Roses of Iron

Бильбо казалось, что объятие длилось вечность, хотя прошло всего несколько мгновений, прежде чем громкое и довольно навязчивое покашливание Дис заставило их оторваться друг от друга. Хоббит все еще чувствовал себя разбитым, его глаза были покрасневшими, и время от времени он непроизвольно всхлипывал. Отстраняться от теплых и уютных объятий своего гнома не хотелось, но и спорить с Дис было бесполезно. Торин и Бильбо вдвоем бросили на нее сердитые взгляды, которые гномка, впрочем, проигнорировала. — Сад готов к приходу судей? — спросила она праздным тоном, словно ничего не произошло. Бильбо словно ледяной водой окатило. Судьи! Ярмарка! Как он мог забыть? Он бросил еще один взгляд на Торина, борясь с желанием обнять его снова или даже поцеловать, и тут же сорвался с места. Гномы удивленно наблюдали, как хоббит мечется по саду, сгребая опавшие листья, выравнивая землю на грядках, в общем, превращая сад из просто опрятного и ухоженного в идеальный. Он сурово посмотрел на грядку с помидорами, но за ночь не выросло ни одного нового сорняка. — Может, мы можем что-нибудь… — начала было Дис, но Бильбо отмахнулся. — Нет времени. Я справлюсь сам. Через несколько минут Бильбо покончил с уборкой и снова остановился напротив розового куста, сделанного Торином. На самом деле, Торин выбрал для него не самое удачное место, но у Бильбо просто не поднималась рука, чтобы передвинуть его. Опустившись перед ним на колени, Бильбо укрыл железные корни рыхлой землей и листьями. Повлияет это как-то на оценку судей или нет — ему все равно, он еще не закончил любоваться им. Сейчас он чувствовал себя счастливым, как никогда в жизни, и воспоминание об этом подарке Торина он будет лелеять всю жизнь. Бильбо встал и огляделся. Сад был идеален: грядки и клумбы в идеальном состоянии, их границы ровные, словно он провел их по линейке, дорожка чистая. Он заметил, что на скамейке в одном месте облупилась краска, но поправлять это уже не было времени. Да, подумал Бильбо, нравится это вам или нет, но мой сад прекрасен. До прихода судей оставалось не так много времени. Маленькая часть него не могла дождаться, чтобы увидеть Лобелию после целого дня, проведенного с ее «милой подружкой» Гризельдой. Внезапно Дис положила руку ему на плечо. — Иди в дом и поешь. Мы присмотрим за садом. Бильбо открыл было рот, чтобы возразить ей, но урчащий живот успел дать ответ прежде. Хоббиту оставалось только покорно кивнуть и отправиться в дом. На кухне он почти не жуя проглотил салат из цветной капусты и цыпленка. Собрав две тарелки для Торина и Дис, Бильбо вышел с ними на улицу, но лишь для того, чтобы заметить, как судьи поднимаются вверх по склону холма. Пришлось бежать назад, ставить тарелки на стол и возвращаться к калитке. Бильбо успел как раз к тому моменту, когда судьи шли вдоль его заборчика. Все трое выглядели довольно потрепано. — Добрый день, — веселым голосом поприветствовал их Бильбо. Фортинбрас улыбнулся, Гризельда одарила его снисходительным взглядом, и Лобелия нахмурилась. Она заговорила прежде, чем кто-нибудь успел сказать хоть слово. — Хм, полагаю, достаточно добрый, учитывая сегодняшнюю жару и то, что нам пришлось сегодня таскаться по всему Хоббитону и половине Байуотера, — сказала она недовольным тоном. Гномы стояли чуть поодаль, рядом с садовой скамейкой. Выражение лица у Дис, которая, как помнил Бильбо, еще не имела счастья познакомиться с Лобелией, было в равной мере любезным и недоверчивым, но взгляд Торина мог бы заморозить реку. Гризельда закатила глаза. — О, ну вот, снова начинается, — сказала она. В ее голосе явно сквозило отвращение. — Лобелия, может быть однажды у тебя получится быть вежливой с кем-нибудь, хотя бы случайно. И скорее всего, это будет день, когда я умру от шока, — Фортинбрас фыркнул. Взглядом, брошенным на них из-под невероятной персиковой шляпы, можно было убить. — Я уже говорила тебе сотню раз сегодня — если бы ты одевалась нормально, а не так, будто ты… — Будто я что? Будто у меня есть вкус и я могу позволить себе носить красивую одежду, в отличие от твоего тряпья, — огрызнулась она. Гризельда сердито поджала губы. «Ох, бедный