Crazy Girls

Конец года в индустрии развлечений Кореи Ким Ыну мог бы описать одним емким словом, но, конечно же, никогда бы не позволил себе высказать его вслух в присутствии кого-либо, напрямую относящегося к этой сфере деятельности. Поэтому, один из ведущих хореографов JYP ограничивался двумя, пусть не так доходчиво и ярко, но все же точно характеризующими последние три недели декабря. Тяжелый период. Премии, фестивали, праздничные концерты, поздравительные записи тематических рождественских выступлений, почти ежедневные планерки, отчетность, корпоративные вечера… Жизнь в агентстве никогда нельзя было назвать медленной, но в это время она словно ускорялась в два раза, а несколько суток сливались в один бесконечный день, потому что многие сотрудники оставались в офисе ночевать, заранее принося сменную одежду. Пожалуй, это было единственное время, когда свет в окнах здания агентства горел всю ночь, словно отделы маркетинга, пиара, логистики и менеджмента соревновались между собой по количеству переработок. Когда декабрьская кутерьма, наконец-то, закончилась, во всем мире наступил новый год, и после короткой передышки в виде выходных, распределенных между отделами и кадрами в шахматном порядке, пришла пора выбирать новые направления и строить куда более амбициозные планы. Примерно с таких слов началось выступление коммерческого директора, чьи речи Ким Ыну вряд ли когда-нибудь слушал внимательно. Он вообще не понимал, что они с Бан Чаном делают на заседании совета директоров, где речь больше ведется о цифрах, доходах, просмотрах, графиках и реакциях. Обычно, Бан Чан, как лидер группы, получал «выжимку» всех данных и итоговые рекомендации напрямую от руководителя направления, в то время как от Ыну в принципе никогда не требовалась подобная вовлеченность. Его делом были танцы, а территорией залы для данс-практики и иногда переговорная, чтобы обсудить с участниками какой-либо группы агентства, их личным стаффом и пиарщиками концепт, креатив и атмосферу будущей хореографии. Но, им передали, что это личное пожелание самого Пак Джинена, а потому деваться было некуда, так что оба сидели в соседних креслах у стены и старательно делали вид, что не готовы заснуть прямо здесь и сейчас. Совещание закончилось примерно через полтора часа, когда Пак Джинен задал все вопросы, которые собирался, получил ответы разной степени удовлетворительности, поставил нескольких несчастных в тупик и удостоил нескольких участников совещания скупой похвалой. В конце концов, после всех прощальных поклонов, в просторном кабинете остались только Ким, Бан Чан и человек, от которого в жизни обоих зависело слишком многое. — Садитесь-садитесь, — радушно улыбнулся Пак Джинен, кивая на ближайшие к себе кресла. — Что скажете? — О… о чем, PD-ним? — немного растерялся Бан Чан, ожидая, что говорить будут им, а не они. — О своих дальнейших действиях, конечно же, — как само собой разумеющееся ответил JYP. — Прошлый год был удачен, но… Ыну с большим трудом не закатил глаза, потому что эта схема коммуникации Пак Джинена была известна в агентстве всем до последней уборщицы. Сначала он говорил комплимент или что-то жизнеутверждающее, и на конце этой ложки меда всегда таилось «но» в качестве спойлера перед сюжетным поворотом в драму. — … я уверен, что мы можем еще лучше, тем более, вы. Просто нужно… — Пак Джинен выдержал паузу, словно задумавшись, — выбрать верное направление и усилить некоторые стороны. Я очень ценю твою работу, Ыну, но… ты знаешь, во время праздников, мне подумалось, что индивидуальный и самобытный проект, каким я вижу Stray Kids, можно усиливать постоянно и с каждой новой чертой, с каждым новым бликом, он будет лишь сильнее подчеркивать собственную индивидуальность. — Понимаю, Джинен PD-ним, — рефлекторно склонил голову Ыну, на самом деле, даже отдаленно не представляя, что взбрело в голову их руководителю на этот раз. — Сейчас у нас есть чудесная возможность усовершенствовать вашу хореографию, — продолжил Пак Джинен. — Нет-нет, то, что вы показываете сейчас — это очень хорошо, стильно и современно, но… — Ыну уставился в стол, уловив очередное «но». — Это все еще уровень Кореи и ее сцены, в то время как ваша база иностранных фанатов множится день ото дня. Я хочу и желаю вам, чтобы вы выделялись не только