Тайны поздней мандрагоры

      — Человека определяют не заложенные в нём качества. А только его выбор.       

Альбус Дамблдор.

***

      Молодые люди сразу узнали того, кто нарушил их тишину в теплице. В помещении было достаточно душно, но с приходом гостя стало невыносимо. Гермиона чувствовала себя неуютно, не зная даже, куда деться, стоя так близко к Малфою и на весу держа руку с уже грязным платком. Мимолётно взглянув в его холодные глаза, девушка поймала себя на мысли, что давно не ощущала такой растерянности, а потому скованно отошла, убирая вещи в сумку.       — Грэхэм Монтегю собственной персоной. Ты не заблудился? — первым тишину нарушил Малфой, засовывая руки в карманы. Он всячески пытался скрыть или, наоборот, показать неприязнь к бывшему однокурснику, косо поглядывая на Гермиону.       — Нет, рад тебя видеть, Малфой, — слизеринец кругами начал расхаживать по теплице, словно у себя дома, его кривая ухмылка была настолько противной, что Гермиона поёжилась на месте, стараясь не показывать эмоциями, как ей неприятно чужое присутствие. Она развернулась спиной к гостю, накрывая растение тряпкой.       — Не могу ответить тебе взаимностью, — пожал плечами Малфой, не отступая, сарказм Грэхема будто бил по вискам.       — Что у вас там? — его голос был наглым, самодовольным, Монтегю начал подходить ближе к Гермионе, чтобы рассмотреть находку.       — Не твоего ума дела, — прошипел Малфой, загородив проход слизеринцу к девушке, стараясь спрятать её. Он не доверял бывшему одногруппнику.       Желваки на скулах Малфоя делали своё дело — играли мелодию «ты меня бесишь, Монтегю», хотя тот стоял в метре от них. На шестом курсе он стал капитаном команды по квиддичу, сразу после Маркуса Флинта, вот тут и началась вражда Малфоя и Монтегю. Драко в течение года активно показывал своё мастерство, ожидая, что в следующем сезоне капитаном станет он. Выкладываясь по максимуму, он старался, но назначили на должность Грэхэма, посчитав, что с ним проблем будет меньше. Взбешённый Малфой, начистив физиономию однокурснику, остался совершенно не рад, даже после драки легче не стало.       «Он обошёл меня», — удар ниже пояса, где-то в голове Драко зародилась идея мести.       Зависть? Малфой не знал этого слова. Знал одно — он всегда должен быть первым и девушки должны быть только его. Когда Грехэм стал ухлёстывать за Пэнси — его Пэнси, его куклой, игрушкой — он достаточно быстро придумал, как отомстить, и Паркинсон тогда здорово помогла. Потешая себя и других, он обгонял Монтегю везде — это был спорт, вечные соревнования, их скандалы видели все, зная, что вражда существовала на духовном, привычном уровне.       — Как грубо… — театрально взгрустнул гость, его сарказм чувствовался на кончике языка, что начинало бесить Драко, и тот остановился напротив.       — Грейнджер, и тебя я рад видеть, а ты похорошела, такая… — ощущался приторный и скользкий тон, ещё чуть-чуть, и Гермиону вывернуло бы наизнанку. Монтегю, севший уже в преподавательское кресло, не унимался, продолжая тревожить нервы бывшим однокурсникам.       Малфой, сжав кулаки, костяшки которых натянулись до белого оттенка кожи. Этот щегол смел себе позволять такое поведение: сидел, весь и себя напыщенный, и ещё охмурял Грейнджер.       «А вдруг ей это нравится?» — пронеслось в мыслях Малфоя.        У Драко самое любимое дело — это допридумывать за другими, как будто он знал всё наперёд, а потом злиться и психовать: обычные спокойные разговоры не его история. Возможно, потом он сможет выдавить из себя что-то, кроме оскорблений и сарказма.       Волшебница терпеть не могла весь змеиный факультет, и находиться тут с ними ей хотелось в первый и последний раз. Сто раз она отругала себя, что согласилась сюда прийти. Быстрый анализ ситуации — всё, что она могла сделать сейчас:       — Что мы имеем. Первое — я в компании двух слизеринцев, второе — они оба соперники, третье — они оба Пожиратели Смерти, — быстро сглотнув ком, подумала про себя гриффиндорка.       — Бывшие пожиратели, на минутку, ну, точнее, про себя я так могу сказать точно, — чужой высокомерный и холодный голос сразу поправил её.       — А, ну да, но я же точно этого не знаю, — ответила она себе, но, резко поняв, что ответ был не её, Гермиона испугалась непрошеного гостя в мыслях. Так, стоп… — Малфой, ты что, рехнулся? — вспылила волшебница, только этого ей не хватало для полной картины «я сошла с ума».       — Нет, я просто поправил тебя, — вот так легко и просто слизеринец, наверное, без капли сожаления забрался в её мысли.       — Что ты делаешь в моей голове?! Быстро вон! — ещё какое-то мгновение, и она точно подорвётся и влепит ему пощёчину.       — Ты даже мыслишь громко, как люди вообще с тобой разговаривают, — возмутился Малфой в чужой голове.       — Вышел из моей головы. — Гермиона уже подорвалась с места, пытаясь оказаться подальше от Драко, её щеки покрылись нежно-розовым румянцем от неловкости.       — Эй, с вами всё хорошо?! — Грэхем разрушил очередной невидимый скандал, который выглядел крайне специфично: ребята стояли, молча глядя друг на друга, а в их глазах читалась откровенная злость. Оба были неподвижны и не издавали ни звука. Только они могли ссориться даже мысленно, казалось, на уровне профессионализма неприятностей.       — Всё нормально, мне надо идти, у меня урок, — затараторила Гермиона, первая разрушив огромную неловкость, а затем, взяв вещи и растение, быстро выскользнула из теплиц. Ей срочно нужно было освежиться — крупицы пота на лбу выдавали смятение и нервозность. За ней следом вышел Малфой, невзначай задев плечом Монтегю.       — Грейнджер, стой! — одёрнул Драко.        «Что ещё ему нужно от меня?!» — быстро пролетело возмущение в её мыслях, закатив глаза, девушка не хотела останавливаться, но тело как будто не слушалось, сопротивлялось и проживало что-то своё. Ноги вмиг остановились, и, глубоко вздохнув, Гермиона повернулась.       — Дай мне, я отнесу директору растение, — смены настроения Малфоя можно было измерять по графику, который только скакал то вниз, то вверх. Его выражение лица моментально сменилось на привычно надменное и спокойное.       — Ещё раз ты залезешь в мою голову, и я… — ведьма обязана была высказаться про то, что он творил пять минут назад, надеясь, что он извинится перед ней. Драко остановился на достаточно близком от Гермионы расстоянии, медленно взяв куст из её рук.       — У меня урок, я не могу пойти с тобой к директору, — опешила от такой резкости Гермиона, отдавая горшок.       «Как он это делает? Мерлин…»       — Я отдам один. Потом поговорим об этом, — взяв всё в свои руки, он уже отдалялся от неё, идя по коридору, пока в то же время Гермиона стояла как вкопанная.       — И да, поверь, если я захочу, ты никогда не узнаешь, что я был твоих мыслях, — крикнул с усмешкой Малфой напоследок и ушёл в темноту, оставив волшебницу одну посреди холодного коридора. Кипела она, как маггловский чайник, чувствуя, что ещё немного — и точно пар с ушей пойдёт. Гермиона чуть ли не залетела в свою комнату, громко захлопнув дверь. Наглец! Недоумок! Какой он нахал, как он мог так бесцеремонно себя вести, влезать в её светлую голову, лазить там, как у себя дома.              Она злилась, и паранойя взяла верх. А если он прочитал в голове то, что никому не надо было знать? А что, если он всё-таки не видел? А если видел её воспоминания, мысли? Гермиона нервно закусила нижнюю губу, и с этими переживаниями возмущённо направилась на урок. Сегодня она обязана была разобраться в себе и отдохнуть, иначе слишком много эмоций и слишком много нетипичного Малфоя…

