Глава 12
16 мая 2026 г., 04:33
Феликс проснулся, когда за окном уже смеркалось. Погода изменилась: дул сильный ветер, шёл дождь, и где-то вдалеке слышались раскаты грома. В комнате зябко, поэтому он натянул одеяло посильнее, стараясь спрятаться от прохлады, что окутала его. Оглянувшись по сторонам, он не заметил Хёнджина, а в комнате стоял только запах дождя, ведь окно открыто. Теперь понятно, почему так холодно в комнате. Скорее всего, Хёнджин открыл окно, когда уходил, или это сделал Джисон, чтобы убрать запах альфы из комнаты. Настроение сразу пропало, ведь он очень хотел хоть как-то пообщаться с альфой лично. Но сам того не замечая, уснул и упустил хорошую возможность. Вот дурак.
Садясь на кровати, омега заметил на тумбочке лежавшую записку. Взяв её в руки, он увидел аккуратный почерк Хвана и множество нарисованных сердечек, отчего на сердце хоть и немного, но становится теплее.
«Кнопик, прости, пожалуйста, что не застал твоего пробуждения. Я хотел дождаться, когда ты проснёшься, чтобы ещё раз увидеть твои прекрасные глазки, но пришёл Джисон и сказал, что хён едет домой. И чтобы наша следующая встреча точно состоялась, мне пришлось уехать. Прости ещё раз, малыш. Обещаю, что завтра я возьму на работе отгул и обязательно приеду. Мы с тобой пообщаемся, а также поедим твои любимые вкусняшки. Не скучай, Солнце, и знай, что я всегда думаю о тебе, чтобы не случилось», а в конце нарисовано большое сердце.
Феликс сам того не заметил, но на лице появилась еле заметная улыбка, которая быстро пропала. Хёнджин тоже хотел пообщаться, но Минхо опять всё испортил. Сколько ещё нужно будет им скрываться от брата, Феликс не знал. Он понимает, что Минхо хочет его защитить от опасности, которая может быть. Но ведь Хёнджин не сделает ничего плохого, он точно это знает.
Сжимая листок в руках, омега выбежал из комнаты на поиски Джисона, что сейчас сидел в гостиной в обнимку с Минхо и смотрел телевизор, посмеиваясь над сюжетом какого-то шоу. Он врывается в комнату, хватает ничего не понимающего омегу за руку и тащит за собой на кухню. Дори, что спокойно спал на диване, подрывается, начиная недовольно мяукать, что его сон потревожили. Но Феликса сейчас не до этого.
— Что случилось? — спросил Джисон, чувствуя на спине такой же удивлённый взгляд Минхо, что и у него сейчас.
Феликс остановился, закрыл за ними дверь и показал омеге записку, смотря на него серьёзно. Сердце сильно стучало, пульс зашкаливал. Состояние, что испытывал сейчас омега, не поддавалось объяснению даже ему самому.
— Я знаю, Хёнджин писал её при мне, пока ты спал, — ответил Хан, а Феликс всё ещё выжидающе смотрел на него.
Старший до сих пор не понимает, что от него хотел Ли. Младший заметно злится, что удивляло Джисона, а затем показал на слово «проснёшься».
— Почему тебя не разбудили? — догадался Джисон, видя, как активно закивал блондин. — Я хотел, но хён сказал, чтобы я этого не делал, ведь ты много плакал, и он хотел, чтобы ты отдохнул.
Феликс топнул ногой, складывая руки на груди. Губы заметно надулись, а он сам был похож на злого котёнка со вздыбленной шерстью. Джисон впервые видит так много эмоций и действий от младшего, что не переставал его удивлять.
— Что случилось? — на кухню зашёл Минхо, смотря на омег, которые странно себя вели, особенно Феликс.
— Ничего, всё прекрасно, — улыбнулся Джисон, а Феликс продолжал дуться, чем сильно удивлял альфу.
— Я же вижу, что-то происходит, — не унимался альфа, стараясь понять всё происходящее.