в индустрии родной страны, но и могли конкурировать с артистами на Западе, которым изначально позволено на сцене гораздо больше с куда меньшими последствиями. — И… PD-ним, вы думаете, что для этого нам нужно сменить хореографа? — Бан Чан сглотнул, покосившись на Ыну. — Нет, Чани, — покачал головой Ким, начав догадываться об идее Пак Джинена. По крайней мере, эта догадка объясняла как уже сказанное, так и само присутствие Ыну на этой встрече. — Crazy Girls? JYP улыбнулся, довольно кивая: — Насколько мне известно, они пробудут в Корее как минимум до апреля, и я знаю, что ты, Ыну, знаком с ними не хуже, чем я, но… — Ким подавил вздох. — Есть одна загвоздка. Я не уверен, в чем дело, может быть, они здесь действительно отдыхают, или, напротив, интенсивно тренируются, и у них нет времени, а, может быть, на такое решение Лилу повлиял тот отвратительный инцидент в декабре на KBS, — Пак Джинен недовольно поморщился, — но она не пошла мне на встречу и не согласилась работать с вами сразу, и финансовая мотивация ее тоже не интересует. «Она может себе это позволить, учитывая объем работы CG от постановки хореографии для звезд мирового уровня вроде Леди Гаги и Бейонсе и периодические участия в их концертах, туры мастер-классов, призовые на каждом сезоне чемпионатов и соревнований… Да, если они приехали отдыхать, то никакие деньги не заставят их работать при такой-то обеспеченности», — усмехнулся про себя Ким. — Поэтому, Ыну, — голос Пак Джинена зазвучал по-отечески ласково. — Съезди к ним с парнями, попробуй договориться как-то по-другому, попросите о помощи… Испробуйте все возможности, потому что вам очень нужно это сотрудничество. И оно нужно вам гораздо больше, чем им. Выйдя из кабинета, Ыну посмотрел на казавшегося приободренным Бан Чана. Возможно, он обрадовался тому, что Ким будет продолжать с ними работать, а, может, в нем проснулись интерес и азарт к выполнению поставленной JYP задачей. В отличие от Ыну, лидер Stray Kids даже не подозревал, насколько непростой может оказаться эта встреча… по самым разным причинам.

***

К встрече с Crazy Girls, которую ему удалось назначить на вечер субботы, Ким Ыну готовил Stray Kids весь остаток рабочей недели в каждый удобный момент. К счастью, расписание парней сейчас не было таким плотным, камбэк в планах компании стоял в конце апреля, поэтому айдолы могли работать в медленном темпе, выполняя текущие контрактные обязательства по съемкам контента, занимаясь подготовкой и записью альбома, а также участвуя только в утвержденных заранее программах. Для подготовки Ким выбрал единственно верный способ — занятия в зале для практик до седьмого пота. Снова, снова и снова он заставлял парней прогонять уже, казалось бы, давно вызубренные хореографии, придирался к малейшим неточностям и не уставал твердить, что только идеально станцованное хорео может стать их билетом к и без того призрачной возможности на сотрудничество с CG. Как и следовало ожидать, в разгар тренировки в пятницу, последовал бунт. — Хен, я не понимаю, почему мы этим занимаемся, разве не лучше было выучить что-то новое, или, не знаю, узнать больше о самих этих CG, чем долбить по кругу все, что мы итак уже знаем и делали сотни раз? — всплеснул руками Хан Джисон. — Почему ты ничего не отвечаешь, когда мы о них спрашиваем? Почему нам нельзя смотреть их контент? Почему… — Потому что любая подготовка по этому направлению выставит вас за дверь их танцкласса раньше, чем дело дойдет до танцев! — перебил Хана Ыну, и все остальные замерли и внимательно посмотрели на него, реагируя не столько на немного повышенный тон, сколько на взволнованные интонации. — Послушайте. Послушайте меня внимательно и запомните все, что я сейчас вам скажу, потому что это действительно важно. Я не хочу на вас давить, но задача, которую поставил перед нами Джинен PD-ним — это то, с чем вы никогда не сталкивались, и ему об этом хорошо известно. Садитесь. Ыну опустился на пол, и ребята, непонимающе переглянувшись, расположились с ним кружком. Тяжело вздохнув, Ким сцепил перед собой руки и серьезно посмотрел на парней. — CG — это интернациональная женская данс-группа, имеющая огромную известность и непоколебимую репутацию в профессиональных кругах во всем мире. В их составе две американки, одна кореянка и три русских