Талисман удачи

Ворон попытался что-то сказать, но не успел. Шурша своими странными одеждами, девчонка подлетела к Беннету. — Где тебя носит?! И огрела бы парня луком, если бы Тарталья позволил. Вовремя успел перехватить занесённую руку. — А это ещё кто? — Тот, кто уберёг голову вашего друга от шишки, юная леди, — улыбка стала натянутой, — как грубо вы проявляете своё беспокойство. На секунду Фишль опешила, а потом подхватила манеру, очевидно, приходя в свою колею: — Этот несчастный достоин большей кары. Оставить меня одну в бою за нашу трапезу, со спящим волком, не самый рыцарский жест! — Прости-прости, я… — Заблудился. Мы знаем, — с несчастным вздохом ворон прервал объяснения. Ветки были конфискованы и брошены в костёр, откуда доносился аромат похлёбки. — Чайлд, я вспомнил твой суп! — блаженно выдохнул Беннет, устроившись на лежанке. Названный гость присоединился к нему, сел по левую сторону, слишком близко для простых знакомых, почти соприкасаясь бедрами. Напротив них продолжал спать Рэйзор, укутавшись в собственный плащ. А ещё чуть дальше готовила Фишль. — Да? Приятно слышать. — Конечно! Я его долго вспоминал. И тебя вообще, — слегка порозовев, Беннет перевёл тему. — А зачем ты здесь? Вроде все опасности закончились. Хитринка прослеживалась во взгляде фатуйца. Он что-то задумал. Подозрения усилились, когда Чайльд начал поглядывать на друзей Беннета. Готовый спросить, что тот хочет, пиро-мальчик застыл от повторного поцелуя. Недо-поцелуя! Тарталья, подгодав когда на них не смотрят, обхватил за подбородок, притянул к себе и куснул за нижнюю губу. — Я здесь для новых приключений. — А… э-это… Ага, ясно, — забормотал Беннет, не зная, что ещё сказать. Хулиганские поцелуи, ласки… они снова не дадут спокойно заснуть этим вечером! А ведь если Тарталья останется с ними рядом, может и самолично не дать спать. Под ними трава загорится! Как сдерживаться? Беннет не сможет держать рот на замке. Друзья узнают и от позора не отмыться… — Чужой запах. Голос проснувшегося Рэйзора напугал. Беннет пугливо дёрнулся в сторону. Тарталья позволил это, громко усмехнувшись, и посмотрел на хмурого спросонья белокурого мальчика. — Привет. Я хороший друг вашего друга. Можете звать меня Чайльд. — Ты вовремя проснулся! Скоро будет готово, — вставил своё слово Беннет. — Чайлд… — волчонок с трудом повторил непростое для себя имя. Речь после сна была заторможена. — Я Рэйзор. — Режешь остро? Подкол прошёл мимо. Юноша не понял и проигнорировал, чем весьма удивил. Шутку понял Беннет и пояснил для гостя: — Он очень быстро бегает. Просто молния! — Молния у меня в кулаке, — добавил Рэйзор и стало понятно, что немногословный юноша владеет силой электро. Оба друга зарядят, если что-то пойдет не так. В сочетании с его гидро элементом… — Будет больно, — вслух очень тихо сказал, так что никто не услышал, и снова усмехнулся, бросая короткий взгляд на Беннета. Маленький огонёк. Он скучал по невинному, чистому мальчику, как магнит притягивающего к себе неприятности в виде разных противников, которым Тарталья всегда рад. Чем больше путешествовал, тем громче гремела о нём слава, как о бойце. И потому не всякие рисковали с ним связываться. Тупые, скучные болванчики. Когда их стая таких — это уже забавнее. — Полакомьтесь едой, друзья мои! — пригласила Фишль, наконец закончив. — Так, нужна ещё одна чашка, — призадумался Беннет. И в тот же миг, оба друга полезли в свои сумки и, не глядя, вручили по тарелке, продолжая доставать что-то своё. — Прелестно, — Чайльд забрал свою из рук Беннета и решил самообслужиться. Заодно продегустировать суп до накладывания в тарелку. — М, миледи, вы не любите соль? — Солонку держу подальше от Беннета. Вот, — неожиданно нормально и коротко сказала Фишль. Похоже, близость еды подрезала красноречие. Так же, очевидно, каждый дополнял себе еду специями по своему вкусу. Тот же Рэйзор солью не заинтересовался вообще. А Тарталья был удостоен интересной возможности приправить суп в тарелке Беннета. А то ведь пересолит. — Держи тарелку крепко, — над макушкой проговорил рыжий парень, оказываясь позади. Беннет, бедненький, весь