрачнело. В руке у него был меч, на котором он путешествовал, старый и затупившийся. Скорее всего, взял на время. Но Шэнь Юань перевел взгляд со своего брата на пиковых лордов, которые все еще направляли ци в печать, медленно запирая Ло Бинхэ навечно.       Огромная волна ци, удушающий объем, двинулась на них. Большинство пиковых лордов побледнели под его давлением.       — С каких пор Цанцюн наказывает невиновных? — тихим голосом спросил Шэнь Юань, сверкая глазами. Цинцю узнал этот тон, его рука потянулась за мечом. Он наполовину обнажил Сюя и приготовился драться в любой момент. Но потом он покачал головой и снова вложил клинок в ножны. Что бы ни говорили о Шэнь Цинцю, но он был не из тех, кто сражается с собственным братом.       Юэ Цинъюань заговорил, пытаясь успокоить нарастающее волнение:       — Бинхэ представляет опасность для цзянху, мы не можем позволить ему бегать на свободе.       Шэнь Юань взмахнул веером по дуге. Культиваторам вокруг него приходилось зарыться ступнями в землю, чтобы их не снесло, но это не сработало для некоторых. Внутри круга глаза Бинхэ расширились от количества ци, выпущенной всего лишь одним ударом. Насколько могущественным стал шицзунь за последние пять месяцев?       — Что сделал Бинхэ? Скажи мне.       — Он заставил тебя самоуничтожиться… — ответил пиковый лорд.       — Он не заставлял меня ничего делать. Я сделал это по своей воле. Попробуй еще раз.       — Очернил вашу репутацию! — попробовал другой мастер.       — Правдой? Я не отрицал обвинений, не так ли? И я вижу твое лицо, Цинъюань. Я прекрасно осознавал, что меня отправили бы под домашний арест на Цанцюн, если бы я настоял на этом. Это был мой и только мой выбор. Я решил пойти в Водяную тюрьму.       — Но ты столкнул его! У тебя должна была быть веская причина, чтобы отправить его в Бесконечную бездну!       — Ты прав.       — Видишь!       — У меня была причина. И это не твое гребаное дело, какой конкретно она была, но позволь мне сказать тебе вот что: это никак не было связано с Бинхэ и имело отношение исключительно ко мне. Я спрашиваю в последний раз: в чем виновен Бинхэ? В чем, не связанным со мной, он провинился, что дает вам право так с ним обращаться? — Шэнь Юань просканировал группу культиваторов сузившимися глазами, улавливая каждое нелепо исказившееся лицо.       Юэ Цинъюань выглядел так, словно вот-вот расплачется. Нет, подождите… да, он уже плакал.       — Да, что и требовалось доказать. Нет, нет, Шэнь Цинцю, сядь и заткнись. То же самое касается и тебя, Ци Цинци. Я хочу, чтобы вы все осторожно уничтожили эту печать. Так осторожно, чтобы к тому времени, когда вы закончите, у Ло Бинхэ не было ни одного обожжённого волоса на голове. Тогда мы сможем поговорить. Лю Цингэ протянул сзади хриплым голосом.       — Как?       Шэнь Юань обернулся, и Ло Бинхэ, наконец, увидел его лицо.       Шэнь Юань выглядел иначе. Он выглядел значительно по-другому. На самом деле, он был похож на себя прошлого лишь на 60%. Яркий и молодой, с волосами, нормальной длины для современного мира Ло Мэя, но слишком короткими для сянься мира Ло Бинхэ. Худощавый и миниатюрный, он истощал удушающее количество ци. Практически как живая батарейка, потрескивающая от электрического тока внутри.       — …Как ты ожил? — спросил Лю Цингэ.       Шэнь Юань фыркнул, потянулся к вееру и закрыл им лицо.       — Да. Как. Я так понимаю, Цинцю так и не объяснил? По крайней мере, он сдержал это обещание.       