Капли крови на снегу

Смерть и Кот шагали в сад, который волк развёл прямо в лесу. Неизвестно, это было сделано вручную или с помощью магии, хотя, вряд ли такому могущественному, как Смерть, строить что-то своими руками, когда можно сделать с помощью волшебства, либо приказать кому-то другому. Кота в сапогах всё удивляло, как сама Смерть может выращивать цветы, ухаживать за ними. Всадник Апокалипсиса умел ухаживать и любить не только цветы. Они шли рука об руку, если так можно было сказать, поскольку разница в росте и в целом в габаритах была большой. Но в любом случае они шли слишком близко. Стояла глубокая ночь, снег хрустел под ногами, а морозный воздух щипал глаза и нос. До безумия хотелось разговаривать, а не идти в тишине непонятно куда и непонятно с кем. — Это, Muerte, скажи: как ты ухаживаешь за цветами и как у тебя вообще появилась любовь к цветам? — робко поинтересовался рыжий, пытаясь согреться, потирая лапы. Хвост Волка вмиг завилял из-за проявленного интереса со стороны Кота. Для него это всегда было важно. Взмахнув рукой, он начал рассказывать: — Когда-то давным-давно, когда я был в Африке, забирая душу бедной женщины, что пыталась прокормить своих сыновей, но скончалась от обезвоживания, да и голода тоже, я обратил внимание на засохший цветок, он был таким поникшим и, я бы сказал, грустным, и мне стало его жаль. Я не дарую жизнь, как это делает Жизнь, но я полил его водой, и он спустя время ожил. Это дало мне какую-то надежду на то, что я могу помогать растениям и делать хотя бы для них добрые вещи, они не осудят и не высмеют. Кот пребывал в настоящем шоке. Если судить по рассказу и вообще по поведению Смерти, на Смерть волк точно не был похож. Скорее это был одинокий волчок, что жил в лесу, пытаясь выжить в столь несправедливом и жестоком мире, хотя несправедливыми вещами как раз занимался он сам. Но кот для себя отметил, что Волк добрый и отличается от остальных всадников Апокалипсиса. Но всегда ли он был таким? — А как давно ты полюбил цветы? — поинтересовался рыжий комок, всё ещё шагая рядом с красноглазым. — Ох, Кот, это было так давно, что я и не вспомню, — задумавшись, ответил Смерть, а затем почесал затылок. А как давно Волк стал таким добрым и чувственным? Вряд ли он был таким создан? Он был создан для того, чтобы тот забирал души умерших, но появилась и новая «профессия» — орудие для убийств ради прихоти Хозяина леса. Кот должен был это выяснить. — А как давно ты стал таким добрым? Этот вопрос озадачил волка, на что он выгнул бровь, неверяще уставившись на своего дорогого собеседника. Рассказать правду или начать изворачиваться и врать? Оба варианта хороши, к слову. — Добрым? О Чём ты, Кот в сапогах, я совершенно не добрый, наоборот же, я вселенское зло и вообще я убийца, я же смерть! — повторил кошачьи слова Смерть, усмехнувшись. Рыжий стыдливо опустил голову, шагая нога в ногу с Волком. Он понимал, что статус Смерти важен для него, ведь сам факт, что Кот гуляет и общается с Всадником Апокалипсиса, уже вызывал осуждение и ненависть к самому себе. А что скажут остальные? Его действительно так волновало чужое мнение? А волновал ли его Волк? Кот корил себя за то, что пошёл с ним в сад, но ему было так одиноко, а это единственный человек, который так приглянулся коту. Не то из-за факта опасности, не то действительно из-за интереса к цветам. — Не пойми меня неправильно, но