сжался от пронизывающего голоса и действительно вцепился в тарелку с супом, боясь её уронить. Тарталья оказал услугу, посолив его порцию. К еде Беннет приступил не сразу. Потребовалось время, чтобы опомниться. От стоящего так близко Чайльда поползли мурашки. Когда он был так рядом в последний раз, они целовались. И теперь, вспоминая это, Беннет нагревался, будто желая вскипятить суп заново. Утихомириться помог желудок, почуяв, что его наконец накормят. — В чём дело? — с неловким смешком отозвался рыжий парень, когда к нему подсел Рэйзор и стал подозрительно обнюхивать. — От тебя пахнет снегом. Вином. И плохим боем, — вынес вердикт волчонок, и подозрения в его глазах стало больше. Тарталья восхищённо присвистнул. — Браво, волчок, у тебя превосходный нюх! Всё верно, я выпивал немного, недавно вышел из боя. А снег — добирался в Монштадт через драконий хребет. Всегда навевает воспоминания о родине. — Точно, Снежная! — воскликнул Беннет. — Там, говорят, вообще холодрыга? Близко не подойдёшь. — Не холоднее, чем на драконнем хребте. Что же касается контроля территории, да, всегда проходит обыск прибывших. Эй, приятель, — не выдержал Тарталья, когда нос Рэйзора почти касался плеча, — долго ты ещё будешь заигрывать со мной? — Водка. Уголь. Странный мёд, — с таким набором слов Рэйзор наконец прекратил досмотр. Правильно учуял. Именно озвученное содержимое хранилось в ящиках, которые Чайльд помогал загрузить на корабль в гавани. — Откуда тебе известно, как пахнет водка? — зацепился фатуец, припоминая, что в Монштадте нет такого крепкого алкоголя, в народе также известное, как огненная вода. — Заблудилась женщина. Со светильником и бабочками. От неё пахло. Нос жгло очень, — поморщился тот, переключаясь на еду и замолкая. Тарталья весело фыркнул. Кто-то из коллег по цеху заблудился в здешних местах. Хорошо, если выжил, не нарвавшись на рыцарей или искателей приключений с глазом бога. Тяжело справляться с противниками, отмеченными Архонтами. Даже с глазом порчи. Для простых обывателей такая попытка может обернуться полнейшим провалом. — Хороший суп, — похвалил Рэйзор, быстрее всех опустошив тарелку. — Согласен, — подтвердил Беннет, близясь к концу трапезы. Оба изрядно проголодались. — Навык есть, и вы прекрасно справились, — присоединился к остальным Тарталья, используя свой элемент гидро для очищения тарелки и ложки. Поток был мягким, не резал посуду, как всегда было в прошлом, когда только учился управлять своей стихией. — Вау — заинтересвался Беннет его фокусами, — я как-то пробовал подогревать еду с помощью глаза бога, так сжёг тарелку и подпалил рыбу! Не знаю, это от невезения или от неумения? — В твоём случае, Огонек, я бы сказал, и то, и другое, — хохотнул Чайльд, — требуется время, чтобы свой элемент подстроить под бытовые вещи. — Согласен. А практиковаться нет времени. Приключения не любят долго ждать! Само воодушевление. Как жаль, что сейчас у них есть свидетели, оба не слишком разговорчивые и глядящие на фатуйца с подозрением. Их чуйка правильно была настроена. Тарталья — тот ещё негодяй, желающий покуситься на их маленького, невинного друга. Разумеется, он бы не стал причинять вред, несмотря на неистребимую тягу к разрушению. Он хотел разжечь пламя докрасна и полностью вкусить его. Обжигаясь. Ему хватит навыка для этого… Мечты оборвал нервно принюхивающийся к воздуху волчонок и настороженно тянущий руку к мечу. — Ядовитые волки, — огласил список противников, ещё не успевших пожаловать сюда. — Что?! — шокировано выкрикнула Фишль. — Мы закрыли разлом, они не должны были вернуться! — Ядовитые волки? — переспросил Тарталья, не совсем понимая, кто их враг, но готовый схватиться за клинки сию же секунду. Не важно, кто враг. Он разрежет на куски любого. Из-за кустов выплыли, именно выплыли, огромные Волки разложения. Они передвигались по воздуху, не касаясь земли, и появлялись в любой точке мира безо всякой логики. Мерзкие, скалящиеся, рычащие твари, наносящие продолжительный урон когтями и зубами. Оно в самом деле походило на отравление, так что назвать их ядовитыми — резонно. При длительном