Фосси», — подумал Бильбо. — «Вот уж для кого это действительно трудный день». — Это платье и красивое, и удобное, — Гризельда гордо вскинула подбородок, — чего нельзя сказать об этой нелепой вещи, которую ты сегодня нацепила, равно как и о чехле для кресла у тебя на голове. Знаешь, должна признаться, ты выносливее, чем я думала. Большинство хоббитов уже бы просто рухнули под этим ужасом. Обе хоббитянки стояли друг напротив друга как кошки, готовые к драке. Тан успокаивающе поднял руки. — Дамы, — произнес он уставшим голосом, — пожалуйста, давайте хотя бы попытаемся вести себя любезно, хорошо? Мы ведь все-таки здесь по делу. Уверен, у Бильбо есть, что… Он наконец заметил кованый розовый куст, стоящий рядом с ободранными несколько дней назад цветами. Лобелия и Гризельда еще несколько секунд смотрели друг на друга, затем перевели взгляд на Тана и наконец посмотрели на то, что так привлекло его внимание. Лобелия резко втянула воздух. — Бильбо Бэггинс, что это за великолепие! Ох, где вы… — благоговейным шепотом произнесла Гризельда, подходя ближе. — Он прекрасен! Когда вы заявились на оценку роз, я думала, вы имеете в виду настоящие розы, но это… Выражение лица Тана странно изменилось, он хотел что-то сказать, но Лобелия опередила его. — Мы ни за что не станем судить это! Это не розы! — она неприятно улыбнулась. — Признаю, это сделано весьма недурно, но это недопустимо. Фортинбрас прищурил глаза. — Я так не думаю, — он раздраженно посмотрел на Лобелию. — Очевидно, это розовый куст, и он находится в саду. В иных обстоятельствах, пожалуй, мы бы не стали их судить, но учитывая все эти несчастные случаи, которые произошли у многих хоббитов с их цветами в этом году, полагаю, мы можем сделать исключение. Щеки Лобелии вспыхнули, она стиснула зубы. Выражение лица Дис теперь было таким же, как у Торина. Бильбо очень надеялся, что гномы смогут держать себя в руках, потому что им явно было что сказать на этот счет. — Бильбо это новый сорт? Я не уверен, что видел такие розы раньше. Как они называются? Бильбо не понимал, дразнит его Фортинбрас или говорит серьезно, но он решил, то ничем не рискнет, если ответит. Не то чтобы он действительно собирался участвовать в конкурсе с этими розами, но вот позлить Лобелию ему очень хотелось. — Да, новый сорт, выведенный совсем недавно, — ответил он, глядя на Торина. Гном смотрел на него в ответ со всей любовью. Бильбо снова почувствовал, как к глазам подступают слезы. — Я назвал их… эм, Звезды Дурина, — Торин и Дис одновременно уставились на него, разинув рты. Дис резко села на скамейку, словно у нее подкосились ноги. Бильбо продолжал говорить. — Вырастить их… было довольно сложно, и это заняло много времени. Но благодаря любви, терпению и нежному уходу они выросли вот такими. Я очень ими горжусь. Теперь уже на скамейку рухнул Торин. Бильбо не был уверен, но ему показалось, что Дис приглушенно рассмеялась. Фортинбрас задумчиво кивнул, как будто все, что только что наговорил Бильбо не было полной чушью. Гризельда все еще восхищенно разглядывала цветы, но Лобелия, казалось, была готова плевать огнем не хуже Смауга. — Это, — прошипела она, яростно тыча пальцем в сторону куста, — это не розовый куст. Это скульптура розового куста. Эти цветы сделаны из железа, и листья из железа… Это… — она протянула руку, словно хотела схватить стебель, и Бильбо почувствовал, что с него довольно. — Эй, руки прочь! Не тебе трогать его, Лобелия! — резко сказал он. Еще до того, как он закончил говорить, за его спиной внезапно оказался Торин. Его тяжелый, поистине устрашающий взгляд заставил Лобелию сделать шаг назад. — Ты уже прикоснулась слишком ко многому в этом саду. Если твоя рука притронется к этому розовому кусту, я ее отрежу, — Бильбо никогда не слышал такого холодного голоса у Торина. Фортинбрас поперхнулся, а Гризельда рассмеялась. Несмотря на явный испуг, Лобелия гордо выпрямилась, развернулась и быстрым шагом направилась к калитке, то и дело неприязненно оглядываясь в их сторону. Фортинбрас внимательно посмотрел на Торина, скользнул взглядом по его косе и вплетенной в нее ленте и опустил голову, стараясь скрыть