Начало начинается с конца

POV Бруно

      Её фраза выбила меня из колеи, словно вогнали нож по самую рукоять. К сожалению, моё видение оказалось правдой, постепенно начав сбываться. Хотя чему я удивляюсь? По другому и быть не могло, ведь все мои ведения рано или поздно становятся реальностью.       – Почему мне кажется, что ты не особо удивлён моим ответом? – она смотрела на меня с любопытством. Её глаза немного расширились, и я увидел в них резкое осознание, и та грустно усмехнулась, смотря на меня исподлобья, – ведь у тебя было видение про меня. Верно?       – Да, - ответил, отводя взгляд.       – И что же ты в нём увидел? – я промолчал, поджимая губы. Лишь мог смотреть в глаза Миры, чувствуя как внутри меня расплывается печаль, обжигая сердце, и в горле встал ком.       Она дернулась вперёд, хватая меня за предплечья, стягивая пальцы на ткани моего пончо:        – Бруно, что ты в нём видел!       – Я видел тебя, - начал я, перебирая пальцами пальцы, ведь жутко волновался, а ладони вспотели, - Тебя, за праздничным столом. Я видел, как ты что-то говорила семье, а затем появились образы плачущий Джульетты, Пепы, огорчённой бабушки, - перевёл дыхание, отводя взгляд, замечая краем глаза, как она подошла ко мне ближе, - Потом вновь видел тебя верхом на лошади, затем ты убегала в расщелину между горами, в глазах были слёзы, несколько раз ты оборачивалась, смотря на нас там, внизу, – отшатнувшись от меня, Мира прикрыла рот в немом шоке.       В этот момент я в очередной раз заглянул в её глаза и увидел смесь самых разных эмоций в них - ужас вперемешку с печалью, восторг и сомнение; однако больше всего оно выражало счастье:       - Мирабель, но почему? Почему ты так хочешь уйти? - я всё никак не мог понять её намерений.       – Я тебе уже ответила, – она ответила холодно, отдернула руку и сделала шаг ко мне, – я хочу посмотреть тот мир, хочу узнать его. В нашем городе у всех всё хорошо, всё процветает! Все счастливы, семья вновь крепкая как прочная цепь, - она начала, но я её перебил.       – Одна ты несчастлива, - слова пронзили её в самое сердце, я увидел это по её глазах.       – Да, я несчастлива. Каждый день, просыпаясь рано утром, я вижу в окне горы, - девушка отвернулась к окну, - при виде них я снова и снова воображаю, что же там. И знаешь что? Я больше так не могу, - она топнула ногой и ударила кулаком по подоконнику. - Я хочу знать, какие там люди, какие места. Какой он этот мир, что лежит за пределами Энканто? - вопрос растворился в тишине.       Я резко поднялся на ноги. Это звучало очень самонадеянно и эгоистично, и у меня сжались зубы, руки непроизвольно сжались в кулаки.       – А ты подумала о семье? Ты сама только что сказала, что наша семья крепкая, как прочная цепь, что не разбить никаким молотом. Но что будет, если убрать одно звено? Она развалится, - я подошёл ближе, взмахнув руками, - Ты хоть представляешь как будет чувствовать себя твоя мама, Пепа, бабушка, Августин или хотя бы Антонио? - мой голос сам по себе стал громче, я не заметил, как на последнем слове крикнул, но в моём крике была и мольба к ней к богам, чтобы они помогли ей передумать.       – Дядя, не рви мне сердце! – сквозь зубы процедила она, – пожалуйста. Я знаю, это неправильно, но почему я должна выбирать? Я хочу знать, хочу увидеть, хочу почувствовать что-то новое и неизвестное! Мне нужно увидеть мир, который был скрыт от нас всё это время! - она развела руками, словно представляла мне этот мир, что словно раскинулся у неё за плечами, - Дядя Бруно, поверь мне. Я не собираюсь бросать свою семью, и мне на неё не на плевать, как это может показаться. Вы - самое дорогое что у меня есть и это никогда не изменится. Но я не могу оставаться здесь, - голос стих, - Я знаю себя, - она снизила голос, - И знаю, что если не посмотрю, что там впереди, то до конца моей жизни тоска и непонятная мне пустота будут разрывать меня на части.       