Tyranу of Thunder Thighs

      Черная и густая, словно сироп, масса хлынула из пор на коже, стремительно обволакивая тело гладким покровом. Опутывая липкими прядями, что срастались в единый пласт, наполняла конечности силой. А следом за чернотой на поверхности в сознание хлынула мрачная радость!       Это аморфное существо, носившее имя Мания, страстно нашептывало прямиком в мысли, предлагая убить вообще всех, опередив их намерение. Порвать на куски добычу немедленно. Даже Куни и Шандрис — они должны оказаться особо вкусны.       — К оружию! — по рядам эльфов пробежала команда.       Мои внезапные перемены напугали бойцов — они приготовились к бою, — но я медлил… Или же медлила… Хотя даже в среднем роде обращаться ко мне было бы в этот миг не верно. Мания сливалась с телом, «прорастая» в такие укромные, сладкие уголки, о которых в приличном обществе не говорят в слух. А её страстные, едва уловимые, но такие навязчивые мысли вторили моим собственным, усиливая во сто крат желание кровавого пиршества.       Черная слизь перекраивала суставы и связки по-своему усмотрению, ломая и сращивая кости. Почти что мгновенно разобрала на «детали» нижнюю челюсть, создавая широченную клыкастую пасть. Я… Мы с ней не чуяли боли совсем, рассмеявшись от любования собственной силой! Мы были вдвоём против всех, но нас уже опасались, отгородившись стеною щитов — как не принять такое явное приглашение к битве?       Нам оставалось лишь ринуться в бой…       Мы не убьём их всех разом, а будем рвать по кусочкам, упиваясь возмездием. Эти длинноухие снобы смотрели на Нас с высока, они предпочли бы убить, если бы не слова Шандрисю. И они заслужили своё наказание — покушение на Нас, это большая ошибка. Юной Мании не за что было мстить — того хотелось лишь мне, — но она переняла это стремление, предвкушая расправу. Новорожденный симбиот за нас обеих жаждал отведать вражьей плоти и крови, но я одернул этого глупыша, планируя момент смаковать, упиваясь отчаяньем бессильной добычи.       Сшибив ударом двух ног ближайших щитоносцев и оказавшись в самой гуще врага, Мы разбросали охрану Олофарена. Подхватили мерзавца за шею, в одном мощном прыжке взлетев с ним на ствол дерева метрах в пяти от земли. После чудесного исцеления мои силы были и так уже неплохи, но Мания увеличивала их в десять раз! Поэтому заверещавшая от испуга «закуска» все равно что была невесомой: забилась, задергалась в безуспешной попытке сбежать.       Несколько стрел воткнулось рядом, ударив в ствол дерева — что за безумцы среди длинноухих нашлись? — а одна даже пробила Наше бедро, пропоров аморфный покров и плоть демона. Но Мы не обернулись — симбиот вытолкнул острый шип и залечил рану быстрей, чем оперенный снаряд упал наземь.       — Не стрелять! — лучников внизу осадили запоздалой командой. — Попадёте в господина Олофарена!       Нам е же было как-то все равно — запах страха, исходивший от пойманного длинноухого обещал многое и так манил. Мы распахнули перед ним пасть, смакуя даже этот полный ужаса взгляд, и лизнули его в щёку, предвкушая кровавую трапезу у всех на виду… но спустя миг разочарованно швырнули длинноухого вниз. Вкус был просто отвратен! Он оказался совершенно не тем восхитительным букетом соблазнов, что витал в воздухе.       Цепляясь за кору дерева когтистыми пальцами, Мы перевернулись по стволу вниз головой, окидывая воинство алчущим взглядом. Большинство из них обладало силой в районе двух тысяч, но на фоне моих нынешних двадцати — это ничто.       — Кто?! — мой голос не был похож сам на себя. — Кто так вкусно пахнет?       — Маги! Пли! — Нам в ответ грянула команда.       Чародеи в отряде принялись творить заклинания, но это было до смехотворного медленно. Я отцепился от ствола и камнем рухнул вниз, ведомый чудесным ароматом. Перевернулся в полёте, приземляясь на ноги и, словно тугая пружина, врезался в гущу противника. Их скученность — идеальная тактика со щитом и в строю, — играла Нам на руку, подставляя под удар самонадеянных наглецов. Не опасаясь выстрела на таком расстоянии, Мы разбросал вооруженных эльфов, кого вколотив в землю, а кого просто отправив в полёт. Даже убивать их было некогда — сладостный аромат стал заметно сильнее и жутко манил к себе!       