девушки. Каждая из них — лицензированный хореограф с колоссальным опытом работы, а так же уверенный и титулованный танцовщик, побеждавший в сольных чемпионатах по самым разным танцевальным направлениям. На всю команду у них такое количество наград, что, если поставить их все пирамидой одну на другую, она будет высотой со здание нашего агентства. Как команда, за все свое существование, они не проиграли ни одного батла, а их было предостаточно и самых разных. На данный момент они единственные двукратные чемпионки в World Hip Hop Dance Championship — это самое престижное и конкурентноспособное международное соревнование по направлению уличных танцев. Их лидеру, Лилу, всего двадцать четыре по международному стандарту, но из них она танцует восемнадцать, и уже в тринадцать она победила в своем первом уличном массовом батле, перетанцевав более сорока участников всех возрастов. Остальные участницы в танцах плюс-минус пятнадцать лет. Ким снова тяжело вздохнул, видя, как удивленно вытягиваются лица айдолов. Он и правда не хотел на них давить, но, может быть, будет даже лучше, если у них появится хотя бы приблизительное представление, к кому их отправляет Пак Джинен. — Вы не сможете чем-либо удивить их в своем танце, ваша задача станцевать чисто и показать, что вы способны учиться. Я не рассказываю вам о них подробно, потому что… Эти девушки, они… Как бы это сказать… Они совсем не то, к чему вы привыкли здесь, или даже видели заграницей в туре. То, что вы искали о них информацию, пытаетесь угодить, подстроиться и тому подобное… Они поймут это сразу, и им это не понравится. Это я знаю абсолютно точно. Во время встречи с ними вам нужно быть самими собой, настоящими, без сценических образов и того, что вы привыкли показывать на камеру. Серьезно, парни, никакого притворства, потому что они тоже притворяться не будут, и чем искреннее будет ваша реакция на них, тем лучше. — Хен, а откуда ты так хорошо их знаешь? — спросил Феликс, неосознанно взявшись за руки с Хенджином и Чанбином, между которыми сидел. — Я сам брал мастер-классы у Лилу и Шакс пять лет назад, а со всей командой познакомился близко благодаря Енджи, — признался Ыну. — Джинен-ним однажды отправил ее и еще нескольких стилистов на учебу в Лос-Анджелес к Рэйчел Ли. — Девушка, которая делала макияж мне и Чонину, — вспомнил Бан Чан голубоглазую блондинку. — Она была очень милой и доброй, похвалила мою кожу и даже посоветовала одно средство для ухода… — Да-да, та нуна и правда была очень милой с нами даже после того, как вторая девушка… — макнэ беспомощно посмотрел на остальных, забыв имя пострадавшей от рук Пак Лины. — Айри, — подсказал Минхо. — Она была такой тихой, сначала я подумал, что она иностранка и не знает языка. — Нет, Айри — кореянка, она… очень хорошая девочка, — улыбнулся Ыну. — Просто, обычно, она много разговаривает только по интересной для нее теме или с хорошо знакомыми людьми. В общем, — кашлянул хореограф, — ваш единственный шанс на работу с CG — то, как вы станцуете. Опять же, я не хочу на вас давить, но мне… скажем так: несколько раз я присутствовал при достаточно жестких разговорах PD-нима и Лилу о танцах айдолов. Я сказал Лилу, что ваши хореографии сильно отличаются от обычного представления нашей индустрии, и она согласилась посмотреть. — А это уже достижение, да? Что она согласилась посмотреть? — скептично приподнял бровь Хенджин, заранее чувствуя легкую антипатию к тому, кто, кажется, не ценил труд айдолов. — Даже не думай смотреть на нее вот так, — тут же среагировал Ыну, прочитав эмоции Хвана на его лице. — Размажет. Вот вам еще небольшой факт: однажды Джастин Тимберлейк позвал ее команду проверить хореографию для своего сольного концерта. Уже через два дня репетиций он уволил половину своей подтанцовки. — А? Почему? — вытаращился Чонин, изумленно переглянувшись с мемберами. — Потому что они не тянули, — сурово ответил Ыну. — Так что поднимайтесь, и давайте постараемся еще. — У меня такое чувство, будто мы готовимся к аттестации, — пробормотал Сынмин. — Как будто мы снова трейни, и впереди шоу-кейс, — вторил ему Феликс. — Так и думайте, — совсем не ободрил Ыну, прежде чем включить музыку. С тяжёлыми вздохами и новой не обнадёживающей информацией парни разошлись по позициям, чтобы усилить старания.

