Evil

Хани проснулся, когда солнце уже грело своими лучами всю округу, когда птицы давно начали петь. Спросонья даже и не понял происходящего, лишь почувствовал еле заметную боль в области шеи. А только через пару секунд осознал, в чьих объятьях находится. В таких тёплых и домашних, что хотелось остаться здесь навсегда. Хотя очевидное подозрение заставило поднять глаза наверх, на тихо посапывающего Минхо, прижимающего мальчика к своей груди, да так, что тот, даже если бы захотел, не смог бы отстраниться и на пару сантиметров. Сердцебиение участилось, ведь в подобной, незнакомой ему ситуации Джисон оказался впервые. До этого ни с кем не приходилось находиться настолько близко в одной постели. Такое приятное, теплое чувство разливается по всему телу в этот момент. Но слова Джинни, произошедшее вчера, множество вопросов в голове, всё создавало невидимую стену между парнями, не давая полностью раствориться в объятьях. Из-за того Хани начал ёрзать на месте, убирать руки с талии Хо, будто намекая отпустить. — С добрым утром, — тихо, не желая прерывать тишину, промурлыкал "проснувшийся" Минхо. В самом деле ни на секунду его глаза не сомкнулись, просто не мог заснуть из-за своей принадлежности к нечеловеческому роду. Хотя мысли о ночных происшествиях только усугубляли его печаль, скрытую за нежной улыбкой. Он не хотел говорить о метке сейчас. Возможно, после того, как Хани посмотрит шоу, а может ещё позже... Для него самого это стало загадкой. — И тебе того же... — с ещё большим подозрением и неуверенностью ответил Джисон, сделав заметную паузу. До сих пор не полностью проснулся, — Что-то произошло, пока я спал? Почему остался на ночь? — Просто... Вчера столько всего случилось, что я решил остаться. Ты же погрязнешь в мыслях про это. А я не буду волноваться, что меня снова примут за того, кем не являюсь, — быстро придумал оправдание Минхо, хоть оно и не звучало правдоподобно, но мальчик, кажется, поверил ввиду своей сонливости. — Почему ты так думаешь? Ты же совсем меня не знаешь. — Если человек готовится к твоему приходу с чаем и печеньем, переписывается со своим лучшим другом только о тебе, а потом доверяется через 3 дня, даже не смотря на то, что ты забираешь души у таких же людей, то это не значит хоть что-то? Или это всё — театр одного актёра? Джисон замолчал, пытаясь обработать такое большое количество информации и сравнений. Не мог же он вести себя настолько очевидно... — Ладно, ты меня чуть-чуть знаешь... — пробубнил с некоторым недовольством Хани. — То-то же. И настолько я знаю, занятие в университете начинается в 14:00? Сейчас уже 12:30, а тебе ещё завтракать и идти туда. Так что пора вставать. — Сколько?! Кошмар! — тут же проснулся он, полностью отпустив Хо, чтобы скорее вскочить с постели и начать скорее собираться. До университета правда нужно идти около получаса. — Не спеши так. Людей же насмешишь. Иди умывайся, а я приготовлю завтрак, — также поднимался с кровати Минхо, поправляя футболку с растянутой и помятой на спине тканью. — Ты умеешь готовить? — выкатил глаза Хани, но заметив уверенность в глазах того, решил таки отпустить на кухню, не забывая указать, — Только у меня холодильник свой. Он подписан. — Я знаю, — без каких-либо сомнений ответил Хо, организованно отправившись в нужную комнату. А мальчика оставил на съедение мыслям о том, откуда столько узнал о нем. Они ведь знакомы от силы четыре дня! Это же сколько Минхо может ещё узнать, пока Джисон мирно спит у себя в кровати... Разве не является подобное нарушением личного пространства? Конечно, да. Хоть и вызывало огромную интригу и желание узнать, о чем же думает этот загадочный молодой человек. Точно. Не молодой и не человек. Получается, загадочный старый демон? Странновато. Но Хани лишь взбудоражился и заинтересовался всеми тайнами его личности. Потому меньше, чем за 10 минут скинул книжки и тетрадки в рюкзак, бегло умылся в ванной, даже не нанеся миллиона масок, подаренных чересчур щедрым Джинни. Обычно размеренные сборы были нормой, но сейчас Джи переклинило из-за ужасно странной ночки, непонятной боли в шее и того, что с появлением Хо ни одного сна не приходилось видеть. Раньше буквально каждый день появлялась новая история, а сейчас... Будто кто-то крадёт их. Хотя с ощущением вкусного запаха и звука шкварчащего масла на кухне все мысли улетучились. Проснулся голод, очевидно бравший своё. Хани тут же присел за стол, расположившийся позади Минхо, упорно работающим над своим кулинарным шедевром, стараясь уворачиваться от вылетающих горячих капель. Любопытный взгляд оглядывал каждый его сантиметр, не стесняясь, что кто-то может заметить. Он будто считывал каждое движение, изучал язык тела Хо. Тот то стоял около сковородки, то отходил к деревянной доске и стучал по ней ножом, нарезая хлеб и другие ингредиенты на бутерброды. Впервые для Джисона вот