Какие могут быть проблемы у фермеров и скотоводов?

Ксала исчезла, оставив своих бойцов в одиночестве. Рэдмонд отметил это про себя, но поиск азари был не главной целью. Пересекая улицу, он окинул взглядом стоящий неподалеку «Верден». И прошел мимо. Наспех обустроенный лазарет встретил запахом дезинфекции и тихим гулом множества голосов. Как и многие, люди здесь не бодрствовали и не спали — они ждали. Кто-то переговаривался, кто-то рылся в лекарствах в сотый раз изучая доступный ассортимент. Доктор Йенсен тоже была вовлечена в разговор. Односторонний, судя по всему: Лоун продолжала инструктировать персонал и отвечать на множество вопросов. Джозеф и забыл, что тут были не только врачи, но и ветеринары. И им нужно было многое разъяснить. Взгляд пробежался по лицам присутствующих, некоторые из которых были обращены в сторону мужчины. Йенсен тоже в итоге обернулась на Рэдмонда, смерив его вопросительным взглядом. — А где Элейн? — слова, принадлежавшие доктору. А должны были принадлежать ему. Джозефу нечего было ответить на этот вопрос. Он просто мотнул головой и поспешил покинуть помещение, а вскоре поднимал пыль на улицах «Хризолита». «Джозеф Рэдмонд», сознание, поделенное на двоих. Между бровей появилась морщина, родная ладонь была сжата в кулак. Ксала знала. И мало того, что она знала — азари пропала, не сделав ничего. Чем она могла заниматься сейчас? Что за подарок? И куда, черт возьми, делась Пирс? При мысли о навигаторе укололо стыдом и беспокойством. Почему она просто не вернулась в лазарет… Мимо проходили люди, и он спрашивал у них одно и тоже. Кто-то указал на «Верден», и Рэдмонд удивился собственной глупости: корабль, это же очевидно. Но на судне Элейн не было. Он обшарил все доступные помещения под вопросительным взглядом тех, кто эти помещения занимал. Заглядывал и уходил, а в итоге снова оказался на улице. Кто-то говорил, что навигатор и правда была на корабле. Однако потом она его покинула «бродила между звездолетом и лазаретом» — когда, после или до… Информация раздражала своей бесполезностью. В конце концов Джозеф подошел к сидевшим в отдалении азари, чтобы узнать где их командир. И они не смогли дать четкого ответа. Две женщины пропали на просторах такой небольшой колонии. И Рэдмонд последовал в полумрак, чтобы хотя бы попытаться их найти. В то время, как большая часть жителей предпочла затаиться в укрытиях и укромных местах, вылавливая обрывки беспокойного сна, бродящий по колонии кок выделялся на общем фоне. Из лазарета выглянула обеспокоенная Йенсен. Пожилая женщина оглянулась, осматривая полупустую улицу. Со стороны конюшен доносились крики и ругань. —…чуть не сбежали! — Да я не знаю, как это случилось! — Вот смотри, — мужчина указал парню на ворота. — Они открыты — так и случилось! — Клянусь, я их закрывал… Ксалу начал разыскивать не только Сид, но и «её отряд» для того, чтобы получить ещё пару ответов на практические вопросы. Однако в одно мгновение все забыли о поисках, вопросах, ругани и запахе костров. Все замолчали, и обратили напуганные, напряжённые взгляды в одну и ту же сторону. Над затихшей улицей, разнёсся один единственный, леденящий душу оклик. — Огни на горизонте! — Они едут. — Уильямс поднялся со своего места у трапа. Кеннет встал рядом. — На позиции! Крики, гам, паника — колония взорвалась звуками, люди посрывались со своих мест, заплакали дети. Матери кричали, зазывая своих отпрысков забегать на корабль. — Быстрее! Быстрее!!! Многочисленные ботинки поднимали пыль, дрожали от порывов ветра костры, мелькали тени. Гремя наспех надетым снаряжением, к заграждениям побежали вооруженные люди. Повскакивали азари, стряхивая сон и в ужасе глядя в сторону горизонта, слившегося с чёрным небом. Хилл торопила последних колонистов, забегающих на «Верден», рука пилота лежала на рычаге. Женщина готовилась закрывать грузовой отсек. Вооружившийся Родриго, Виктор, Мэл и Луис забрались на заграждения вместе со всеми остальными. Уильямс дышал тяжело и смотрел на приближающиеся огни крепко сжав зубы. Подъем на баррикады стал для него настоящим испытанием из-за ноги, отказывающейся подчиняться так, как это должна была бы делать здоровая конечность. Колонна транспортников была всё ближе. Всё ближе был и рассвет — в наступающей синеве стало различимым поднимающееся за машинами облако пыли. Один грузовой транспорт, четвёрка «Мако» и мотоциклы — все смотрят на колонию холодным светом фар и рычат всё громче с каждым преодолённым