***

В субботу, ровно в четыре вечера, микроавтобус со Stray Kids и Ыну остановился перед трехэтажным зданием в районе Хонде. Кроме хореографа не было никакого дополнительного стаффа, Ким подозревал, что это неофициальное распоряжение PD-нима, потому что Пак Джинен хорошо представлял, что дополнительные формальности не добавят группе очков в глазах Лилу и ее девочек. — Ладно, парни, — поднялся со своего места Ким. — Раз уж мы здесь, и никто ничего не отменил, последнее, что я вам скажу о CG. Если вы считаете, что ваша группа… самая ненормальная из-за вашего… э… — Нормальных в Stray Kids нет, — поддержал его Сынмин, не устающий об этом говорить. — Невозможно быть в Stray Kids и остаться нормальным. По микроавтобусу прокатились смешки всех мемберов и одобрительный гул. — Да-да, — покивал Ыну. — Так вот. По сравнению с ними — вы очень нормальные и даже скучные, а может и совсем занудные. Все шестеро из них — чокнутые. Гениальные и безумные. У них нет табуированных тем, они очень раскованы и в момент тренировки… Боже, — Ким потер лицо. — Я не смогу это объяснить, хотя сам видел не раз. Вам просто придется через это пройти. — Спасибо, хен, — мрачно пробубнил Чанбин. — Почему у меня такое ощущение, что ты ведешь нас в логово злых горных духов? — Чонин сказал, что по гороскопу нас сегодня должна ждать удача, — подал голос Хенджин. — Иногда просто выжить — это тоже удача, — сухо ответил Ыну. — Айщ, хен, что ты нас все время пугаешь, я итак ночь не спал, потому что жутко нервничал, а теперь у меня вообще ноги дрожат! Ну не съедят же они нас, верно? — раздухарился Хан. — Мы просто покажем все, что умеем, в конце концов, это все, что мы можем сделать, так? — проговорил Минхо, успокаивающе приобняв Джисона. — Не знаю, как вы, я уже хочу поскорее их увидеть, это же… ну как когда получаешь много спойлеров о крутой истории, и вот, наконец, можешь ее прочесть, — улыбнулся Бан Чан, чтобы не выдавать собственного волнения. У него-то уже были спойлеры от Джинен-нима, рискующие обратиться в динамичный экшен и драму для всей команды. Дверь им открыла Рэйчел Ли. Сегодня девушка была в простых серых джинсах по ноге и бледно-розовой кофте с длинными рукавами и полукруглым вырезом. Золотистые пышные волосы от лица убирал волнистый розовый обруч. Голубые глаза ярко светились на бледном лице, и светлая приветственная улыбка отразилась и в них, немного успокаивая мандраж мемберов. После рассказов Ыну, их не удивила бы полоса препятствий на время, и появление уже относительно знакомого лица, явно не испытывающего к ним ничего негативного, чуть успокаивало. — Добрый вечер, Ыну, привет, ребята, — мягко поздоровалась Рэйчел Ли, чуть наклоняя голову в ответ на посыпавшиеся на нее поклоны. — Вы приехали на полтора часа раньше, у девочек еще идет собственная тренировка. — Я знаю, — уверенно кивнул Ким, не давая парням высказать своего удивления. — На то и расчет. — Ким, ты — хитрый лис, — засмеялась Рэйчел. — Но ты прав. Лилу это оценит. Проходите, переобуться можно здесь, пожалуйста, — отойдя в сторону, она радушно пригласила гостей в уютную полукруглую прихожую с рядом крючков для верхней одежды, подставкой полной самых разномастных зонтов и длинными лавками для удобства переобувания или ожидания. — Добро пожаловать на сеульскую базу CG. Чувствуя себя не в своей тарелке, ребята расселись и занялись обувью, меняя уличную на тренировочную, мешок с которой у каждого был с собой по наставлению Ыну. Чужой танцкласс требовал еще большего уважения, чем собственный, и чистая обувь — его прямое проявление. — Хорошо, — кивнула Рэйчел, когда и верхняя одежда прибывших оказалась на вешалках. — Сейчас я отведу вас в зал к CG, но сначала… позвольте пару советов, хорошо? — Я только что собирался тебя о них умолять, — покивал Ыну, вызывая еще один веселый смешок у