так просто готовили, пока он был в осознанном возрасте. Даже когда оставался на ночевку у Хёнджина, то перекусывал какой-то вреднятиной или вовсе не завтракал, а сразу шёл в кафе или домой. От таких новшеств, так ещё и в виде прекрасного парня, в фартуке выглядевшего ещё лучше, по спине то и дело пробегали мурашки. После ужасно томящей сервировки, этап которой Минхо не мог позволить себе пропустить, он таки повернулся. На лице засияла довольная, победная улыбка, а в руках красовались две белые тарелки с голубой каёмочкой. На одной свежеиспечённый омлет со сладким перцем и чуточкой зелени, а на другой несколько маленьких бутербродиков, нарезанных с особой аккуратностью, со вколотыми посередине зубочистками для изящности. Подача будто в ресторане. — Приятного аппетита, — поставил Хо оба блюда на стол, усевшись рядом с Хани. Поставил локоть на стол, оперевшись на него рукой, и стал пристально, с интересом наблюдать за реакцией мальчика. Его правда до ужаса волновала оценка его небольшой кулинарной победы, ведь из оставшихся мелочей в холодильнике сложно сделать достойный завтрак. — Спасибо... — с немного шокированными глазами смотрел на еду. В голову вернулись те мысли, но переключились на хороший лад, — Ты так постарался... И только ради меня... — Ты полностью заслужил это, — уверенно указал Минхо, — Разве у тебя не может быть кого-то, кто готовит утром завтрак и делает это только, чтобы порадовать тебя? Столько работаешь, а никакой отдачи. — Не знаю... У меня никогда не было такого. Всегда готовлю себе сам. — Значит я пока что замещу тебя на этой роли. Давно хотел улучшить навык готовки, а тут такая возможность... — стараясь не поддаваться желанию сказать лишнего, Хо постарался заткнуться как можно быстрее. — Тоесть, ты будешь оставаться на ночь всегда? — связав цепочку, с заметным предвкушением ожидал ответа Джисон. — Я подумаю об этом, — с наигранной надменностью продолжил Хо, — А пока ешь давай! Мои труды не должны пройти напрасно! После указания мальчик таки решил поесть, даже не смотря на то, что всё бы точно не поместилось за один присест. Первая проба, очевидно, оказалась удачной. Сочетание любимого омлета вместе со сладким перцем оказалось лучшим, что можно было придумать для грустного утра. Прямо поднимает настрой. А бутерброды уж точно давали полностью наесться. Весь приём пищи сопровождался довольным, восхищённым мычанием, на который Минхо отзывался хихиканьем. Хотя к концу на тарелке остался один единственный бутербродик, не влезший абсолютно никуда. Тут же в голову пришло решение. — Ешь, — протянул Хани его Хо. — Я не хочу... — Ну не пропадать же еде, держи, — всунул он бедный кусок хлеба в чужую руку. — Упакую его тебе в универ. Своё же всегда лучше еды из столовой, — Минхо вскочил со стула и начал быстро ворошиться в шкафчиках, будто живёт тут всю свою жизнь. — Говоришь как мама Хёнджина. — А тебе нравится мама Хёнджина? — на его лице, даже когда повёрнут спиной, насквозь виделась ехидная улыбка. — С дуба рухнул? Ты что такое говоришь?! — вскрикнул мальчик, стукнув ладошкой по столу. — Я имею ввиду как мать, а не то, что ты подумал. Сам же говорил, что чистый как слеза... — Да иди ты! — нахмурился он, но спустя пару десятков секунд таки решил ответить на вопрос, — Но мне хотелось бы побыть ее сыном хоть денек... Она очень добрая женщина. Сколько приходил к ним, всегда покормят, напоят, ещё оденут и у себя поселят! Такая щедрая семья... — Да? А по Хёнджину не особо заметна эта доброта... — впитывал всю информацию Минхо, зная, что ему придётся постараться помочь этому чересчур травмированному мальчику. — Это к тебе он так относится из-за того шоу. Даже не знаю, насколько там всё плохо, раз у него такая реакция... — По краткому пересказу, очевидно, всё просто ужасно. Хотя я даже понял, что это за шоу. Помнишь про того человека, который бегал по экзорцистам? Скорее всего, про него. Так что говорить он может всё, что угодно. Возможно, пересказывать все мои попытки пойти на контакт примерно как сюжет какого-нибудь хоррора, — Хо уже расположился за столом напротив мальчика, стараясь не усугубить ситуацию сказанным. — А ты ведь убил его?.. — в тишине вопрос прозвучал пугающе. — Да. Лучше бы не делал этого. До сих пор чувствую на себе тяжесть. Я рассчитывал, что если его и ведущего не станет, то шоу не выйдет. А так вышло, что зря погибли невинные люди, время которых ещё не вышло. Плюсом секретность информации по отношению к широкой публике в любых темах, связанных с демонами, ангелами и прочим, считается одним из главных небесных законов, а я рисковал его нарушить. В любом случае бы получил огромный срок в адской тюрьме, но из-за вышедшего шоу все 2 года пробыл там, — зрительный контакт был разорван, спустив глаза вниз. Минхо погружался в воспоминания о перенесенном в прошлом, — Поэтому не думаю, что