километром. Когда транспорт приблизился достаточно для того, чтобы можно было увидеть сидящих на мотоциклах ворка, колонна вдруг остановилась. Наступила удушающая тишина, гудели моторы. Колонисты в напряжении и молчании наблюдали за прибывшими, азари то и дело вспыхивали полями биотики, сжимали и разжимали пальцы. Двери «Мако» и грузовика открылись. На песок начали выпрыгивать бандиты в самой разной броне: полные комплекты, покрывающие тела людей перемежались и элементами, закрывающими ворка. Некоторые и вовсе обходились обычной одеждой в паре всего-лишь с оружием: винтовки, пистолеты, дробовики… Тяжело выпрыгнул из грузовика один единственный кроган, рыча и стуча кулаком о кулак в предвкушении. На своём языке переговаривалась ещё парочка ворка, выводящих из того же грузовика стаю варренов. Животные скалились и облизывались, издавая ужасающие, отражающиеся от транспортников повизгивания и рыки. В их огромных, выпуклых красных глазах бликами поселился свет фар. Осаждающие показывали на заграждения пальцами, смеялись, переговаривались между собой и роились неорганизованным, но массивным роем — их было не меньше 50, не включая варренов. Тех было ещё около 12. Один из разбойников в полном комплекте алой брони вышел вперёд со штурмовой винтовкой. Рядом с ним встала кварианка, торопливо вводя какие-то команды и призывая дрона. Толпа послушно расступилась, пропуская их. Незнакомец остановился и в полном молчании медленно поднял винтовку, не поднося прицела к глазам. Он начал неспешно переводить дуло с одного колониста на другого, проводя незримую линию по верху баррикад. Для выстрела расстояние было слишком большим, но каждый раз, когда в воображаемое перекрестье попадал очередной житель, мужчина содрогался, имитируя отдачу от выстрела. — Богиня, смилуйся! — не выдержав так красочно демонстрируемого расстрела, одна из азари села на корточки и закрыла голову руками. Стоящая рядом с ней женщина, вооружённая переделанной винтовкой, кинулась успокаивать, судя по всему, соседку. Люди стояли плечом к плечу, наблюдая за тем, как враги одни за другим показываются в отдалении и топчут песок. У них были даже чертовы ворка, стая гребаных варренов, и очевидное превосходство в экипировке. Все, что было у «Хризолита» — перевес в численности, но едва ли треть являлась солдатами. Каким бы богам не молились азари и люди — существа из плоти и крови были вынуждены защищать поселение. Защищать тех, кто не может сделать это сам. Защищать себя. Никакого божественного вмешательства. Джозеф мельком глянул на женщину, которая впала в панику только от вида противника. Он жалел, что не нашел Элейн, и задавался вопросом, где пропадала Ксала. Ее присутствие было важно для поднятия боевого духа, но она испарилась. Что касалось навигатора… Где бы она ни пропадала, Рэдмонд надеялся, что там ее не достанут ни пули, ни варрены. Что там она в безопасности. Потому что если он думал о другом — в груди холодом разрасталось беспокойство. Судя по тому, как откинул голову незнакомец, он хохотал. Его рука поднялась к шлему, после чего мужчина снял последний. Издалека его лицо разобрать было трудно, но кварианка явно использовала какой-то усилитель, что позволило его словам достигать ушей колонистов. Они принадлежали человеку, говорившему с камерой на записи — Раулю. — Я же предупреждал вас! Ну почему вы, дураки этакие, никогда не слушаете? Было бы гораздо проще, если бы вы сдохли ещё там, в пустыне! На кой хер вы наш город завалили этим мусором?! Ворка сзади гоготали и скалились, люди переминались с ноги на ногу, поправляя оружие в руках. Кроган что-то неодобрительно рыкнул, мотоциклисты демонстративно взревели моторами. — Ладно-ладно, — продолжал Рауль. — Нам нужен только корабль! Правда! И будь моя воля, я бы позволил вам забиться в жилые блоки и пережидать там, как крысам, пока мы прибираем к рукам имущество Альянса. Опять! — Снова смех, вынуждающий его сделать паузу. — Но я не могу так сделать! Видите ли, нас обязали нагрянуть с боем, чтобы всё, якобы, было честно. И вы умрёте! Но зато как красиво и благородно это будет! И не скучно. — Пф. Джозеф ухмыльнулся. Приклад штурмовой винтовки уткнулся в плечо. Он слишком часто сражался за сторону проигравших, чтобы воспринимать подобные слова всерьез. Главное, чтобы очередной Уильямс не объявил о капитуляции. Ворка завизжали. Взревел кроган. Гам и крики оглушали, нападающие походили на воющих чудовищ. — В АТАКУ! — ЦЕЛЬСЯ! Сорвались