Возрождение Водоворота

— И что ты можешь мне сказать? — Вопросительно посмотрел я на крупного торговца информацией. К сожалению, к нему пришлось переться лично, клонов посылать было неразумно. Этот хорек, после нескольких случаев смерти среди местных торговцев информации понаглее, затаился и брал втридорога. — Конечно, господин. Любой каприз за ваши деньги. — И улыбается еще, зараза. Ляпнул эту фразу при нем не подумав, а он похоже подхватил. Впрочем, ему то что, да и мне тоже. Главное чтобы находил что нужно, а деньги у меня есть. — Я смог найти несколько семей, которые вас интересуют. Должен признать, это оказалось куда сложнее, чем я думал. Особенно учитывая ваши требования. — Сколько? — Четыре за основную работу и еще один на непредвиденные расходы. — С лукавой улыбкой произнес тот, вот только я заметил, как тот напрягся и незаметно, как он сам думал, подал знак паре чунинов, которые его прикрывали. Мясо на самом деле, но по местным меркам весьма приличная охрана. — Информация? — Говоря это, положил перед собой свиток. У меня как раз еще осталась пара свитков с пятью миллионами. Я обычно таскаю такие с суммами в пятьсот тысяч, миллион и пять миллионов самое большое. Удобно и быстро, а забивать их деньгами могут и клоны. — Тут все как вы и заказывали. — После этих слов тот слегка расслабился, кладя передо мной обычный свиток, в котором были записаны очередные данные о потенциальных Узумаки. Благо хоть этот за свои слова отвечает и репутацию имеет, долго искал такого торговца сведеньями. — Вас все устраивает? — Проверю списки и будет видно, устраивает или нет. — На такое мое провокационное заявление он только улыбался и пожимал плечами, однако пара чунинов напряглась, чувствуя возможные проблемы. — Если информация окажется подлинной, то я еще обращусь к вам. — Конечно, приятно иметь с вами дело, Айро-сан. — Коротко кивнул мне на прощание тот, когда я уже уходил. Остальные присутствующие, особенно тайно, вздыхали с явным облегчением и надеждой, что я сюда больше не вернусь. За все то время, что я тут нахожусь, стоящих сведений попадалось достаточно мало. Большинство из тех, кого мне хотели подсунуть, не имели к Узумаки никакого отношения, благо соответствующий артефакт-анализатор сделал еще до отправки сюда, а чаще всего подсовывались по принципу — у кого волосы красные, те и нужны. Бывали даже случаи, когда мне пытались продать простых крестьян с покрашенными волосами. Последнее было вообще верхом наглости, особенно когда краска дрянная для волос плыла от простой воды. Впрочем, этого и следовало ожидать. Вряд ли бы мне сходу удалось найти тех, кто уже несколько десятков лет тут прячется. Вполне возможно, что о моем интересе уже узнали и сами искомые и затаились еще сильнее соответственно. Идеально было бы раскрыть свою личность и продолжить поиски открыто, тогда появилась бы возможность выйти на хоть кого-то, но увы. Раскрываться так рано в мои планы не входит. Я и так оставил остров и всех там находящихся без присмотра на длительный срок. Как бы вообще не пришлось возвращаться назад ни с чем. Однако последние несколько адресов все же проверить стоит. По сути, все это работорговцы, кроме одной семейной пары, где жена предположительно моя дальняя родственница. Но она, по крайней мере, свободна, так что оставлю ее на потом, а сейчас займусь теми, что у торговцев живым товаром. А то потом продадут их, и ищи ветра в поле. Благо все они сейчас находятся в одном городе, пусть и у разных работорговцев, в стране Демонов. Далековато от моего убежища, которое я расположил на границе страны Варенья и Мёда, но ничего, это сейчас меньшая из моих проблем. До нужного города на берегу одного из местных озер добрался достаточно быстро, всего за каких-то четыре дня. Ну а дальше по классической схеме нашел нужную мне информацию. Так что уже к следующему вечеру я отправился проверять тех, кто указан в моем свитке с информацией. Понимал, конечно, что вряд ли получится что-то стоящее, но все равно проверить необходимо. Тем более что пять миллионов эта не та сумма, которую можно отдать за пустую трату времени. Я это понимаю, и тот, кто мне продал эту информацию, тоже понимает не хуже. А учитывая то, что мои клоны не обнаружили его попыток сбежать, то в надежности своих источников он уверен. Ну или считает свою безопасность надежнее, чем мой навык проникновения и устранения. Чего нельзя сказать о паре его подчиненных чунинов, которым я