Щелкнув языком, Шэнь Юань развернулся на пятках и потянул Шэнь Цинцю за ухо. Шэнь Цинцю вскрикнул от негодования. Юэ Цинъюань попытался вмешаться, но замер под их двумя безжалостными взглядами.       — Ты, Цинцю, отвечаешь за объяснения. Давай, дорогой. Поведай пиковым лордам все о цветке Солнца и Луны, — угрожающе процедил Юань, вытаскивая Шэнь Цинцю в центр. Старший близнец сердито оттолкнул его, скривившись от раздражения. Шэнь Юань немного ослабил хватку, снисходительно похлопав его по щеке. Цинцю потянулся, чтобы убрать его руку, но Шэнь Юань уже был вне его досягаемости. Он подошел к печати, глядя только на Бинхэ.       — Эта печать не свяжет меня, верно? — Шэнь Юань позвал мастеров, стирающих красные линии ботинком. Прежде чем кто-либо ответил, он покачал головой. — Ах, какое мне дело. Просто дополнительный стимул для вас нежнее освобождать его, не правда ли?       И с этими словами Шэнь Юань шагнул в круг.       Ло Бинхэ опустился на колени, со связанными лодыжками и запястьями склонившись к кругу, и безмолвно с благоговением смотрел на Шэнь Юаня. Солнце позади освещало очертания шицзуня, словно он был ангелом. Ангелом мести или нет предстоит выяснить.       — Привет, — Шэнь Юань тихо сказал. Бинхэ моргнул. Темная ци вокруг него исчезла, но его когти и клыки остались. Звериные черты на красивом мужском лице.       Шэнь Юань неловко помахал рукой.       — Итак… ах… — Шэнь Юань медленно подошел к Бинхэ, бесцеремонно плюхаясь перед ним. Бинхэ немного отпрянул, а Шэнь Юань устало улыбнулся, будто ожидая это. — Да, я… нам нужно о многом поговорить, да? Этот мастер приносит свои извинения за ожидание, он некоторое время был немного не в себе. Он уверяет тебя, что все произошло не по вине Бинхэ, — Шэнь Юань повысил голос на последнем предложении, словно пытаясь донести мысль до всех вокруг.       — Шицзунь? — по слогам произнес Бинхэ. Сердце громко билось о ребра. Шэнь Юань тихо рассмеялся.       — Да, это шицзунь. Хотя Бинхэ теперь лорд, не так ли? Этот мастер думает, что вы давно заслужили обращаться к этому скромному человеку как к равному.       Сердце Бинхэ в который раз дрогнуло.       — Шицз… Шэнь… Юань?       Они отдаленно услышали, как Шэнь Цинцю громко и многозначительно стонал. Шэнь Юань посмотрел через плечо.       — Цзю-гэ, клянусь богом, я оторву тебе голову от твоего…       Бинхэ протянул руку и медленно коснулся запястья Юаня, привлекая к себе внимание.       — Да, Бинхэ? — сказал он нежно.       — Шицзунь… — начал Ло Бинхэ запинаясь. Шэнь Юань ободряюще кивнул. — Ах, как бы это сформулировать? — Может, стоит попробовать? — …Этот смиренный… ученик… считает, что шицзунь должен ответить на некоторые вопросы.       — Конечно.       Шэнь Юань махнул рукой, и вокруг них двоих возник калейдоскопический и переливчатый барьер, не только блокирующий звуки снаружи, но и не позволяющий никому увидеть или расслышать происходящее внутри.       — Что желает знать Бинхэ?       Бинхэ на мгновение задумался. У него сотни вопросов. Он должен был составить список. И теперь его разум был совершенно пуст. Шицзунь терпеливо сидел перед ним, неуверенно улыбаясь.       Ах. Милый.       Слишком милый! Шицзунь прекрасен в любом теле!       Ло Бинхэ покачал головой, отгоняя ненужные мысли. Ему выдалась прекрасная возможность, когда ему снова представится такой шанс.             Лучше не тратить его зря.       