просто… — кота перебил волк, который положил руку ему на спину и слегка погладил. — Не переживай, я понимаю, что ты чувствуешь осуждение к самому себе из-за того, что попёрся со мной в лес, я тебя не хотел заставлять, но слишком уж хотелось с тобой пообщаться. Кот смутился, но когда волчья рука исчезла, в глубине души расстроился. Он не понимал своих эмоций и своего поведения. Такого раньше никогда не было. Если кто-то и вызывал интерес или симпатию у Кота в сапогах, то он вёл себя более нарциссично и как-то надменно, точно не как сейчас. — Что ж, так и есть, уж извини, думать иначе я пока не могу, совесть не позволяет, — отмахнулся зеленоглазый, поправляя съехавшую набок шляпу. Наконец-то дойдя до сада, Кот ахнул и широко раскрыл рот от удивления и очарования. Всё было, как в сказке. Да, лес был необычным, но он привык к историям о тёмном, мрачном и таком кроваво-опасном лесу, что совершенно не знал о том, что есть и обратная сторона медали. Этот лес был таким ярким, красочным и добрым. Лес был покрыт огоньками гирлянды, кругом росли зелёные кусты с красными розами, а вместо тропинки был бархатный зелёный ковёр — имитация травы. Кот ступил за этот самый зелёный ковёр и огляделся по сторонам. Было невероятно, сердце ёкало от переполнявших его эмоций, что хотелось петь и танцевать, желательно, страстное танго с розой в зубах. Кот пообещал себе, что так и сделает, однажды, но с кем? Наверное, с Волком. Смерть счастливо наблюдал за котом со стороны и радостно вилял хвостом, чувствуя, как внутри всё сжимается и грохочет от эмоций и чувств. Не смотреть на столь счастливую и улыбчивую мордочку Кота в сапогах было просто невозможно. Он был создан, чтобы за ним наблюдали, но Смерть уже устал постоянно наблюдать, бездействуя, поэтому сейчас, к тридцати годам кота, он был счастлив, заговорить с ним и показать свой сад, который он любил больше, чем бессмертную жизнь. — Тебе нравится? — спросил Смерть, подойдя к испанцу со спины. Кот, крутясь на одном месте, как заводная юла, не заметил приближающегося к нему волка и врезался в него, свалившись на «траву». -Ауч, — шикнул сын Имельды, встал и потёр ушибленное место. Смерть улыбался, не веря своему счастью, он никогда и подумать не мог, что будет вот так стоять и весело болтать с тем, с кем так давно и отчаянно хотел. Чувства были настолько сильными, что всадник Апокалипсиса не мог даже себе объяснить, что это за такие обжигающие щёки и грудную клетку чувства. Хотелось вырвать сердце, словно Данко, и отдать его Коту в сапогах, дабы что-то доказать. Но что? Сердце волка могло стать для Кота запретным плодом, — адамово яблоко, — не иначе. — Да, Смерть, это великолепный сад, а теперь я бы хотел посмотреть на теплицу, — нежности улыбки кота можно было бы позавидовать. Теплица оказалась ещё лучше, чем сам сад: везде были огоньки, ленты, красивое оформление, растения находились в самом настоящем Раю. Монстеры стояли политые и побрызганные с помощью пульверизатора, дабы поддерживать её жизненные силы, в остальных растениях земля была также сырой, словно пару минут назад их полили. Было такое ощущение, будто здесь не растения стояли, а живые существа, к растениям относились, как к живым. — Ты относишься к растениям, как к живым существам? — улыбнулся кот, не веря в то, что спросил это. По правилам, Смерть никого не любит, ни о ком не заботится и никого не щадит. Волк оголил