Лето, любовь, волейбол!

      Кагеяма лежал на кровати в своей комнате и по обыкновению подкидывал в потолок мяч. Давняя привычка, которая помогает ему успокоиться. Вот и сейчас она ему пригодилась. Ни на площадки, ни на улице он больше не мог чувствовать себя нормально. А точнее везде, где есть Хината. «Мелкий коротышка. Придурок. Везде за мной таскается, никакого покоя с ним нет. Еще что-то про победу надо мной говорит. Даже в волейбол нормально играть не умеет. Бесит.», - ругал он его про себя. Как же он его порой раздражал. Но он был ему нужен. Никто еще с таким достоинством и восхищением не принимал его пасы. А пасы - это и есть сам Кагеяма. И получается, что Шое так принимает его самого. Таким, какой он есть. Будь он хоть королем, хоть Императором. Тобио привык быть один, но пока на площадке есть Хината, он больше этого не хотел. Теперь ему не нужно оборачиваться - он знает, что за спиной есть тот, кто поймает любой мяч. Мяч…А где мяч? На Тобио смотрело два сияющих карих глаза. «Какие красивые», - подумал он. Кубки и награды с грохотом разлетелись по полу. Лишь одна статуэтка чудом устояла и сейчас, дребезжа, кружилась на полке. Но, кажется, кружилась не только она, а еще и голова Кагеямы. Это он со всей силы кинул мяч в стену. Подскочив на кровати, он начал жадно глотать ртом воздух. Сердце парня колотилось, как бешеное. И он судорожно переводил взгляд то на мяч на полу, то на свои дрожащие руки. - Сынок, у тебя все хорошо?, - донесся обеспокоенный голос матери где-то за дверью. - Да, неудачно споткнулся. Прости. Наваждение потихоньку начало спадать. Кагеяма медленно встал и подошел к мячу. - Аккуратней там. Уже девятый час. Лучше ложись спать пораньше. - Хорошо, мам. Прости еще раз. - Эх, Тобио, Тобио…Что с тобой происходит… Шаги за дверью начали отдаляться и вскоре вовсе затихли. «Я тоже не знаю. Что за черт? Я теперь его рожу еще и в мяче видеть буду? Это из-за того, что он тоже рыжий?». Кагеяма недоуменно крутил кожаный шар в руках, силясь понять, что же в нем напомнило ему о назойливом коротышке. Каждый божий день они были вместе. Вместе тренировались, вместе ходили в школу, вместе шли после нее домой. Тобио уже не представлял свой день без Хинаты. Он видел это раздражающе воодушевленное лицо ежедневно. И настолько привык, что не обращал внимание на то, что почти не остается наедине. А сейчас…вот уже неделю он почти его не видел. Даже старался не смотреть в его сторону на тренировках или в коридорах школы. Ему казалось, что без Хинаты было бы в разы спокойнее. Никто бы не вился юлой под ногами, не орал и не попадал в неприятности на право и на лево. А сейчас поймал себя на мысли, что соскучился. В голове было слишком тихо. И в то же время мысли о Хинате заглушали все вокруг. Кагеяма искренне не понимал, что с ним происходит. Раньше он спокойно переносил выходки этого рыжеволосого. Хоть и ругался на него и бесился, но был рад встречи с ним. Да он и сейчас хотел его увидеть, но не мог. В последнее время каждый раз, как они встречаются, Кагеяму аж передергивает. Руки не слушаются и приходится в сто раз сильнее концентрироваться, чтобы сделать нормальный пас. Появилась, непонятно откуда взявшаяся, робость. Стало легче общаться с кем угодно, лишь бы не с Хинатой. Когда он его внезапно окликивал сзади, сердце подпрыгивало, пропуская удар. Появлялся страх, желание убежать, спрятаться. Но в то же время хотелось оставаться где-то поблизости. Нет, это не было свойственно для парня его уровня. Даже перед важной игрой с тем же самым Ойкавой он не так волновался, как при встрече со своим напарником. Кагеяма снова лег на кровать. Закрыл глаза сгибом локтя и прошептал: «Неужели я все еще думаю о том недоразумении? Ну что за бред?». Тогда он и вспомнил, с какого момента перестал относиться к Хинате, как прежде. После тренировочного лагеря. А точнее после определенного случая в этом лагере. "Нет, пора это прекратить. Надо прийти и во всем разобраться." Кагеяма подхватил на плечо спортивную сумку и осторожно вышел из комнаты.