неприличную ухмылку. Бильбо с трудом поборол желание пнуть его. Гризельда, кажется, ничего этого не заметила. — Кто бы ты ни был, я буду твоим свидетелем и поклянусь, что тебе пришлось обороняться. На твоем месте я бы не злила его, Лобелия, он выглядит весьма грозным противником. Пока она говорила, ее взгляд переместился на потрепанный живой розовый куст, и ее брови сошлись над переносицей. Видимо, она только что сопоставила это со словами Торина. «Вот оно что», — подумал Бильбо, — «так значит Фосси не рассказал ей, из-за чего весь шум». — Торин, — смущенно обратился Бильбо, — не… прошу тебя, не устраивай сцен. Прошу прощения, Гризельда, кажется, вы не представлены друг другу. Гризельда Хорнблауэр, позвольте представить вам моих гостей: Торина, сына Траина, и Дис, дочь Траина. Торин сейчас работает в кузнице в Хоббитоне. Оба гнома вежливо поклонились. Гризельда приветливо кивнула им и открыла было рот, чтобы о чем-то спросить, но передумала. На ее лице появилось лукавое выражение. Повернувшись к Фортинбрасу, она сказала: — Эти розы поистине великолепны. Я никогда не видела ничего подобного во всем Шире, — она мило улыбнулась Бильбо, искоса поглядывая на Лобелию. — Как вы считаете, Фортинбрас? — Да вы шутите! Совершенно невозможно… — начала Лобелия, но Фортинбрас громко заговорил, перекрикивая ее. — Да, действительно, они прекрасны! Звезды Дурина, ты сказал? Что ж, это победитель, безусловно! А теперь давайте посмотрим на помидоры, — он понимающе улыбнулся Бильбо, и, не обращая внимания на задыхающуюся от возмущения Лобелию, они с Гризельдой направились к огороду.

***

Судьи уже ушли, но брань Лобелии еще долго была слышна жителям Бэг-Энда. Бильбо и гномы вернулись в нору, и хоббит тяжело рухнул на стул на кухне. — О, Зеленая Леди, это самый безумный день с тех пор как… ну, с тех пор, как мне пришлось разговаривать с драконом! — он обессиленно откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Оба гнома уселись за стол и молча потянулись к тарелкам, которые так и не донес до них Бильбо. Дис ухватилась за чайник, но Бильбо остановил ее. — Нет-нет, дай мне. Не хватало еще чтобы мои гости мне прислуживали в моем собственном доме! Я просто… ну что за день! — он наполнил чайник водой, поставил его на плиту и принялся расставлять чашки. — Простите, что не принес вам еду. Я был уже с тарелками у порога, но пришли они и… — Не думай об этом, — отмахнулась Дис. Она откусила кусок курицы и неожиданно улыбнулась. — Это действительно было что-то. Я так понимаю, это был не совсем обычный процесс судейства. Если так, то жители Шира гораздо более вздорные, чем я когда-либо думала. Бильбо фыркнул. — Вздорные — хорошее слово. Я же говорил тебе, что Гризельда и Лобелия друг друга не выносят. Я и представить себе не мог, что с ними будет после целого дня на жаре в обществе друг друга. Я удивлен, что Фортинбрас рядом с ними не сошел с ума. Я в большом долгу перед ним за то, как ловко он поставил на место Лобелию. Впрочем, я уверен, что мне не дадут приз за эти розы, какими бы прекрасными они ни были. — Не стоит недооценивать их обоюдное желание вывести из себя эту женщину, — ухмыльнулась Дис. — Если Лобелия будет продолжать так себя вести, они назовут тебя победителем Шира во всех категориях, — Бильбо пришлось признать ее правоту. — Что она вообще имеет против тебя лично? — Боюсь, это долгая история, - рассмеялся Бильбо. — Как вы, может быть, могли заметить, она старается подняться в обществе, и она всегда хотела заполучить себе Бэг-Энд. Когда я отправился в путешествие с Торином, я никому не сказал ни куда я собираюсь, ни как долго меня не будет. И естественно я не успел составить завещание. И поскольку от меня больше года не было никаких вестей, все решили, что я умер. Лобелия увидела в этом шанс и быстро подстроила все так, чтобы Бэг-Энд перешел ей. Это в целом было не особенно сложно, она ведь замужем за моим двоюродным братом Отто, — Бильбо покачал головой, полностью погрузившись в воспоминания и не замечая, какими взглядами обменялись Торин и Дис. — Я вернулся в Шир как раз в день, когда она распродавала мои вещи из норы. Мне пришлось