За секунду до

***

мне есть о чем тебе рассказать.

      В середине октября грянул ежегодный банкет. Корпоратив решено было проводить с размахом: юбилей клиники случается далеко не каждый день. Просторный и даже, будто бы чересчур пафосный банкетный зал с видом на Большой театр, изысканная кухня и нескончаемый список гостей. Лена никогда особенно не любила шумные мероприятия: слишком долгое нахождение в толпе её тяготило. И поэтому на подобных празднествах женщина либо пила — редко, но метко, и скорее: от безысходности, либо скучала.       Настроение и сегодня было скорее в пределах нейтральных значений, но лицо, согласно должности Миронова держала стойко. Потягивала апероль Шприц, болтала с закадычной подружкой Веркой, привычно дружески щебетала с окончательно и бесповоротно женатым Донжуаном.       Осенний вечер перестал быть томным, когда в их интимно дружескую компанию без спроса затесалась молоденькая ординатор Виктория, считавшая своим долгом раструбить во всеуслышание последние новости.       — Агапов приехал! — Восторженно завизжала блондинка, томно сверкнув глазами.       Лена глухо выдохнула и напрягла лопатки под струящимся шёлком пиджака — Незаметно. Прислушалась к самой себе. Внутри что-то стыло дрогнуло. О встрече Они не договаривались. Женщина обмолвилась, что пойдёт на банкет — ненадолго — всего на пару часов. Агапов пожелал ей хорошо провести вечер, не оставив и намёка на то, что сам являлся почётным гостем в столь длинном списке.       — Такой мужчина! — Женщина слышала что-то урывками. Что-то на Восторженном. — И, кстати, разведённый! Гулящий, конечно, но кто не без греха!       В том, что Михаил откровенно пользовался женским вниманием: таскал барышень в постель без особой прелюдии, Миронова почти не сомневалась. Все-таки, как ни крути, а привычки не скроешь.       Виктория продолжала заливаться соловьём, не замечая как Лена крепче сжимала пальцами бокал апероля, делая жадный глоток.       — Может и повезёт сегодня кому-то! — Стук тонких шпилек прочь.       — Непременно… — Хрипло усмехнулась Лена, шагая прочь от хмельной духоты.       — Елена Александровна! — Уйти прочь не получилась: ступив всего полшага, она встретилась с Ним лицом к лицу. — Рад встрече…       Агапов выглядел абсолютно довольным жизнью: дорогой брендовый костюм, привычный стойкий запах одеколона и безобразно счастливая улыбка во всё лицо. Женщина порывисто отстранилась на приемлемое расстояние.       — Добрый вечер. — Вернуть себе стабильность и душевный покой было не так уж и просто, а особенно когда Он скользил по Ней горящим взглядом.       Минуты потекли сквозь пальцы: Михаил без труда влился в разговор: шутил, громко болтал и смеялся на пару с Бывшим Донжуаном. Лена то и дело вздрагивала, затаив дыхание: Агапов то за локоть придержит теснее, чем следовало, то пальцами по спине проскользнёт, то и вовсе за талию обнимет. Вот так вот запросто: без громких слов и излишних назойливых ухаживаний, упрямый мужчина превращал этот корпоратив в их первый официальный выход в свет. Вместе.       Время от времени мужчина ощущал на себе прилипчиво пылкие взгляды. Выдыхал с грохотом, хватал жадными глотками виски со льдом и крепче прижимал Миронову к себе за талию. Так спокойнее.

