Копия моего «идеала»

— И звёзды в небе. Сияют ярче. В твоих глазах. Твоих глазах! Вокальные данные Рональда оставляли желать лучшего. Уши в трубочку каждый раз, когда он в приподнятом настроении вспоминает очередную, популярную попсу. Проходя мимо со стаканчиком заваренного зелёного чая, рыжий чёрт шлёпнул своего друга по жопе. Который стоял у автомата, желая добыть для себя спасительный, крепкий напиток, и никого не трогал! — Да чтоб тебя хуем через крышу, — ругнулся Гарри, от неожиданности дёрнувшись и ткнув на кнопку не того напитка. Минус семьдесят пенсов. Теперь в стаканчик наливался латте вместо мокко. Но злиться на дружбана всё равно не получалось. Изо рта лишь вылетало ворчание: — Уизли, блядь, я твоего отца на скальпеле крутил. Гони фунт. — Сколько приятных слов в свой адрес услышал за несколько секунд, — хохотнул придурок, останавливаясь у края автомата и приваливаясь к нему боком, — а с хера ли фунт насчитал? — Новый кофе, плюс моральный ущерб. Чего ты здесь шатаешься? — Жду благоверную свою. — Она тебя с работы забирает? — Сегодня — да, — Рон сделал большой глоток, — поздороваешься? — Обязательно. Давненько Гарри не видел подругу, он обязательно должен её поприветствовать. Как и их маленькое солнышко. Меньше чем через два месяца Роза станет именинницей. Семь лет исполнится! Надо бы уже сейчас подумать о подарке, поискать что-нибудь интересное в интернете. А ещё уточнить момент с приходом в дом Уизли вместе со своим избранником. С Роном проблем не будет, он успел узнать Тома получше и его подозрения утихли, а вот Гермиона если и была в курсе, то ровно настолько, насколько ей поведал муж. Роза тоже ни разу не видела Тома, её голос не менее важен. — Слушай, никто из вас не будет против, если Том придёт со мной на день рождения Розы? — О, — ухмыльнулся рыжий мужчина, — а я всё гадал, когда ж ты решишься? Бери этого паразита. Не оставлять же дома. — Круто! Но у твоих леди я тоже спрошу. Особенно у маленькой. Если Рози будет против, я приду один. И никаких оговорок. Поттер не станет портить крестнице праздник, притащив кого-то непонятного. К слову об этом: — А кто ещё собирается прийти? Друзья самой Розы будут? — Ой, не напоминай, — Рон неприятно скривился, — друзья — это ещё ничего. Я даже стерплю некоторых мамаш и папочек этих детей. Но своих братьев — нет! Особенно близнецов! Злая ирония. Уизли очень любил своих родственников, но на расстоянии. На очень большом расстоянии. Сразу, как съехал из родительского дома ещё будучи студентом. — А бабки-дедки? — Приедут. И мои, и Гермионы. Толпа будет огромной, так что готовьтесь, — допивая остатки чая, Рон выбросил пустой стаканчик в рядом стоящую урну. — Это вы готовьтесь. Вкусняшек должно быть немерено, — торжественно заявил Гарри, а после подло добавил: — Гони мне фунт за кофе, я ничего не забыл! — Хэй, мальчики! Радостный голос Гермионы заставил обоих мужчин обернуться. Она шагала к ним в строгом костюме, тихонько стуча каблучками, лёгкое бежевое пальто перекинув через предплечье. Гарри засиял при её виде и отпихнул законного мужа, офигевшего от такого поворота: — А ну-ка брысь! И тут же бросился к подруге с объятиями. — Гермиии! Я так рад тебя видеть! Гермиона охнула от его пылкости, а после звонко засмеялась и обняла в ответ. — Привет, привет, Гарри. Я тоже очень рада тебя видеть. — Эй, Поттер! Это вообще-то незаконно, отбирать у меня возможность первым обнять жену! — Сказал похититель моего кофе, — сварливо парировал омега, целуя женщину в обе щёки с привкусом пудры. — Как там моя Рози? Всё хорошо? — Всё просто замечательно. Уже начинает потихоньку планировать свой праздник, — Гермиона ласково погладила друга по руке и жалостливо улыбнулась, увидев как понурый муж подошёл ближе и встал по правую сторону. Рука Гермионы коснулась веснушчатой щеки. — Ну что ты? — Хочу встретить как полагается, — пробурчал Рон, ластясь к ладони жены. — Ладно, пёс с тобой. Гарри сделал гребанное