Омега снова топнул ногой и под некомфортную тишину покинул кухню. Войдя в комнату, он хлопнул дверью, швырнул записку на стол, а сам отошёл к окну, чтобы закрыть его, ведь в комнате становилось уже слишком холодно: погода разгулялась.
Сделав несколько глубоких вздохов, Феликс вернулся к столу, взял записку и убирал её в коробку памяти.
Хоть Хёнджин и уехал, но он всё равно предупредил его и думал о нём. Эта информация грела душу, и становилось спокойнее. Понемногу Феликс начал успокаиваться. На телефон пришло уведомление о новом сообщении, и сердце бьётся в разы сильнее, только видя, от кого оно.
Любимый Хёник: «Я надеюсь, что ты уже проснулся и чувствуешь себя лучше».
Вы: «Почему ты меня не разбудил?»
«Я ведь так ждал тебя».
Блондин закусил губу в ожидании ответа и не сводил взгляда с экрана телефона, пока Хёнджин печатал ответ.
Любимый Хёник: «Прости, Кнопик».
Вы: «Почему не разбудил?»
Любимый Хёник: «Солнышко, ты так сладко спал, уткнувшись мне в колени, что я не мог позволить себе разбудить тебя. Твой сон и спокойствие превыше всего».
Видя это, омега покраснел, понимая, что он спал практически в его ногах. Хёнджин тоже хочет их общения, а значит, оно будет. Но это не отменяет того факта, что Хван его не разбудил.
Вы: «Почему?»
Он добьётся ответа на свой вопрос, хоть и прекрасно видит то, что написал Хёнджин. Ответ был предельно ясен и понятен. Блондин хотел пообщаться, он ждал его, но проклятый сон помешал.
Любимый Хёник: «Я тебя прекрасно понимаю, Кнопик, ты хотел пообщаться. Я тоже этого хочу. Обещаю, что я точно приеду».
Вы: «Не обманываешь?»
Любимый Хёник: «Нет».
Вы: «Хёник, чем ты сейчас занимаешься?»
Следующие несколько часов они переписывались на разные темы. Хёнджин часто присылал голосовые сообщения, а Феликс переслушивал их по несколько раз. Голос альфы казался ему сном, так же как и их общение сейчас. Как будто Хёнджин не возвращался с Америки. Но это была реальность. Феликс даже осмелился сделать селфи. Хоть и было видно только одни глаза, ведь он спрятался за одеяло, но Хёнджин всё равно оценил его старания и похвалил, сохраняя фотографию к себе на телефон.
Минхо заглядывает к брату узнать, как дела, но омега толком и не обращает на него внимания, чем очень озадачил альфу. Старший Ли смотрит на Феликса и не понимает, что с ним происходит. В последнее время он не узнаёт брата, из-за чего стал сильно переживать.
— Ты с кем-то переписываешься? — спросил альфа. Феликс дёрнулся от его вопроса, сразу прижимая телефон к груди, и замотал головой. — Где-то я уже это видел.
Перед его глазами сразу пронеслись моменты из кабинета Хёнджина, где тот так же улыбался и что-то печатал в телефоне, а потом отнекивался, мол, общался с другом. Всё это очень подозрительно.
— Скажи честно, ты с кем-то общаешься? — поинтересовался альфа, а младший опять завертел головой. — Хорошо, мы потом об этом поговорим, — улыбнулся он, и поцеловал брата в макушку. — Долго не засиживайся и ложись спать, спокойной ночи.
Минхо вышел из комнаты, оставляя Феликса наедине со своим телефоном, на что омега протяжно выдохнул и вернул взгляд в экран, в котором виднелись сердечки.
Пожелав Хёнджину приятных снов, омега убрал телефон и завернулся под одеяло, ожидая завтрашний день.