предоставить всем доказательство, что я это действительно я, выгнать всех из норы и еще несколько дней после этого собирать свои вещи по всей Западной Четверти Шира. Можете себе представить, адвокат Ферниман Бидл до сих пор не уверен, что я на самом деле жив! Но, возвращаясь к твоему вопросу, она очень недовольна тем, что я выжил и вернулся и не позволил ей переехать в этот замечательный дом. Не могу сказать, что меня очень сильно расстраивает ее неудача, — он весело рассмеялся и наконец поднял взгляд на два очень суровых гномьих лица. — Что такое? — Ты не говорил мне об этом, — сказала Дис, пристально глядя на Торина. — Я сам не знал, пока не приехал сюда, — хмуро ответил Торин. — Я не знаю, как, но я должен это исправить. Дис серьезно кивнула. Бильбо фыркнул. — Не могли бы вы просветить меня, о чем речь? Что и зачем нужно исправлять? — он переводил взгляд с Дис на Торина и обратно. — Ты снова бормочешь, а это обычно ничего хорошего не предвещает. В чем дело? — оба гнома молчали. Дис выглядела мрачно, а Торин — несчастно. — Торин? — Ни в чем, я… — Бильбо недоверчиво хмыкнул, и Торин замолчал, опустив голову. — В первый вечер, когда я прибыл сюда, ты рассказал, что пожертвовал своим добрым именем ради того, чтобы помочь нам. Я не знал, что все было так серьезно. Я думал, ты имел в виду сплетни, и это уже очень плохо, но то, что другие считали тебя мертвым и едва не отобрали у тебя дом… Это моя вина, и я должен ее искупить. — Вина? — Бильбо облегченно рассмеялся. — Нет никакой вины, нелепый гном! Я же говорил тебе, сейчас все в порядке, я все выкупил обратно и я совершенно ни о чем не жалею. Хотя я до сих пор подозреваю, что Лобелия взяла серебряные ложки моей матери и солгала, что не делала этого. Но даже это ничего… Дис подняла руку, останавливая его речь. Ее лицо было серьезным и мрачным. — Боюсь, все не так просто. Ты опозорил себя, помогая моему брату, и это не то, от чего можно отмахнуться. Мы в гораздо большем долгу перед тобой, чем я думала, не только Торин и наша семья, но и все дети Дурина. Эребор может воздвигнуть здесь твою статую. Фили согласится не раздумывая, и хоббитам это ничего не будет стоить. Наверно, лучше из золота, в память о… Бильбо замахал руками и едва не закричал. — Не смей даже думать ни о чем подобном! — в ужасе сказал он. — О, Зеленая Леди, боюсь даже представить, какие бы пошли разговоры обо мне. Сейчас они только подозревают, что я сумасшедший, а такое окончательно убедило бы их в этом. Дис внимательно смотрела на него. — Я уже довольно долго веду торговлю с Широм. Я думаю, мне немного понятна ваша культура и обычаи, но поправь меня, если я ошибаюсь. Проблема в том, что ты пошел против традиций и устоев и отправился в путешествие дальше, чем до Бри. Более того, ты ушел в компании незнакомцев, которые к тому же даже не были хоббитами. И еще сильнее все усугубляет то, что ты сделал это спонтанно и никого ни о чем не предупредив. Тебя не было в течение долгого времени, ты никому не писал, не присылал никакой весточки, но вдруг неожиданно вернулся обратно, к тому же с несметными богатствами. Но объяснения никому ты давать не спешил. И теперь ты пытаешься замять этот скандал, сделав вид, что этого всего никогда не происходило. Все верно? — Бильбо открывал и закрывал рот, не в силах произнести ни слова. Все было именно так, но Дис высказала это так прямо… — Я… ну… да, наверно, можно так сказать, — пробормотал он. — Но на самом деле нет необходимости поднимать из-за этого шум. Как я уже говорил Торину, позвольте мне самому разбираться с моей репутацией. По большому счету, общее мнение жителей Шира обо мне никого, кроме меня, не касается. — Теперь это не так, — мягко улыбнулась Дис. — Ты мой будущий брат, а значит твои проблемы — это мои проблемы. Более того, поскольку они возникли из-за того, что ты помогал нашему народу, это еще и проблемы Эребора. Это так, поскольку мы виноваты в том, с чем тебе теперь приходится разбираться. Нравится тебе это или нет, Бильбо Бэггинс, но ты теперь член нашей семьи, друг гномов, а значит отчасти тоже гном. Главное правило гномов — семьи держатся вместе. Сердце Бильбо