одолжение. Достаточно было увидеть кислое выражение лица друга, чтобы дать ему возможность, временную, обнять жену и нацеловаться с ней вдоволь. Целый день не виделись. Соскучились друг по другу. Да, Гарри тоже был бы не прочь сейчас обнять и зацеловать своего котёночка. Они не виделись с самого утра. Экзамены близились, и Том усердно к ним готовился. Поэтому Гарри старался не мешать. Лишь иногда отвлекал, по себе зная, как могут закипеть мозги от напряжённого впихивания материала. У Тома не было проблем ни с запоминанием, ни с изучением, но без трудностей так или иначе не обходилось. Он задрал самому себе чрезвычайно высокую планку, и теперь надрывался. Разумеется, не просто так. Из желания быть лучшим, попасть в кадровый резерв, где его быстрее заметят. — Ну всё, хватит, — Гермиона первая отстранилась, — иди переодевайся, я не стала заглушать мотор. — Могла тогда просто позвонить, зачем было заходить сюда? — Попробуй догадаться, — Гермиона посмотрела на Гарри. И всё стало ясно. — Ладно. Дружище, — Рон подошёл к омеге, достал смятую купюру и засунул, прямо как проститутке, в грудь, — оттянись этой ночью. — Козлина, — засмеялся Гарри, вынимая денежку, пока та сама не вылезла через низ. Когда Рон оставил жену и лучшего друга одних, последний спросил: — Ты не против, если я приду к Рози на праздник со своим альфой? — Знаешь, Гарри, у меня были сомнения, что с этим мальчиком у тебя всё будет хорошо, — Гермиона перешла на серьёзный лад, заставляя омегу переживать о возможном отказе, — сначала он просто был похож лицом на того человека. Позже мы узнали, что твой новый избранник — его сын. Я помню, как ты привёл его к нам на Рождество. Это было ужасно. Розе он не понравился. Но, думаю, с Томом всё будет по-другому. Он хороший мальчик. Если уж Рон его признал, и ты счастлив, я в этом уверена. Поэтому да, мы не будем против. После её слов гора, упавшая с плеч, сменилась чувством стыда. Даже ребёнок почуял в мудаке-Воланде что-то не то. А Гарри, слепой идиот, позволял с собой играть полтора года. Ну не дебил ли? Дебил. — Спасибо. Но у Рози всё равно обязательно спроси. Не хочу ненароком испортить ей праздник. И кстати об этом, вам помощь нужна? Ты сразу говори, я помогу. — Ну вот ещё, будешь ты брать на себя какие-то расходы, — категорически отказалась женщина, — нет, Гарри. Мы уже потихоньку начали приготовления, поэтому ко дню рождения успеем. Ах да, Роза знает, что у тебя появился новый альфа. Я как-то ей сказала, что он ещё учится, так она сразу загорелась желанием познакомиться. Гарри разразился смехом. Если до этого были сомнения, стоит ли брать Тома, теперь ситуация перевернулась — котёночку не отвертеться от похода в гости! — Я её обожаю! Даже не стала упрекать, почему я связался с таким мальчиком, какой же чудный ребёнок! Чмоки ей от меня! — Обязательно, — с улыбкой заверила Гермиона. — Всё, я готов! — почти на весь коридор прокричал Рон и быстренько к ним пошагал. Каждый шаг — шаг к свободе. Оставляя позади себя рабочую смену. Везучий, рыжий чёрт. А кому-то всю ночь сидеть в комнате для отдыха, залипая в интернете и следя за вызовами. В компании с таким же скучным, как эта ночь, хирургом Макнейром, набравшим подработки, как не в себя. — Давай, проваливай, отец семейства, — Гарри прощально хлопнул альфу по плечу. — Рози привет! С уходом друзей накатила грусть. Да так она сильно ударила под дых, что отставленный стаканчик с латте, куда был добавлен сахар, неприятно загорчил. Чего он, в самом деле? Всё было хорошо, успел и поволноваться, и посмеяться, а теперь чувствовал себя какой-то брошенкой. Нет-нет-нет, в таком настроении находиться совершенно нельзя! Скуку и тоску необходимо немедленно разбавить. — Пообщаться с котёночком, — сам себе дал цель, щёлкая пальцами. Если, конечно, Тома не сморило сном после долгих занятий… Привет, котёночек! ✨ Как ты там? Не утонул в книжках? Ответ пришёл через две минуты. Телефон точно находился рядом:

Привет, Гарри. Ты чувствуешь, когда нужно написать. Только что оторвался от них. Решил заварить кофе и перекусить твоими печеньками.

— Твоими печеньками, ну-ну, — вслух подумал Гарри, тихонько посмеиваясь. Печь что-то десертное до сих пор получалось из рук вон. Тогда как вторые блюда из духовки возымели успех. Сласти Гарри возможно употреблять только с добавлением чего-то похожего на сгущёнку или сироп. Именно они перебивали стойкий вкус муки с лёгким налётом какао. Правильно, надо отвлекаться. Я тоже сейчас один и хочу отвлечься. Друг-дебилушка уже счастливо ушёл домой со своей любимой женой, а я сижу и завидую, что остался.

Хочешь, я напишу тебе много приятных слов?

Вопрос ведь мог звучать совершенно иначе, с привкусом насмешки, если бы добавилось слово «чтобы». Без него же предложение звучало, как готовность сделать что угодно, только бы Гарри было приятно. Его милый-милый альфа… учился не только в плане образования или навыков, но и говорить так, чтобы не обидеть. Хочу, мой котёночек. Очень хочу.

Ты трудолюбивый, самый ответственный, самый прекрасный и лучший омега на свете. Я бесконечно счастлив, что именно мне выпала честь быть рядом с тобой. Я тебя очень, очень сильно люблю. И сейчас я чувствую, что ты улыбаешься, читая это сообщение.

Гарри буквально расплывался в улыбке. Каждое слово оставляло тёплый след в душе и сладкий привкус на языке. Мой котёночек! Как же я тебя обожаю. Ты принёс в мою жизнь столько ярких красок и эмоций! И даже дольку ответственности. Мне приятно учить тебя чему-нибудь хорошему. А ты — лучший ученик!

Спасибо за ответные, тёплые слова. Теперь хочу крепко, крепко обнять тебя. А ещё исцеловать всё лицо. Ты так смешно жмуришься во время этих поцелуев.

Теперь я тоже хочу, чтобы ты меня обнял и исцеловал. Хочу, прямо сил нет! И ещё хочу погладить тебя по голове, на которой сейчас наверняка беспорядок, потому что расчесаться некогда. Но мне так даже нравится. Ты такой домашний сразу

Я тебе больше скажу. Сейчас я сижу в кигуруми.

— О, Боже… Второй удар под дых, но теперь виной огромная волна милоты. Гарри сдержал данное обещание, подарил кигуруми в виде котика. И когда Том впервые показался в мягком костюмчике, омега затискал его, краснючего, но не сопротивляющегося. Потому что нравилось. Фотку! Срочно фотку! Я хочу это видеть! Нет ничего лучше, чем насладиться своим альфой в милой одежде, пока сам торчишь на дежурстве. Новое сообщение оказалось желаемой фотографией. Том сидел на их кухне, забившись в любимый уголок. На столе стояла кружка с кофе и тарелка с печеньками. Не соврал, действительно грыз. Том отвёл руку, делая селфи с таким забавным личиком! Закрыл глаза, сморщил носик и выдавил улыбку. Башлык с кошачьими ушками — последний штрих. В который раз Гарри убеждался, что ласковое прозвище Тома буквально предназначено ему судьбой. Как, видя такое, можно сомневаться в том, что он котик?! Ну какая же прелесть! И ведь она удобная и тёплая. В ней даже зимой будет комфортно спать. У меня отличный вкус. Капелька самовосхваления никого не убьёт.

В одинокие ночи, такие как сегодняшняя, — да. В остальные предпочитаю спать без одежды. С тобой в обнимку.

Ммм, какая интересная информация. А в каком спальном виде предпочитаешь меня? Секстинг. Как же давно Гарри этим не занимался. Стыдно, пиздец. Но голова помнила, а пальцы послушно печатали. Если Том не поддержит, ничего страшного, Гарри умело переведёт тему и остановится на милостях.

В идеале? Обнаженным. Ну а так, в нижнем белье, как и я. Люблю касаться твоей кожи. Всегда тёплой, почти горячей. Особенно самых нежных, чувствительных уголков.

Его мальчик ответил. Да ещё как! Прекрасно подхватил. Я заметил, что тебе нравится мешать мне спать. Частенько я этому даже рад. Регулярный интим мне идёт на пользу.

Я мешаю только тогда, когда чувствую, что у тебя ещё есть силы, что ты не убитый после работы. Это легко прочитать по твоим жестам, мимике, интонации. Я выучил тебя, Гарри. И знаешь? Я безумно рад этому. Потому что чувствую, что могу угождать тебе во всем.