девушки. — На любой вопрос отвечайте честно, не пытайтесь… юлить, — покачала рукой из стороны в сторону Рэйчел. — Пока идет их тренировка, смотрите внимательно, никто не будет против, если вы тоже над чем-то посмеетесь, но старайтесь вести себя тихо и не кричать громко, если вас что-то удивит и поразит. — Слушайте внимательно, — шикнул Бан Чан на Хенджина и Хана, на чьих лицах было написано, что удивит их только, если эти CG не лопнут от собственной важности. — Я знаю о чем говорю, а вы пока нет, — снова мягко проговорила Рэйчел, благодарно улыбнувшись Бан Чану, отчего тот немного засмущался. — О. Никаких формальных обращений и поклонов. Никто из них этого не любит. Я тоже, поэтому зовите меня просто Рэйчел, хорошо? — Но… но вы же старше, я… как тогда… — Чонин растерянно замялся, оглянувшись на хенов. — За этим порогом это неважно, а вы, наверное, уже знаете, что девушки, выросшие на Западе, плохо относятся к вопросам о возрасте. Для нас он не имеет значения, разве что вы хотите указать нам на старость, — пояснила Рэйчел макнэ, отчего тот немного покраснел. — В общем, избегайте формальностей, будьте честными и ориентируйтесь на происходящее в зале, но без громких криков во время их танцев. Удачи вам. — Спасибо, Рйчел-ну… кхм-кхм, — закашлялся в конце хоровой благодарности Бан Чан, напоминая запрет на официальные указания старшинства. — Хорошо-хорошо, — выставила перед собой руки Рэйчел. — Вы все очень милые, надеюсь, вам правда повезет, идемте. — Рэйчел, ты очень хорошо говоришь по-корейски, — похвалил Бан Чан, идя следом за стилисткой вместе с Ыну. — Спасибо, мой отчим — кореец, — пояснила Рэйчел. — Можно сказать, что корейскому я училась с пяти лет. — О, так вот почему у тебя фамилия Ли, — покивал лидер, наконец, сопоставив в голове очевидную некорейскую внешность, корейскую фамилию и прекрасное знание языка у девушки. «Ыну говорит, что одна из CG и Айри тоже кореянки, может быть, они ее сводные сестры? Тогда понятно, почему она так близка к группе и работает с ней», — предположил лидер, но дальнейшие его размышления были прерваны резко открывшейся дверью в конце коридора. Вернее, едва не слетевшей с петель, потому что кто-то с той стороны явно открыл ее с ноги так, что та хлопнула об стену. В коридор вышла девушка с наполовину выбритой головой в черных мешковатых брюках, красном топе и черной майке-безрукавке поверх него. — Да я тебе щас разбег отсюда блять возьму, и посмотрим тогда, влияет расстояние или не влияет! — рявкнула она кому-то в комнату, уперев руки в бока. — Давай, и кроссовки по дороге не потеряй! — крикнули ей в ответ. Рэйчел выставила руку, не давая пройти дальше, в то время как девушка, то ли не заметив их, то ли проигнорировав, отошла к противоположной стене, заняла позицию как бегун на старте и резко сорвалась с места в танцкласс под чье-то «пять, шесть, семь, восемь!». — Это… — Это была Шакс, — кивнула Рэйчел немного оторопевшим ребятам. — Ах да, вы же тогда не видела ее лица из-за маски и кепки… У нее половина головы фиолетовая и на майке написано «Я и есть хип-хоп». Бан Чан оглянулся на Хана и Чанбина, натолкнувшись на понимающие и довольные взгляды. Хип-хоп — это хорошо. Хип-хоп — это их козырь, может быть, удастся использовать явную любовь одной из CG к этому направлению. Из танцкласса послышались крики и смех, кто-то громко свистнул, Рэйчел возобновила движение, и, наконец, завела их в огромную комнату, размером как два зала для практик в JYP вместе взятые. Запоздало Чан понял, что за весь коридор больше не видел дверей по этой стороне, значит, танцкласс на базе CG занимает большую часть первого этажа. — Садитесь, потом осмотритесь, — шепотом поторопила их Рэйчел, указывая на море пуфиков, мягких кресел и подушек у стены перпендикулярной двери. Stray Kids очень быстро опустились на первые