Эльфийские воины — что мужчины, что женщины, — тоже пахли не плохо, навевая эротичные мысли о том, как мы будем жрать их мозги, глотать, не жуя, полные «сока» тестикулы или вырывать из животиков яичники вместе с матками. Но сладость, что струилась от парочки в тылу длинноухого воинства, просто пьянила! «Мясистые», распутные Куни и Шандрис наполняли лесной воздух бесстыдным количеством феромонных маркёров. Их тела словно кричали, как хотят удовольствия и зачатия…       В миг проторив путь сквозь заслон, Мы потянулись к сочной эльфийке.       — Квира, очнись! — закричала Куни. — Приди в себя!       Она всё ещё была, словно пьяная, и нетвёрдо стояла на ногах.       — С дороги, сладкая попка! — Мы коротко пнули футанари в живот.       Ударили так слабо, как только могли, чтобы не повредить в ней ничего вкусного. Отшвырнули прекрасное создание на несколько метров.       — И до тебя дойдет дело.       Когда отведаем грудастой эльфиечки, обязательно наслажусь аппетитненькой «козочкой».       Мыслей коснулось тревожное дуновение — «Опасность!» — и вслед за чутьём в спину Нам воткнулось несколько стрел. Мощные эльфийские луки оказались на что-то да годны — острые жала стрел пробили вязкую живую броню, а одно из них дотянулось до сердца! Острая боль пронзила тело, но Мы даже не вздрогнули. На краткий миг замерли от удивления, потому как чуяли теперь не только энергию Ци окружающих, а и враждебные намерения в Нашу сторону.       Заботливые жгутики симбиота проросли внутрь тела, как корни, и удалили наконечник, исцелив рану, смертельную в иной ситуации. Послушно вложили остриё Нам в ладонь. Мы швырнул его за спину, не оглядываясь, метнув широким замахом и в кого-то попав. Заодно бросили под ноги эльфам пару возведенных гранат из Хранилища — «еда» слишком дерзкая и за это её нужно проучить.       — Шакти, убей всех! — отдали Мы команду машине.       Словно подтверждая приказ, грянул парный хлопок взрывов, рубанувших в латы осколками. Это противнику не навредит, но немного замедлит, подставив под удар манипуляторов меха-брони.       — Остановись! — воскликнула Шандрис, вскинув свой лук и натянув тетиву.       Пустила стрелу, метя Нам в лицо, но Мы даже уклоняться не стали. Были в разы быстрее добычи и ее примитивного оружия. На лету поймали пастью древко оперенного дротик, на автомате «сглотнув» его в Хранилише. Прижались к девчонке, вышибив лук у нее из рук и обнимая за талию пышное тело.       — Госпожа! Не-е-ет! — за спиной послышались панические окрики.       Но наши губы уже слились в поцелую. Распахнув пасть и смакуя момент, Мы с придыханием облизали перепуганное личико дергавшейся добычи. Ее тело, словно гормональная бомба, ошеломляло и источало притягательный запах желания спариваться — эта была даже не просьба девственного лона, а явный приказ немедленно оплодотворить!..       — Стой! — хрипло вскрикнула раненая дренейка, сплевывая кровь.       Мы перестарались? Сил не контролировали и едва не убили ее? Но запах стал только ярче — футанари опасалась за возлюбленную эльфийку и не потеряла желанья сражаться.       «Ах, да… Она же не может погибнуть», — словно бы вспомнили Мы.       Обернулись к подбегающим эльфам, на вытянутой руке вскинув перед ними Шандрис. Наша когтистая пятерня сжимала ее хрупкую шею, и это было так заманчиво, так эротично — взять и убить, отняв у всех божественную красоту. Уничтожить её ради своего удовольствия, а затем надругаться над прекрасной озаренной дренейкой. Желание вкусить сладкий момент и оборвать жизни чудесных красавиц было просто огромным, но стремление позабавиться неумолимо брало верх: длинноухие ничего не могли с Нами сделать, пробуждая озорной интерес к развлечениям.       Невкусный эльф Олофарен наконец-то пришел в себя, очухавшись на руках телохранителей. Он надрывался от ярости:       — Стреляйте! Прикончите эту тварь! Я знал, что она враг, а вы, глупцы, ещё сомневались! Я приказываю убить её!..       Но лучники и маги не спешили атаковать из-за опасения задеть Оперенную Луну, полукольцом окружая Нас. Мы же встряхнули Шандрис, как куклу, когтями другой руки разорвав на ней куртку и давая волю женским прелестям. Вывалив язык, обернули липкой лентой ее левую грудь, с наслаждением прильнув к большому соску. Тронули озорной пирсинг в виде лунного серпика, посасывая пухлую сиську и нежно покусывая этот кремовый холм.       