позволил почувствовать разницу в силе. Однако, увы, как я и ожидал, из тридцати двух имен, что были в этом городе, Узумаки оказалось совсем мало. Всего семеро, из которых, еще и четверо детей от шести до пятнадцати лет возрастом. Но и этого мне было более чем достаточно. Даже если они не шиноби, то все равно Узумаки. А в кланах шиноби в любом случае минимум треть занималась мирными или относительно мирными делами. Оружейники, медики, ремесленники и в случае с Узумаки специалисты по печатям. Освободить их оказалось не такой большой проблемой, как изначально предполагал. Только с одним из них возникли трудности. Его уже успели купить и перевезти в особняк местного крупного то ли чиновника, то ли купца, то ли вообще какого-то седьмую воду на киселе из дворян. Но вот то, что я увидел там, заставило передумать по поводу тихого выкрадывания ребенка. А ведь как хорошо все начиналось… Ночью тихо проник на территорию особняка, отправив в царство морфея пару охранников из тех, что, несмотря на расслабленность местных, несли свою службу как положено, и по дороге обчистил что-то вроде сокровищницы. Точнее не совсем сокровищницы, но потайной комнаты с крупными финансами в виде золота и драгоценных камней, а также каких-то важных бумажек с явным компроматом, но не суть. То, что меня так выбесило, было позже. В самом особняке я не нашел искомого мной мальчика, но вот когда зашел в подвал и вскрыл потайное помещение, то обомлел. Это была настоящая камера пыток. Куча детей сидело обнаженными в клетках, и боялись даже звук подать при моем появлении, только упирались своими костями в противоположные прутья. Своим телосложением они были похожи на смесь анатомических моделей скелетов и освобожденных узников фашистского концлагеря. Причем было их тут много, больше трех десятков точно. И еще с десяток трупов, которых даже опознать невозможно, они больше напоминали куски мяса, чем людей. Кровь стыла в жилах от этой картины и даже мне, уже успевшему повидать в этом мире дерьма, стало не по себе. — Гхак… — Отвлек меня от этого состояния тот, за кем я сюда изначально и пришел. Молодой парень лет четырнадцати прикованный к стене с буквально слезающими слоями мяса с тела. — Т… ы… Договорить ему не дал, просто мгновенно оказался около него и голыми руками вырвал из стены цепи с кусками кладки и, осторожно положив его на спину, залил зелье исцеления среднего уровня. Раны буквально на глазах зарастали, а к лицу возвращался уже куда более здоровый цвет. Даже глаза, которых как оказалось не было, выросли. Сначала даже испугался его взгляда мертвой рыбы, но уже спустя пару минут рассматривания меня они сменились надеждой. Маскировка с меня слетела практически сразу же, как я вошел в это… помещение. — Все хорошо, все закончилось. Теперь все будет хорошо. — Тихо проговорил ему, а тот только слегка улыбнулся и никак не изменился в лице. Однако по щекам текли безмолвные слезы, от вида которых меня скрутило изнутри так, что даже сам не заметил, как волосы в очередной раз без команды начали шевелиться. А ведь пытался это повторить осознанно, но не получалось. Остальных тоже забрал. Кого из клеток, кого снял с пыточных устройств, а кому и глаза закрывал. Самым страшным был последний, парнишка лет семнадцати-восемнадцати, буквально вмурованный в стену. Его глаза были абсолютно пусты, он ничего не слышал и не чувствовал, вот только как только я его освободил, он вытащил у меня из подсумка кунай. Сначала даже не стал мешать, думал, так ему будет легче. Зря я так думал и не отобрал сразу. Он, получив оружие в руки, мгновенно вогнал его себе в сердце по самое кольцо рукояти. И еще улыбался при этом, словно благодарит! Всего детей тут было тридцать шесть, включая моего соклановца. Вопроса что с ними делать даже не стояло, с собой заберу. Даже если не смогут стать шиноби, все равно заберу. А это место и тот, кто так «развлекался» с детьми… уничтожу. Причем так, чтобы долго и мучительно умирали, чтобы молили о смерти как о высшем благе. Вот, тот сгусток разумной чакры во мне тоже со мной солидарен, и уже пересылает в мозг информацию по соответствующим печатям. — Не волнуйтесь, все закончилось, больше вас никто не тронет. — Тихо проговорил я, поглаживая по головам облепивших меня детей. Причем они от меня не отпрянули даже тогда, когда выбросил чакру смешанную с жаждой крови, заставив многих побледнеть лицами. — Я отведу вас в безопасное место, просто подождите немного.