замерло и тут же понеслось вскачь. Никто не знал, как одиноко он себя чувствовал с того дня, как потерял родителей, и как его терзало это одиночество. Он и сам старался не задумываться об этом особенно часто, но сейчас это мимолетное замечание Дис согрело его, как жаркий камин морозной зимой. Бильбо изо всех сил старался сохранить лицо и не расплакаться. — Очень любезно с твоей стороны сказать это мне, но… Дис даже слушать его возражения не стала. — Я говорю чистую правду, и не смей сводить это к твоим светским подшучиваниям! — она строго посмотрела на хоббита, и он стушевался под ее взглядом. — Услышь меня, Бильбо Бэггинс! Когда ты выйдешь за Торина, ты войдешь в нашу семью и станешь нам родней. Всем нам: мне, Фили, Кили, Балину, Двалину, всему роду Дурина. Даже Даину, помилуй тебя Махал. Я не преувеличиваю. Мы без раздумий умрем за тебя лишь потому, что ты будешь нам родней. И то же, я уверена, ты сделаешь и для нас, поскольку мы станем родней и для тебя. Разве Торин тебе этого не объяснил? Бильбо был слишком ошарашен и даже не заметил сумбурных отрицаний Торина. В который раз за этот день на его глаза навернулись слезы. — Я не… Дис, я… ох… — он вытер глаза и попробовал еще раз. — Ладно, хорошо, я буду говорить прямо, без, как ты выразилась, «светских подшучиваний», хотя мы в Хоббитоне называем это вежливостью, — Бильбо бросил на нее кислый взгляд, получил в ответ такой же и вздохнул. — Один Торин — это больше, чем я заслуживаю. Получить благосклонность не только Торина, но и всей его семьи — это дар самой Зеленой Леди. Спасибо. Бильбо был отчасти в ужасе от того, что он действительно сумел это сказать. Он чувствовал скованность, но также и облегчение от того, что наконец сказал всю правду о своих чувствах. На лице Дис раздражение сменилось нежной улыбкой, а Торин смотрел на Бильбо так, словно он повесил на небе солнце и луну. — Я все же полагаю, что в этой сделке в выигрыше остались мы, — ласково сказала Дис. — Впрочем, хороша та сделка, в которой обе стороны чувствуют себя победителями. Кстати о победителях, когда будут объявлены результаты сегодняшнего конкурса? — Сегодня вечером, перед началом праздника, — ответил Бильбо, довольный сменой темы. — Сегодня первый вечер из нескольких дней большого пира. Мне нет необходимости приносить сегодня еду, поскольку я показывал свой сад, но в ближайшие дни, боюсь, мне придется провести много времени на кухне. На пиру будет все лучшее, чем только может похвастаться Шир! Не могу дождаться, когда ты попробуешь… — он замолчал, глядя на мрачное выражение лица Торина. — Ну, наверное танцы. Я бы очень хотел, чтобы ты поел, но с этим возникнут проблемы. А поскольку ты новый кузнец и всеобщий любимчик, то весь Хоббитон захочет угостить тебя. Ох, Зеленая Леди… — он посмотрел на Дис, которая неприятно поморщилась. — Это будет несколько сложнее, чем я думал. — Я не пойду, — отрезал Торин. — И не будет никаких проблем. Одна только эта мысль привела Бильбо в ярость. — Я пятьдесят лет ждал того, что кто-нибудь наденет мою ленту на праздник в Шире, Торин Дубощит. Ты появишься сегодня со мной, даже если мне придется нести тебя на руках, — сердито сказал Бильбо. Дис хохотнула, видимо, представив это зрелище, но глаза Торина наполнились слезами. Видимо, Бильбо не единственный, кто полагал, что никогда не познает настоящей и взаимной любви. — Вы оба слишком много об этом думаете, — спокойно сказала Дис. — Мы просто скажем, что Торин проходит через особый гномий ритуал и не может есть прилюдно. В целом это даже не будет ложью, просто не вся история, — она выгнула бровь, глядя на своего брата. Бильбо вздохнул. На самом деле, это породит больше вопросов, чем ответов, но другого выбора у них не было. Он кивнул. Торин повторил его жест. — Отлично! — довольно сказала Дис. — Теперь, думаю, нам следует отправиться на праздник. Уверена, все с нетерпением ждут твоего появления, чтобы услышать твой рассказ о сегодняшнем судействе, — она ухмыльнулась глядя на удивленно расширившиеся глаза Бильбо. — Хоббиты — не единственный народ, который любит посплетничать. И я знаю, как это делается, если ты еще не заметил.