контакте волки и вовсе могли вызывать галлюцинации. — Грязь, — прорычал Рэйзор, ловко поднимаясь и хватаясь за двуручный меч. В своей скорости он сравнялся с новым прибывшим. Разница в самой технике боя. Большим мечом быстро не помахать. Тогда как с клинками никаких трудностей. — Оз! — Как прикажете, фройляйн! Ворон воспарил над противниками, нанося продолжительный электро урон. Сама девушка схватилась за лук, отстреливая на расстоянии. Беннет ринулся в бой самым последним. По глупой причине! Поднимаясь, он споткнулся и уронил вместе с собой котелок с остатками супа внутри. — Назад! — тяжелейшим ударом, буквально заставляющим подпрыгнуть вверх, Рэйзор вырвал у волка болезненный вой. Короткий, сухой взрыв на этом же месте обозначил вмешательство Огонька и его пламенного меча. Ощущался некоторый опыт, и огромная слаженность. Все знали своё место в бою. Перегрузка хорошо проходила по противникам, откидывая прочь с полученным уроном, а реакция заряжен притупляло их движения и медленно, капля за каплей, отнимало силу и здоровье. В обратку. Один из когтей волка был близок, чтобы оставить борозды на левом боку Чайльда. Парень вовремя отпрыгнул, спиной касаясь спины Беннета. — Навевает воспоминания, да, Огонёк? — Это точно. Волки везде. Пригнись! Последнее слово прозвучало прежде, чем девчонка обратилась в своего же ворона, проносясь сквозь нападавших и обрушая на них несколько молний. Это был идеальный шанс для самого мощного удара Чайльда через лук — хаос «опустошение». Три волка разрыва засосало обратно в воронку, из которой они выплыли. В тот же миг позади раздался громкий разряд электро и искажённый волчий вой. Из Рэйзора отрос огромный электроволк, добавляющий к рукам разрушительную мощь, и рассылающий вокруг искры. Тяжёлые удары валунами ниспадали на порождений Разрыва. Восхищение, пополам с жаждой заполучения такого противника, затопила фатуйца. Кровь забурлила в жилах. Руки чесались вновь схватиться за клинки. На его счастье, тварь ещё больше вылезла из вновь открывшегося разрыва. Следовало помнить — особи побольше наносят раны подстать себе. А так же раскручивают свой хвост, швыряя с него что-то похожее на большие сюрикены. — Беннет. Фишль подошла ближе, давно приняв более близкую позицию, с большим риском, но также и с большим уроном. Фамильяр Рэйзора ослабевал, но он всё ещё продолжал атаковать. Чайльд раскрыл себя на полную, подхватывая и дополняя. — Ты ранен? — Пустяки. Беннет только отмахнулся. Он только что накопил заряд, а значит пора помочь. Удар по земле рядом с ревущим волком очертил палящий круг с ранящей врага вспышкой. Друзьям она придавала силы и прижигала заражённые раны. Последний удар гидро клинком по крепко наэлектризованному противнику оказался лишним. С жутковатым предсмертным воем, тот капитулировал в открывшийся разрыв, оставляя за собой тишину, пустоту и лёгкое потрескивание в живительном кругу. — Ура! Мы справились! Чайльд гортанно простонал, обеспокоив всех. — Ты ранен? — спросила его Фишль. Но стон был не от боли, а наслаждения. Фатуец разлекся прямо на огненной печати, закатывая глаза. — Снова эта безумная энергия!.. Моя кровь всё ещё кипит… — с лихорадочной улыбкой стал говорить рыжий парень, — я жажду выпустить больше силы. Эй, волчок! Не хочешь сразиться? — Ты — муха. За тобой не угнаться. Рэйзор мотивировал свой отказ. Но испытать огорчение Тарталья не успел из-за следующих слов спикировавшего вниз Оза: — Слева от нас огромный электро-скорпион. — Он ещё тут? И как только не сбежал! — возмущённо воскликнул Беннет, заматывая новые раны. — Уже неделю местных нервирует! Пойдём, Чайлд, его надо убрать! Пиро-мальчик встал напротив и протянул руку помощи. Очарование. Так и нетепелось обхватить и повалить на себя. Дать ощутить жар собственного тела, тяжёлое дыхание. Но ещё сильнее оказалась жажда подняться и принять бой с новым противником. Тарталья поднялся, обхватывая руку Огонька, и позволил себя утащить. — А как же мы?! — крикнула им вслед Фишль — Скорпион-электро, миледи. Боюсь, мы бесполезны, — утешительно вздохнул Оз. Рэйзор тоже это понимал и потому остался