Саламандра. Последний год в Хогвартсе.

«Мисс Саламандра, мне нужна Ваша помощь в поимке опасного зверя, коего мне удалось выследить в Запретном лесу. Я не говорил Вам, что именно привело меня в Хогсмид, так как не был уверен, что искомое действительно обитает в здешних краях. Буду бесконечно рад Вашей компании в непростом приключении. P.S. Ваш новый знакомый.» Руки дрожали, сердце сжалось, ревность ударила в грудь, выбивая дыхание. Себастиан пробежался глазами по чернилам ещё раз. «Почерк! Он написал письмо собственноручно, не прибегая к магическому перу. Магл?!» Задвижка бюро с треском защёлкнулась на замок. «Уничтожу. Превращу в курицу, а после подам ей к столу, в её любимом соусе с гарниром из запечённого картофеля!» Весенняя пыльца витала в коридорах Хогвартса, проникая через открытые настежь ставни витражей. — Не поможешь мне сегодня с заданием от Профессорки Уизли? — Оминис ласкал Саламандру в объятиях, целуя в щёки и зарываясь носом в волосы на висках. — Сегодня так некстати у меня возникли срочные дела. — Два пальца, указательный и средний, на цыпочках прогуливались по бёдрам Оминиса. — А ты, Себастиан? Занят сегодня? — Да. — Ты сегодня молчаливый. Что-то случилось? — Нет. — Как знаешь. Мы всегда рядом, ты же помнишь это? — Да. Я тоже всегда рядом. Не забывайте. Позже вечером Саламандра встретилась с новым знакомым на опушке Запретного леса. — Мисс Саламандра! Вы всё таки пришли! — Иссиня-чёрные волосы следопыта сливались со звёздной ночью. — Конечно. Вы очень помогли мне, найдя Анну. Не хотите принять денег, отплачу хотя бы содействием в поимке волшебного зверя. — Вам не доводилось прежде иметь дела с василисками? — Как такая опасная тварь могла поселиться в предместье Хогвартса? — Кто знает. Их осталось мало в мире, следы одного из них привели меня в Хогсмид. Под Запретным лесом множество пещер, остаётся лишь надеяться, что в той, что я приметил, его не сожрали заживо пауки. Такими темпами их популяция будет только расти — так и до эко-катастрофы недалеко. Но я ушёл от темы. Пару лет назад я нашёл дневник браконьера, торговавшего редчайшими из волшебных тварей. Ну как нашёл… Купил у старьёвщика в Греции.  Каково было моё удивление, когда я обнаружил в записях упоминание имени самого Салазара Слизерина! Зачем бы ему понадобился василиск — одному Мерлину известно, но да не суть: коллекционеры душу готовы будут мне продать за столь редкий экземпляр. Я уверен, и Вы со мной согласитесь — пусть лучше он будет под надзором в Вивариуме уважаемых людей, где его не используют во зло и будут регулярно кормить, чем он будет бесконтрольно разгуливать по окрестностям около школы. — За столько лет никто из профессоров не нашёл и следа подобного чудища, с чего Вы взяли, что те записи не подделка? — Скажите честно, мисс Саламандра, как много тайн Хогвартса Вы успели раскрыть до того, как осознали, что сделали это раньше преподавательского состава? — Ну… — Ваше молчание говорит красноречивее слов. Витиеватые тропы, по которым вела лёгкая поступь следопыта, уводили Саламандру всё дальше вглубь леса.  «Не узнаю ни одного поворота. Никогда ещё не заходила так далеко». — Вам не кажется, что кто-то неустанно следует за нами по пятам? — В лесу такое часто. Никогда не знаешь, кто ты — охотник или жертва. Освещённые лунным светом тропинки исчезали под густыми зарослями, так что приходилось периодически подсвечивать дорогу Люмусом. Два мерцающих огонька призрачными светлячками парили в густом тумане оврагов, на дно которых приходилось спускаться, следуя за следопытом. Его лицо оставалось напряжённым, иногда он забывал о том, что не один, периодически вздрагивая от шума обломанных веток, на которые неуклюже ступала Саламандра. — Не привыкли к бесшумности? — Не мой стиль. Предпочитаю сразу заявлять о себе. — И обрушиваться ураганом прямо на головы врагов, полагаю? — А Вы проницательны. Черты следопыта ожесточились. — Разве разумно так рисковать собой?  — Я не считаю подобные мероприятия «рисковыми». — В конце концов, всё дело в восприятии, не так ли? — Следопыт обернулся к ней, заглядывая в бездонные глаза. — Вы не боитесь, что я на самом деле убийца, и увожу Вас всё дальше в лес, чтобы никто не нашёл Вас? — Нет. — Пожала плечами Саламандра. — Сердце у Вас доброе. Вы хороший человек. Мне так кажется. — Вы юны и не разбираетесь в людях. «Отрицает, что хороший? Кто внушил ему, что он плохой человек? И почему он решил им поверить?» Тяжёлая рука опустилась ей на плечо, разворачивая лицом к себе. Чёрная фигура в плаще и красной маской приложила указательный палец к губам. Саламандра вывернулась и одним взмахом палочки выбила из него дух. — Мы не одни! Осторожно! — Её крик пронзил ночную тишину, выдавая преследователей. С деревьев спрыгнули тени, глухие звуки падающих тел окружили забредших в опасные дебри путников. — Слушайте меня внимательно. — Саламандра обратилась к следопыту. — Я вытащу нас отсюда, но Вы должны поклясться, что ни одна живая… Да и мёртвая… Душа не узнает о том, как я это сделаю. — Клянусь Вам, я унесу эту тайну с собой в могилу. Саламандра кивнула, доставая из кармана миниатюрный саквояж, в её руках он в мгновение ока приобретал привычные размеры. «На этот раз без шуточек Себастиана. Даже непривычно угодить в передрягу с молчаливым спутником». Она раскрыла сумку, высвобождая огромного громарога, что подхватил их на спину и помчался вперёд, снося тяжестью могучего тела гнилые ветви, сухие колючки и попавшихся под копыта неудачливых врагов. За ними погнались тёмные волшебники на мётлах, метая Авада Кедавру и Круцио, одно из них угодило в следопыта, от чего он едва не упал, лишаясь сознания. Саламандра схватила его за ворот рубашки, насильно вливая в рот рябиновый отвар. — Благодарю…  — Пренебрегаете защитными чарами, выходит? — Крадущимся в ночи они бывают ни к чему.  Громарог рассекал воздух, уворачиваясь от атак и петляя из стороны в сторону, пока вспышка зелёных огней не осветила лицо стоящего на пути препятствия. — Саламандра?! — Себастиан! Руку! — Саламандра нагнулась, наскоку хватая протянутую ладонь. — Громарог?! А это кто?! С тобой? — Держитесь! Огненный смерч, возникший справа, обжёг громарога. Тварь сделала резкий поворот в сторону, теряя равновесие. Оглушительный рёв, полёт, падение, удар головой, и… Тишина. Себастиан приподнялся на локтях, выплёвывая комки земли. «Так вот каково это…» Звон в ушах путал мысли, ноющая боль в затылке нагоняла тошноту. Солоноватый привкус во рту с металлическими нотками свёл желудок: Себастиан едва сдержал рвотный позыв. «Зуб раскрошился, об него видимо и поцарапал язык. Хорошо, что не прикусил и не оторвал. Могло быть хуже. Нога! Не могу вытащить…» Сопящий рядом громарог жалобно мурчал, не в силах пошевелиться. — Саламандра! Она стояла в двадцати шагах от него, окружённая по меньшей мере тридцатью тёмными волшебниками. — Чего вам всем от меня надо? — Будничным тоном спросила Саламандра, таким же, каким жаловалась на горы домашнего задания перед экзаменами между семестрами. — Ха-ха-ха! И за её-то голову назначена награда? Да проще только пушишку словить. — Кто заказчик? — С чего ты взяла, что мы тебе скажем? — Да расскажи ей, какая уже разница? Пусть узнает перед смертью. Надо же её как-то отблагодарить за громарога, что она любезно оставила нам. Алчные гримасы головорезов расплылись в широких оскалах, натягивая уголки губ до угрозы разрыва. — За твоё убийство назначена огромная сумма, да. Эт… Столпы молний с неба разом поразили девятерых, четверых уничтожило в пыль. Подняв погибших с помощью некромантии и обратив их против товарищей, новый знакомый Саламандры чёрным сгустком тумана летал над полем битвы. — ААААА! Нет! Хватит! Я не хочу видеть этого! — Один из волшебников выцарапал себе глаза, остальные бились головами о камни, не помня себя от обуявшего сердце ужаса. Саламандра подбежала к Себастиану, высвобождая с помощью Левиосо зажатую ногу из под туши несчастного животного. — Всё хорошо, подлатаю тебя дома. — Она достала саквояж и громарог тут же исчез в Вивариуме. — Себастиан, ты в порядке? — Руки обвили плечи, прижимая к себе. — Хвала Мерлину, ты жив! — Оминис нас убьёт, когда узнает. — Уже узнал. — Оминис загородил собой опустившуюся на колени перед Себастианом Саламандру, вставая между любимыми и опасностью, что источал незнакомец. Последний уже направлялся к ним, опустив палочку и поднимая руки в примирительном жесте. — Я не желаю вам зла. — Кто ты, Мерлин тебя в жабу преврати, такой? Два сапфира светились из темноты. — Зови меня Странник.