* * *

— Ками, что же здесь произошло? — Тихо, едва ли не шепотом, произнес один из стражников города Юмоно, которого поставили охранять пепелище, которое раньше было особняком одного из влиятельных сановников. — Шиноби. — На его вопрос раздался только флегматичный не то ответ, не то комментарий, от его напарника, старого седоусого мужика, которого оставляли на службе скорее из уважения к его былым заслугам, чем по какой-либо другой причине. — Причем поработал кто-то очень сильный и что самое опасное — Злой. — А, как вы… — Не успел молодой парень договорить свой вопрос, как его умудренный опытом товарищ только кивнул в сторону развалин. — Поместье было добротным, каменным, несмотря на множество дерева использованного в нем. — Начал рассказывать старый стражник, оглаживая свои усы, которыми явно гордился. — А тут осталось одно пепелище, даже камень оплавило до жидкого состояния. Такого простые люди не могут. К тому же, цель была именно в том, чтобы уничтожить это место. Среди всего этого нашлось множество следов дорогих вещей и даже расплавленного золота. Да и сам хозяин этого поместья… Впрочем, так оно и к лучшему. Гнилой он был человек. — А что… — Его нашли в подвалах, которые оказались не затронуты. — Вновь перебил молодого старик, смотря куда-то вдаль. — Там его и нашли. Точнее то, что когда-то было человеком. — О чем это вы? — Настороженно спросил Кай своего более знающего товарища, настороженно поглядывая в ту же сторону, что и он. — У него были отрублены все конечности, вскрыто брюхо с кишками наружу, распорота спина и словно крылья сзади раскрыта грудная клетка. Глаза и язык вырезаны крайне грубым и максимально болезненным образом. А в открытые раны были вставлены металлические шарики раскаленные до красна и никак не желающие остывать. И при всем при этом он был жив и даже относительно здоров. По крайней мере шиноби, которые его осматривали, сообщили, что прямо на его костях были вырезаны какие-то символы, которые не позволят ему умереть ближайшие несколько лет точно. И при всем при этом он все еще в сознании и все понимает и чувствует. От подобных откровений слушавшего рассказ парня буквально передернуло. Перед ним словно вживую предстал образ того, что стало с человеком, занимавшим когда-то далеко не последнее место во власти этого города. И витающий вокруг запах гари теперь подсознательно воспринимался несколько иначе, из-за чего тот едва смог удержать содержимое своего желудка. Теперь он понимал, что ему еще повезло, что его выставили только охранять последствия, да и то уже после того, как тут закончили работать нанятые городом шиноби. — Как же так, живого человека… Вот так… — Осипшим голосом произнес молодой стражник, смотря на старика рядом. — Пусть он и был не лучшим из людей… но… все равно… вот так… — Он заслужил свою кару. — Жестко и безапиляцияонно заявил седоусый стражник, чем вызвал очень напряженный взгляд от своего молодого товарища. — Да как вы можете! Он же… — Однако, договорить и высказать, что он думает по этому поводу, тот не смог, встретившись с тяжелым железным взглядом старика. — В подземелье нашлись следы того, чем он там занимался. — Выплюнул тот, чуть ли не действительно буквально сплюнув на камену дорогу. — Этот садист мучил и пытал людей. Причем не всех, кого под руку попадется, а в основном детей. И чем младше, тем лучше. Там же нашли его дневник, где он сам все это расписывал. А после того, как шиноби вместе со мной прочитали главу, где говорилось о том, что простые дети слишком быстро дохнут и поэтому нужно использовать детей шиноби, то местное городское начальство просралось так, что на второй город бы хватило. Так что старым хрычам пришлось серьезно так раскошелится, чтобы замять это дело. И то, с нашим городом шиноби теперь дел иметь не желают. Да и того, кто все это устроил, даже разыскивать отказались. Он был в своем праве. — И что же теперь будет? — Ошеломленный от подобных подробностей, которых наверняка не знал почти никто в городе кроме верхушки, молодой стражник посмотрел на старика полным неуверенности взглядом. — А ничего. — Просто и без затей ответил на его вопрос тот, поправляя одежду. — Я уже отжил свое, мои родичи давно разъехались по миру, все что у меня осталось, это служба, маленький домик и вечера в баре с такими же стариками, как я. Мне уже все равно не долго осталось, а то что застал подобное, мне даже нравится. Пусть не я, но это болото разворошили и заставили думать местных «уважаемых людей» не только размером своего кошелька, но и головой. — А мне тогда что делать? — Спросил парень у старика, на что тот только пожал плечами.