На этот раз Ло Бинхэ спросил не колеблясь:       — В тот день, на Собрании союза Бессмертных, почему?       Ой. За живое. Шэнь Юань потянулся к своему вееру, но Бинхэ наклонился ближе, останавливая его. Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга.       — Без веера, пожалуйста, — фыркнул Ло Бинхэ.       Щеки Шень Юаня налились алым.       — А-а, как мне объяснить? Я… я сожалею об этом, Бинхэ. Я знаю, что это ничего не стоит, но… мне очень жаль.       Бинхэ кивнул, не обращая внимания на слезы, грозившие разрушить его спокойный, терпеливый вид. Не сегодня. Он ждал этого момента более пяти лет.       — Этот мастер… думал, что знает, что делает. Он не думал, что Бинхэ от этого так сильно пострадает. Или… Я знал, но, полагаю, просто не осознавал всей полноты этого. Я здесь. Дай мне руку.       Ло Бинхэ непонимающе уставился на Шэнь Юаня, но послушно положил руку ему на колени. Шэнь Юань начал ломать кандалы на его запястьях, и медленно, с рассеянным вниманием, но уверенно начал объяснять все Ло Бинхэ.       Главная мысли речи Шэнь Юаня была в том, что Бинхэ не смог бы уйти от союза живым, а если бы и сбежал, то никогда бы не смог жить полноценной жизнью. Собственный эгоизм Шэнь Юаня и его яростная защита Цанцюн. Знание Шэнь Юаня о том, что Бинхэ был провидцем, и то, что он считал, что если Бинхэ знает будущее, он в безопасности.       Что… что?       — Что?       Шэнь Юань взял Бинхэ за другую руку и занялся кандалами, рассеянно водя большим пальцем по ладони Бинхэ.       — Ты можешь видеть будущее, верно? Я знаю, ты не хотел об этом рассказывать, но… Я узнал об этом, когда много лет назад попал в царство твоих снов. Я не спал, когда демон сна прошел через твои воспоминания и показал все, что ты видел о будущем. Как ты… убил меня и моего брата.       Бинхэ молчал, его рука безвольно сжимала руку Шэнь Юаня. Шэнь Юань неуверенно посмотрел на него.       — Это не так. Я не провидец.       — Тогда… что это было? Что ты видел? — неуверенно спросил Шэнь Юань. — Ты можешь видеть исключительно воспоминания в Царстве снов. Ты каким-то образом видел это будущее.       Ло Бинхэ замер. Шэнь Юань ошибался все эти годы. Почти комично. Он был так далек от истины, что Бинхэ хотелось плакать.       Вы хотите сказать, что все это — все эти страдания — произошло лишь из-за того, что NPC узнал крупицу сюжета?       Ло Бинхэ вдруг осознал, зачем Система установила эти ограничения.       Затем он нахмурился. Действительно, Система установила эти ограничения. И заставила Бинхэ строго их придерживаться.       А потом нарушила их сама, не предупредив его?       — Шицзунь, дай мне минутку, пожалуйста.       Ло Бинхэ убрал руку, и Шэнь Юань с тревогой вгляделся в его лицо.       — Ты в порядке, Бинхэ? В чем дело?       — Не волнуйся, шицзунь. Этому скромному ученику просто нужно время, чтобы прояснить недоразумение. Система? Выходи сюда, — сказал Ло Бинхэ. Время замерло, как только он сказал «Система», и мир вокруг стал черно-белым.       [Предупреждение! NPC могут не знать о Системе! Предупреждение!] Ло Бинхэ схватил Гуаньинь и поднес ее к своему лицу, глядя прямо в маленькие глазки-бусинки.       — Ты знаешь, что я хочу.       [NPC не могут знать о природе этого мира! Повторяю! NPC не могут знать!]       — Ах, ах. Это же не я нарушил это правило, не так ли?       […]       — Насколько я помню, это ты пропала во время миссии Демона сна. Ты та, кто не смогла помешать Мэнмо увидеть мои воспоминания.       [......]       — Я бы сказал, что во всем этом виновата ты, не так ли? На самом деле, я бы сказал, что причина, по которой я страдал более пяти лет, на самом деле в тебе, не так ли?       Голос Ло Бинхэ был смертельно спокойным.       Если бы подвеска Гуаньинь могла вздрогнуть и съёжиться, она бы так и поступила. Ло Бинхэ сжал ее в кулак. На лице нефритовой фигурки появилась небольшая трещина.       [Система отключилась от главного сервера. Система в настоящее время не в сети.] — произнес механический голос. Затем он заговорил с немного большей эмоциональностью. На мгновение он говорил (легко было пропустить)… со страхом. — [Поскольку Система была отключена от побочной миссии до того, как она смогла должным образом выполнять свои функции и стереть память задействованных NPC, и заметить некоторые… ошибки… в расчетах, Ло Мэй в настоящее время может свободно говорить. Однако это всего лишь разовая акция. Не пытайтесь повторить это снова.]       — Мне нужно, чтобы ты показала себя. Мне нужно хотя бы небольшое доказательство. Иначе шицзунь может счесть меня сумасшедшим.       [Это было бы грубым нарушением правил.]       — Я спрашивал?       Система издала долгий механический вздох. Время заново потекло.       Шэнь Юань тупо посмотрел на них.       — Что сейчас случилось?       Бинхэ поднял маленькую нефритовую гуаньинь, покачал ею из стороны в сторону, позволяя закручиваться в воздухе.       — Это.       — Это?       — Да, шицзунь. Я подумал, что будет лучше, если я смогу просто рассказать всю правду, добавив как можно больше деталей. Итак… — Ло Бинхэ постучал по груди Гуаньинь, и загорелся экран, омывая область голубым светом.       Шэнь Юань моргнул, протянул руку, чтобы коснуться экрана, но его рука прошла прямо сквозь него.       — Что это такое? — спросил Шэнь Юань. Его лицо наполнилось любопытством. Мягкие черты его лица заставляли выражали эмоции гораздо ярче. Бинхэ не заметил ни следа гнева или отвращения. Обычное любопытство и, когда Юань снова посмотрел на Бинхэ, привязанность.       — Это, шицзунь, вещь, называющая себя Системой. А этого ученика можно назвать переселенцем.

***

      Мобэй-цзюнь вырвался из портала с намерением крушить и убивать. Справа от него рычала Сяо Бай в истинной форме, а верхом на ней восседала Ша Хуалин с выпущенными когтями. Слева стояла мадам Мэйин с темным лицом, боромчащая что-то Мэнмо, присоседившемуся к ним, когда услышал, что Ло Бинхэ, возможно, угражает опасность от секты Цанцюн.       Все замерли от сцены перед ними.       Мастера Цанцюн танцуют туземские танцы над печатью, неохотно нарушая ее. Ло Бинхэ бездельничает в центре, увлеченно беседуя с незнакомцем, одновременно и напоминающего его мертвого шицзуня и совсем не похожего на него. Шан Цинхуа сидит в стороне, щелкая семечки подсолнуха горстями из маленького холщового мешочка.       Почему эффектно выйти у Мобэй-цзюня никогда не выходит? Почему?       — Что случилось? — спросил Мобэй. Демоны позади молчали, наблюдая за происходящим и ожидая его команды.       Позади раздался тихий удивленный голос.       — О… привет, мой король.       Все культиваторы недоверчиво уставились на Шан Цинхуа, который сжался под их взглядами и начал тревожно набивать рот семечками.       Мобэй-цзюнь смотрел то на своего человека, то на остальных культиваторов. Бинхэ неохотно прервал разговор с пародией на своего шицзуня, переключая внимание на столпотворение.       — Не волнуйтесь! Шицзунь сейчас все уладит, все в порядке! — бодро выкрикнул Ло Бинхэ. Его голос был жизнерадостнее, чем который демоны слышали годами.       — Здесь толпа демонов, — пробормотала себе под нос Цинци, потянувшись к мечу.       Ша Хуалин проследила за движением.       — Я бы на твоем месте не стала этого делать. Я буду вести себя хорошо, пока вы освобождаете лорда Ло. После этого я более чем рада подраться.       — Терпение, Хуалин. Пусть говорит лорд, — упрекнула демоницу госпожа Мэйин.       Ло Бинхэ оттолкнулся от земли и встал. Он осторожно помог собеседнику подняться на ноги, и они вместе подошли к краю печати.       — Угадайте, кого я нашел! — прострекотал Ло Бинхэ. Мобэй-цзюнь прищурился. Бинхэ только что назвал человека шицзунем, не так ли? Так что очевидно, что это Шэнь Юань.       Погодите.       Мобэй-цзюнь смотрел то на Шан Цинхуа, который агрессивно ел, то на Шэнь Юаня, который совсем не был похож на самого себя, то на своего босса, который до ужаса напоминал щенка, хозяин которого только что вернулся домой с работы.       Было ли безумие Бинхэ… заразным? Как это работает? Ло Бинхэ просто постепенно затягивает тебя в свой цирк, пока твоя собственная жизнь не начинает напоминать его жизнь?       Культиваторы заворчали, ломая последнюю печать, и Ло Бинхэ вышел на свободу, небрежно не проверяя землю на наличие ловушек. Шэнь Юань аккуратно плыл рядом с ним, бросая недовольные взгляды на любого, кто осмелился приблизиться к ним двоим на расстояние пяти футов. Он выглядел немного чопорно, словно не был уверен, как относиться к Бинхэ, но в его облике не было ни намека на неприязнь или избегание.       Затем к нему подошел бледный Лю Цингэ, и Шэнь Юань похлопал Бинхэ по плечу.       — Дай мне секунду, хорошо?       Ло Бинхэ заколебался, тревога отразилась на его лице. Шэнь Юань заправил его выбившуюся прядь волос ему за ухо.       — Если тебе это не нравится, я пойму. Просто скажи об этом.       Но Ло Бинхэ покачал головой, вымученно улыбаясь.       — Нет, все хорошо. Шэнь Юань волен делать все, чего желает.       Шэнь Юань, в свою очередь, остановился и пристально осмотрел каждый сантиметр лица Бинхэ, прежде чем легонько улыбнуться.       — Хм. Ты назвал меня по имени.       Лицо Бинхэ вспыхнуло.       Шэнь Юань развернулся и подошел к Лю Цингэ, который выглядел так, будто потерял дар речи на полуслове. Он онемел при виде своего живого боевого брата. Медленно, словно пытаясь растянуть этот момент на подольше, Цингэ вытащил веер из пространственного мешочка и вложил его в руку Шэнь Юаня.       — Ты оставил его в ратуше. После суда, — наконец вымолвил Лю Цингэ.       Шэнь Юань всмотрелся в непритязательный веер, а затем снова посмотрел на Цингэ и сказал благодарно:       — Видимо. Спасибо, что вернул его, шиди Лю.       Лю Цингэ коротко кивнул, Шэнь Юань выглядел неуверенно. На мгновение показалось, что они собираются оставить все так. Будто Шэнь Юань сейчас вернется к Бинхэ, а Цингэ растворится в рядах разгневанных и сбитых с толку культиваторов, выслушивающих Шэнь Цинцю.       