Сыграем любовь?

— Юми, ты прочла сценарий? — менеджер Чон, только что подъехавший, чтобы забрать молодую девушку с раннего интервью, даже здороваться не стал, переключая ее мысли на очередную работу. — который ты принес мне вчера ночью? Конечно, нет. — на удивление, она прекрасно соображает, пусть ночь и оказалась почти что бессонной, ведь съемки были назначены на пять утра, чтобы шумов поменьше и вид за окном покраше заснять. А перед включением камеры ее ждала долгая подготовка в виде работы сначала стилиста, потом парикмахера и визажиста. — и уже через полчаса встреча с директором Пак по поводу съемок. — менеджер помогает накинуть на плечи пальто, а после под руку уводит с площадки к машине. — к чему такая спешка? — обычно времени на рассмотрение предложения выделяют побольше, чем всего одна ночь. — очень большой проект, нужно скорей утвердиться на пробы. Сейчас на встречу приедет твой предположительный партнер, Хван Хенджин, может слышала. Чон ей дверь открывает, а Юми вдруг замирает как вкопанная, не веря услышанному и опасаясь даже переспрашивать. Но долго на месте стоять ей не дают, менеджер чуть подталкивает вперед, а самовоспитание не позволяет показывать окружающим свою растерянность. — это его третья работа, но он уже всеобщий любимчик, потому что внешность очень способствует, его хочет каждая вторая, что слухов про его связи больше, чем у всего нашего агенства. — мужчина не останавливается, продолжая разъяснять, как только усаживается за руль и выезжает с парковки. — Он после первой же роли в течение пары суток попал в рейтинг самых сексуальных актеров, причем на четвертое или пятое место, а после дошел до второго. Даже представить себе не могу, сколько ему поступает предложений о сотрудничестве. Все журналы хотят его на обложку, а твой любимый, кстати, уже отправил в печать развороты, где Хван практически полностью раздет. — может хватит? — ей приходится перебивать, потому что у парня, похоже, целое досье на Хенджина, а ей эта болтовня мешает собраться с мыслями. — Про меня ты в жизни столько не рассказал бы. А тут расхваливаешь какого-то начинающего актера, будто влюбился. Не имею ничего против, но не хочу быть твоей подружкой для сплетен. — как-то грубовато получилось, но этого менеджера таким не затронешь. — я к тому, что эта роль выгодна не только из-за масштаба проекта, но и из-за такого красавчика. Пади приятно работать с привлекательным партнером. — он вон даже глазом не ведет на ее слова, лишь в конце поворачиваясь лицом и подмигивая. Неужто еще один сваха нашелся? — работать приятно с хорошей командой, и внешность тут совсем ни при чем. — а Юми вдруг хмурится, отворачиваясь, руки на груди складывая и даже плечи как-то поджимая. Выглядит как нахохлившаяся птичка. — странная ты сегодня, перед директором и партнерами будь поспокойней. — таким же ровным тоном твердит, смотря дальше лишь на дорогу, когда второй экземпляр сценария на ее колени кладет, чтобы в пути хоть немного ознакомилась. — я знаю. — а он знал, что она так ответит. Хван Хенджин явился как гром среди ясного неба, окатив воспоминаниями как ледяной водой с ног до головы. Юми не могла ожидать с ним встречи и уж тем более такой. Не думала, что вдруг всплывет не как человек из прошлого, а как полноценный артист, с которым можно вот так столкнуться в любой момент на любом публичном вечере, открытии театра и премьере фильма. Всегда и везде. И уже тем более не думала, что судьба столкнет их лбами, предложив стать партнерами в общих съемках. Когда он только мелькнул на одном из постеров, ей казалось, что она просто с ума сошла, но позже все СМИ подтвердили, что Хван дебютировал как актер. Казалось, такого никогда бы не произошло, но жизнь штука непредсказуемая. Теперь Юми в этом однозначно убедилась. Вот только, что чувствует по всему этому поводу, пока так и не поняла. С одной стороны, она вроде и рада вновь его увидеть, рада, что может почитать о нем в сети, новостях и прочем, чтобы узнать, чем живет теперь, как изменился и возмужал спустя столько лет. Но с другой… она этой встречи боится, зная, как некрасиво когда-то с ним попрощалась. Пусть прощаться и не хотела. А он ведь тоже знает, к кому на встречу сегодня приедет, он ведь точно не станет играть незнакомцев. Хотя быть может, ему также не хочется ворошить прошлое, и он хочет лишь сняться в столь заманчивом проекте. Мыслей и предположений слишком много, чтобы быть уверенной хоть в чем-то, а потому Юми принимает решение — быть профессионалом своего дела, без лишних эмоций, без фанатизма и без каких-либо провокаций и переходов на личное. Только работа. Привычная маска спокойствия