способен провернуть что-то такое ещё раз, даже если это будет моим заданием. На короткое время Джисон замолк в попытке подобрать хоть какие-то слова. Его пугало то, как просто демоны могут забрать жизнь человека, но вызывало жалость то, что прошёл Хо из-за своей ошибки. По заметной грусти в голосе, казалось, чувствовалось всё прошедшее, даже когда мальчик не мог представить под термином "адская тюрьма" ничего, кроме огня и чугунных котлов с кипящей в ней горящей жидкостью. В голове закрепилась эта мысль, что он прямо сейчас за столом сидит с убийцей. Но разве стал бы не раскаявшийся в содеянном настолько добрым и нежным парнем? Конечно, нет. Хотя баррикады из подозрений нельзя разрушить полностью. — Знал бы ты, как страшно тебе верить после всего этого. Вроде ты мне только что приготовил вкусный завтрак, как мне даже мама не готовила, а вроде ты убийца и плохиш... Почему всё так сложно... — руками Хани накрыл голову, оперевшись на стол. — Я понимаю тебя. Такое правда шокирует. Но я хочу помочь тебе, поэтому постараюсь быть хорошим, — глаза снова поднялись. На лице появилась слабая улыбка, ведь после напряжённого монолога его хоть немного поняли, а значит, всё сделанное не зря. — Буду пристально наблюдать за тобой! — после замеченного улучшившегося настроя Минхо, даже атмосфера стала добрее, — Мне интересно, как это будет... — Могу тебе ещё что-то рассказать, пока есть время, — указав на часы, намекнул Хо, что осталось только полчаса до выхода на учёбу. — О! А что такое "адская тюрьма"? У меня в голове только красные котлы из фильмов и огонь, в котором мучаются люди, — тут же начал спрашивать Хани, надеясь понять парня напротив чуть лучше. — Для начала, там отбывают наказание только, как вы говорите, демоны, душа человека бы просто разрушилась от нахождения в таком месте. Котлы и правда есть, но черные и обычно с супом, — быстро поправил он, надеясь, что это единственный раз, когда придётся рассказывать об этом месте. С ним связаны некоторые вещи, оставшиеся в душе на всю жизнь, — Не буду рассказывать о методах наказаний. Меньше знаешь, крепче спишь. Но скажу, что у меня до сих пор остались шрамы на спине и животе, хотя вероятность их появления на теле бессмертных ужасно маленькая. А, и вот... — Минхо опустил изящные руки на стол ладошками вниз. На запястьях были ярко заметны белые полосы, похожие на нарисованные браслеты. — Обалдеть... — Джисон шокированно (из-за того, что не заметил раньше) глядел на ужасающие шрамы, как ему казалось, от наручников. Подобная форма жестокости даже представления не имела в его светлой голове. Потому Джи осторожно взял тёплые ладошки в свои, поглаживая их. Так старался оказать хоть какую-то поддержку. Хотя монолог был без особых подробностей, он почувствовал, о чем Минхо решил умолчать. По крайней мере предположений появилось множество, и всеми можно описать произошедшее в самых тёмных красках. Но некоторые вещи до сих пор удивляли, — И как ты только выдерживаешь столько всего и остаёшься таким добрым... Ответа не последовало, потому мальчик стал с интересом рассматривать руки Ли, по которым текли тонкие голубые вены, контрастировавшие с бледным тоном кожи. Чуть выше красовались шрамы, но не такие видные, как на запястьях. Большими пальцами Хани осторожно коснулся их в попытке немного сблизиться с Хо, но тот лишь вздрогнул, хотя руки не убрал. Его дыхание внезапно участилось. Это вызвало волнение, от чего мальчик чуть вскрикнул, — Тебе, что, до сих пор больно?! — Конечно, нет. Просто немного странно себя чувствую, когда ты напрямую рассматриваешь и касаешься их. Я немного комплексую, если можно так сказать. — А зачем тогда доверяешь мне такое? И вообще всю эту секретную информацию. Мы ведь знакомы каких-то три дня. — Но ты же доверил мне свою жизнь. Конечно, не полностью, но зато не выпнул в первую же секунду с балкона. Я должен тоже пойти на контакт. Разве не логично? — в своей руке Минхо сжал чужую, стараясь создать физический образ того, что сказал. — Логично... Но это ведь очень личное! Давай я тебе тоже расскажу о чем-то похожем! — совсем не мог успокоиться Джисон. Он и правда чувствовал себя не в своей тарелке из-за таких чувственных признаний в чем-то близком к сердцу, потому всегда предлагал открыться чуточку больше в ответ. Чтобы не оставаться в долгу, — Мне, вот, не особо нравятся мои щёки. Они иногда кажутся настолько большими, что я похож на бурундука с пятью орехами во рту... — мальчик тут же надул щёки, многообещающе смотря то на них, то на парня напротив, а спустя пару секунд сдул, — Видел, какие огромные? Как воздушные шары! — А мне они кажутся милыми, — на короткое время Минхо завис, рассматривая лицо Хани. Даже когда на коже не было ни капли макияжа, все его черты казались очень привлекательными, а щёчки становились их украшением. Внезапно заметив вопросительный