клыки, щёлкнув ими, но с широченной улыбкой. Это было так изящно и восхитительно, как показалось в первую секунду испанцу. — Конечно, они для меня единственные и самые верные друзья, — отчеканил волк. Уголки губ Кота дрогнули, желая опуститься вниз. Смерть считал растения друзьями? Он и правда отличался от своей профессии. Как Смерть и сказал: работа и личная жизнь идут порознь. Ты можешь работать врачом и спасать жизни людей, но в душе их ненавидеть, а можешь работать уборщиком и обожать людей и саму жизнь такой, какая она есть, несмотря на невзгоды и нищету. Таким и был Волк: злым и опасным с виду и по статусу, но таким нежным и хорошим внутри. Кот ударил себя по лицу за такие мысли, но Смерть этого не заметил, поскольку отвлёкся на горшок филодендрона. — gatito, спасибо большое, что составил мне компанию, для меня это важно, — алые глаза улыбались, а сердце отбивало чечётку от неописуемой радости. — Возможно, ты злишься на себя, но, поверь, я не пытался тебя как-то затянуть сюда, чтобы убить, наоборот, ты здесь в полной безопасности. Я ненавижу, когда мои коллеги слишком много болтают и поэтому я ухожу сюда и прячусь от них, они знают про сад, но не приходят сюда, считая это занятие смертных, за это меня осуждают не хуже, чем за иные поступки, — про защиту кота он умолчал, не время. — За иные поступки? Ты типа из тех, кто нарушает привитые вам стереотипные правила? — ухмыльнулся рыжий, ткнув Смерть локтем. Волк выдавил загадочную улыбочку, не имея возможности проигнорировать вопрос. — Считай, что, да, я из них, — ответ не заставил себя долго ждать. Кот пребывал в хорошем расположении духа, искренне надеясь, что волк не сделает зла или необъяснимых вещей. Но он уже пошёл против правил и нарушает собственные законы, как, впрочем, и сам Кот в сапогах! — Слушай, Смерть, скажи мне честно, почему именно я? — не унимался кот. Всадник Апокалипсиса задумался над ответом, но, пожевав нижнюю губу изнутри, промямлил что-то нечленораздельное, но Кот его не особо услышал, попросив повторить: — Ну, ты интересный и такой бесстрашный, прямо, как я, что-то типа такого, не более, даже не надейся, Кот. Рыжий порозовел, чувствуя камень, который наложился на сердце, словно солнечное затмение, не давая солнцу полностью светить, а в его случае сердцу ровно стучать. — С-спасибо, мне приятно это знать, Lobo, — рвано выдохнул сын Имельды. Смерть не мог рассказать всей правды, это было не в его духе, хотя он и так сказал слишком много, при этом показав себя совершенно с другой стороны, с мягкой. — О себе могу вбросить такие интересные факты: я обожаю острую еду, спасать свой город и вообще всех близких мне людей, танцевать и розы, впрочем, про розы ты уже знаешь, — перечислять свои хобби оказалось сложнее, чем казалось на первый взгляд коту. Улыбка Смерти стала шире, он и так знал о всех увлечениях Кота в сапогах, но о таком говорить был страшно. Вдруг ещё неправильно поймёт. Они постояли так ещё какое-то время, осматривая растения в теплице, но потом рыжий комок в сапогах решил спросить: — Кроме растений у тебя были когда-нибудь друзья? Ну, живые? Волк молчал, печально прожигая Кота взглядом, на что тот снова задал вопрос, не дождавшись ответа: — Что-то не так? Это личное? — Нет-нет, Кот, я тебе расскажу, только пообещай мне, что отнесёшься к истории с пониманием и серьёзностью. Испанец кивнул, и Смерть начал рассказ.