Девушка всхлипнула, попытавшись ударить, но ее хрупкая ручка была для Нас все равно, что соломинка. Мы отпустили пышную грудь, из которой словно вот-вот готово было хлынуть густое, вкусное молоко, и с наслаждением провели языком по щеке девушки.       — Не рыпайтесь, неудачники! — осадили чересчур рьяных бойцов. — Лишний шаг — и Мы сожрём ей лицо.        Мысленно Мы отдали «Шакти» команду «Стоять!» — родилась забавная мысль. Машина послушно замерла, словно вкопанная, бросив назем верещавшего эльфов, которого уже готова была разорвать надвое.       — Вам нужна эта крошка? — облизнувшись, Мы встряхнули эльфийку, заставляя её массивные груди соблазнительно колыхаться, а потом указали на Олафарена. — Тогда убейте это ничтожество и Мы, быть может, вернём вам красотку…       — Не слушайте грязного демона! — едва не завизжал тот.       Длинноухий здорово перепугался, хотя никто из его соотечественников не поколебался даже на миг.       Гордые и упрямые, своих не предают? Это мне очень понравилось — мерзавцы среди эльфов оказались случаем редким. И тем слаще будет отнимать жизнь у таких гордецов…       Внезапная тень угрожающе надвинулась, лишь на миг отстав от тревожного чутья.       — Вали ее! — закричала Куни. — Размажь эту черную дрянь и верни мою Квиру!       «О чем рогатая дурочка говорит?..» — промелькнуло в мозгу, оборвавшись на полуфразе.       — ORA-A-A-A!!! — женский выкрик грянул над самым ухом.       Тень сгустилась в фигуру и мощный удар в ребра сотряс все тело, в миг напомнив о могучей Присцилле. Великанша возникла почти что вплотную, атакуя взмахом толстого хвоста — она оказалась почему-то… в купальнике.       Нас как тараном сшибло с ног, отбросив в сторону и выбив из рук добычу. Протащило по земле, кувыркая в пыли и лесной подстилке. Желание отведать эльфийских яичников мгновенно развеялось в заполыхавшей буре азарта.       «Наконец-то достойный противник!» — оскалились Мы, цепляясь когтями за почву и обращаясь в сторону пульсации Ци.       Энергия Ян полыхнула, будто от взрыва, когда прекрасная в гневе Присцилла высоко подпрыгнула, взвиваясь в воздух. Фигуристая, невероятно массивная внешне, она двигалась поразительно ловко. Всколыхнула громадными сиськами — и на Нас обрушилась титанических габаритов богоподобная попка, словно метеор рухнул с неба. Мы даже руки в стороны развели, с удовольствием принимая лицом этот удар.       Вес сочной девахи — две, три сотни кило? — вколотил Нас в землю, а затем в голову врезался ее «кулачок», что был всего вдвое меньше Нашей грудной клетки.       — ORA-A-A-A!!! — закричала гигантская девушка, обрушив на Нас сокрушительный град ударов. — ORAORAORAORA-A-A-A!!!       Мы не отбивались от «пулеметной» очереди тычков, обладавших чудовищной силой, пусть даже Куни-Присцилла перебирала в необузданной ярости. Разве она не собиралась «спасать» Нас? Мы чуяли, как её зуботычины вбивают Нашу голову все глубже в твердую землю, но не шевелились — Мания поглощала львиную долю урона, распределяя в своей толще импульс удара. Почти мгновенно исцеляла ранения и едва не захлебывалась от струившейся в теле энергии. А ведь я, как Квиранна, даже не использовал свою «стекляную пушку» в ответ — тогда эту громадную пышку не спасет даже «бабл».       — Кайокэн, троекратный! — скалясь в ухмылке и контратакуя блондинку, выдохнули Мы навстречу удару.       Взорвали в себе Ци, перегружая каналы, и ударили кулаком в кулак великанши. Куни — другая сторона этой титанической попки, — предчувствовала или просто подгадала момент, но успела повесить на свое альтер-эго кокон Божественной Защиты. Непрошибаемый щит сдержал натиск, а моя рука разлетелась ошмётками, разорвавшись в клочки почти до самого локтя! Но самого импульса было достаточно, чтобы грудастая великанша отлетела назад, ударившись о дерево.       Мания ловко — в мгновение ока! — выбросила из культи сотни отростков, ловя рваную плоть и на лету исцеляя.       Куни закашлялась кровью и осела без чувств, невольно развеяв Присциллу — даже в десятеро ослабленная обратная связь едва не убила ее.       Шандрис всё это время прикрывала собой Гвен-Алису и ловко посылала в Нас стрелу за стрелой. В этом не было толка — такой мизер теперь даже не оцарапает! — но вид разъяренной и полунагой фурии того стоил. Пусть позабавится, пока Мы опробуем новые силы.       — Кайокэн, десять крат! — завопили Мы, исторгая волну оглушающей Ци.       