взгляд, он тут же вернулся в реальность из транса, — В смысле... Это как твоя фишка, которая делает тебя особенным. — Я тебя понял, — на лице Джисона заискрилась хитрая улыбка, когда тот полностью не воспринял последнее предложение, точно сказанное для галочки. То, что кто-то (даже если это демон, который быть может заберёт его душу) считает его милым, грело куда больше чего-либо. Всю жизнь Джи был ужасно падок на комплименты. Возможно, из-за недостатка внимания, а возможно из-за чего-то другого. Но то, как сердце бьётся после каждого из них, скрыть невозможно. — Что ты понял? — изобразил из себя абсолютно невинного Минхо. — Всё! — с довольной улыбкой мальчик поднялся с места и, прихватив грязные тарелки, отправил их в мойку, оставшись стоять рядом с Хо. — Я не умею читать мысли и узнавать, что ты там понял. — Это необязательно знать, — бедрами Хани опёрся о стол, скрестив на груди руки, — Забыл у тебя спросить, мне ждать тебя сегодня вечером? На секунду Минхо подумал, что его одурачили, но пришлось отвечать, несмотря на такое ощущение: — Конечно, ждать. Как же я оставлю тебя одного скучать и ничего не понимать? — Точно, мой герой и спаситель. Как я мог забыть... Постараюсь не сделать этого снова по дороге в универ, — тут же выпрямился он, направившись в сторону коридора, где лежал почти собранный рюкзачок. Сзади послышались шаги Минхо, внезапно вскочившего с места. — Бутерброд забыл, — отдав небольшой контейнерок в руки мальчику, Хо полез в карманы. Из них послышались странные шебуршащие звуки, будто там было раза в два больше вещей, чем объём всех джинс. Но спустя пару десятков секунд заветные ключи нашлись, — И вот, самое важное. — Ой... Правда забыл... — Джисон тут же забрал все вещи из рук Минхо и закинул их в рюкзак. В комнате настала неловкая тишина, пока он надевал плащ, чтобы не замёрзнуть от осеннего прохладного ветра, и любимые кроссовки. Нужно было как-то её прервать, — И да, спасибо тебе ещё раз. За ключи и за завтрак... Вообще за всё. — Я рад, что могу тебе помочь, — с некоторой заминкой и стеснением ответил Хо. Всё ещё не привык слышать благодарность за добрые поступки. — Ну, тогда я пойду? — Иди. И ещё... — снова притормозил он, думая, как стоит лучше выразиться, — Учись хорошо. Не думай весь день о глупостях типа того, кто же тот парень, заползший к тебе в окно. На учёбе нужно думать только об учёбе, — сказанное звучало очень глупо и по-детски, но Минхо правда старался быть искренним, хоть и не знал, как правильно стоит мотивировать студентов работать. Потому со стороны двери послышался смешок. — Хорошо, дядя Минхо, буду усердно трудиться, — Хани правда смешила, но в то же время умиляла, такая странная манера разговора. Хо ведь по-любому старше его, а когда дело касается советов и поддержки, да даже простой благодарности, то будто становится до ужаса крохотным мальчиком, боящимся сделать что-то неправильно. — Всё, иди уже, а то опоздаешь, — непонятное прозвище ничуть не смутило, ведь тот не знал, почему Джисон так выразился. Подобные фразочки всегда принимались за чистую монету. Кажется, впервые в его жизни ничего не забыв, Хани вышел из квартиры с рюкзачком за спиной, полным животом вкусной еды, а еще хорошим настроением. Потому он мог наверняка мог сказать, что Хо влияет на него хорошо. По крайней мере тем, как вытаскивает его из бесконечной скуки в жизни, становясь "спасителем". Но оставался и человек, настроенный против этой внезапной дружбы. Хёнджин. Мальчика больше всего волновала встреча с ним. По дороге в университет, обходя выпирающие корни деревьев, только и делал, что обдумывал слова, которые скажет в первые секунды. "Привет, Хёнджин, не волнуйся так сильно, Минхо хороший", — однозначно не прокатит. Чему вообще можно поверить, когда считаешь нового знакомого ужасным монстром, способным убеждать людей, а ещё убивать каждого встречного? Так точно не выйдет найти хоть какого-то компромисса. Но внезапно на телефон пришло сообщение. На экране высветилось имя Хвана.

✧ ── • ──   ꒰ 💗 ꒱ ── • ── ✧

Jinnie✿ Привет, я не смогу быть сегодня на паре. Есть важное дело. Приходи в общагу, как закончишь с учёбой. Нужно всё разъяснить. Сообщение насторожило. Обычно Хёнджин не приходил на пары только по поводу болезни или похмелья. Он был слишком пунктуален, чтобы какое-то "важное дело" поместилось посередине занятия. В огромном напряжении Хани дошёл до огромного здания университета. В сравнение с ним оно казалось пугающим, когда рядом нет никого, кто бы мог указать нужное направление к аудитории. Неуверенность и страх в самом себе навалились кучей на плечи мальчика. Захотелось сбежать обратно домой, к Минхо, в его тёплые объятья. Но не Минхо ли просил его учиться хорошо? Ответ в голове оказался положительным, а Хан Джисон никогда не нарушает обещания. Пришлось таки зайти в здание и окунуться в эту суматоху.

