Мальчики, это что ещё такое?

— Чон Чонгук, какого чёрта? — Чимин вернулся с учёбы и зашёл в свою комнату. Он знал, что его младший брат может быть там, но никак не рассчитывал, что застанет его в довольно интересном положении. — А, ой, хён, ты уже вернулся? — Чонгук реагирует на крик и мгновенно встаёт с кровати. — Как видишь, — взгляд старшего мечется между Чонгуком и кроватью, где лежит какой-то незнакомый альфа. — Хён, я… — Молчать, — Чимин сбрасывает рюкзак под стол и вешает джинсовку на спинку кресла. — Значит так, берёшь сейчас своего кавалера, и вдвоём двигаете на кухню. Там и объяснитесь. Чонгук согласно кивает, ибо злить брата ещё больше не хочется, сам понимает, что виноват, поэтому провожает нервного старшего взглядом и поворачивается к альфе: — Говори только тогда, когда он обратится напрямую к тебе, понял? — В-вроде того, — парень был действительно в шоке от происходящего, он хотел провести время со своим парнем, а тут случилась облава в виде Чимина, о котором Чонгук, конечно, не говорил ничего плохого, но личное преждевременное знакомство вытеснило из головы все факты и оставило лишь яркий баннер «бежать». — Гуки, он же меня не убьёт? — Тебя – нет, — отвечает Чонгук и манит альфу за собой, — а вот меня может, — говорит уже тише, стараясь сильно не нервничать. — Чон Чонгук! — слышится из кухни, оба парня вздрагивают и спешно идут на голос. Чимин и так был уставшим – благо сегодня работы не было, только пары в университете и практические занятия в автошколе – а тут ещё и эти двое. Он хотел прийти домой и сразу завалиться спать, желательно в обнимку с Чонгуком, однако, видимо, придётся ещё некоторое время пободрствовать. Конечно, парню следовало бы и поесть, но сейчас он может думать лишь о том, чтобы побыстрее вправить брату мозг и лечь спать. — Хён, — Чонгук кивает альфе садиться за стол, а сам подходит к Чимину, намереваясь того немного задобрить, — я не знал, что ты так рано вернёшься. Прости. — Чон Чонгук, — парень снимает с себя руки брата и серьёзно продолжает, — моё отсутствие не даёт тебе права сношаться в моей комнате, на моей кровати! — Мы ничего такого не делали, — Чонгук не оставляет попыток обнять старшего, — я бы не посмел заниматься любовью на нашей кровати, — парень делает акцент на принадлежности мебели, напоминая Чимину о том, какие чувства он к нему испытывает. Омега тянется к губам брата, но тот резко отстраняет лицо наглого младшего от себя, отклоняясь чуть ли не под девяносто градусов назад. — Не лезь ко мне, я видел, что ты этими губами только что делал, — пренебрежительно произносит Чимин, косясь на ничего не понимающего альфу. — Как зовут-то тебя, нагрянувшее счастье? — Духун, — неловко отвечает парень, ища глазами поддержки в Чонгуке, — Бэ Духун. — Пак Чимин. Старший брат этого балбеса, — представляется омега, немного смягчаясь в поведении. Он садится рядом с альфой, оставляя брата стоять у гарнитура. — Как давно вы вместе? — Хён, мы… — Не с тобой разговариваю, — рявкает Чимин на Чонгука и снова поворачивается к Духуну, — а с ним. Парень и сам сжимается от властного голоса Чимина, хотя по идее, будучи альфой, не должен бояться подобного. На краю сознания он отмечает, что высокий мускулистый Чонгук, способный поднять вес в два раза больше своего и сломать запросто пару костей в чужом теле, смотрится довольно забавно, когда беспрекословно подчиняется такому хрупкому, стройному, милому парню, однако на всю жизнь запоминает, что в этом омуте не то, что черти – сам король ада любит плавать. — Чуть меньше двух месяцев мы встречаемся, — тихо отвечает альфа. — Боже, Чон Чонгук, это идеальный вариант для