попавшиеся места, держась поближе друг к другу, и Ли, подмигнув им, удалилась в противоположный конец зала, обходя компанию из шести стоящих кругом девушек, настолько занятых каким-то обсуждением, что, похоже, вообще не заметили «вторжения». По левую сторону зала вся стена была зеркальной и ограждена поручнем, справа, под линией высоких окон и кондиционером лежали стопкой три толстых синих мата, зажатых между сквозными полками, заставленными разной обувью и всякой всячиной от кепок до скрученных скакалок и мотков клейких лент для разметки. Напротив же, помимо уголка с оборудованием и куллера на голой стене висела доска, расчерченная на 6 колонок и исписанная черным маркером, но издалека было невозможно понять, что на ней. Бан Чан проследил взглядом за Рэйчел, дошедшей до стола с техникой, где сидела девушка совершенно точно корейского происхождения в толстовке и бейсболке с кошачьими ушками и черными волосами до лопаток, заплетенными в косу на одну сторону. Кивнув Ли, та подвинулась на диване у стола, освобождая место. — Это Айри, — тихо проговорил Ыну в ответ на вопросительный взгляд Бан Чана. — Она всегда помогает им, если не занята собственными тренировками. Stray Kids притянулись ближе к своему хореографу, прекратив осматривать комнату и сосредоточившись на происходящем в центре зала. — Нет, если мы делаем тройку, то вылет для M&Ndance должен быть на четвертом такте, — отколовшись от группы, стройная поджарая брюнетка в синих леггинсах и белой ветровке показала быстрое движение ногами. Раскинув руки, она отскочила вправо и повторила дорожку шагов. — Та-да-да-па… Бум. — Это Лилу, — пояснил Ыну. — Позади, между ней и Шакс, девушка с голубыми прядями в хвосте Мари, а та, что в зеленом худи и с пепельным пучком — Нэнси. Ближе к матам в лосинах и футболке Эва, она этническая кореянка, а блондинка рядом с ней — Цыпа. Запомнив ключевые обозначения цвета волос и одежды, парни принялись осторожно рассматривать танцовщиц, стараясь не пялиться и не привлекать внимания. — Давайте еще один прогон ключевых связок без музыки, потом генералим и все, — тем временем высказала Лилу. — Только сначала Шакс еще разок сделает переброс с разгона в эйртвист. — Только сначала Шакс… бе-бе-бе, — передразнила лидера Шакс, и все девушки прыснули. — Я вообще-то собиралась от оргазма умереть, а не так, чтоб ты знала, — обернулась она через плечо на Лилу, отходя к стене с доской. Кто-то на пуфиках дернулся, кто-то замер, многие недоверчиво выглянули на Ыну, но тот лишь покачал головой, подтверждая, что им ничего не послышалось. В конце концов, он предупреждал, что CG — чокнутые и табу-тем у них нет, а вот насколько они сумасшедшие пусть мемберы оценивают сами. — Пошло-поехало, — тем временем приложила руку к лицу Эва. — Ну подожди, может, еще повезет, — развела руками Лилу. — Может, ты сделаешь элемент, и от свершенного чуда испытаешь оргазм. Два в одном. Давай, Шакс, соверши прыжок веры! — Я прыжок веры каждое утро совершаю, когда с кровати встаю! — заявила Шакс. — Каждый мой день — один сплошной прыжок веры, потому что я никогда не знаю, выйду ли из этого зала живой! Лилу хохотнула и посмотрела на Айри: — Коть, дай Пуффендую десять очков. Поднявшись из-за стола с черным маркером, девушка с улыбкой подошла к доске, приписала в одной из колонок «+10» и вернулась на диван к Рэйчел. — Пять, шесть, семь, восемь! — хором скомандовали танцовщицы, и Шакс, разбежавшись, прыгнула через плечо, встала на руки, перенаправила корпус и ушла во вращение, не касаясь ногами пола. Совершив пять оборотов на разном уровне, девушка замерла в «заморозке», выдержала небольшую паузу и выпрыгнула на ноги, встречаемая аплодисментами как своих участниц, так и шокированных гостей. — Хочу сказать, что чуда не произошло, — флегматично отметила Шакс, и Мари с Нэнси расхохотались, опираясь