на лице, уверенная походка, пусть стилистом было подобрано и не самое комфортное платье, с глубоким вырезом на правой ноге, еще и с каблуком немаленьким. Хорошо, что рядом Чон, как телохранитель и главная опора и поддержка, ведь ни на шаг не отходит, представляя, как тяжело порой бывает передвигаться в подобных образах. Он же и ухаживает, помогая надевать верхнюю одежду, всегда открывая двери, таская сумки, пусть и не всегда тяжелые и заодно выполняя роль водителя. Менеджер на все руки, еще и не обидчивый, в меру требовательный и строгий, когда очень нужно. Порой даже шуточки отпускать успевает, подтрунивая Юми, чтобы не расслаблялась. И сейчас он не может промолчать, когда видит, что девушка макияж взялась подправлять, рассматривая себя в зеркало лифта в здании агентства. — как удивительно, ты впервые так активно прихорашиваешься перед деловой встречей. Я все-таки заинтересовал тебя в персоне сексуального Хенджина? — Чон поигрывает бровями, расплываясь в самодовольной улыбке и убирая руку в карман свободных брюк. — заткнись. — тутже шикает Юми, бросая злобный взгляд, а позже пытается поправить растрепавшиеся от легкого ветра волосы. — И прекрати его так называть. — я называю вещи своими именами, а вот ты подозрительно странно на него реагируешь. — все-таки не выдержав, делает шаг навстречу, разворачивая девушку за плечи к себе лицом и собственноручно укладывая ее волосы. — И единственное, что я могу предположить, давно тебя зная, что он тебе интересен. — а позже и салфетку из ее рук забирает, подтирая смазаный от дождя карандаш на уголках глаз. — Я, конечно, ни разу с таким не сталкивался, слишком уж в чувствах ты сдержанна, но твой недовольный взгляд сейчас нехило так намекает на то, что я оказался прав. Менеджер Чон усмехается, получая легкий удар по торсу, а после сминает салфетку, намереваясь выкинуть ее позже, и вновь подставляет локоть, ведь двери лифта уже открылись и позволили находящимся на этаже Хенджину и его менеджеру лицезреть последние взаимодействия. Они точно многое видели, но впрочем забота менеджера об актере штука вовсе не новая, потому Хван пропускает все появившиеся вопросы мимо, уставляясь на его явно повзрослевшую Юми. Давненько он мечтал об этой встрече, даже глаз оторвать не может, разглядывая каждую деталь ее образа, пока пара медленно приближается. Какой бы уверенной она сейчас не хотела казаться, он чувствует ее напряжение и некоторое волнение. Это радует, потому Хенджин и расплывается в хитрой улыбке, так и удерживая кисти в карманах черных брюк. Его белая рубашка давно расстегнута на несколько верхних пуговиц, колличество которых он даже и не считал, а волосы свободно лежат, порой спадая на глаза и вынуждая проводить по ним рукой в расслабленном жесте. Не сказать, что он сильно готовился к этой встрече сегодня утром. Он весь образ продумал еще вчера. Он давно планировал, как они вновь друг друга увидят. И был совершенно прав, когда задумывался о том, что не сможет предугадать ее действия. Юми даже не посмотрела на него, направив взгляд на менеджера, который и начал здороваться еще на расстоянии. — доброе утро, господин Чон, госпожа… — просто Юми — успевает перебить девушка, едва заметно улыбаясь и кивая. — доброе утро, господа — отвечает менеджер Чон, кланяясь обоим и сразу предлагая пройти к кабинету директора, не выпуская руку Юми. — прекрасно выглядишь — одновременно подает голос Хенджин, так и не получив от нее и взгляда. Теперь получает. Но ни улыбки и никакого ответа, она лишь следует за Чоном в сторону нужной двери, куда ее пропускают вперед, после предлагая сесть по правую сторону. Хенджин же усаживается прямо напротив, надеясь порассматривать ее еще подробней, раз уж находится так близко спустя годы. Его менеджер всех представляет, а после директор Пак заводит с ним беседу о том, как же давно их агенства не сотрудничали, да и вообще не виделись, поднимает вопросы, что волнуют только двоих, а потому остальные их даже и не слушают. — я принесу тебе кофе. — поднимаясь с места полушепотом предупреждает Чон, вновь придвигая сценарий Юми. — положи поменьше сахара, пожалуйста. — с легкой улыбкой кивает, поднимая взгляд на сотрудника, но улыбка быстро сходит, после уверенного ответа о том, что без сахара она этот кофе не выпьет. Чон слишком хорошо ее знает. И сейчас это подметил Хенджин, внимательно следящий за каждым ее движением. Менеджер даже ответа не ждал, переключившись на персону Хвана и спросив, не хочет ли он чего. Хенджин вежливо отказался, открыто ухмыляясь и возвращая взор на девушку, кто все внимание переключает на чтение сценария. Они и дальше молчат. Ему