* * *

— И что нам теперь делать со всей этой оравой? — Вопросительно посмотрел на свою спасительницу мужчина средних лет, который взял на себя руководство освобожденными Узумаки в укрытии вблизи города. — Ты что, предлагаешь их бросить?! — Злобно посмотрела на того другая Узумаки, которая сейчас активно занималась лечением и выхаживанием детей. А дети были действительно в плохом состоянии. Основные проблемы со здоровьем были уже устранены, но вот анорексия из-за недоедания и особенно моральные травмы после всего пережитого вылечить быстро точно не получится. Может быть, будь среди них опытный менталист это и было бы возможно. Но увы, среди Узумаки если и встречались таковые, то очень мало. — И что ты предлагаешь? — Совершенно спокойно спросила того их спасительница, Узумаки Акане, однако от этого холодного спокойствия становилось еще более жутко. — Спокойнее, я не предлагаю ничего такого. — Выставил тот руки в защитном жесте, поняв, что сейчас их глава, мягко говоря, не в настроении. — Но, тем не менее, вопрос серьезный. Взрослые нормально перенесут путешествие на другой конец материка, а вот дети… Даже если они могут пользоваться чакрой, то все равно это будет слишком тяжело для них. Особенно в таком состоянии. — Тут я с Надао-саном согласен. — Высказался еще один Узумаки, молодой парень лет шестнадцати. — Нам нужна хотя бы пара дней на то, чтобы привести детей в порядок. Да и самим отдохнуть и подготовиться к долгому путешествию. Все же здесь из нас, не считая вас, всего четверо кто проходил обучение шиноби. А нам еще и за целым табуном детей присматривать. — Может, тогда замаскируемся и будем передвигаться под видом купеческого каравана? — Подал голос другой парень примерно того же возраста. — Так и подозрений меньше вызовем, и детям будет куда легче передвигаться. — А что тогда с охраной делать? — Возразила девушка, занимающаяся лечением детей. — Если у нас не будет охраны, и при этом мы будем спокойно отбиваться от разбойников, это вызовет ненужные подозрения. А если наймем, то нет гарантий, что она будет достаточно надежной. — Другой альтернативы просто нет. Среди нас всего пятеро шиноби, этого недостаточно для быстрого передвижения. Будь нас хотя бы дюжина, можно было бы попробовать, а так… — Покачал головой Надао, переведя взгляд на их освободительницу. — Что скажете, Акане-сама? — Сформируем караван а в охраной выступит наша пятерка шиноби. — Спустя несколько минут размышлений ответила та, мысленно перебирая различные варианты будущих событий. — Замаскируемся и будем простой группой шиноби, нанятой для охраны. С собой закупим провиант и вещи первой необходимости. Пятерка шиноби для такого каравана, конечно, охрана очень избыточная, но ничего не поделаешь, другого выбора, как перевести всех на другой конец континента относительно безопасно действительно нет. — Тогда надо постараться добраться хотя бы до ближайшего соседнего города самим и уже оттуда формировать караван. Тут могут нас узнать. — Согласна, так и поступим. — Кивнула на его слова Акане, соглашаясь с подобным решением. — Я отправлюсь в город и добуду вещи первой необходимости, все остальное купим на месте. Заодно надо навестить еще одну семью Узумаки. Она, вроде как, где-то неподалеку живет.