друг на друга. — Если б каждый элемент приносил оргазм, танцевали бы все женщины, — покивала ей Лилу. — Жизнь так несправедлива, — поцокала языком Шакс, после чего все шестеро расхохотались, переглянувшись. — Я начинаю понимать, что ты имел ввиду, — пробормотал Бан Чан, глядя на красных как вареные раки Чонина, Сынмина и Феликса, а так же пунцовые уши Чанбина, приоткрывшего рот Хенджина, невозмутимое лицо Минхо с застывшим взглядом и часто моргающего Хана. — Еще нет. Я скажу когда, если это произойдет, — прошептал себе под нос Ыну. — Встали на позиции, раз-два, — скомандовала Лилу, и CG приняли исходное положение тесным кругом, вскинув руки и задрав головы. Возможно, дальше начался бы танец, не скажи Шакс: — Ух ты, лампочки и правда поменяли! Мари и Нэнси свалились первыми, расхохотавшись и откатываясь прочь, к матам. Эва опустилась на корточки, закрывая лицо руками, Цыпа согнулась пополам, опершись ладонями о колени. В зоне пуфиков так же зазвучали старательно сдерживаемые смешки, поскольку комичность ситуации смыла предыдущее смущение. Немного посмотрев на ржущую как и все Шакс, Лилу чему-то покивала и принялась расхаживать перед полками, явно что-то ища. — Лил, что ты ищешь? — спросила Рэйчел. — Что-то, чем я смогу дать Шакс по жопе, — ответила лидер CG. — А что, рука уже не катит? — поинтересовалась Шакс. — А я не собираюсь ломать свою руку об твою крепкую жопу, — пояснила Лилу. — Научена горьким опытом Нэнси. — Во-первых, у нее была трещина в пальце, а, во-вторых, как раз если бы она попала по моей жопе, а не по металлической дужке на ремне, травмы удалось бы избежать, — авторитетно заявила Шакс, скрестив руки на груди. — Ой, подожди-ка… Ты сказала, что у меня крепкая жопа? — Да. — Да! — хлопнула в ладоши Шакс, широко улыбнувшись. — Эва, поздравляю! Коть, поставь Эве минус пятьдесят, мы с ней в понедельник забились, что если на этой неделе Лилу скажет про крепость моей задницы, то минус пятьдесят ей, а если нет, то мне. — Не могла еще полтора дня продержаться? — закатила глаза Эва, обвиняюще глянув на Лилу. Мари и Нэнси, перебравшиеся на стопку матов, расхохотались еще громче, и к ним присоединилась Цыпа. — Ага, она своей жопой скамейки разбивает и монтировки гнет, как тут удержишься-то? — всплеснула руками Лилу. — Та скамейка была гнилая! Гнилая! А монтировка уже погнутая! — тут же вскинулась Шакс. — И вообще… я скучаю по Молли, а вы все мне об этом напоминаете! Моя любимая осталась одна в Лос-Анджелесе, ей там холодно, одиноко и пусто, у меня сердце кровью обливается, а вы… — Аа! — крикнула Лилу в потолок. — Все, достала, завтра же с утра мы едем в любой магазин железа и покупаем тебе новую штангу! — Я не буду изменять своей Молли с какой-то новой корейской штангой! — топнула ногой Шакс, и Эва забралась к умирающим от смеха на матах. — Ты скучаешь по своей штанге, как будто это кот или собака, о чем я, ты даже ей имя дала! Молли! — Что не так с именем-то?! Многие дают имена предметам! Может я, если до сорока замуж не выйду, с ней вообще в Вегасе распишусь! А вы че там ржете, вы вообще знаете, что Мари называет свою кружку Йеменом? — обратилась Шакс к компании на матах. — Я вчера ей говорю: «дорогая, тебе куда кофе налить?», а она мне: «в Йемен!». У меня чуть мозг не лопнул, пока я пыталась понять: это какой-то новый трэнд, бренд термосов, или мне реально налить кофе на глобус? Истерика накрыла всех присутствующих, слезы по щекам потекли даже у изначально готового к таким поворотам Ыну. Хенджин залег на Феликса, остальные мемберы отличались от него разве что тем, что смогли усидеть, пусть и в согнутом положении. — И кстати, какого это хрена ты гонишь на мою Молли, когда сама называешь свою подушку Рикардо? — указующий перст Шакс остановился на Лилу. — Только вот моя Молли осталась одна-одинешенька и