✧ ₊ ˚ ✧ · ₊ ✧ ・ . ✧ ₊ ˚ ✧ · ₊ ✧ ・ . ✧

Даже когда закончились все важные дела, волнение по поводу происходящего с Джинни не утихло ни на минуту. Потому тут же направился в сторону общежития, благо, находившегося поблизости. Само здание было не таким огромным, как университетское, но множество этажей, комнат и коридоров ставили в ещё больший ступор. Главное, что Хани помнил нужный номер комнаты, а значит путешествие обещало быть недолгим, не смотря на то, как долго он не посещал своего друга. Таким и стало. Проболтавшись по лестницам около 10 минут нашёл нужный корпус и отсек общежития. Тихий стук в деревянную дверь пронесся по коридору громким эхом, напугав самого Хани. — Пришел? Заходи, — тон парня за открывшийся дверью очень странный, будто подозревающий и напряжённый. Как сам не свой. Оглядывался то на углы комнаты, то на вошедшего. — Что-то случилось? Ты какой-то не такой... — Не знаю, просто со вчера уснуть не мог из-за всего этого. Переволновался, наверное, — Хван прошел внутрь комнаты, усаживаясь на кровать, заправленную впопыхах. Похлопав по месту рядом, намекнул младшему сесть рядом. — Из-за Минхо? — последовав немой просьбе, попытался хоть на немножко разобраться в загадке опасливого поведения друга. — Именно. Он тебе ничего не сделал? Всё в порядке? — вдруг с волнением начал допрашивать Джинни, — Он не усыплял тебя снова? — Ну... Усыплял. Но ничего плохого больше не сделал! Ты представляешь, даже завтрак мне утром приготовил, с ключами помог, покушать с собой упаковал! — нахваливал Хани, пока Хёнджин шокированно не прервал. — Ты его на кухню пустил? Совсем свихнулся? А если бы он тебя отравил?! Он же не какой-то добрый, милый ангелочек. У него в голове может быть всё что угодно, а ты так доверяешься ему! Это же самоубийство! — Он очень добрый! Хочет только как лучше, Хёнджин! Если бы ты его слышал, то всё бы сразу понял, — пытался Джисон хоть как-то оправдаться, хотя получалось не очень. — Да Минхо твой загипнотизировать любого может, вот я и вижу, какой он на самом деле! — Хван полез за ноутбуком и, положив его на колени, стал рыться в открытых ссылках браузера. В конце концов отыскал нужную, где показывалось видео с названием "Мировая чертовщина". Одноимённое шоу, в котором повествовалось о странных случаях, связанных с бесами, демонами и полтергейстами. Типичное антинаучное зрелище, чтобы в очередной раз убедиться в абсурдности всего этого дерьма. Для большинства оно являлось таковым, но для Джинни стало самым главным аргументом, — Вот. Сейчас сам всё увидишь и поймешь, почему я так волнуюсь. После незамысловатой заставки на экране появился ведущий. В темных одеяниях, с крестом на шее, а на столе перед ним разложена странная амуниция, подтверждавшая его причастность к "иному миру". Выглядел, как типичный экзорцист из фильмов ужасов. А сам официально представился, затем переведя взгляд на гостя выпуска. Камера показала замученного, дрожащего от страха мужчину среднего возраста. Глаза бегали по округе, паникующе моргая, руки сжимали ткань на серых в некоторых местах порванных джинсах. Напряжённая картинка, особенно, когда знаешь, что все его эмоции правдивы. — Что вы можете рассказать о своём случае? — отчитывающим тоном с натянутой улыбкой спрашивал "экзорцист". — Меня преследует какое-то существо... Я вижу его вокруг меня по...постоянно. Не могу и часа побыть в одиночестве. Помогите мне... — голос подрагивал, а слова не получалось выговорить без заикания. — Каким образом вы его видите? Как духа или как реального человека? — Он... он повсюду! Вы понимаете? Прямо сейчас следит за нами, стоя в дальнем углу... Он убьёт всех в этой студии. Не по...пощадит никого, — дрожащим пальцем указывал на белую стену сумасшедший. Казалось, он теряет рассудок всё быстрее по мере продолжения разговора. — Вы не могли бы описать подробнее? Что с вами происходит? Кто "он"? — Ах! Господи! Помогите мне, прошу! — внезапно взмолился он, прижав плечи к себе, а руки сложил вместе, — Избавьте меня от демона! Его имя — Мин...Минхо! Мне так страшно! Он... он хочет меня загубить! Забрать мою душу и отдать её на съедение своим братьям-бесам! Я не могу спать и есть, ничего не... не могу! Неделями не сплю, а мне становится всё... всё хуже! — Тише-тише. Мы вам поможем. Изгоним демона. — Э...Это не поможет! Я обо...обошёл столько экзорцистов, никто не изгнал Сатану из меня! Нужно... Нужно другое решение, — руки мужчины начали дрожать, будто начинался странный припадок. Паника в его глазах нарастала с каждой секундой видеоряда. Плечи, ноги прижимались к туловищу, стараясь спрятать внутри голову. — Принесите святую воду, — заметив странное поведение, ведущий, по-видимому, решил действовать, пока "жертва" старалась выдержать приступ внезапной паники. Достал из коробки крест, взял небольшой бутылёк жидкости и стал брызгать на мужчину. — Прекратите! Стойте! Только не святая вода! Она не поможет! — закрывал он глаза руками, крича как потерпевший. Кожа на плечах начала дымиться и шипеть, хотя остального тела это не касалось, — Остановитесь, прошу! Мне больно! Дем...