***

История произошла в веке пятнадцатом, в монгольской деревушке. Смерть был послан туда, дабы забрать душу пастуха огромного стада овец. Кажется, его звали Доголдой или Доголху, Волк уже толком и не помнил, возможно, вообще иначе. Стоя над кроватью, уже мёртвого пастуха, Смерть забирал его жизнь в капсулу, где обычно и хранил все жизни. Помер он от инфаркта. Жалко, но от смерти не сбежать, даже самым мудрым старикам, у которых куча детей и внуков, а жизнь была прожита не зря. Выйдя на крыльцо, Волк осмотрелся. Овцы, как будто по одной команде, легли на бок, притворяясь, что они мертвы, так как приняли Смерть за обычного волка, не за Смерть. Но одна овца всё же выделялась. Она была маленького роста, с колокольчиком на шее и красным бантиком. Милейшее создание, которое довелось увидеть жнецу. Пока все притворялись мёртвыми, она стояла и смотрела на волка своими маленькими, как бусинки, карими глазами. Не поняв, почему она его не боится, волк засвистел свою мелодию. Овечка и этого не испугалась, подойдя к Волку впритык. Посмотрев на него снизу вверх, она задала вопрос: — Всё? Душа нашего пастуха у тебя? Смерть в шоке отпрыгнул от овцы, удивлённо на неё уставившись. Она явно понимала, кто стоит перед ней. — Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, овца? — ухмыльнулся жнец, оголив клыки. Овечка и даже зубов не испугалась, пока остальные овцы лежали в массовом обмороке. — Ну, да, ты же Смерть, — спокойно ответила мягкошерстая, похлопав глазами. Смерть понять никак не мог, почему эта дама такая спокойная. То ли хотела уйти за стариком, то ли слишком бесстрашная. — И не боишься меня, а? — лязгнув серпами, спросил всадник Апокалипсиса. — Нет! — гордо ответила овечка. Волк подставил к её горлу один из серпов — ноль эмоций. — Да что с тобой не так? — не унимался жнец. Овца посмеялась, подпрыгнув к морде Смерти, и ткнула копытцем его по носу. — Глупый ты, Смерть, я не боюсь тебя, так как знаю, что жить мне ещё долго, а ты не убиваешь, мне бабушка с дедушкой рассказывали! Помнишь их? Конечно же, никаких бабушек и дедушек этой овцы Волк не помнил, но её знания и ум ему понравились. — Нет, не помню, но ты слишком умна, Овца, — ответил всадник Апокалипсиса, улыбнувшись. — Зови меня просто Оливией! — весело воскликнула она. — Я была для пастуха безымянной, но все в стаде называли меня так. Мы любим давать друг другу имена, хочешь, и тебе дам имя? Смерть хлопал глазами, пялясь на овечку, как баран на новые ворота. Она была необычной. — У меня и так оно есть, — фыркнул жнец. Они постояли так пару минут, рассматривая друг друга. Колокольчик на её шее звякнул, а она весело прокричала: — Раз ты Смерть, то у тебя, вероятно, нет друзей? Волк кивнул, изогнув бровь. — Тогда я стану твоим другом. И после того дня вся жизнь Волка изменилась. Оливия всегда и везде составляла Смерти компанию, много раз даже помогала ему находить трупы. Её ничего не пугало из этой темы. Стадо так и не смогло принять лучшего друга Оливии, каждый раз овцы убегали кто куда, когда появлялся волк. Вскоре появился новый пастух, и, чтобы не пугать мужчину, ребята встречались в полях по вечерам и смотрели на уходящее за горизонт солнце. Война ненавидел то, как Оливия изменила Смерть, она сделала его добрее, мягче и более человечнее. Волк игнорировал упрёки и замечания Ворона, поэтому тот решил действовать. В один из дней на деревню напали. Убили всех овец и несколько жителей, даже нового пастуха. Смерти поступил сигнал о неупокоенных душах, но, придя на место преступления, Волк почувствовал, как трос внутри оборвался. Оливия лежала в луже собственной крови среди остальных овец. Жнец впервые в жизни заплакал. Нет, он рыдал, сметал всё вокруг и ненавидел Войну больше всех на свете. В тот же день Смерть замахнулся на Ворона, но тот избил его сам. Жнец нанёс парочку ударов, но этого было недостаточно чтобы отомстить за Оливию. Война просто умер для Смерти. Он поклялся, что однажды убьёт его, как-нибудь.