* * *

Найти нужную мне семейную парочку было куда сложнее, чем я ожидал изначально. Жили те на небольшом хуторке, по периметру которого находится целая маскировочная сеть. Не полностью непроницаемая, но работа очень тонкая, поскольку всего лишь сбивает с направления и постепенно отваживает незваного гостя от защищенного объекта. Причем так, что тот сам подобного не замечает и потом абсолютно уверен, что все нормально и там ничего нет. И уже только после этого начинается полноценная сигнальная сеть, которую уже обнаружить оказалось многократно легче. Собственно, оно и понятно, раз нарушитель смог пройти через первый слой защиты, то либо друг, знающий как проходить, либо враг, которого нужно сразу атаковать. А как отличить первых от вторых уже придумали множество способов и до меня. Собственно, примерно это и случилось, пока я постепенно и осторожно пробирался к дому. Мало ли что, бежать сразу и без подготовки в жилище мастера печатей на его территории? Нет уж, я не самоубийца. Так что комитет по встрече в лице молодого мужчины лет тридцати, с кунаем на перевес, встретил меня со всем радушием. Этим самым кунаем в лицо. В долгу я не остался и черноволосый поймал от меня прямой удар в корпус. Точнее почти поймал, в последний момент успел извернуться, и задело его только по касательной. Однако сильно проще ему от этого не стало, так как я сразу бросился вперед в ближний бой. Мое кунг-фу, в смысле тайдзюцу, явно было лучше, вот только и мой соперник был не так прост. Чем дольше длился бой, тем тяжелее мне становилось, и все чаще тот пытался подловить меня на контратаках. В итоге я немного вспылил и использовал технику молнии для расширенной атаки. Я, конечно, понимал что это, скорее всего, те, кого я ищу, и убивать не стремился, однако про них такого я не скажу. Так что решил оглушить соперника и дождаться прихода родственницы, чтобы уже нормально поговорить. Но вот того, что произошло сейчас, я никак не ожидал. Мужик каким-то чудом успел заблокировать атаку, вот только поразило меня не это, а его глаза. Они больше не были черными, как раньше, а стали красными с двумя запятыми на радужке. Что это такое, за время моего прибывания в этом безумном мире ниндзя, я уже прекрасно знал. Причем, даже лично общался с теми, кому те принадлежат. Шутки кончились. Сейчас это уже слишком опасно. Это заставило меня мгновенно ускорится, напитав тело чакрой до предела, и нанести мгновенный удар в корпус, одновременно нанося на тело фуин печать блокирующую чакру. В следующее мгновение банально вырубаю черноволосого, как только что выяснилось, Учиху. — Чтоб тебя, неужели нельзя было спросить зачем я тут перед тем, как нападать. — Тихо процедил я, морщась. Такое разовое усиление при моем еще не полностью поправившемся здоровье было неприятно. Да и в принципе мышцы ныли от разовых сверхнагрузок, которые те испытали, когда я применил технику замедления времени. Хотя это будет не совсем верное определение для данной техники, которая с приходом в этот мир изменилась. Во время нее я, фактически, ускоряю свое сознание на короткий период времени, одновременно с этим вливая очень много чакры в тело, чтобы позволить тому работать на пределе возможностей для поспевания за разогнанным сознанием. Как итог появляется ощущение, что все вокруг на несколько секунд становится гораздо медленнее, а ты быстрее. И это по меркам шиноби уровня джоунина, которые для простых людей и так практически телепортируются во время боя! В подобном режиме я могу спокойно драться пять секунд. Восемь уже сложнее и болезненнее. После десяти буду неделю валяться в полубессознательном состоянии и серьезно покалеченным телом. — Выходи уже, я здесь не для того, чтобы на вас охотиться. — Бросил я в сторону места, где пряталась моя красноволосая родственница. Теперь понятно, почему они так долго прожили спокойно. Печати Узумаки и личная сила джоунина-Учихи с пробужденным шаринганом с двумя томоэ. — Зачем вы здесь? — Настороженно спросила вышедшая, держа кунай на изготовке. Однако, заметив мою красноволосую масть, явно удивилась и приспустила оружие. Но, что примечательно, не убирала. — Чтобы поговорить, Мирухи-сан, чтобы поговорить.