***

Бильбо настоял, чтобы перед их уходом Торин занес розовый куст в дом. Он также тщательно проследил, чтобы Торин хорошо поел. Одна мысль о том, что его гном будет на Ширской Ярмарке, но не сможет ничего съесть, приводила его в ужас. В результате они оказались на празднике несколько позже, чем Бильбо изначально планировал. Солнце уже двигалось к горизонту, а звуки веселья доносились с площади до самого Бэг-Энда. На площади уже собралась толпа хоббитов, с другого ее конца доносились звуки настраиваемых инструментов. Когда они уже почти подошли к площади, мимо них заливисто хохоча пронесся Фредди в компании таких же мальчишек. — Мистер Бильбо, вы пришли! Ура! — крикнул он, не сбавляя скорости. Торин усмехнулся, а Дис пробормотала что-то о том, что все дети одинаковы. Фортинбрас стоял на сцене в окружении судей, составляя окончательный список победителей. С их стороны время от времени доносились визгливые крики Лобелии. Бильбо закатил глаза. Осмотрев толпу на площади, Бильбо заметил стоящих чуть в стороне около дерева Хэма и Роду Гэмджи и направился к ним. По пути некоторые хоббиты окликали Торина, но Бильбо отгонял их, если они начинали говорить о работе. «В самом деле», — подумал он, — «с каких это пор мы начали говорить о работе на праздниках!» Отбившись от очередного пожилого фермера, пытавшегося рассказать Торину о том, что произошло с его вилами, Бильбо рухнул на скамью рядом с Родой. — Спрячь нас, — простонал он. Рода рассмеялась. — Мистер Бильбо, неужели все прошло так плохо? Мы уже было начали думать, что судьи вас съели! Госпожа Дис, мастер Торин, рады вас видеть снова! Вы… — ее взгляд скользнул по ленте в волосах Торина, и на мгновение она запнулась, но продолжила с улыбкой, — вы обязаны прийти к нам на ужин в ближайшее время. Уж очень долго у нас не находилось времени, чтобы посидеть и поболтать. Кажется, у нас найдется пара тем для разговора, — она с лукавой улыбкой переводила взгляд с ленты Торина на такую же, повязанную на запястье Бильбо. Хоббит залился румянцем. Как хорошо, что в сумерках он был не очень заметен. — О, это было бы замечательно! Честно признаться, последние несколько недель были несколько напряженными, но я буду очень рад, если и вам удастся зайти ко мне в гости, — Бильбо улыбнулся ей и наконец посмотрел на нее внимательнее. — Возможно, тебе тоже найдется, что мне рассказать, — ее широкая улыбка подсказала Бильбо, что он не ошибся. — Что ж, поздравляю вас! Вряд ли можно найти родителей лучших, чем вы с Хэмом. Пусть Зеленая Леди присмотрит за вами, — произнес он традиционную фразу, которая должна была защитить родителей и их будущее дитя от всех несчастий. Рода кивнула и повернулась к Дис. — Наконец вы с братом появились на людях вместе. Некоторое время в Хоббитоне ходил слух, что вы двое — один и тот же гном. Оба гнома шокировано вскрикнули от отвращения, хоббиты рассмеялись и завязалась беседа. У судий, видимо, возникли разногласия, и возмущенные крики Лобелии то и дело заставляли некоторых хоббитов в толпе оборачиваться в их сторону и посмеиваться. Рода всякий раз мрачнела и печально качала головой. — Бедная Лобелия, — сказала она, тяжело вздыхая. — Сколько я знаю вас обеих, ни разу и подумать не мог, что вы знакомы друг с другом, — Бильбо чувствовал себя неловко, так откровенно любопытничая, но был не в силах удержаться. Дис и Торин были увлечены разговором с Хэмом, так что они