на месте, провожая взглядом. Тем временем Беннет и Чайльд добежали до разгуливающего по территории Спрингвейла врага. Натягивая титиву, фатуец заряжал стрелу гидро энергией. — Твои ставки, Огонёк. Насколько мощно этот удар собьёт окруживший скорпиона щит? — Разве гидро может сбить электро? — усомнился Беннет. — Мне всегда касалось, это может только пиро… — Ты такой наивный, — усмехнулся Чайльд, прикрывая один глаз для точного прицела, — смотри внимательно. Громкий звук спускаемой тетивы, мгновение, и скорпион болезненно взвизгнул. Щит пошёл трещинами. Восторгу Беннета не было пределов. — Научи и меня как-нибудь! Пожалуйста! — Стрелять из лука? Конечно, милый, — согласился Тарталья, заменяя оружие другим, и рванул вперёд. — Не споткнись! Избежав торчащего корня после предупреждения, Беннет неудачно поставил ногу на траву, прикрывающую скользкий грунт и поскользнулся. Видимо, ему было суждено упасть. Справившись со своим телом в пространстве, Беннет побежал помогать. Даже если не очень-то и нужен. Тарталья кружился со скорпионом в красивом ранящем вальсе. Как и было сказано ранее, его переполняла энергия благодаря активированной огненной печати Беннета. Он помнил, каким был Тарталья в тот день. И что они вдвоём вытворяли после, устроив привал… Монстр издал последний вопль. Наступила тишина. А потом издалека стали доносится пение птиц и шелест листьев. Природа начала оживать. — Фух! — громко выдохнул рыжий парень, диактивировав клинки, и засмеялся. — Вот и славно. Закончили. Как ты, Огонёк? — Всё отлично. Но надо позаботиться о ранах. Ты новые уже насажал, — заметил Беннет, быстро оглядев, что и как. — Вернёмся? — Хочешь вернутся к друзьям? — спокойнее заговорил Тарталья, без вечно плескавшейся энергии, невольно заставляя внимать каждому слову, замерев всем телом. — Боишься остаться со мной наедине? — Нет! Теория Чайлда почти возмущала. Беннет скорее стеснялся, но не боялся. Нет. За себя страха почти никогда не было. Беспокоиться заставляли только друзья. — Я не боюсь. Раны надо промыть и полечить, а бинты в рюкзаке. Его окинули молчаливым взглядом. Всё это время Беннет стоял, не двигаясь, почти не дыша. Только после хмыка и прерываемого зрительного контакта, он тихо выдохнул и задвигался, чувствуя как ноют мышцы и болят отбитые конечности. — Хорошо. Только потому что не обошлось без ранений. Но! Я хочу поцелуй от тебя. Как только получу, мы пойдём. Хитрюга знал, чего хотел. И знал, как Беннет отреагирует. Пиро элемент полез через кожу, раскаляя докрасна. Само очарование, метко бьющее в самое сердце. Подкрадываясь словно лисица, Беннет, лихорадочно облизывая губы, посмотрел в голубые глаза. — Наклонись. Я не достаю. Тарталья наклонился. Но тут же выпрямился, захватив с собой парня. Крепко держа под зад, он заставил Беннета обхватить себя за шею и за поясницу, оказываясь на голову выше. — Так намного лучше. Ну же, целуй. Яркие зелёные глаза смотрели с шикарным коктейлем из возмущения, стеснения, лёгкого испуга и слабой смешинки. Ноги Огонька обхватили крепко-крепко. Руки убрались с шеи, перекладываясь на лицо. Наполнившись пламенной решимостью, Беннет прижался к его губам, и хорошо так прижался! Напористо, с желанием. Очень тепло. Кровь снова оживилась в теле, начав бегать там, куда нечасто заходила. Тарталья отвечал на очень недолгий напор, забираясь в горячий рот языком, лаская мягкие стенки, сплетаясь с языком Огонька, покусывая и засасывая его губы. Один поцелуй превратился во множественные, затянувшиеся, без шансов закончится быстро. Но! Начав первым, Беннет и отстранился первым. — Давай… возвращаться, пока нас не хватились. А то ж искать пойдут… — Что уж поделать. Обещание есть обещание, — Чайльд отпустил парня на землю, напоследок сказав: — Но не думай, что на этом сегодня всё закончится. — Я и не думал. Наоборот, готовлюсь к тому, что мне сегодня не дадут заснуть. С простодушной улыбкой Беннет пошёл вперёд, попутно собирая ветки для будущего костра. В путь до города всё пригодится. А если повезёт, Беннет сможет продать то, что насобирал. А если повезёт вдвойне — что-нибудь сам приготовит.