***

Кот слушал историю с замиранием в сердце. Такого рыжий явно не ожидал: у Смерти была подруга и так трагично погибла от рук злых и жестоких людей. А точнее из-за Войны. Желудок скрутило, а ноги подкосились. Господи, Смерть потерял лучшую подругу! Смысл его существования. Вместо бессмысленных скитаний, он проводил всё своё свободное время с Оливией, и этот мерзавец, Война, взял — и убил её из-за каких-то никому ненужных правил. — Lobo, мне очень жаль, — прохрипел в морозную ночь кот, стоя напротив Смерти. Жнец стоял, опустив голову на грудь, даже не думая взглянуть на Кота в сапогах. Тема с Оливией была для него больной мозолью, которую не хотелось ворошить, но, раз кот попросил, то он должен был поделиться. Рыжий, дабы привлечь внимание Смерти, коснулся его мёртво висящего хвоста. Почувствовав копошение в хвосте, Волк резко развернулся и увидел растерянного Кота. — Т-ты не отзывался, вот я и… — испанец запнулся, подбирая слова, — нет, скажу по-другому: мне искренне жаль, что произошло с тобой и Оливией, это правда больно, даже для самой Смерти, чему я очень удивлён. Волк нахмурился, сделав шаг в сторону монстеры. Прикоснувшись к растению, он немного успокоился и не стал злиться. — И спасибо, что рассказал мне, правда, но я не понимаю, почему ты это сделал, — кот подбежал к жнецу, дабы тот взглянул на него, а не игнорировал. Он понимал, что Волку даже спустя столько веков больно, и чувство несправедливости может вырваться наружу в любую секунду. — Потому что я тебе доверяю, и ты всё равно бы узнал о ней, потому что… — волк замолк, но герой не стал его перебивать, — в общем, ты должен был о ней узнать, она была мои первым и единственным другом, но этот ублюдок… Вокруг Смерти появилась тёмная аура, не предвещая ничего хорошего. Кот испугался, лихорадочно думая, что бы предпринять, дабы утихомирить волчий пыл. Аура растворилась также быстро, как и появились, Волк покраснел, почувствовав пожар в грудной клетке: Кот взял его за руку. — Послушай, я вижу и чувствую, что ты хороший, ты жаждешь мести, но вряд ли Оливия бы хотела, чтобы ты убил Войну, да и как, если вы оба бессмертные, — тараторил испанец, всё ещё держа жнеца за большую руку. Волк кивнул, пытаясь утихомирить собственное быстро бьющееся сердце и стереть румянец с лица. Кот заметил красноту на волчьих щеках и сам улыбнулся. — Знаю, но это моя цель, Gato, — холодно ответил Смерть, стиснув лапу кота в своей. Тут Кот в сапогах решил сменить тему диалога на более интимную, при этом хищно улыбнувшись: — Эй, Смерть, а отношения у тебя были? Рука Волка моментально выскользнула из кошачьей, а сама морда скривилась. Его реакция впечатлила Кота. — Нет, не было, я же Смерть, о чём ты вообще? — неосознанно огрызнулся бессмертный. — Ну, подруга же у тебя была, — улыбка с лица Кота в сапогах никак не сходила. — Что, никто даже не нравился? Смерть тихонько зарычал, давая понять, что тема разговора ему не нравится. — Никто и никогда. Смерть своих чувств к Коту-то не мог объяснить нормально, а тот спрашивал про какие-то отношения и влюблённости, которых у того с роду не было, пока на горизонте не появился взрослый и мужественный Кот в сапогах. — Какой ты скучный, Muerte, потому что за мной толпами бегали коты и кошки, желая со мной встречаться, я выбирал самых лучших, они были избранными, — хорохорился испанец, поправляя шляпу. Волк неодобрительно покосился на своего собеседника, желая намекнуть тому на то, что он прекрасно знает, что у Кота никогда никого не было. — Чего замолчал, завидно? — Завидно тому, что у тебя на самом деле никого никогда не было? — ухмыльнулся жнец, оголяя клыки. Кота это напрягло и насторожило, почему он и сделал пару шагов назад. Всадник Апокалипсиса сразу же закрыл пасть. — Что? — единственное, что спросил зеленоглазый кот. — Т-ты не можешь этого знать… Смерть наигранно изогнул бровь, поставив руки в боки. — Знать чего? Что ты обманул меня только что? Да, ты солгал, лишь бы показаться крутым, — это напугало Кота ещё больше. — Но я прекрасно знаю, что не было у тебя никогда никого: ни котов, ни кошек! После собственных слов захотелось вонзить себе в живот меч Ворона. Волк сто процентов напугал и оттолкнул Кота от себя. Тот только стал ему доверять, а он…ах, как опрометчиво. — Ты