отчего-то не хочется заводить с ней разговор здесь и сейчас, хочется понаблюдать, понять, как намерена вести себя рядом с ним, и узнать, какая она теперь, здесь, в месте своей работы, когда осуществила мечту и добилась цели стать актрисой. Пока он видит лишь ее опущенные глаза, что скоро пробегаются по строчкам сценария, расслабленные губы, что порой чуть шевелятся от того, что слова себе под нос произносит, а после опускает взгляд на платье. Странный выбор для такой встречи, а потому Хван предполагает, что в это утро она уже успела где-то отсняться, не готовясь к встречи с ним также, как он сам. Наряд вполне себе сдержанный, если не замечать этот глубокий вырез на ноге, который Хенджину прекрасно видно из-за прозрачного стола, за которым они сидят. — держи. — оповещает о своем возвращении Чон, оставляя стаканчик поближе к ее руке и кидая странный взгляд на Хвана. Оба понимают, что менеджер заметил, как Хенджин пристально, не скрывая интереса, разглядывал Юми. Девушка же благодарит его, совершенно не обращая внимания на все вокруг, а менеджер включается в работу, игнорируя свой собственный интерес к этой странной парочке. — Я отменил твою встречу на вечер. — почему? — удивленно уточнаяет Юми, все же отрываясь от чтения и отпивая кофе. Это ее единственная надежда не уснуть в ближайшее время. — отоспись сегодня. Ты уже третью ночь почти не спишь, мне не улыбается потом тащить тебя под капельницы и выбивать выходные. — приходится вновь объясняться, потому что после первой фразы она нахмурилась. — не преувеличивай. — кажется, девушка только сейчас поняла, что все это время их подслушивают, потому разговор поспешила закончить, вновь уткнувшись в сценарий. Но теперь спокойно сидеть уже не получалось, ведь осознала, в каком виде сейчас находится перед начинающим актером и по совместительству своей прошлой любовью, потому платье вдруг стала поправлять, стараясь прикрыть вырез хотя бы немного. Сложно было этого не заметить, потому как Хван не спускал глаз, а Чон сидел рядом с ней. И пусть Хенджину очень даже нравилось, как на ней сидит это платье, он вполне был доволен возможности рассмотреть местами ее оголенную кожу, но оказался вовсе недоволен тем, что ее менеджер полез распускать руки, и каждый раз, когда она чуть прикрывала вырез, тот сразу же проводил своими пальцами по ее бедру, обнажая как можно больше и выше. Еще больше раздражало то, что она молчала, но каждый раз кидала на него недовольный взгляд, получая в ответ безэмоциональность. Может Чон и пояснил бы свои цели, но явно не здесь на ушах у всех. Хван долго за этим наблюдал. Пристально. Все прочитать старался, в каких они все-таки отношениях, раз она так много ему позволяет. И был даже рад, что она переиграть его смогла, чтобы тот сдался и руки подальше убрал. Теперь она еще и плечи прикрыла пледом, как бы от кондиционера прикрываясь. И наконец разговор дошел до сути, что во внимание включились все. И как только директор к ним обратился, Юми в секунду стала серьезной. Ее лицо заметно меняется, когда сосредоточена на работе, кажется, что она впитывает каждое слово, ничего не упуская. — так, предполагается также постельная сцена, а и не одна… — директор Пак и дальше без остановки вещает, но Юми вдруг хмурится, подавая голос и перебивая. — в моем контракте указано, что я не снимаюсь в постельных сценах. — почему она в таком же уверенном тоне, не сказала менеджеру убрать с нее свои руки? — о, правда? Ну ничего страшного, не думаю, что это станет проблемой. — в прямом смысле машет на нее рукой директор, возвращая взгляд в бумаги и продолжая свою речь, чем девушка остается недовольна. — я не снимаюсь в постельных сценах. — ее спокойствию можно позавидовать, повторяет ровно в том же тоне, в такой же громкости, просто еще раз уточняя свою позицию. Хенджин доволен. А вот господин Пак нет, потому что перебивать его еще и дважды вот так никто не смел. — этот фильм слишком хорошо оплачивается, чтобы ты выставляла на него свои условия. — и голос он на Юми повышает, ударяя папкой по столу. — Спрашивать уже никто не будет. А контракт твой можно и переписать. — вновь рукой машет, уставляясь в текст, а девушка замолкает, еще пару секунд не сводя с него глаз. Всем бы такую силу и сдержанность, ведь Юми и глазом не моргнула на чужой крик, а сейчас поднимается с места, не желая продолжать разговор и слушать иные условия съемок. О ее недовольстве узнает лишь менеджер, получивший строгий взгляд, говорящий о том, что должен был либо лучше следить за тем, что ей предлагает, либо хотя бы предупредить о том, на что ее хотят подписать. Ее никто не останавливает, потому