* * *
Хёнджин проснулся в бодром расположении духа. Настроение было на высшем уровне, ведь сегодня они останутся с Феликсом вдвоём. Джисон хоть и будет дома, но написал, что мешать не станет. Отправив омеге сообщение с пожеланием прекрасного утра, Хёнджин пошёл собираться. Приняв все водные процедуры и быстро позавтракав, альфа направился в офис решить некоторые дела, а затем поедет к Феликсу. Подписав все бумаги и дав указания Сынмину, Хёнджин направился на подземную парковку. Проходя мимо отдела, в котором работал Минхо, он увидел, как альфа в своей манере спокойного, но чёткого тона и со взглядом, будто сейчас оторвёт кому-то голову, что-то объяснял своему подчинённому, а тот старался не дышать лишний раз. Видать, что-то случилось, раз Ли вышел из себя. Значит, сегодня он точно с работы раньше не уйдет и будет проверять всю работу «от» и «до». Машина плавно ехала среди потока других автомобилей. На заднем сидении лежал очередной букет из розовых пионов, мягкая игрушка тигрёнка и пакет с любимыми сладостями омеги. День обещал быть очень хорошим, ведь настроение было выше отметки «отлично». Подъехав к дому и достав всё, что нужно, Хёнджин увидел в окне на втором этаже Феликса, что активно махал ему рукой, а затем резко исчез. Улыбнувшись, альфа направился к двери, но не успел даже поднести руку к звонку, как она распахнулась, а за ней стоял Феликс. Хоть он не улыбался и практически не показывал эмоций, было видно, что омега рад его видеть. — Привет, Кнопик, — сказал Хван, проходя в дом, вручая цветы омеге. Феликс сразу поднёс их к лицу, вдыхая яркий аромат, а уголки его губ слегка приподнялись. — Хёнджин, привет, — выглянул Джисон на звуки из прохожей. — Ты сегодня рано. — Я обещал Ликсу, что сегодня мы проведём день вместе. — Он ждал тебя, а вчера сильно расстроился из-за того, что ты уехал. Феликс резко обернулся, грозно посмотрел на друга, что сейчас так легко его сдал. Джисон на это только хихикнул, скрываясь в комнате, а Хёнджин улыбнулся, видя новые эмоции омеги. Блондин развернулся, направляясь к лестнице, и начал подниматься, но затем обернулся и посмотрел на Хёнджина. Он позвал его рукой за собой, чтобы тот не стоял на пороге. Альфа, не раздумывая, сразу направился следом. В комнате по-прежнему ничего не изменилось. Феликс взял вазу, наполнил её водой и поставил букет на тумбочку рядом с кроватью. Вроде такие простые действия, но альфа наблюдал за этим с таким трепетом только из-за того, что всё это делал Феликс лично сам, не прося кого-то другого. На столе Хёнджин заметил холст с начатой картиной. Рассмотрев его поближе, он понял, что это картина по номерам, которую сейчас рисует младший. — Ликси, что ты рисуешь? — поинтересовался Хёнджин, обращая внимание на то, что щёки омеги слегка покраснели. Блондин подошёл ближе, достал из ящика фотографию и протянул старшему. Видя, что изображено на фото, Хёнджин счастливо улыбнулся. — Ты заказал картину с нашим фото? — Феликс согласно кивнул, а затем достал коробку памяти. Перебирая содержимое коробки, Хёнджин каждый раз воспроизводил в памяти тот или иной момент, связанный с вещью, что была у него в руке. — Надо же, у тебя всё ещё сохранился этот браслет, — улыбнулся альфа, перебирая в руках браслет из лент. — Мой, к сожалению, поносился, а папа случайно выкинул. Я его долго старался найти, но так и не смог, — отложив браслет в сторону, Хёнджин отвёл взгляд. Было стыдно, осознавая, что Феликс бережно хранил его, как память, а он так глупо лишился его. Омега взял браслет в руку, а затем повязал его на руку Хёнджина, стараясь его не касаться. Альфа удивлённо посмотрел на него, а затем на свою руку. Эти браслеты были символом их дружбы, которые Феликс сам сделал и подарил старшему на день рождения. — Этот я точно не потеряю и больше никогда не сниму, — улыбнулся Хёнджин, проводя пальцем по браслету. — Обещаю, что