Демон может прийти! — Никогда не видел подобных случаев... — будто не обращая внимание на страдания "заднего плана", подошёл экзорцист ближе к камере, — Это правда пугает. В такой обстановке прошло около 5 минут. На коже мужчины образовались волдыри и, выпустив последние несколько возгласов о скорой смерти съёмочной команды, сам он потерял сознание, распластавшись по пластиковому стулу. После краткого рассказа из псевдонаучной истории, зрителей вернули в начало, где описали признаки поведения "одержимых". Объясняли в точности как в фантастических фильмах. Воспроизведение внезапно остановилось, а ноутбук вернулся на своё законное место. — Увидел, о чём я говорил? — тихо спросил Хёнджин, будто прерывая минуту молчания, — Ещё после шоу оба погибли при необъяснимых обстоятельствах. И ты, наверное, хочешь также, раз продолжаешь общаться с этим монстром. — Минхо не монстр! Он сам мне говорил, что хотел помочь этому мужчине, а тот не принял его. К тому же, стал бы тот, кто хочет человеку сделать плохо, готовить ему завтрак и возвращать любимого мишку? Это же абсурд! — Хани уже не находил других оправданий. Состояние мужчины на видео и правда ужасало. Разве мог Минхо, которого он знает, сотворить с человеком подобное? Сомнения появлялись, и их становилось всё больше. — Конечно, стал бы! Чтобы втереться к тебе в доверие, а потом, как появится первая возможность, заставить тебя подписать контракт! А в этом случае мужчина попытался избежать этого, — заметив непонимающий, потерянный взгляд друга, Джинни продолжил, — Хоть понимаешь какой контракт? Тот, который подписывают кровью, чтобы... — Да понял я! Не такой тупой же! — внезапно прервал Джисон, пытаясь разобраться во всем, скопившемся в голове. — Значит должен понять, что чем больше с ним проводишь времени, тем больше доверяешься ему. А если ещё и засыпаешь не сам, то просто становишься зависимым от него! Слышал, что говорил потенциальный пострадавший? "Не могу ни спать, ни есть". Потому я и говорю тебе не так полагаться на него во время бессонницы. Сколько раз Минхо тебя усыплял? Три? Четыре? Если пересекаешь грань семи, то всё! Пиши пропало! — Откуда ты вообще это узнаешь? Со всяких антинаучных сайтов? — с подозрением спросил Хани, надеясь найти хоть какой-то аргумент против железного слова Хёнджина. — А учёные бы стали изучать какую-то такую хрень? Со слов очевидцев вчера узнавал. Твой Минхоша стольким досаждал, что я даже не знаю, как тебе всё рассказать без разрушения психики вместе с образом, придуманным в твоей голове. Он потенциально опасен. — Со слов очевидцев? Ты нашел людей, которые знают Минхо? — Джисон, конечно, знал, что его друг очень быстро находит любую достоверную информацию, но чтобы настолько углублялся в это — даже не догадывался. — Именно! — тот снова схватился за ноутбук и, сделав пару кликов мышкой, показал страничку в мессенджере. Переписка была на английском языке, ведь рассказчик оказался иностранцем. Как главный переводчик, Хёнджин начал зачитывать переписку на более понятном обоим языке, — Вот, у этого мужчины жена попала в похожую ситуацию. Он уезжал в командировку, а когда вернулся узнал, что её преследуют странные сны с красивым парнем. Какие — она не упоминала. Но позже не могла уснуть с мужем в одной постели. У жены болели глаза, шея, беспокоил постоянный звон в ушах, и появлялись похожие на эпилептические припадки. А в момент, пока мужчина уходил на кухню за водой, она магическим образом засыпала, — на секунду монолог остановился, а Джинни мимикой намекнул, что дальше — больше, и вообще стоит ли ему продолжать рассказ. Ответ оказался положительным, — Потом в какой-то момент она совсем слетела с катушек. Глаза казались пустыми, а сама утратила какую-либо способность мыслить. На коже появлялись темные следы, а через пару дней жена умерла. После похорон вдовец отправился в церковь, оттуда к экзорцисту, и там узнал, что это была одержимость. Я переписывался с ещё несколькими людьми, истории у всех как одна. Причём все были достаточно богатыми людьми, в последствие скатившиеся в алкоголь, наркотики, секс и так далее. Видимо, гасили только таких грешников, упустивших шанс на адекватную жизнь. — Пиздец, — коротко и ясно ответил Джисон, даже не зная, что добавить. Все слова Минхо встали под огромный вопрос. Грусть от того, что всё сказанное — чистая правда, просто душила. Ведь Хо казался настолько добрым и близким сердцу, что вот-вот и можно отправиться с ним куда-угодно, на край света. До ужаса не хотелось верить во всё произошедшее, — Ты на все 100 процентов уверен, что это Минхо? — Конечно! Один из очевидцев даже имя его назвал! — И что ты предлагаешь делать, чтобы со мной не произошло того же?... — Хани не хотел этого спрашивать. Да что там спрашивать, даже думать не желал об этой ситуации, прокручивая в голове теплые объятья, в которых проснулся, вкусный омлет и бутербродики, приготовленные специально для него, и те милые и немного странные пожелания в учёбе, ставшие главной мотивацией работать на прошедшей паре. Не могло всё это быть фальшем. — Для начала, попытайся хотя бы разок уснуть сам. Если он правда такой добрый и не хочет тебе зла, то протестовать не будет. Хотя я в этом не уверен. А если у тебя вообще никак не получится без него уснуть, то придётся прибегнуть к плану "Б". — Что за план "Б"? — Подробности я расскажу потом, когда до конца разберемся в ситуации. Ты спрашивал у Минхо, придёт ли он сегодня? — всё, что говорил Джинни казалось какой-то далёкой, неизведанной наукой, которую нельзя было связать с происходящим, хотя у него самого это отлично получалось. Хани очень напрягало незнание и то, как друг