тебя, — усмехается Чимин, — такой нежный мальчик точно сможет гармонировать с твоей безбашенностью. — Хён, он просто тебя боится, — вставляет Чонгук и под шумок готовит брату успокаивающий чай. — Да? — наигранно удивлённо тянет старший. — Духун, а почему ты меня боишься? — Потому, что вы так резко ворвались, — не поднимая глаз, отвечает парень. — Комната моя – имею полное право, — Чимина уже начинает забавлять этот скромный, робкий альфа. — Да, но всё-таки меня это испугало. Чонгук отключает чайник немного раньше положенного, заливает горячей водой травы в чашке и ставит их с альфой спасение под носом брата. Чимин всегда был падок на ароматы, и Чонгук, как никто, прекрасно осведомлён о слабостях своего старшего брата. Чай немного отвлекает внимание всё ещё нервного Чимина, парень делает несколько глотков и откидывается на спинку стула, потирая пальцами переносицу. — Слушайте сюда, братец-кролик и случайно оказавшийся здесь Духун, — переводит взгляд на младшего омегу, жестом показывая сесть напротив, — я не против отношений, я, собственно, и не имею права запрещать – это удел родителей – у меня будет только пару правил, — парень строго смотрит на брата, а потом встаёт, чтобы одновременно видеть обоих виноватых. — Значит так, во-первых, Духун, не бойся меня, я злой не только из-за того, что застал вас в своей кровати, — Чимин действительно очень устал, он буквально на волоске от того, чтобы психануть и заснуть прямо в кухне на столе. — Второе: не валяться, не целоваться, не спать в нашей общей комнате, понял, Чон Чонгук? — Хватит называть меня так официально, — закатывает глаза младший омега. — Буду. Я ещё обижен, — Чимин понемногу успокаивается, но ещё хочет побыть строгой сукой, ибо какого такого Чонгук ему целых два месяца не рассказывал, что у него альфа появился. — Главный подпункт второго правила: не осквернять нашу кровать. У Чонгука есть своя отдельная комната, вот там делайте, что хотите, — альфа кивает, немного краснея ушами. — И последнее, но не по важности. Духун, — парень дёргается от резкого обращения, — не приведи Господь ты оплодотворишь его. Надевай по три презерватива, делай вазэктомию, не используй свой член вообще – как угодно изворачивайся, но до беременности чтобы не дошло. Понял? — П-понял. — Минни, золотце, не будь так серьёзен, — все трое оборачиваются к двери, где стоял Ёнсу. Не то чтобы старший омега специально подслушивал, но оповестил о своём присутствии он явно позже, чем планировал. — Чонгук у нас уже взрослый мальчик, совершеннолетний, может сам распоряжаться своим телом, — мужчина проходит и целует в макушки обоих сыновей. — Пап, я же не спорю, просто заканчивать институт с ребёнком на руках будет очень сложно. Я о нём же беспокоюсь! — А никто не хочет помолчать минутку и выслушать меня? — Чонгук встаёт, занимает место Чимина, чтобы все его видели, и подзывает к себе Духуна. — Нас, — Чимин лишь разводит руками. Ёнсу кивает и садится за стол, готовый слушать. — Так вот. Пап, знакомься, это мой парень, мой альфа Бэ Духун. Хун, это мой отец-омега Чон Ёнсу, — старший омега с интересом разглядывал парня, прислушиваясь к своему чутью. — Чимин-хён, между нами ничего «такого» не было. Духун младше меня, а я не буду спать с несовершеннолетним, так что успокойся. Я не хочу пока детей, поэтому, если «что-то» и произойдёт, то я буду предельно осторожен. — Гуки, Чимин, конечно, сильно переживает, но правильную вещь всё-таки сказал, — немного подумав, выносит вердикт Ёнсу, — ваши отношения – ваше дело, только давай без беременности пока что. — Пап, я для кого тут объяснял всё только что? — закатывает глаза Чонгук. — мы