с места мотоциклы, побежали бандиты. Рауль с кварианкой отступили назад, пропуская толпу и машины вперёд. Уильямс и Луис синхронно приставили приклады к плечу. Их примеру последовали все остальные. Толпа приближалась с криками и гамом. Обороняющиеся молчали, у некоторых дрожали руки. Расстояние сокращалось всё стремительнее до тех пор, пока бандиты не приблизились вплотную к зоне поражения. — ОГО-О-О-ОНЬ! Рассветную пустыню озарили вспышки: выстрелы зазвучали и со стороны нападавших, и со стороны колонистов. Засветились щиты, вспыхнули азари, рванули всполохи тёмной материи. Свист пуль, хлопки, огонь и крики. Вырвались вперёд мотоциклы. Несколько ворка свалилось с железных коней и те, вспахав колёсами песок, опрокинулись навзничь. Одного из нападавших затянуло в сингулярность — его кровь и внутренности обагряли товарищей и окрасили песок в чёрный цвет. Прорвавшиеся мотоциклы с рёвом въехали прямо по грудам мусора, перемахнув через заслон и приземляясь уже внутри колонии. Повалились первые трупы, заграждения обагрило кровью. Кто-то бросил гранату и взрыв разметал двух азари как кукол. Одна из них свалилась на ту сторону, за баррикады. Обожжённая женщина кричала, когда на неё бросились варрены. Обороняющим заграждения удалось основательно проредить нападающих на подступах к «забору», но вдруг показался грузовик. Судя по всему, он отъезжал для разгона. Бандиты разбегались в стороны, пропуская автомобиль вперёд — он нёсся прямо на заграждения. — УХОДИМ! ЖИВО! — «Кеннет» — подсказало сознание. Вопреки уговорам жены и сыновей, был вместе со всеми на баррикадах. Мужчина командовал, ободрял и стрелял, двигаясь быстро несмотря на крупное телосложение. И, конечно, он командовал. Взгляд Джозефа все же обратился к баррикадам, которые поспешно покидали люди. Кажется, он увидел Малкольма и Луиса прежде, чем все ограждение разлетелось мусором под напором грузовика. Успели мужчины соскочить вовремя или нет — для Джозефа это осталось загадкой. Его делом было найти укрытие. Машина протаранила горы мусора и мебели: трещали дерево и пластик, разлетались в стороны ошмётки баррикад. Передняя часть грузовика ворвалась внутрь колонии и застряла там, занимаясь огнём. Раздался топот — нападающие забирались на транспорт с той стороны и бежали по нему, перебираясь внутрь колонии. Бой теперь разворачивался на главной улице. Кровавая бойня во всполохах синего и рыжего света. Родная ладонь Джозефа уцепилась за подоконник ближайшего дома после того, как короткая очередь разбила стекло а приклад смел осколки. Перемахнув внутрь, Рэдмонд положил винтовку на раму, начав отстреливать пробирающихся через грузовик бойцов. Походило на тир. Длилось это недолго: местоположение стрелка можно было вычислить без каких-либо проблем. В окно влетел снаряд и мягко упал на стоящую позади кровать. «Граната» — ноги сами понесли его в соседнюю комнату, пуля повредила стекло, а тело его разбило и тяжело упало на песок. Дом содрогнулся, горящие помещения тут же прибавили несколько сот люмен окружающему пространству. Джозеф очень хорошо чувствовал жар, идущий из разбитого над ним стекла и стены. Металлическая рука крюком зацепилась за опаленный подоконник, помогая владельцу подняться на ноги. Если он выживет — кости за подобные пируэты спасибо не скажут. С другой стороны, на главной улице, слышались крики. Какофония звуков. Мужчина столкнулся нос к носу с баррикадой, и хотел было начать взбираться наверх. Но гора всевозможных предметов пошатнулась прямо перед носом, когда варрен оказался на верхушке нагромождения. Рэдмонд успел только поднять голову и отшатнутся в сторону, когда хищник спрыгнул ровно на то место, где землю только что топтали его ботинки. Дуло винтовки поднялось только тогда, когда зубастая пасть раскрылась, а тварь находилась в прыжке. Оружие не успело выстрелить, зубы варрена вцепились в протез. Оба упали на землю. Зверь пытался оторвать конечность, когда дуло наконец уткнулось хищнику в череп и выплюнуло пули. Кровь разлетелась вместе с осколками костей, и Джозеф скинул с себя тяжелое тело существа. Тяжело дыша и вновь поднимаясь с песка, он пошел к баррикаде. Подниматься было непросто. Пару раз он чуть не сорвался, рискуя сломать шею или начать все заново. Но оказавшись наверху, кок увидел всполохи огня. Трупы. Мельтешащих внизу «своих» и «чужих». Он задержал взгляд на происходящем всего на секунду, а затем перепрыгнул на ближайшую крышу и занял позицию. Локоть