***

      Они остались наедине неожиданно: Верка упорхнула на танцопол, гонимая ритмами музыки, бывший Донжуан, он же — вечный балагур-однокурсник, уходя, шепнул Лене на ухо: «Пойду-ка Я от вас… А то вдруг твой строитель меня случайно в котлован бетоном закатает, ревностью преисполненный…» Миронова только устало фыркнула.       — Почему мне кажется, что Ты мне не очень рада? — Вкрадчиво уточнил Михаил, невесомо поправив волнистую прядь, упавшую на лицо.        — Почему же… — Прикусывая губу до крови, она отстранилась от его пальцев. — Я рада. Впрочем, как и все собравшиеся здесь… Дамы… Ты явно не будешь обделен женским вниманием, к которому так привык.       Женщина шумно ойкнула, упёршись лопатками в так кстати расположенную колонну. Мужчина беззлобно улыбнулся, скользнув пальцами по ремешку наручных часов.       — Тебя всё это настолько волнует, что ты решила навести обо мне справки? — Раздражённо бросил Михаил, шагнув ближе. — Хотя могла поговорить со мной открыто.       Рассердился. Мышцы лица напряглись и окаменели, а в голове неприятно загудело. Образ состоятельного бабника настигал мужчину время от времени: до скороспелого брака с Кристиной и после тяжёлого развода. Всё, что писали о Нём светские таблоиды, Агапов оставлял без внимания. В конце концов, заниматься бесконечной борьбой с ветряными мельницами — пронырливыми журналистами — не было времени. Да и чего греха таить, всё то, что было напечатано на страницах изданий, возможно и было многократно преувеличено, всё же имело под собой прочную основу. Михаил случался распутником и скрывать это не видел смысла.       Вот только теперь столь яркая репутация неожиданно сыграла с ним дурную шутку. Ситуация была явно дурацкая: мужчина не любил говорить о прошлом и ненавидел оправдываться. Хотя от мысли: почему Миронову вдруг так задело это самое, его тёмное прошлое, приятно потянуло в груди.       — Справки нашли меня сами. — Устало выдохнула женщина, слегка улыбнувшись. — Ты зачем приехал?       — К тебе… — Беззастенчиво промурлыкал в ответ. — С друзьями твоими познакомиться… Да и тебя одну, такую красивую, надолго оставлять нельзя. — Прижавшись носом к тонкому изгибу шеи, судорожно втянул носом нотки вишни.       — Ревнуешь? — Усмешка скатилась по губам, и она что есть силы попыталась вырваться из его рук. Сил не было.       — А ты — нет? — Его уверенный шёпот скользнул выше, обжигая нежную кожу за ухом.       Лена судорожно выдохнула и шумно сглотнула, когда его пальцы скользнули под ткань пиджака.       — Миша, люди вокруг… — Очнувшись, Лена крутанула головой по сторонам, радуясь, что обзор был так удачно прикрыт от посторонних глаз.       — Правильно. — Садистски невозмутимо протянул Михаил, сминая тонкую ткань топа под пиджаком. — Вокруг люди, а ты так резонируешь…       Её и вправду подёргивало недвусмысленной дрожью. То ли от выпитого просекко, то ли от крепких объятий, Елена была готова ловить кайф от каждого его прикосновения и слова, вовсе не заботясь об имидже и конспирации.       — Молчи… — Пальцы скользнули вдоль приоткрытых губ. — Если ты скажешь хоть слово, я перестану за себя ручаться.       Мужчину и самого трясло не по-детски. Косые мышцы живота запредельно напряглись, а аритмичный пульс грохотом стучал в голове.       — Запомни, Девочка моя… — Серьезно отозвался Агапов, перехватив внезапно ясный взгляд темно-серых. — Я слишком люблю тебя, чтобы зажимать пьяную в туалете ресторана. Пусть даже: ты сама не имеешь ничего против.       Она была не так пьяна, как ему могло бы показаться. Да и как ни странно, но яростно горящие глаза и совершенно непоколебимый тон Её порядочно отрезвили.       — Потанцуй с мной.       — Это — запросто… — Он взял её за руку и наконец вывел из тени колонны.       Они танцевали еще ни раз и ни два. Руки у неё холодные. Цепкие пальцы на лацкане пиджака. Глаза абсолютно ясные, без единого намёка на хмельной морок, томно искрили звёздами в осеннем небе. Губы — сладкие. От одного лишь короткого поцелуя, у Агапова внутри всё зазвенело.       — Миша… — От того как Его собственное имя звучит из Её уст мужчина каждый раз готов взлететь до небес. Ничего лучше в своей жизни Он уже не услышит. — Отвези меня домой. — Вторая просьба — почти приказ за последние полчаса.       Он не стал возражать: после столь эмоционального диалога, обоим стоило немного остыть. Прохладно влажная осенняя ночь была кстати. Женщина наотрез отказалась ехать с Ним в его городскую квартиру. Всё, что осталось Агапову: глухо выдохнуть, по-джентльменски проводить Лену до её квартиры, поцеловать и пожелать спокойной ночи.