***

      Он подозревал, что Снейп в своём кабинете, поэтому Малфой нёсся на всех порах в нужном направлении с уже заготовленными претензиями. Злой, слишком злой слизеринец проходил сквозь этажи вниз, пока портреты шептались о его настрое, на что получали тяжёлый ледяной взгляд, тут же замолкая. В нём сопротивлялись две личности: одна хотела бы ещё немного побыть с Гермионой, а другая яростно не допускала даже малейшей близости с волшебницей.       Он сопротивлялся, чем дальше шёл, тем хуже становилось — ужасное чувство разрывало его на куски. Сложно было ей хамить, сложно было и противостоять — всё казалось Драко совсем не простым. В итоге, он же и испортил всё, поставив под удар, намеренно забравшись к ней в голову. Малфой сделал это специально. Нарцисса хорошо обучила своего сына проворачивать такие трюки незаметно, выгодно для себя, и он обещал ей, что подобные методы внедрения будут использоваться исключительно в серьёзных целях. Но оправдываться Драко не собирался, пусть Гермиона думает, что хочет. Объяснить самому себе, зачем он вообще это сделал, Малфой не мог. Не думая, забыв все обещания, он по-свойски залез в чужую голову. Всё, что хотелось, — это прочитать мысли Грейнджер, найти, к чему придраться, узнать её реакцию на ублюдка Монтегю. Он обязательно подумает, зачем он устроил такое представление, но только потом.       Не найдя профессора в кабинете, психанув, он захлопнул дверь со всей дури.       У него был ещё урок. Собрав спокойствие по кусочкам лавы, которая плескалась, как из активного вулкана, он отправился к теплицам. Миновав очередное высокое окно первого этажа, Драко заметил того, кого искал.       Монтегю стоял на поле для квиддича. Трибуны были сыроваты от утреннего дождя, поэтому ребята столпились вокруг него, собравшись кучками, а рядом на земле лежали мётлы, ожидая, когда ими воспользуются. Грэхэм активно рассказывал правила игры, когда к нему подошёл взъерошенный Малфой, взяв за рукав. На минуту он вспомнил, как так же выводил из класса Грейнджер, похоже, это была его очередная фишка. Усмехнувшись и похвалив себя, Драко потянул Монтегю за трибуны, ученики не казались удивлёнными таким исходом, привыкшие уже к подобному поведению их нового преподавателя.       — Малфой! У меня урок, я не сомневался, что ты скучал, но… — он, быстро переставляя ноги, успел съязвить.       — Закройся! Так, давай отвечай, что ты тут делаешь?! — Драко толкнул соперника в столб, прижав его. От перенапряжения его руки тряслись.       — А что, не видно? Я теперь новые тренер по квиддичу, — он нахально вздёрнул нос, с ухмылкой выстрелив взглядом «я тебя сделаю».       — Ты? Зачем тебе это? — скорчив самую омерзительную гримасу, Малфой ещё сильнее прижал Монтегю к столбу.       — А ты что, завидуешь? Прям как в школе, — победно констатировал факт Грэхэм.       — Чему? Твоей идиотской наивности?!       — Малфой, Малфой… ты неисправим, — он провоцировал, и ему это удавался на ура, терпению Драко приходил конец.       — Я сказал тебе закрыть пасть и отвечать на мои вопросы, — сквозь зубы выпалил Драко, сдерживая себя как мог.       — Ладно-ладно. Уже не смешно, отпусти меня, — нервный смех Монтегю выдавал страх, он посмотрел на Малфоя, но тот явно ждал ответов. — Я тут по приглашению директора, ну, ты понимаешь: Пожиратели, все дела… Буду тренировать детей и следить за тем, что тут происходит. Пока ты будешь пускать слюни, смотря под юбку шлюшки Грейнджер.       — Ах ты, ублюдок, — он собрал всю свою дурь. Резкий удар в челюсть пришёлся по вкусу Малфою, на минуту ему показалось, что стало легче.       — Ты чего! Малфой! Ты сам её так назвал! — Грэхэм, лежавший уже на земле, схватился за лицо и стал оправдываться, как тот мальчишка с шестого курса.       — Никогда, сукин ты сын, не называй её так. Надеюсь, в тебе остались какие-то мозги, чтобы молчать о том, что тут было. Держись от неё подальше, — этот день не переставал удивлять и самого Малфоя, сейчас он нервно сжимал и разжимал кулаки, анализируя, что было с его поведением. Ему стало невыносимо от того, что кто-то посмел сказать про Гермиону настолько унизительные вещи. Пусть она никогда и не узнает, но её честь он будет отстаивать до конца. Драко Малфой сломался? Или айсберг начал таять? Взглядом он растерянно бегал по трибунам и парню, который уже вставал, держась за губу, пытаясь остановить кровь.       — Мы уже давно не те мальчишки, Монтегю, — шах и мат, псина Грэхэм. Тот быстро скрылся за поворотом, оставляя бывшего однокурсника врасплох, ему точно нужно было побыть одному.