Повисла давящая тишина, ни она, ни я не могли что либо сказать. Мы стояли в полупустой комнате в которой с каждой секундной становилось тяжелее находится. Я не мог оставить без внимания её состояние, её потряхивало, но ни сказать, ни обнять я не мог. Этот ребёнок слишком быстро вырос. Проведя рукой по лицу и тяжело вздохнув, спокойным голосои постарался продолжить наш разговор.       – Мирабель, ты же понимаешь чем это может обернуться? - подошёл поближе, скрестив руки на груди.       – О чём ты?       – О том, какой скандал поднимется, когда ты обо всё расскажешь. И ведь это всё повлияет на окружающую нас атмосферу. Пепа наверняка не сможет себя сдержать или успокоить, и я боюсь представить, как начнется ураган со штормом, Луизе придется несколько дней всё разбирать, - задумчиво протянул, я - Пострадавших лишь бы не было, иначе и Джулльете будет работ не в проворот.       – Да, я понимаю, но, тем не менее, я готова рискнуть.       – Ты не можешь быть здесь счастлива? - что-то внутри меня не хотело её отпускать. Наверное, я к ней слишком привязался.       – Нет, не могу. Я не вижу здесь своей судьбы. Мама надеется, что я так же как она и тётя Пепа найду своего избранника, рожу детей и останусь здесь навсегда. Заботясь о семье и сменяя остальных. А я так не смогу, - она отвернулась, уводя взгляд.       – Я тебя понял. – опустившись вновь на кровать я посмотрел на неё снизу вверх, – Когда ты собираешься им рассказать? - сердце болело, хотелось вцепиться в покрывало, словно оно бы придало мне сил.       – Завтра.       – И когда планируешь уходить? - каждая фраза давалась мне невыносимо тяжело.       – Ещё не решила, но думаю, что не задержусь здесь надолго.       – Ты уже спланировала свой маршрут? Куда в первую очередь направишься?       – Ещё не до конца решила, - отвечала Мира, снова присаживаясь за стол, дошивая сумку.       – Ну, что ж, - вдохнул, вставая, - Я не представляю, что мне тебе сказать, но если ты будешь учитывать мнение окружающих, то лично я против, – она грустно улыбнулась, а я же взял в свои ладони её руки, - Однако я вижу, что тебя ничего не сможет не удержать. Если ты уверена и готова к этому, то я на твоей стороне. И, возможно..., - начал я, но быстро передумал и переформулировал, - Нет не так. Я точно знаю, что ты сможешь сделать, то что многие до тебя не смогли. Твой поступок сможет открыть ворота и для других, - я гладил её пальцы своими, пытаясь надолго запомнить мягкость и упругость.       – Спасибо, дядя.       – Но, если что, я ничего не знал, - я усмехнулся, поднимая глаза.       – Конечно, - она тоже фыркнула в ответ, улыбаясь.       – Я буду рад провести с тобой эти последние дни,– я нежно поцеловал тыльную сторону её руки, а она еле заметно очаровательно покраснела в ответ ушами.       – Не говори так, будто я умираю, дядя, – она суеверно постучала по дереву.       – Я буду очень сильно по тебе скучать, Мирабель, - мой голос снизился до шёпота.       – Я знаю, – улыбнувшись, она произнесла это с нотками веселья, – Надеюсь, Долорес ничего не слышала.       – Долорес у себя, и, наверное, уже спит. Поэтому наш разговор не слышал никто, кроме нас. Верно, Касита? - я улыбнулся и похлопал ладонью по стене. Касита похлопала паркетом, и подняла ставни в жесте, мол, а что я? Я здесь не причём!