строит планы вокруг него, никого не спрашивая при этом. — Спрашивал. Должен прийти. — Отлично. Сегодня на ночь останься у меня, увидим, что да как. Если найдёт нас, то посмотрим насколько поздно, засечём время. Плюсом попробуешь заснуть без него под моим чётким контролем. Идёт? — А что насчёт того, что я должен находиться на домашнем аресте? — напомнив о том, что у него есть мама, попытался избежать подозрительных действий Джисон. — Я об этом позаботился. Попросил тетю ей предложить уехать на какой-нибудь курорт, и это прокатило. Так что ты дома один ближайшие 3 дня. Согласен на ночёвку? — Ну хорошо... — совсем не хотя отвечал Хани, нервно перебирая шнурки на своих штанах. Он даже не понял, как его обставили со всех сторон, не дав оправдаться даже домашним арестом. — Вот и отлично! Давай я тебя накормлю, а потом займёмся чем-то помимо непонятных исследований. Тебе нужно развеяться и не думать о Минхо, чтобы не стать как тот мужик, — с чуть большим энтузиазмом, чем раньше, поднялся со своего места Джинни и стал рыскать по комнате в поисках чего-нибудь съестного, чтобы лишний раз не выходить на кухню и не оставлять мальчика одного. Так и прошел целый вечер. За поеданием всего, оставшегося у Хёнджина в мини-холодильнике, за обсуждением каких-то университетских интрижек, за чтением конспектов, нужных для завтрашних пар. Джинни делал всё, чтобы Хани не задумывался о Минхо, демонах, душах и прочем, поглощающим мысли. И это хоть немного, но помогало. В таких ситуациях Хенджин становился самой лучшей терапией, успокаивающей и дающей разрядку. Продлилась терапия до самой ночи, пока ей не захотелось спать. Найдя одноразовые зубные щётки и тапочки с халатами, украденные из поезда, Хёнджин вручил их гостю для лучшего времяпровождения в, и без того не особо комфортном, общем душе, таящем много опасностей. Но, благо, водные процедуры прошли без происшествий, оба вернулись целыми и невредимыми. Настал час ложиться спать. Сосед Хёнджина, как всегда, отсутствовал, а чтобы Хани спал на его кровати против никогда не был, потому спальное место оказалось достаточно комфортным. Теплое одеяло этому также соответсвовало. Стакан тёплого молока, пожелания спокойной ночи, отключение света — все привычные ритуалы перед отходом ко сну соблюдены, а значит нет причин для беспокойств. Опустив тяжёлую голову на подушку, взгляд Хани направился на звёзды, так ярко блестевшие в окне. Начал считать их, лишь бы чем-то занять мысли. Одна, вторая, третья... А на какой он остановился? Счёт то и дело терялся, потому пришлось засыпать без применения странных способов. Но и этого сделать не получилось. После долгих ворочаний глаза внезапно заболели, а в ушах появился тихий звон, прерывавший тишину. Пальцы машинально начали растирать веки, пытаясь привести в нормальное состояние, но это не помогло, а лишь сделало хуже. Те раскраснелись, начали слезиться. Со временем Хани стал всё больше паниковать из-за непонятного состояния, дыхание учащалось, а по телу пробегался озноб, упуская согревающее действие одеяла. В горле пересохло, будто все прошлые три дня не было выпито ни единого глотка воды. Он понял, что с ситуацией сам не справиться, к тому же резкая острая боль в спине сделала этот вывод ещё точнее. — Хён... — прервав тишину, дрожащим голосом позвал друга Джисон. Тот будто ждал этого, в эту же секунду вскочил с кровати, чтобы подбежать к чужой. — Что случилось? Тебе плохо? — увидев состояние Хани, прятавшегося под одеялом, Хёнджин без слов всё понял. Тут же начал осматриваться в поисках того, что может стать первой помощью, даже самой минимальной. — Принеси воды, пожалуйста... — прохрипел он, вынимая кончик носа из теплых оков, преграждавших и без того затруднённое дыхание. — Блин... — осознав, что вся вода в комнате выпита, а свой чайничек Джинни благополучно забыл на кухне, пришлось отправиться туда, несмотря на все опасения оставлять друга одного, — Подожди немножко, сейчас принесу, — быстро надев тапочки и захватив кружку, он выбежал из комнаты, в попытках сделать всё как можно быстрее. Джисон так и остался в постели, пока боль всё усиливалась, с каждой секундой больше и больше. Казалось, что мысли просто испарились. Он не мог думать абсолютно ни о чем. Даже основные рефлексы уже вот-вот и отключались, если бы не внезапные шорохи со стороны окна, привлёкшие остатки внимания. Глаза поднялись, но их тут же ослепили чересчур яркие звёзды. Мальчик лишь мог предполагать, кто стал столь неожиданным гостем. — Минхо?... — всё тем же тихим, дрожащим голосом спросил Хани куда-то в темноту. Он не знал, чего стоит ожидать на втором этаже общежития, куда может залезть любой паркурист-экстремал. — Ты как? — поняв, что его таки узнали, Хо тут же подскочил к кровати, стряхнув с себя лишнюю грязь. Состояние мальчика его напугало. Засчёт метки Минхо мог узнать о нём, но чтобы всё оказалось настолько плохо... Такого точно не ожидал. Не хотел даже представлять, что по его глупости невинный Хани станет так сильно страдать. — Минхо-о... — кажется, это единственное, что мог говорить бедный Джисон-и. Ручки сами вытянулись из-под одеяла, прося как можно скорее лечь рядом. — Т-шш, тише, я здесь, — голос перешёл на успокаивающий шёпот, а Хо незамедлительно выполнил просьбу Хани, тут же за щёчки приподняв его лицо к своему, пока большими пальцами стёр слёзы, скопившиеся у