что, следил за мной? — заикаясь, задал вопрос Кот, дрожащей рукой схватившись за шпагу. Смерть разочаровался в самом себе и уже был готов попросить у Кота прощения или объясниться, как тот выдал следующее: — Нет, я рано обрадовался и рано поверил тебе, Смерть! Ты всё это время следил за мной, поджидал, чтобы убить и отдать Хозяину леса, — защищаясь, рыжий направил на волка свою шпагу. Смерть оскорбили эти слова, но он всё равно попытался объяснить ситуацию. — Я не часто за тобой следил, не пойми меня неправильно, gatito! Я делал это ради твоей безопасности: если бы не я, тебя бы давно убила Чума и все остальные. Коту отчаянно хотелось верить ему, но он не мог. Это вся ситуация казалось либо сном, либо бредом психически больного человека. Кот стал пятиться назад, поближе к выходу из теплицы. — Зубы мне не заговаривай, чёрт, а я ведь правда проникся твоей историей и поверил в неё, уверен, никакой Оливии и в помине не было, — после этих слов подул сильный ветер, который пробивал даже в теплицу. Глаза Смерти налились кровью, кадык дёрнулся, руки легли на серпы, а сам Кот двинулся к выходу. — Вот видишь, ты злишься, а значит, ты готов меня убить, ты даже за серпы схватился! — кричал испанец, убегая от стоящего на месте жнеца. — Ты меня обманул сам! Волк убрал руки от серпов, обессиленно выдохнув. Сил сражаться не было даже на словах. — Зачем же тогда ты пошёл со мной, раз я такой злой и опасный? От одиночества, я прав? — Кот неверяще на него уставился, полностью себя этим выдав. — Так я тоже одинок. — Но ты Смерть, я не понимаю, как ты можешь любить растения и живых существ, если ты создан для сбора умерших душ, ещё я слышал, что ты ненавидишь самоубийц, ты их с брезгливостью собираешь и куда-то выбрасываешь! — истерил зеленоглазый кот, всё ещё держа рукоять шпаги. — Это всё странно и как-то неправильно, не по вашим правилам, да и не по поим! Смерть устало смотрел в такие красивые и невероятные зелёные глаза, подходя всё ближе и ближе. — Кот, ты же нормально со мной общался, что случилось? — Ты жуткий! — резко выпалил Кот в сапогах, но после сказанных слов закрыт рот лапой. Это окончательно добило волка, и он, прошептав, но максимально грозно, махнул рукой: — Тогда ты можешь идти! — Да пожалуйста! — рыкнул рыжий и пнул рядом стоящий горшок с каланхоэ. Тот упал, как и сердце Волка. Выйдя из теплицы и пройдя пару деревьев, Кот обнаружил возле одного дерева колокольчик и красный, местами грязный и окровавленный бантик. — Оливия? — прошептал Кот, но не остановился, скрывшись из поле зрения жнеца.

***

Смерть сидел под деревом, тихонько насвистывая себе собственную мелодию, дабы успокоиться. Прошло полчаса после ссоры с героем, а всадник Апокалипсиса всё никак не мог угомониться. Вдруг в кустах послышалось какое-то шевеление и из него выглянуло два голубых глаза. Смерть сразу её узнал. Из кустов вышла крольчиха в красном облегающем платье, на её пальцах красовались золотые и красивые кольца в виде сердец. На шее висел большой кулон с сердцем, а внутри скрывался секрет… Это была Богиня любви. — Muerte, дорогой, что с тобой произошло, почему ты такой опечаленный? — поинтересовалась Любовь, встав напротив Волка. Жнец нахмурился и взглянул на крольчиху, чей белых мех мог сравняться со снегом. Она была красивой и такой утончённой девушкой. — Чего ты пришла, Amor? — не сдвинувшись с места, сразу в лоб спросил всадник Апокалипсиса. Богиня достала из ниоткуда мыльные пузыри, дунула на палочку и из неё разлетелась куча сердечек, и все прямо Волку в морду. Тот скривился, повторив вопрос: — Что ты здесь делаешь и чего тебе от меня нужно? Крольчиха продолжила пускать мыльные пузыри, радуясь тому, что несколько часов назад происходило со жнецом. — Я пришла из-за сильно чувства любви. Пузырь-сердечко, коснувшись носа Волка, лопнул, а сам Смерть фыркнул, ударив кулаком по земле. — Не неси чушь, Amor, нет тут никакой любви, тебе показалось, — отрезал всадник, отвернувшись и зажмурившись. Любовь нежно хихикнула в ладонь, а после тихонько произнесла: — Я никогда не ошибаюсь, Смерть. — Я Смерть, я не умею любить, это просто невозможно, — печально ответил Волк, взяв в руки веточку, дабы успокоиться. Но сердце грело оттого, что розу, подаренную Смертью, Кот не выбросил, оставив себе.