Сор и ветки разметало по сторонам, как от эпицентра взрыва, но разум Наш остался ясен и чист! Рассудок не гаснул — он мог это выдерживать! Через страшную боль, пожиравшую изнутри, через жуткие травмы, рвавшие тело, он оказался способен взять эту мощь под контроль. Даже вихрь в даньтяне будто бы изменился…       Болезненный визг хлобыстнул по мозгам, словно по затылку с размаху врезали доской. «Кайокэн» тотчас развеялся!       Мания, обожженная моей Ци, отхлынула внутрь, укрываясь в единственном месте, которое щадила Духовная Энергия. А я рухнул на колени, схватившись за голову и застонав от мучительной боли — симбиотический шепот отступал, словно из разума медленно извлекали чёрные, аморфные жгутики-связи. Безумная жажда и дикий голод истаивали, мысли приходили в порядок.       «Да какого хера творю?!» — на грани паники встрепенулся я, оглядевшись. — «Едва не убил их, пизда безмозглая!..»       Взгляд наткнулся на израненную и окровавленную Куни, отчего в груди всё сжалось от ужаса. Скользнул по Шандрис с заметной отметиной от клыкастой пасти на сиське…       — Стреляйте! Стреляйте! — вновь закричал Олофарен. — Она ослабла!       Я даже не глянул на этого придурка, благо эльфийские воители были настороже и хранили бдительность. Вместо прямого нападения они отходили, защищая Оперенную Луну. Кто-то более трезвый и взвешенный из их числа понял, что пока рисковать не стоит — вдруг это чёрно-красное чудище ещё что-нибудь выкинет?       — Шакти, назад! — отдал я запоздалый приказ.       Машина, так до сих пор и простоявшая столбом во исполнение прежней директивы, направилась ко мне, заслоняя собой от возможных вражеских выстрелов. Я тем временем двинулся к Куни — нужно было что-то сделать с ее ранами! Жизнь футанари вне опасности, но меня мучила совесть за содеянное, сжимая ледяными пальцами сердце.       Шандрис ловко подскочила, присев между мной и дренейкой. Направила натянутый лук, целясь в меня.       — Не двигайся! — с полным ожидания взглядом приказала она. — Сдайся немедленно, если мы для тебя хоть что-нибудь значим!..       — Простите, — я покачал головой. — Мне жаль… Жаль, что так получилось… Отовсюду глядели лишь враждебные лица — даже Оперенная Луна совсем мне не верила! И только Гвен у неё за спиной украдкой загадочно улыбалась, словно оценила «перформанс».       Я быстро метнул с десяток игл над головой эльфийки, вонзая их в тело Куни. Без труда поразил нужные точки, подстегнув исцеляющий фактор организма. Шандрис заметила серебряные острия, только когда они уже воткнулись в дренейку. Дернула длинными ушками, но осталась на месте — догадалась, что я навредить не пытался.       Лук в ее руках дрогнул.       — Квира, это снова ты? — позвала девушка. — Прекрати сопротивление — мы не причиним тебе вреда, обещаю.       В ответ я опять покачал головой:       — Это вышло случайно…       — Не слушайте её, госпожа! — вклинился Олофарен. — Поймите, наконец, что демонам верить нельзя!       Воинство вздрогнуло, приблизившись — опытные бойцы ощутили, что это их шанс. Я же отступил на шаг, заметив, как Гвен одними губами и по слогам произнесла:       «У-хо-ди…».       Позорное бегство после такого триумфа оказалось наилучшим решением. Внутренний голос вновь просыпался, требуя расправы для любого обидчика. Ему вторила Мания, вновь способная выдерживать течение ослабленной Ци в моих меридианах. Черной «перчаткой» она обволокла кисть, одаряя острыми когтями.       «Дай нам свободу!..» — требовала она.       Олофарен кинулся за спины бойцов.       — Видите?! Она снова превращается в чудище!.. — закричал он, указав на мою руку. — Убейте же ее, наконец! Какая-то тварь посмела поднять на эльфа руку!.. Ее нужно казнить немедленно!..       Я покачал головой, не слушая мерзавца — спешил ускорить циркуляцию Ци, запирая Манию в теле, пока та не перехватила контроль. Если она пересилит и вырвется, то уже не смогу противится темной жажде и всех здесь убью!       — Шакти, уходим! — приказал меха-доспеху.       Теперь эльфы обладали численным и силовым превосходством — мне не сбежать, опираясь лишь на собственные навыки. Но машина быстрей и выносливей. Она быстро приблизилась, подхватив меня на руки, и на полном ходу помчалась на север. Вдогонку понеслись стрелы, с небольшим запозданием — сгустки огня. Пролетела команда отрядить за мной группу преследования и непременно изловить беглую вероломную демоницу.