Талисман удачи

Рэйзор и Фишль ожидали их у разбитого лагеря, успев вернуть на место уроненный котелок Беннетом, и убрали остатки супа. При бое с волками Рэйзора немного задело, на плече виднелись небольшие следы когтей. Фишль промыла рану водой и начала делать перевязку. — А вот и мы! — Тарталья поднял руку в знак приветствия. Обоих одарили странными, подозревающими взглядами. Но только ими и ограничились. — Чайльд останется с нами, никто не против? — спросил Беннет, сразу влезая в свой рюкзак и доставая бинты. — Пойдёшь со мной на охоту вечером, — Рэйзор обращался к Тарталье, не спрашивая, а утверждая. — Так точно, — шутливо отдал честь и присел рядом с Беннетом, — Огонёк, тебе помочь с перевязкой? — Не, перевязывать я научился за годы. Помоги промыть. А я потом ополосну тебя. — Не желаешь омыть свои раны как в прошлый раз? — заигрывающе повёл бровями фатуец. — Н-не надо, — отказался Беннет, снова начав краснеть. Он вспомнил, что делал тогда Тарталья, играя с ним. — Только омою раны. Обещаю, — заверил Тарталья. И принялся за дело. Начиная, как и в прошлый раз, с ног. Им всё также сильно доставалось. За сегодня было совершено три нелепых падения, и ещё несколько в процессе боя. Ушибы, царапины, весь набор. Гидро элемент Чайльда охлаждал и успокаивал кожу. Барбара делала точно так же, но почему-то сейчас, сравнивая, Беннет находил, что Тарталья делает лучше. уже секрет? В том, что у него больше опыта? Или в том, что у него более крупные ладони? — Спасибо, — поблагодарил Беннет и тут же взялся бинтовать. — Ты тоже промой, а потом я тебя замотаю. — Это ни к чему, — отказался Тарталья, начиная стягивать с себя шарф, а за ним и пиджак, — мне будет достаточно промыть водой, никакой перевязки. — Но без перевязки в раны попадёт грязь! — возразил Беннет, почти возмущаясь от халатного отношения к собственному здоровью. — Это не глубокие раны. — Коль безумец желает совершить прыжок в раскрытые объятия могилы — не мешай ему, — порекомендовала Фишль. — В свои объятья меня принимало нечто похуже могилы, — не остался в долгу Чайльд, отвечая на колючий взгляд обезоруживающей улыбкой. — И я повторю, раны не глубокие. Даже шрама не останется. — Как знаешь, — сдался Беннет, не сумев переубедить. После боя страшно хотелось отдохнуть. Или лучше вздремнуть до вечера, пока охотники не отправятся за едой. Но нет, пожалуй, Беннет займётся делом получше: переустановит свою палатку, чтобы под ней хватило места для двоих. На холодной земле, пусть и у костра, никто Тарталью не положит. К Рэйзору будет странно пристроить, они совсем не знакомы, к Фишль, к девочке, тем более! Так и оставался Беннет. Немного потеснятся, зато будет теплее. А ещё… хорошо. Как в прошлый раз. Ведь он сам пообещал не заканчивать дело на том поцелуе. В открытую предложил сегодня пойти дальше. И это с друзьями под боком! Архонты, когда же он стал таким распутником? Замаливать ему сутки грех в соборе! Будет ужасно неудобно смотреть в глаза сёстрам церкви, сидя там, на лавке, да подальше, чтоб его, по возможности, никто не увидел. Но, может, именно так и происходит взросление?