глаз, — Видишь меня? Я тут, и всё хорошо. — Вижу, конечно... Ещё не ослеп, — присутствие "спасителя" рядом будто бы заглушало смуту в глазах, а с объятьями та и вовсе оказалась близка к исчезновению. Тепло, исходящее от Минхо стало лучшим лекарством против неё. В голову вернулись мысли, тут же пришедшие к тому, как мило ему пытались помочь все вокруг, а в особенности Хо. Хани полностью забыл плохие вещи, связанные с ним, которые ещё пару часов назад не давали спокойно готовиться к завтрашним занятиям. Просто думал о том, как рад видеть его снова, — Но очень соскучился. — Тебе так быстро стало легче? — удивлённо захлопал он глазками, не ожидав такого эффекта от одного своего присутствия. — Ты очень тёплый. Мне не могло не стать легче. Хотя всё до сих пор болит, но я перестал быть овощем, — стараясь вернуть голос на привычный лад из дрожащего и хрипящего, Хани прежде всего опустил голову ниже, чтобы окунуться в это тепло целиком и полностью, прижимаясь к "грелке" ещё ближе. Внезапно чужая рука почувствовалась на месте чуть ниже шеи. По телу будто пробежал лёгкий заряд тока, чего Хани испугался. Подняв глазки на верх, удивлённо спросил, ведь тело стало болеть куда меньше, а по нему пробежались приятные мурашки, — Это что было?... — Магия, — с тихим смешком (из-за чересчур милого взгляда снизу-вверх) произнёс Минхо, понимая, что такого ответа недостаточно, — Забрал у тебя часть твоей боли, чтобы было легче. — Серьёзно? Ты так умеешь? — поначалу удивленно спросил мальчик, поражаясь способностям, доступным Хо. А потом понял, что тот может сейчас переживать тоже самое, что и он, потому начал протестовать, — Тебе же, получается, сейчас также больно? Верни её обратно! — Я не такой чувствительный к ней, как ты. Так что не волнуйся. Главное, чтобы тебе стало легче. — Обалдеть, это ты как настоящий супер-герой! Мне теперь правда практически не больно. — Я рад. Но в следующий раз не заставляй меня искать нужное окно в нескольких зданиях общежития с дополнительным испытанием в виде обхода всех камер. Чтобы такого не повторялось, нам нужно быть как минимум рядом друг с другом,— с глубоким вздохом высказался он. — Ты серьёзно ползал по всей территории университета только чтобы найти меня? — Конечно. Мне не хочется видеть твоих страданий. Поэтому пришлось придумывать план, как задержать Хёнджина на кухне подольше, чтобы ещё было время ответить на все твои вопросы. — Я, бесспорно, очень тебе благодарен, но в смысле "задержать Хёнджина на кухне"? Ты что, его там запер? — нахмурив бровки, совсем не понял помыслов Минхо мальчик. — Нет же, просто вылил всю питьевую воду на кухне, чайники попрятал по углам, а плиту отрубил от сети. Пока он дойдет, что плита выключена, найдет как её включить обратно и отыщет чайник, пройдёт достаточно времени. Даже если бы пошёл искать по комнатам воду, то минут 15 как раз бы и осталось. А в случае, если бы здесь осталась вода, то рано или поздно пошёл бы за помощью, только тогда тебе стало бы хуже, поэтому я надеялся на план "А". — Как ты только додумался до этого... На кухне же вечно кто-то есть, а тут успеть всё это за короткий промежуток времени... — Хани действительно не мог поверить тому, как чётко выполнялся этот план, что Джинни до сих пор не вернулся. — Привык. И, кстати говоря, у нас осталось около 5 минут. Тебе не хочется пойти спать? А то всё начнётся по новой. — Ты уйдешь, когда я усну? — с грустным тоном спросил Джисон-и. Ему правда было страшно оставаться одному, без этого близкого душе тепла, после пережитого. — А мне стоит остаться? Мы же не у тебя дома... — Минхо чувствовал что-то неладное в комнате. Однозначно, оно скрыто, но всё не могло быть так просто. — Хёнджин же не должен тебя заметить. Давай уберём вторую подушку в шкаф, он подумает, что я обнимаю её, — одной рукой Джисон потянулся за подушкой, но его тут же остановили, забрав её. — Тебе пока не стоит напрягаться даже на немножко. Отдыхай, — кое-как выбравшись из объятий мальчика, Хо выполнил условия глупого плана и вернулся обратно меньше, чем через минуту. Но, кажется, Хани успел соскучиться, потому как обнял ещё крепче. — Теперь спать? — мальчик старался не думать, что это буквально прямой намёк на поцелуй. Его только больше смущали такие мысли, не давая сконцентрироваться на чем-либо, даже когда это оказывалось не нужным. Ответом послужил кивок с лёгкой, грустной улыбкой. Минхо понимал, что подобные ситуации очень опасны для жизни, потому зарёкся самому себе не терять Хани так просто в нужный момент. Он впервые так волновался за простого человека, потому даже на секунду расслабиться не мог. Тем не менее, желание нужно исполнить. Мало ли, когда придёт Джинни (а его шаги уже слышались в длинном коридоре), шанса сделать это больше не появится. Осторожный поцелуй, будто один из парней прямо сейчас мог рассыпаться от малейшего движения, не заставил себя ждать. Минхо правда старался лишний раз не поддаваться страсти притянуть Хани ближе или обнять его плечи крепче. Беспокойство не позволяло этого сделать. Даже когда тело мальчика в очередной раз заснуло, хотя руки оставались на талии Хо, крепко обнимая, сам он невольно испугался, не случилось ли что-то с ним. Связь с меткой слишком выматывала и заставляла ещё больше думать о ней. — Спокойной ночи, Хани, — это оказалось последним сказанным перед тем, как дверь со скрипом открылась.