сохраню его. Феликс внимательно следил за старшим и не мог налюбоваться им. С каждым годом он становится всё красивее, старше, мужественнее. Наверное, за ним бегают толпы омег, которые были лучше его. Настроение сразу же изменилось, что Хёнджин заметил. — Кнопик, что случилось? Феликс помотал головой, затем взял листочек с ручкой и что-то написал. «Я скучал по тебе». Краснея, он передал листок старшему, а сам поднялся и направился к окну, чтобы альфа не видел его лица. Прочитав, Хёнджин поднялся следом и встал рядом, смотря на профиль младшего. — Феликс, ты знаешь, что я тоже по тебе скучал всё это время. Я хотел как можно скорее увидеть тебя, обнять и не отпускать. Я и сейчас хочу обнимать только тебя, но понимаю, что для тебя это будет сложный момент, который мы обязательно преодолеем вместе. Я буду рядом, чтобы не случилось, и помогу, чем смогу. Слыша это омега не сдержался, и по его лицу покатились слезинки. «Не оставляй меня, Хёник».* * *
На протяжении всего дня альфа и омега находились вместе. Хёнджин рассказал ему о жизни в Америке: как учился, как работал, как набивал первые шишки, и первых конкурентов. Рассказал о первых провалах, которые потом сам же и исправлял. Феликс его внимательно слушал, иногда писал вопросы на листочке, после чего Хёнджин на них отвечал. Также было много забавных историй, над которыми Хван смеялся, а у Феликса менялось выражение лица. Хёнджин изучал его эмоции и к концу дня начал их распознавать. Если у омеги дёргались уголки губ, значит, он пытался улыбнуться или он чему-то рад. Если слегка подрагивали руки, значит, он волновался. Если куда-то уходил или закрывался, значит, Феликс смущался. После проведённого дня Хёнджин понял, что он начал постепенно приходить в себя и возвращаться к прежней жизни. И прошёл всего только день, как они начали общаться в живую. Значит, Хёнджин на правильном пути. Всю следующую неделю Хван приезжал в гости. И за эту неделю многое изменилось. Феликс начал сам открывать дверь, когда встречал Хёнджина на пороге своего дома. Стал выходить на улицу, чтобы проводить его до машины, когда тот уезжал домой, ведь раньше он выходил только в сопровождении Джисона или Минхо. Хоть Джисон и сопровождал его, но это уже было достижение, что он смог выйти вместе с Хёнджином. Как-то Феликс даже приготовил сам обед, когда старший омега ушёл в университет по делам, оставляя его на Хёнджина. Альфа был безумно рад, что Феликс менялся. С нетерпением ждал того момента, когда сможет взять его за руку и обнять. Ему безумно хотелось услышать его голос, который вспоминает каждый день. За эту неделю Феликс закончил картину, что рисовал уже давно, и подарил Хёнджину. Она для него много значила и хотелось, чтобы картина весела у него в комнате. Но блондин не знал, как Минхо отнесётся к этому. Приходилось каждый раз прятать её под кровать, чтобы брат не заметил. Хёнджин обрадовался, когда получил её в руки и обещал, что повесит в комнате на видное место. Все эти изменения заметил и Минхо, после чего стал каждый день звонить или приходить к Хёнджину и жаловаться, что ему ничего не рассказывают, но видел, что что-то происходило. Альфа расстраивался, что у омег появились от него секреты, хотя раньше такого не было. Феликс же каждый день засыпал с мыслью о том, что завтра снова встретит Хёнджина. Эти встречи приносили радость, и бабочек в животе становилось всё больше. Омега видел ответную взаимность со стороны альфы, чему был безумно рад. Но пока он боялся хоть как-то дать знать о своих чувствах. Блондин не знает, чувствует ли что-то Хёнджин к нему, или это просто дружеские взаимоотношения со стороны старшего. Было множество страхов и сомнений. Сердечки в сообщениях и записках ещё ничего не значат. Но взаимность с каждым днём ощущается всё сильнее. Может, со временем, Феликс осмелится и хоть как-то, но даст Хёнджину знать, что он любит его.