пылью покрывается, а ты-то Рикардо с собой притащила, ты его даже в чемодан первым уложила! — Не первым, — кашлянула Лилу, серьезно покачав головой. — А что ты первым положила? — так же посерьезнела Шакс. — Вибраторы, конечно же, — невозмутимо пожала плечами Лилу. — ДА БЛИН! — Шакс рухнула на колени под вой с матов, где Мари стучала рукой по матрацу, Нэнси всхлипывала, свернувшись в калачик, Эва потрясывалась в фейспалме и только Цыпа старалась дышать поглубже, потому что от смеха начинал болеть живот. — Я знала, знала, что ты скажешь что-то такое! — Раунд, Шакс, — Лилу показала будто роняет микрофон. — Сто очков Лилу, — констатировала выбравшаяся из-под стола Айри, куда их с Рейчел опустило по дивану на волне смеха. — Лилу? — вскинула голову Эва. — Что? — обернулась к ней лидер. — Я не хочу знать их имена. Секундная пауза обернулась еще одной истерикой, когда до всех дошло, имена каких предметов не захотела знать Эва. Хохот сотряс стены танцкласса, обернулся всхлипами, смешками и хрипами, пока, наконец, на них не осталось сил. — Так. Айри, верни Эве пятьдесят очков. Поржали, подышали, отправляем флюиды нашего безумия во внешний мир, — размеренно проговорила Лилу, восстановив дыхание. — Давайте последний прогон с музыкой и все. А то Цыпа за последние три часа сказала только «да» и «я поняла». — А она просто под травкой, — флегматично отметила Шакс, потягиваясь, отчего на ее руках заиграли все мышцы, доказывая, что с Молли она потрудилась на славу. — В смысле? — посмотрела на Цыпу Лилу. — Она задрала называть мои травяные чаи травкой, — закатила глаза Цыпа под смешки остальных танцовщиц. — Закрыли тему, антракт в цирке, — Лилу сделала дирижерский жест, сжав руку в кулак. — На позиции. Айри. Зал погрузился в тишину, CG снова заняли центр зала, Айри включила музыку и… Невозможно было поверить, что всего минуту назад эти девушки шутили про вибраторы, травку и имена, катаясь по полу от смеха. Все веселье растворилось в агрессивном звучании легендарного хита юнита ведущих рэперов Америки в нулевых «You don’t know». Это не было просто движениями, не было чем-то, что можно разбить на счет, девушки буквально дышали как единый организм, синхронно доводя то точки каждый шаг, связку, переход и элемент. Вот Мари и Нэнси в центре квадрата, выстроенного остальными участницами. Их кики, степы и качи меняются с такой скоростью, что это невозможно раздробить на отдельные движения. Вот пол отбрасывает Эву и Цыпу, амплитуда их движений настолько мощная, что заставляет забыть о внешней хрупкости танцовщиц. Вот Шакс проводит эйртвист с такой легкостью и будто бы ленцой, что почти невозможно поверить, что это движение, требующее серьезной спортивной подготовки и чувства равновесия, танцоры учат и доводят до такого уровня годами. Вот Лилу, и, похоже, она и музыка неразделимы, каждый ее шаг, поворот, прыжок и взмах обладают почти гипнотической силой. Не поворачивая головы, она выставляет руки вправо и ловит Эву в поддержку, чтобы тут же перекинуть ее через Мари и Нэнси и уйти с ними в мельницу. Она центр и стержень, она задает тон и она… кажется вездесущей и всемогущей. CG танцуют, используя каждую мышцу, излучая единые характер и настроение, передавая телами каждый бит и акцент, плывя по музыке и создавая в ней собственное течение. Брутальное, опасное и непобедимое. Трек обрывается почти внезапно для Stray Kids, большая часть которых сама не поняла, как оказалась на ногах и в какой момент стала подтанцовывать и качать руками и головами в такт песни. Вряд ли кто-то из них осознал, что кричал на элементах Лилу и Шакс, заметили это только Рэйчел и Айри. — Вот теперь вы должны были понять, что я имел ввиду, — сказал Ыну Бан Чану, поднимаясь навстречу направляющимся к ним CG. Тренировка девушек закончилось — испытание для парней только начиналось.