***

      Агапов так и не понял: в какой момент всё вышло из-под его контроля. Почему теперь рано утром — всего спустя несколько часов после прощания — Лена запросто появилась на пороге его дома с двумя чемоданом за спиной?       — Что происходит? — Михаил застыл в дверях, напрягся всем телом, недоверчиво оглядев женщину с ног до головы.       — Ничего. — Лена улыбаясь, легонько коснулась его губ своими. — Ты, может, впустишь меня? — Габаритный багаж явно говорил сам за себя.       Михаил молча дёрнул ручки чемоданов, затаскивая их через порог. Миронова вошла следом, сняла удобные кеды и с усмешкой наблюдала откровенное замешательство на лице мужчины.       — У тебя дома ремонт? Или горячую воду отключили? Или… — Он мог придумать ещё тысячу и один повод столь спонтанного решения.       — Нет. Нет. И ещё раз нет. — Она вдруг почему-то робко прильнула губами к его крепкой шеи. — Я просто так.       Он пропал. Абсолютно. От этой стылой дрожи её тембра, у Михаила внутри обдало приятным теплом. Не помня себя от нахлынувшего счастья, Агапов притянул её за плечи критически близко, упиваясь терпкой сладостью её кожи.       Знал бы он только, что она не спала всю ночь. Хмельной морок спал окончательно после прохладного душа. Его слова эхом звенели в ушах, не давая покоя. Его «люблю» прозвучало так серьёзно, что у Лены внутри всё перевернулось. Первый раз он сказал это вслух, так что по коже табуном пробежали мурашки. Не от самих слов, а скорее от внимательного взгляда прямо в глаза.       — Ты могла позвонить мне. — Совершенно серьезно отозвался Он сквозь поцелуй. — И не тащить эти чемоданы сама. Почему не позвонила?       — Могла, но не захотела. — Весьма уклончиво просипела Она, уткнувшись лицом ему в грудь.       Женщина уже так привыкла всё делать сама — не просить и не ждать чьей-то помощи — что так просто снять с себя весь груз ответственности всё ещё не могла. Хотя и очень старалась. Она была слишком самостоятельной. Чересчур — в ущерб самой себе. Михаила такое положение вещей страшно злило и выводило из равновесия, хоть он и старался держать себя в руках.       — Никогда так больше не делай. — Тёплые пальцы скользнули по плечам, заставляя слегка намокший плащ упасть на пол.       Так и хотелось послать всё к чёрту: схватить Ленку покрепче, затащить в спальню, запереть дверь, и до завтрашнего утра не вылезать из постели.       — Прости, я вчера была явно не в себе. — Женщина улыбнулась, поправляя сбитый ворот рубашки.        Вместо ответа мужчина вновь утянул её в поцелуй: сладкий и глубокий. Кто знает: смог бы он всё это ей сказать, не устрой Ленка этот демарш.       — Давай договоримся… — Лена глухо выдохнула, когда мужчина навис над ней, скользнув руками по бедрам в джинсах.       — Именно сейчас? — Недоверчиво нахмурился Агапов, целуя беспорядочно пульсирующую синюю венку. — Может всё-таки потом? — Рубашка и тонкая майка полетели к чёрту.       — Нет, сейчас… — Почти простонала женщина, закатив глаза, пока он оставлял засос на тонкой коже. — Миша! — Господи, опять этот Её голос. И совершенно не имело значение: бранила она его или умоляла.       Он остановился: как только клацнул пряжкой её ремня, избавляясь от джинсов и белья.       — Если ты вдруг подумал, что Я идеально подхожу на роль хозяюшки, то немедленно раздумывай назад. — Совершенно серьезно заявила женщина, сквозь очередь рваных вдохов. — Меня может сутками не бывать дома. Да и готовить я очень хорошо умею, но почти никогда не успеваю.       Агапов не сдержал рвущуюся наружу волну смеха, одним ловким движением подминая её под себя.       — Ты можешь делать все, что тебе хочется. — Хрипло бросил мужчина, скользнув внутрь. — Просто будь со мной. — Выдохом в самые губы.

***