с Родой были почти наедине. Рода вздохнула и опустила взгляд. — Я знаю ее с детства. Мы познакомились, когда я с родителями ездила в Харботтл, навестить семью матери. Она всегда была такой аккуратной и правильной девочкой, и уже тогда носила сложные странные наряды. Ее родители были уже старыми, гораздо старше моих, и у нее всегда было мало… ну, на самом деле, у нее вообще не было друзей, — на ее глаза навернулись слезы. — Она была единственным ребенком, к тому же очень поздним, и родители ужасно избаловали ее. Мы в целом ладили, когда приезжала, но я бывала там слишком редко, раз в месяц или и того реже. И я не думаю, что у Белли было с кем общаться, кроме меня. Хотя и меня вряд ли можно было назвать ее другом. А потом она вышла замуж за Отто и стала слишком важной персоной, чтобы общаться с такими как я. Ну и ее мнение о Хэме было… — она поджала губы, не договорив, но Бильбо и без того все было понятно. — Мне жаль ее, но сейчас ее поведение действительно просто невозможно. Я бы хотела, чтобы ее жизнь сложилась иначе. Она бросила печальный взгляд на помост, где судьи, кажется, разрешили все свои разногласия и выстроились в ряд. — Я и понятия не имел, — пробормотал Бильбо. — Отто был… ну, откровенно говоря, он всегда был забытым ребенком. Родители уделяли все свое внимание его сестрам: Меригольд и Гиацинте. Мы всегда шутили, что он женился на Лобелии только потому, что привык всегда быть в тени женщин. Они оба посмотрели на аляповатую персиковую фигуру в ряду судей. Лицо Лобелии было красным и выражало крайнюю степень злости. — Что ж, полагаю, каждый находит себе того, кто ему нужен, — Рода рассмеялась. Она посмотрела на Бильбо, затем многозначительно перевела взгляд на Торина. В ее глазах плясали веселые огоньки. — И я полагаю, ты тоже нашел свое. И я хотела бы знать… В этот момент Фортинбрас откашлялся и постучал по трибуне, привлекая к себе внимание толпы. — Дорогие друзья, я рад снова приветствовать вас на Ярмарке в Западной Четверти Шира! Я бесконечно рад видеть здесь всех вас и… — Бильбо закатил глаза, Рода захихикала как ребенок, Хэм покосился на них, как и Дис с Торином, и вскоре они все тихонько посмеивались над витиеватой речью Тана. Наконец, спустя довольно продолжительное время, он заговорил о том, ради чего они все здесь собрались. — Итак, момент, которого вы все так долго ждали, настал! Он зачитал список победителей под радостные возгласы и хлопки, и один раз даже улюлюканье, когда объявили владельца лучшей свиньи — Ферма Оулфезера. Бильбо сделал себе мысленную пометку в ближайшие несколько дней стараться избегать общества Ирис Боффин. Но в категории садов, цветов и огородов их ждало сразу два сюрприза. Во-первых, помидоры Бильбо проиграли Хэмфасту Гэмджи. Бильбо нисколько не расстроился из-за этого и от всей души поздравил своего друга. Во-вторых, и это было куда более удивительно, Бильбо объявили победителем в категории «новые сорта» за розы Звезды Дурина… в той самой категории, в которой так хотела победить Лобелия. Раздались бурные аплодисменты, но их компания сидела, не двигаясь. И, как будто это и без того не было достаточно плохо, Хэм обернулся к нему с вопросительным взглядом. — Новый сорт роз? Лобелия с помоста смотрела прямо на него пылающим взглядом. Гризельда рядом с ней поправляла прическу, словно все происходящее ее вообще не касалось. Бильбо вздохнул. Зеленая Леди, за что ему это все?