девушка спокойно уходит, закрывая за собой дверь, даже не хлопая. Всем и так ясно, что она не согласна на эту роль, но менеджер не обещает, что ее мнение изменится, говорит лишь о том, что они все еще раз обсудят, когда Юми дочитает сценарий. Хван не рискует идти следом, решая послушать, как отреагируют остальные на ее удаление. Он выжидает, зная, что не стоит сильно афишировать, что они знакомы. Конечно, отпускать ее так сразу не хотелось, ведь желанного внимания так и не получил, но всем и так ясно, что одна она не уедет, лишь пройдется, возможно, вернется в машину, но точно без менеджера не покинет пределы агенства. И Хенджин верил, что у него еще будет шанс сегодня встретить ее и перекинуться хотя бы парой фраз. И собственно, верил не зря. Когда обсудить осталось лишь формальности, Хван также решил удалиться и поискать Юми. И нашел практически не отходя от кабинета, она стояла у окна всего в тридцати шагах, ожидая, когда закончится встреча. Окликать ее он не стал, медленно и тихо приблизившись и встав чуть позади, убрав руки в карманы, чтобы не полезть обниматься раньше времени. — переходи в мое агентство. — через пару минут молчания Хенджин все-таки подает голос, замечая, что девушка даже не вздрогнула, как делала раньше. Она лишь твердо переспросила, будто не слышала. Хотя, она могла быть погружена в свои мысли, что парень не взял во внимание, просто продолжив. — уверен, тебя с руками и ногами оторвут, если захочешь уйти к нам. — с чего бы мне? — уже недовольно выпаливает Юми, когда резко разворачивается, складывая руки на груди и немного хмуря брови. Ее недовольство заводит и вынуждает не выбирать слишком мягкие выражения, но Хенджин все равно держит себя в руках, делая шаг навстречу, чтобы оказаться ближе. — с того, что здесь ни во что не ставят твои условия, нарушают контракт, а менеджер вообще распускает руки, задирая твое платье повыше. — на последних словах Хван даже решает позволить себе вольность, а потому не только наклоняется к ее лицу, но и проводит прохладными пальцами вдоль выреза на платье, не успев подняться до конца, потому как руку его почти тутже отпихнули. — какой внимательный. — кривит улыбку Юми, толкая Хенджина в грудь, чтобы выбить пространство и не чувствовать чужое дыхание на своем лице. — уверен, наше агентство уважает своих актеров. — какой бы грубой она не была, парень остается доволен такой реакцией, потому ответно хитро улыбается, выпрямляясь. — да что ты? По себе судишь? — вот только ее лицо становится слишком серьезным, и эта эмоция вовсе не напускная, как все предыдущие, а потому Хенджин заранее напрягается, не зная, чего ожидать, когда утвердительно отвечает. — а ты не подумал о том, что ты как минимум парень, м? Что ты и так прекрасно сложен, сам согласен на откровенные сцены, готов рукава закатать и расстегнуть пару тройку пуговиц на рубашке, что твоему менеджеру просто нечем тебя еще потыкать. — что ж, значит она все-таки обратила внимание на его наряд, пусть и не так, как ему хотелось бы. — В отличие от Чжисо, например, он твой коллега, которому намерено футболки под майки обрезают и вырезы подстраивают поглубже, зная, что не согласится как ты расстегиваться. А девушек ваших хоть раз видел? — как-то глупо соглашаться с тем, что внимания не обращал. — Ты посмотри потом. Если я к вам перейду, на меня натянут мини юбку вместо платья в пол лишь с одним вырезом и топик без права прикрыться джинсовкой или хотя бы шарфиком. Строгая Юми очень привлекательна, но сейчас Хенджин больше думает о том, что она, кажется, и правда куда лучше его знает, где ей будет лучше. И во всем она оказывается права. А вот Хенджин чувствует теперь себя крайне неудобно от того, что про свое агентство знает меньше, чем так называемые конкуренты, а еще неудобно от того, что она его так убедительно заткнула, не дав и шанса еще как-то оправдаться. — а Чон распускал руки, как ты выразился, только потому что ты так пристально смотрел на меня и на этот гребаный вырез. — произносит под конец полушепотом, долго удерживая зрительный контакт, от которого у Хвана даже мурашки по спине пробежали. — Юми, нам пора. — видимо, встреча уже закончилась, раз ее менеджер подошел совсем близко, вновь подставляя локоть, а также хмуро взглянул на Хенджина, заметив, в каком настроении с ним говорила девушка. — всего доброго, мистер Хван. — также холодно произносит, совсем немного склоняя голову, а после отворачиваясь и покидая пределы этажа с напряженным менеджером, не перестающим на нее поглядывать. И он явно уже в лифте станет задавать сотню вопросов о том, что это только что было, и что вообще между ними произошло.