не планируем пока спать вместе. — Всякое в жизни бывает, сынок, — старший омега подмигивает и встаёт из-за стола. — Вы, главное, подгадывайте так, чтобы нас с Донгсуном дома не было. — Пап! — Ёнсу уходит из кухни под громкий возглас обоих сыновей. — Забавный у вас отец, — подаёт голос Духун. — Это да, — соглашается Чимин и переводит взгляд на брата. — Гуки, иди сюда. Чонгук улыбнулся и, радуясь, что Чимин больше не злится, влетел в объятья старшего, сразу впечатываясь в его губы своими. Чимин ждал этого целый вечер и, наконец, дождался. Чонгуку тоже было не по себе от того, что брат не поприветствовал его как обычно, а сразу наехал с нравоучениями. — Секундочку, — альфа к такому яркому проявлению братской любви точно не был готов, — я правильно понял: вы сейчас поцеловались? — Да, Хун, привыкай, — отвечает Чонгук, слезая с бёдер брата, — для нас это нормально. Поговорив ещё немного, Чонгук пошёл провожать Духуна домой, а Чимин смог нормально поесть, переваривая тот факт, что его брат взаимно влюблён. Нет, это не что-то странное, просто Чимин не ожидал, что младшенький его обгонит. Чимин ни с кем не встречался раньше, та и никого на горизонте не виднеется. — Хён, всё в порядке? — спрашивает Чонгук, вешаясь на брата, даже не сняв куртку. — Смотри, кого я на улице нашёл. — Привет, пап, — Чимину даже поворачиваться не нужно, чтобы понять, кто шумит в прихожей. — Привет, солнце, — альфа тоже уставший, переобувается и проходит в кухню, чтобы нормально поздороваться. — Хён, пойдём, — Чонгук поднимается и оставляет только руки на плечах брата. — Тебе спать пора, — парень сжимает пальцами уставшие мышцы и проводит пару раз по шее, разминая. — Цена вопроса – поцелуй, — с улыбкой отвечает старший и отклоняется назад, запрокидывая голову. Чонгук не отказывает и даёт то, чего Чимину хочется. Губы мягко соприкасаются несколько раз, младшему становится весело, и он покрывает быстрыми чмоками всё лицо брата, напоследок лизнув кончик носа. — Какие вы сладкие, ужас просто, — шутя говорит наблюдающий за этой картиной альфа, — Гуки, твой парень как вообще относится к вашим целовашкам с Минни? — А у него нет выбора, кроме как принять, — отвечает Чонгук, целуя брата крайний раз. — Чимина я знаю всю жизнь и очень люблю, а с Духуном у меня может ничего и не получиться. — Так, испаритесь с глаз моих, — приказывает альфа, чуть не срываясь на смех, — вам обоим вставать рано. Братья решают не спорить и уйти в свою комнату. Чимин отправляется в душ, а Чонгук расправляет постель и листает соцсети в ожидании старшего. — Я бы спал уже несколько часов, если бы не ты, — жалуется Чимин, залезая под одеяло. — Прости, хён, — Чонгук загребает брата в объятья и позволяет лечь на своё плечо. В дверь стучат, и на пороге появляется Ёнсу: — Спокойной ночи, мальчики, — парни кивают, устраиваясь поудобнее. — Боже, Гуки, кончай качаться, кровать king-size в эту комнату не войдёт. Все трое смеются, но вопрос комфорта в последнее время действительно стоит довольно остро. Чимин почти не меняется в размерах, разве только руки немного округлились из-за постоянного перетаскивания коробок с расходниками в кофейне, а вот Чонгук из спортзала практически не вылазит, что видно по его телу. — Пап, не переживай, если он станет больше кровати, то я его выгоню в личную спальню, — говорит Чимин, шлёпая брата по груди. — Ты не посмеешь. — О, поверь, ещё как посмею, — между братьями завязывается шуточная борьба, в которую Ёнсу решает не вмешиваться, он лишь желает сыновьям добрых снов и уходит, прикрыв за собой дверь. Тем не менее, засыпают парни довольно быстро, обменявшись напоследок поцелуями.