Несколько раз омега набирал одно и тоже сообщение. Пальцы путались и писали какую-то чушь. Тем более на ходу! Его альфа очаровывал, просто убивал наповал! И Гарри тоже стоило побаловать. Крамольная идея быстро появилась в голове в отсутствие коллеги. Он удобно улёгся на диване и приподнял футболку, открывая вид на живот. Растёкся по дивану, как сгущёнка с кокосиком. А ты это любишь. Вот, смотри. Ответ задерживался. Том наверняка им любовался и мысленно облизывал. Это таак льстило безумно. Гарри нетерпеливо ждал ответ, улыбаясь… Со стороны точно как маньяк.

Могу я увидеть кое-что пониже?

Изменить угол камеры труда не составило. Проблема в другом, Поттер рисковал быть застуканным, пока фоткается лёжа в комнате с расстёгнутыми штанами. Впрочем, в клинике частенько случался интим между сотрудниками.

Нормально вообще, что я чувствую твой вкус на языке? Хочу облизать его. Пока не станет твердым. А потом взять в рот. Блять, Гарри! Я хочу тебя. Сейчас.

Правда? Не шутишь? Разумеется он не сомневался в желаниях Тома. Всего лишь дразнил. Вместо сообщения пришла ещё одна фотография. На ней кигуруми был снят на половину. Трусы приспущены. А рука альфы, — одна она, жилистая, с открытыми венами, возбуждала, — обхватывала эрегированный член. М, какая вкуснятина! Малыш, я и сам не прочь угоститься. Дислокацию и положение пришлось резко менять на душевую. Пожалуй, именно здесь риск возрастал, как ни в каком другом месте. Установив телефон, как надо, Гарри подкинул котёночку ещё одний сладкий сюрприз— свою упругую задницу у стены. Хоть бери и отдавай в рубрику «похотливые врачи на скучном дежурстве».

Я хочу её укусить. Кажется, у меня начали прорезаться клыки. Когда ты вернёшься, богом клянусь, я тебя трахну. Прямо у порога.

Твою. Мать. Это обещание. Сто процентное обещание. Котёночек не бросал слова на ветер. Только вот после смены Гарри будет не самым благоухающим. Не оттолкнет ли? А то, что у альфы появились клыки, от одного вида которых в животе сладко ныло, не на шутку завело! Покажи клыки, детка. Ещё фотография. Нижняя часть лица. Том открыл рот, выставляя на обозрение появившиеся небольшие клыки. Именно они так много раз оставляли метки на теле Гарри. Благодаря им омега несколько дней носил запах своей пары. Боги, котёночек! Желаю быть тобой укушенным. Смотри, каким я стал благодаря тебе. Доказательства излишни. Но как же Гарри это нравилось! Он продолжал дразнить, прекрасно понимая, что завтра непременно поплатится. Да так, что кушать придётся лёжа в кровати.

А ты сможешь заснять видео? Можешь совсем короткое, секунд на тридцать. Просто я хочу это увидеть. Чтобы кончить. Пожалуйста, Гарри.

Котёночек начал умолять. Его маленькая прелесть сейчас удовлетворяла себя, но не хватало красок. Больше эмоций и удовольствия. Как ему отказать? Вопрос в другом. Что бы такое отснять, чтобы Томми понравилось? — А давай так. Новый ракурс — полностью горизонтальный на полу душевой кабины. Усесться самому, и поехали! Пальцы разминали анус, начавший увлажняться самым постыдным образом. Гарри ощущал себя извращенцем и ловил с этого кайф. — Смотри, мой мальчик, — говорил в камеру, похабно улыбаясь, — мне тоже нравится это делать для тебя. Смотри. Ебучий случий. Камера — словно глаза Тома. И именно сейчас, в данный момент, пока Гарри удовлетворял себя пальцами, то поглаживая, то вставляя на одну фалангу, больше дразня себя, малыш будто наблюдал за ним. Следил за каждым движением. Реакцией. Вздохами. Но нет, это не так. Он один, хулиганит в холодной душевой для своего альфы, чтобы помочь кончить. Вышло на минуту. И тут же было отправлено.

Я ушёл в нашу спальню. Взял ту футболку, в которой ты тренируешься. И дышал ей, пока смотрел на тебя. Теперь печатаю одной рукой. Вторая в сперме.

Уже? А то я тебе отправляю второе видео. Для новых кадров Гарри не только медленно трахал себя пальцами, но и дрочил. Смазки было так много, что хватило на двойное стимулирование.

Я не против посмотреть дальше. И сохранить на будущее. Это первое видео формата 18+ от тебя. Если хочешь, я могу попробовать тоже заснять видео. Мне кажется, при просмотре ещё одного видео, я смогу повторно возбудиться. Но кончить второй раз будет сложнее.