***

— Время охотится, — провозгласил Рэйзор, резво поднимаясь на ноги. — Воу, полегче, куда так торопиться? — хохотнул Тарталья, поднимаясь неспешно. Они неплохо разговорились, делясь друг с другом интересными историями и байками. И вот так неожиданно прерываться… — Не убежит от нас добыча. — Может убежать, — не согласился Рэйзор, — идём за мной. — Да, да, отлично. Не скучайте, — бросил на прощание Беннету и Фишль, помахав рукой. Едва они успели уйти, как Фишль неожиданно презрительно фыркнула: — Безумец совсем уж уподобился лису в засаде. Кролику может очень не поздоровиться. Сердце парня ухнуло вниз. — Т-ты о чём? — Моя принцесса имеет ввиду, что этот фатуец смотрит на вас с интересом, который можно назвать нехорошим. Не побоясь слова — хищным. От него определённо стоило бы ждать нападения, — перевёл Оз, и совсем не успокоил. Подозрения друзей — последнее, к чему был готов Беннет. Это ужасно! Хищный взгляд, верно подмечено. Единственное, что держало парня в шаге от паники — подозрения именно в нападении, а не в сексуальном смысле. — Ему можно доверять! Не переживайте, он всегда таким был. Это характер такой, да! Фишль нервно посмотрела на ворона, будто не зная, что сказать. Вместо неё заговорил Оз, его голос звучал более уверенно, доходчиво и мудро: — Нет, юноша, хищность его взгляда не похожа на желание лишить жизни. Скорее, он выглядит как похититель сокровищ, безнадёжно одурманенный своей жаждой драгоценностей рядом с запертым сундуком. Надеюсь, я излагаю понятно? Понятнее некуда. Ворон Фишль был слишком умён, слишком проницателен. От того жутким. — Да, это понятно. Ну, — Беннет почесал затылок, лихорадочно ища подходящие слова для объяснения, — он очень увлекается интересными и необычными людьми. А я таковым получился из-за своего постоянного невезения. Вы ведь знаете, не за чем объяснять. Там где я, как неприятности, так всегда приключения. А Чайльд это любит. Битвы — его стихия. Вот ему я и интересен. Он хочет узнать меня больше. — Ты добываешь ему горячительное для его сознания… — теперь поняла и Фишль. — Будь осторожен, если не хочешь вместе с ним попасть в притянутую тобой беду. Это в переводе не нуждалось. Но совет бессмысленный. Находясь рядом с Чайльдом, Беннет обязательно поставит его под удар, соответственно, получит и сам. — Боюсь, миледи, важнее, чтобы выходец Снежной не решил выкрасть вашего подданного, дабы тот, как компас, направлял его к схваткам. — Оз, это лишнее! — воскликнул смущённый Беннет. Он в красках представил эти картины. Но как бы оно не выглядело привлекательно, это невозможно. Он не сможет покинуть родную землю, оставить своих отцов, друзей, наставников. Во всяком случае, надолго. Может быть, когда-нибудь он сможет и попутешествовать, ведь тяга к приключениям сидела глубоко в крови. А выкрасть себя не позволит. Фишль громко хмыкнула, больше ничего не прокомментировав. С губ сорвалось задание для ворона: — Что ж, Оз, отправься за охотниками и доложи об их успехе. — Как прикажет моя леди. Законченный разговор щекотливой темы можно считать собственной, маленькой победой. Удивительно, как Беннет, раньше не умеющий врать, так ловко выкрутился. Вот только врал ли он? Если подумать… Нет. Тарталья сам отмечал, что его полностью устраивает то, что рядом с ним количество врагов, которых можно убить, изрядно повышается. Он выпускал энергию и чувствовал себя удовлетворённым. Наверное, потому и удалось отбиться от темы — Беннет сказал часть правды, опустив острую деталь. И всё равно это новое качество, ранее ему неприсущее.

***

Охотники вернулись с новой добычей. Были собраны фрукты, закатники с яблоками, а также две белки и три утки. — С возвращением! Кто из вас лазил по деревьям? — со смехом встречал их Беннет, готовясь ощипывать птиц. — Ты о фруктах? — Тарталья сгрузил своё добро на импровизированный столик. — Половина на земле лежала. Остальную не трудно достать, имея высокий рост. А с белками проблему решил лук. Хотя, — вдруг издал смешок и посмотрел на угрюмого Рэйзора, — наш волчонок побежал за одной. Эту погоню стоило видеть. В процессе он спугнул уток, зарядил воду и едва сам не попал под удар. — Обычно, наш Рэйзор доставляет кабанов, и прекрасно делает это в одиночку. Так что мелкий размер дичи мог сыграть против него, — рассудил Оз. — Правда? А я только хотел добавить, что малыш Бенни незаметно укусил волчонка. Под задорный смех Тарталья увернулся от кинутого в него яблока. И куда же оно могло попасть? Разумеется, в голову Беннета, абсолютно никак не соотносясь с ним в пространстве. — Ай-яй-яй! — Прости, Беннет, — неловко извинился Рэйзор, растерянно смотря на друга. — Ну вот, — Чайльд искренне расстроился, присаживаясь на колени перед парнем, что получил ни за что. И ведь угодило прямо в лоб, — теперь точно шишка останется. Сильно болит? — Не очень. Прилетало и хуже. Что правда, то правда. В голову Беннета целилось столько предметов, что и не сосчитать. Вероятно, у него железный череп. Другой бы не выдержал. — Поболит и перестанет. «Не будь здесь твоих друзей, я поцеловал бы тебя в лоб», — говорили ему глубокие, голубые глаза. Беннет читал их и смущался сильнее прежнего. — Почему зверька назвали Бенни? — Оз сделал важное как никогда дело — перевёл тему. — Потому что у него зелёные глазки. А ещё я обоих сегодня съем, — последнее предложение фатуец добавил на грани слышимости. Только Беннет и понял смысл. И, Архонты, ведь только что Фишль сравнила его с кроликом! А рыжего и хитрого Тарталью с лисом! В воду глядела, как Мона. — Так, белку съем я, а вы — как хотите — распределила добычу Фишль. Из солидарности со своим вороном, птиц она не ела. — А мы всё остальное, — за всех решил Тарталья. Рэйзор в ответ кивнул, уже натачивая нож. А Беннет не спорил. Не важно, что есть, главное чтоб было съедобно. Да и не еда сейчас волновала, а рыжий фатуец напротив! От мыслей, как тот решит его «съесть», и воспоминаний, что они сотворили ночью при первой встрече, кровь снова разгонялась по телу, а внутри всё начинало плавиться. Как можно настолько привлекать к себе? Почему эти чары действуют только на Беннета? Что с ним не так?! — Беннет! Голос Рэйзора привёл в чувства. Да так, что парень подорвался и едва не запутался в собственных ногах. Тарталья давно отошёл от него и занимался снятием шкурки с белок. — Д-да?! В чём дело? — Не сиди. Помогай нам. — Ой, да-да, с-сейчас! Браться за нож Беннет бы не осмелился, поэтому взялся за ощипывание уток. К слову, весьма упитанных. Ими можно славно наесться. Отличная добыча.