***

Утром Кот и Шалтай отправились на прогулку, тихо беседуя о предстоящих планах: им надо было навестить могилку матери, разобрать оставшиеся вещи и думать, что делать с её домом. Шагая по тропинке, яйцо поинтересовалось: — Кот, как ты думаешь, кто сможет защитить нашу деревню от злых всадников Апокалипсиса? — Я, конечно, кто же ещё? — тут же ответил рыжий, достав из пояса шпагу. Дабы Шалтай-Болтай не задавал лишних вопрос о наличии розы в вазе, Кот спрятал её в собственном шкафу. Иначе он поступить не мог. — Нет, Кот, ты не справишься, это слишком опасно! Испанец лишь закатил глаза, махнув на брата рукой. Возле входа в деревню столпился народ. Кот и Шалтай были единственными, кто не понимал, что происходит. — Что вы тут все стоите? — шепотом спросил зеленоглазый кот, подойдя к Китти и Перрито. — Прикинь, сам принц Чарминг едет на белом коне к нам в деревню! — воскликнула Мягколапка, — да, это тот самый сын феи Крёстной. Кот угрюмо уставился на дорогу, по которой скакал белоснежный конь с золотистой гривой, а на нём верхом сидел принц с таким же цветом волос. На голове красовалась корона, а в руке был меч. Он казался бесстрашным героем. — И-и-и, что он от нас хочет? — задал вопрос настоящий герой, моргнув пару раз глазами. — Пока никто не знает, но, видимо, он здесь не просто так, — пожав плечами, ответила Китти. Кот казался разбитым корытом, рваной штаниной и выбитым зубом — вот, насколько он был печальным. — Эй, что с тобой? — коснувшись рыжей руки, поинтересовалась кошка в чёрном пальто. — В-всё в порядке, не обращай внимания, — отмахнулся кот, всё смотря на приближающегося мужчину. Мягколапка не поверила ни единому его слову. Он слишком много держал в себе тайн. — Это очередной секрет, который ты расскажешь позже? Кот кивнул, тихо добавив: — И об этом никто не должен больше узнать. Всё, все, кто болтали, позакрывали свои рты, поскольку явился Он! Принц Чарминг! — Приветствую, друзья мои, я вернулся! — воскликнул принц. Спрыгнув с коня, он подошёл к жителям деревни и поклонился. Заметив Фиону, он пошёл к ней и поцеловал ей руку. — Руки прочь от моей жены! — огрызнулся Шрек, но женщина остановила его, взяв под ручку. — Милый, не злись, это королевский знак приветствия! Чарминг ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Да, Шрек, не волнуйся, я не уведу у тебя Фиону, ведь меня дома, во дворце, ждёт моя невеста! Все открыли рты от шока, не веря, что за такого нарцисса, как он, можно выйти замуж. — И кто эта слепая девушка? — поинтересовался Кот в сапогах, с насмешкой смотря на уже раздражённого принца. Эти двое никогда не ладили, вечно соревнуясь, кто более сильнее и храбрее. Да, принц Чармин раньше жил в этой деревне, но уехал, как только стали пропадать люди. — Во-первых, она не слепая, а самая зрячая, во-вторых, это Рапунцель! — Что? — хором воскликнули жители. — Как такая прекрасная принцесса могла влюбиться в принца Чарминга? — негодовал Шалтай-Болтай. — Она действительно слепая, — процедил сквозь зубы кот. — Я ей искренне соболезную, — хныкнула Китти, ощутив один раз на себе такой характер со стороны партнёра. Чарминг закипал от злобы, смотря на квартет, в котором ещё участвовал и Перрито, которого он видел впервые, как, собственно, и сам щенок. Но он проигнорировал его присутствие, даже не поздоровавшись