Шэнь Юань не оправдал ожидания и сделал ход конем. «Жизнь слишком короткая, чтобы не говорить и не делать того, что ты хочешь, — осознал Юань. — Лучше прояснить недоразумения до того, как они обостряться». Поэтому Шэнь Юань рванул вперед и крепко прижался к Цингэ, укладывая голову под голову Цингэ. Лю Цингэ застыл в его объятиях, шокированный. Затем его руки медленно ответили на объятия. Нерешительные руки мягко обвились вокруг Шэнь Юаня, будто Лю Цингэ опасался, что Шэнь Юань просто испариться из его рук так же внезапно, как и появился. Но когда руки Цингэ нащупали теплое твердое тело…. Цингэ сжимал Юаня в мертвой хватке, Шэнь Юань что-то тихо прошептал ему. Слишком тихо, чтобы кто-нибудь услышал. Было слышно лишь тихий плач Лю Цингэ.       Шэнь Юань медленно подвел Лю Цингэ обратно к группе культиваторов, вступая в диалог с товарищами по секте. Долгий диалог, видимо. Юэ Цинъюань неуверенно обнял его, пока Шэнь Юань безвольно позволял ему. Ци Цинци тоже присоединилась к объятиям, как и многие другие культиваторы. Шэнь Цинцю стоял в стороне, пока чья-то рука не втянула его в ком из конечностей.       Насыщенные секунды       Ло Бинхэ отвернулся от бессмертных мастеров и направился к небольшой толпе демонов перед ним.       — Эй, — он криво улыбнулся, потирая обветренные запястья. Ло Бинхэ пропустил через них демоническую ци, и их красный цвет сменился на розовый.       Мадам Мэйин пристально посмотрела на него.       — Знаешь, я могла сказать тебе, что так и должно было случиться. В конце концов, чтение будущего — моя стезя.       Ло Бинхэ рассмеялся.       — Вероятно, вы правы, мадам. Я обязательно приду к вам в следующий раз, когда решу что-нибудь сделать.       Бинхэ наклонился, чтобы почесать Сяо Бай между ушами — она замурлыкала, прижимаясь носом к его бедру. Хуалин покачнулась, когда Сяо Бай уменьшилась под ней, с визгом приземлившись на ноги. Маленький белый котенок вцепился в одежду Бинхэ, карабкаясь вверх по спине. Достигнув плеча, Сяо Бай обвилась вокруг его шеи, превращаясь в мурлыкающий шарф.       Ша Хуалин хрустнула запястьями, пытаясь вернуть себе крутой вид. Она подошла к Ло Бинхэ и облокотилась о него.       — Лорд Ло, сделайте нам одолжение: постарайтесь больше не зазывать беду, — замурлыкала демоница, разглаживая тревогу на лице. Мобэй-цзюнь, наклонившись, добродушно хлопнул Ло Бинхэ по спине. Бинхэ пошатнулся.       — Мы тоже здесь. Расскажи нам что-нибудь, — хмыкнул Мобэй. Он тоже слегка осунулся. Будто спешил сюда. Должно быть, транспортировка стольких демонов одновременно требовала некоторых усилий. Ло Бинхэ широко ухмыльнулся, укладывая руки на плечи Ша Хуалин и Мобэй-цзюня.       — Ой, вам всем не все равно~ — рассмеялся он. Мобэй-цзюнь поморщился, а Ша Хуалин зашипела, пытаясь выскользнуть из объятий. Но, несмотря на их драматические попытки сбежать, ни один из них на самом деле не пытался прервать объятия. Мадам Мэйин рассмеялась над их притворным страданием и подошла к Ло Бинхэ, приобнимая его за шею.       — Конечно, Бинхэ, — мягко сказала она.

***

      Раздался громкий гул. Хребет Майгу — гора, в которой покоился труп Тяньлан-цзюня — сдвинулся. Около него начали собираться грозовые тучи, а из его вершины запульсировала волна демонической энергии.       Мобэй-цзюнь с любопытством вгляделся в небо, прищурившись. Потом на его лице отразилось удивление, понимание и… тревога. Самое эмоциональное лицо за всю его жизнь.       — Что? — обеспокоенно спросил Бинхэ. — Что это такое?       Его глаза сузились, а голос понизился на октаву. О, он узнал в лице Мобэя вину, когда всмотрелся.       — Что ты наделал?       — …Этот Мобэй-цзюнь возможно… мог спрятать Синьмо на хребте. И, возможно, кто-то… мог его найти….