Трогать себя и писать текст — архинеудобно. Поэтому Гарри решил — хватит, пора звонить. Он хотел услышать голос своего мальчика! — Можешь приберечь себя до завтра. Я совсем не против твоего жаркого приветствия у порога, знаешь ли. — Гарри… Боже. В одном слове, его гребанном имени, столько чувств, столько томности, желания… Гарри пережал себя, побоявшись так быстро кончить. Нет, нет, он должен насладиться сильнее, услышать больше приятных и возбуждающих вещей. — Ты покажешь, насколько сильно рад моему возвращению. Правда же, котёночек? Возьмёшь в свои коготочки, а? — Хочешь в подробностях услышать, как я трахну тебя? — Да! Поделись планами. Рука замерла. В ожидании чего-то безумно горячего. Что усилит его возбуждение и, возможно, добавит каплю стыда с осознанием того, какое бесстыдство он творит на рабочем месте. В душевой, ёб твою мать! — Я знаю, что после работы ты часто пахнешь больницей. Ни тебе, ни мне не нравится этот запах, но мы привыкли. Так вот, когда ты вернёшься домой, мне будет плевать на него. Как и плевать, что ты будешь грязным. Я просто прижму тебя к входной двери. Сниму штаны и оголю шею. Ты ведь будешь уже мокрым, правда, Гарри? Ты не сможешь оставаться сухим, зная, что тебя ждёт дома. — Пожалуй. Я уже чувствую твой напор… О, да. С огромным удовольствием Гарри устроился бы на его члене, вот прямо сейчас! — Но как же мне подготовиться? Моя попка не сможет принять тебя, пусть там и будет мокро. Ты же поможешь мне, котёночек? Своими длинными пальчиками. Сперва медленно насадишь, а потом будешь двигать ими всё быстрее, пока я не затребую большего? — Да, папочка. Ты мыслишь в правильном направлении. — Ах, это нечестно! — жалобно простонал Гарри, закатывая в удовольствии глаза. Большой палец ласково поглаживал головку, всё размазывая свои выделения. — Ты же знаешь, как я реагирую, когда ты так меня называешь. Однажды не выдержу и плотно полакомлюсь твоей попкой. Очень. Плотно. На той стороне раздался тихий смешок. А после голос, пониженный до полушепота: — И я не буду против. — Ловлю на слове, котёночек. После такого обещания, да ещё сладким голосом, нельзя оставаться с холодной головой. От представления, как это, возможно, случится в будущем, Гарри завершил своё дело. — Умничка. Ох… кажется, мы оба сегодня хорошо расслабились. — Вот уж не думал, что когда-нибудь у тебя будут такие дежурства. Где ты вообще скрылся? — В душевой. Тут и не такое бывает, скажу я тебе. Ещё в душевой кабинке очень удобно смывать следы преступления. И я тоже никогда не думал, что буду проводить так время на работе, — не сдержал смешок. — Значит, с тобой такое впервые? Я рад. На той стороне слышно было, как котёночек улыбался. Он очень любил, когда у Гарри что-то случалось впервые именно с ним в отношениях. Ведь его омега — мальчик с приличным пробегом, удивить удавалось очень редко. — Мой ты хороший, — Гарри чмокнул в трубку. — Когда собираешься спать? — Наверное, прямо сейчас, — с этими словами Том заразительно зевнул, — лень даже руку помыть, что уж говорить о оставшемся кофе с печеньями на кухне и учебниками в комнате. — Так, а ну иди мой! — омега позволил строгим ноткам просочиться в голос. — Ну Гарри… — Никаких Гарри. Встал и пошёл. Иначе отшлёпаю и заставлю ещё печенье убрать, чтоб не засохло. Стоматолог нынче дорогой. На той стороне послышался недовольный стон, за ним тихое кряхтение, и что-то бурчаще-непонятное. На губах непроизвольно появилась улыбка. В такие вот моменты Том вёл себя на свой возраст. Был настоящим ребёнком. И это очень мило. Быстро повзрослев, он не успел толком ощутить детство, но хоть так окунался в него, на секунды. На фоне слышались звуки воды, а после шуршание пакета и хлопанье книжек. Его мальчик не остановился на одной руке, убрал вообще всё. — Какой ты у меня умничка. — Ага, — вяло отозвался тот, — теперь точно не встану. Я уже в постели. — Лежи-лежи, набирайся сил, чтобы хорошо встретить меня после работы, — с тёплой улыбкой и лёгкими, игривыми нотками пожелал Гарри, — я ведь соскучусь за ночь. — Я… — прервался на ещё один зевок, — тоже. Увидимся через несколько часов. Хорошего тебе дежурства, Гарри. Люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, — выдохнул омега, завершая вызов.