с ним лично. Принца никто никогда не любил, он бросил деревню и умотал в своё королевство, позабыв о всех. — Ты бросил нас, а теперь вдруг вернулся? — рявкнул Шрек. Принц встал смирно и ровно, высоко поднял голову и сочувственно произнёс: — Прошу простить меня, что я покинул вас, но у меня не было выбора, мама настояла на том, чтобы я всё бросил и уехал. Но я вернулся! Вернулся, чтобы защитить всех вас от всадников Апокалипсиса! И навестить могилу мамы Имельды! В ушах Кота раздался писк. Все уставились на него и смотрели на его реакцию, которая долго не заставила себя ждать. — Ты не смеешь навещать могилу моей матери, даже не попрощавшись с ней перед смертью, ты ей никто, тебя не было здесь в разгар похищений! Я тебе запрещаю! — кричал испанец, размахивая руками. Яйцо пыталось утихомирить брата, но он его лишь отталкивал, мол, не вмешивайся. — Ты сам свалил с Шалтаем-Болтаем, — ухмыльнулся блондин, гаденько хихикнув. — Мы уехали до всего этого, не смей сравнивать два разных переезда, ты, жалкий принц, даже не смеешь произносить имя моей матери! — указательный палец указывал прямо на Чарминга, а глаза были залиты кровью от неописуемой ярости. Кот был готов выцарапать из принца душу, избить и отдать на съедение Хозяину леса. — То есть, ты правда готов спасти наш лес от тех монстров? — пропищал Пиноккио, с надеждой смотря на мужчину. — Именно, раз никто, кроме меня, не может помочь своему народу, — намекая на Кота, ухмыльнулся Чарминг. — Да пошёл ты к чёрту, принц Чарминг! Тут только я могу спасти жителей своей же деревни и уничтожить всех этих уродов! Я с двумя уже сталкивался, оставшись в живых, — тараторил рыжий, победно взмахивая кулаком. Принц, изогнув бровь, заинтересованно посмотрел на кота: — Но ты их не убил. Это заставило Кота заткнуться, но на время, потому что после он вновь, подскочив, воскликнул: — Клянусь, что одержу победу, сразившись с всадниками Апокалипсиса! — Кот! — заорали Китти, Шалтай и Шрек, злобно на него посмотрев. Шалтай схватил кота и развернул к себе, пытаясь вразумить: — Даже не смей, пусть на верную смерть идёт Чарминг. — Верно, нечего тебе в лесу торчать, — поддакнула Мягколапка. Кот отпрыгнул от друзей и подошёл к Ослу. — Осёл, я отомщу за Грея! — воскликнул кот, встав в победную и храбрую позу. Ослик встрепенулся, неверяще уставившись на рыжего. — Правда? — с надеждой в голосе спросил он. Племянник осла был давно у Хозяина леса в желудке, что вызывало дрожь и обморочное состояние у всех жителей. — А я отомщу за всех! — гордо воскликнул принц. Начался спор между ним и испанцем, который вот-вот мог закончиться дракой, пока Фиона их не разняла. — Давайте они оба пойдут в лес и попытаются отыскать всадников, — принял решение Осёл, всё ещё слишком убитый горем. — Но, Осёл, Кот еле выбрался оттуда, — объяснял Шрек своему другу. Ослик поразмышлял, но мнения своего не поменял. — Я верю как Коту, так и принцу! Чарминг горделивой улыбкой одарил всех жителей и развернулся к лесу. Кот встал рядом с ним, схватив собственную шпагу. — Меня никто не убьёт, я вернусь живым, верьте мне, друзья и Шалтай! — не поворачиваясь, заявил Кот. — Я спасу деревню от этих паразитов! Яйцо начало плакать, а Перрито скулить, Китти же пришлось утешать их обоих, но она верила Коту и надеялась, что тот и правда вернётся живым.