***

      — Вот, — Драко поставил растение на стол профессору Макгонагалл. Та только дёрнулась от резкости гостя, без стука вошедшего в её кабинет.       — И вам здраствуйте, мистер Малфой, что это? — женщина начала рассматривать предмет из-под очков с непонимающим видом.       — Да, здравствуйте. Это ядовитое растение, оно было высажено тут, у нас в теплицах, мы с Грейнджер подумали, что его нужно выкопать и убрать.       — Чернильница. Мерлин правый, откуда оно у нас? — женщина была искренне удивлена такой находке, ведь знала все саженцы в школе наизусть. Она встала со своего места и обошла стол, чтобы повнимательнее разглядеть куст.       — Без понятия, раньше его тут точно не было. Боюсь, это как-то связано с тем, почему мы здесь.       — Вы подозреваете, что кто-то намеренно его выращивал прямо за моей спиной? — директор была шокирована таким заявлением, боясь представить, в каких руках оказалось это ядовитое растение.       — Да, вы не зря переживали. В школе кто-то есть, и он пришёл не с добрыми побуждениями, — голос Малфоя был твёрд и настойчив.       — Какой кошмар…я.…я уберу его с глаз и отдам профессору Снейпу, — взяв куст, Минерва направилась к шкафу, по пути закрывая его тряпкой. Женщина была расстроена и напугана: в её школе замышляли что-то против неё, слова мистера Снейпа били по ушам. Она искренне хотела, чтобы он оказался не прав, но, увы, дело набирало оборот.       — Спасибо, быть может, вы спасли нас, — грустно усмехнулась Минерва, присаживаясь за свой стол, ей действительно нужно было подумать о многом.       — Я узнаю, кто это сделал, ради этого я тут, — твёрдо ответил бывший ученик, развернувшись, и направился к выходу.       — Мистер Малфой, — окрикнула его Минерва. — Я в вас верю, — улыбчиво произнесла напоследок.       Это был удар прямо в сердце, и Драко не знал, как реагировать, поэтому, робко кивнув, удалился из кабинета. В него верили… это всё, что крутилось в его голове.

***

      Тихий и манящий треск огня в камине развеивал тишину библиотеки. За окнами давно были сумерки, приглушённый свет создавал дополнительный уют. Гермиона наслаждалась этой обстановкой. В читальном зале было несколько человек, и волшебница могла спокойно укутаться в плед, расположившись поудобнее в мягком кресле и вдыхая нежный аромат какао, что томился на столе рядом. В руках виднелась книга о травологии, в которой она пыталась найти информацию о растении, показанном Малфоем этим утром. Разумеется, она была бы не Гермионой, если бы в ней не вызвался интерес к чему-то тайному и неразгаданному. Чтение её давно успокоило, она остыла от насыщенного дня, а кружка горячего напитка и вовсе подняла настроение.       Её спокойствие продлилось недолго. Вошедший в зал Малфой тут же украл умиротворение, и волшебница моментально поёжилась на месте, укутав себя получше. С его приходом стало холоднее, и даже камин, который был рядом с ней, не спасал ситуацию. Глазами девушка начала бегать по строчкам, но она не вникала в текст, скорее делала вид, что читает. Медленно переведя взгляд со строк на слизеринца, Гермиона проследила за его движениями. Драко расхаживал хаотично между полками, ища что-то определённое, и интерес начал набирать обороты. Сев за читательский стол неподалёку от Гермионы, он разложился и открыл несколько книг, постепенно выискивая информацию и периодически делая пометки пушистым пером в тетрадке. Высунув любопытный курносый нос из-под книги, ведьма начала пристально изучать и следить за Малфоем: он был сосредоточен, а взгляд менялся от хмурого до спокойного.       — Что он там делает такого интересного? — пронеслось в голове волшебницы.       — А ты подойди и посмотри, — уже не совсем чужой голос хитро и спокойно ответил ей.