уткнулся в колено, прицел был направлен на освещенную улицу. Палец лег на спусковой крючок, очередь разбила черепа нескольких ворка как куриное яйцо. Затем в поле зрения появился кроган. Пули попытались пробить защитное поле, и здоровенный пришелец повернул голову в сторону стрелка. Еще несколько выстрелов со стороны Рэдмонда, и вот оружие крогана направлено на крышу. Джозеф стрелял до самого конца, пока мимо головы не начали свистеть пули. Пока одна из них не ужалила его в районе шеи, заставив дернутся и упасть в сторону. Он чувствовал, как кровь капает на элементы брони и одежду, как меняются местами земля и ночное небо. И как тело приземляется на торчащий из здания балкон несколькими метрами ниже. Из груди вырвался стон, винтовка упала рядом. Родная ладонь прикоснулась к ране, кожа ощутила горячую кровь. Больше ущерба причинило падение, чем пуля. Она только оцарапала, не повредив артерию, чиркнула и улетела. Тяжело поднимаясь на ноги, Рэдмонд услышал рычание. Варрен бежал на него, поднимаясь по ступеням. Чуял свежую кровь. Пальцы обхватили висящий на поясе нож, стальная ладонь вновь попала в пасть существа. Лезвие вошло в череп, пробив кость, и развернув туловище кок перекинул тварь через балкон. Тело существа шлепнулось о песок. Тяжело дыша, Джозеф наклонился за оружием и спрыгнул следом. Огни стали ярче, пламя тянуло щупальца к небу. Горели не только костры — горели мотоциклы, грузовик, заграждения. Дым от пожаров смешивался с рассветной дымкой, сизый цвет занимающегося утра мешался с огненным оранжевым, тёмно-алыми отливами брони, биотическим чёрным с просинью. Запахи гари и металлический привкус пролившейся крови висели в воздухе. Как только Редмонд поднялся на своих двоих, ему предстала неутешительная картина: в его сторону двигался разъярённый кроган. Бандит вскинул дробовик, заставая Сида врасплох и готовясь вынести тому мозги. На рептилоподобных губах играла кровожадная, голодная ухмылка. Это не броня крогана была алой — это кровь покрывала её. Противник поднял дробовик, но был вынужден попрощаться с ним в следующую же секунду. Сверху на него свалилось тело.

***

Уильямс скалился от боли, песок и ошмётки баррикад накрыли их с Луисом волной, засыпав и избив особо тяжёлыми элементами. Они со старпомом едва успели ноги унести с заграждений, но уйти далеко у них не вышло. Бишоп толкнул Мэла в плечо. — Вставай давай! Зарываясь в песок и пепел, они поползли вперёд для того, чтобы подняться. Мэл припал на повреждённую ногу и Луис подхватил друга. Их броню закоптило взрывом, в волосах застряли песчинки, лица посерели от пепла, летящего от объятой пламенем мебели. — На шесть! Старпом отпустил капитана и тот, разворачиваясь в падении, припал на одно колено. Мужчины выставили винтовки и по команде начали обстрел приближающихся противников, один с верхней позиции, другой с нижней, не сговариваясь. Приклад бился в плечо слишком сильно — побочный эффект вмешательства в конструкцию. Но зато их оружие грелось не так быстро. — Назад! — рявкнул Уильямс, когда мужчинам удалось проредить ворка и людей достаточно для того, чтобы отступить не под шквальным огнём. Бишоп снова помог другу подняться и вдвоём они заковыляли к жилым блокам. Неподалёку варрен разрывал глотку одному из колонистов, когда его откинуло биотическим полем. «Слишком поздно для него, пустая трата энергии» — подумал про себя капитан, снова оскалившись и припав на подводящую ногу. — Ты можешь ковылять быстрее?! Взмокший Луис снова подтянул коммандера, а затем без сил рухнул вместе с ним за ближайшее укрытие. — У меня в руках пушка, Бишоп! — предостерёг капитан. — Вижу, что не костыль! — отчаянно проревел старпом и измождённо привалился головой к стене жилого блока. Пот катился с него ручьями. — Ящики спасут нас от пуль, но не от варренов. А эти твари бегают быстро! — Знаю, — мрачно отозвался Мэл, выглядывая из-за укрытия. Он оценивал происходящее на улицах. Хаос. Даже численное превосходство не играло для колонистов почти никакой роли из-за недостатка вооружения и солдат. Некоторые из обороняющихся после прорыва баррикады только и делали, что бежали и прятались. Таких быстро догоняли и пули, и четвероногие хищники. — Попробуй реорганизовать выживших, особенно азари. От меня как от мобильного бойца действительно никакого толку. Займу положение повыше и буду отстреливаться оттуда. — Ну пошли тогда. — Сам. Слишком долго ковыляю. К тому моменту, как ты со мной закончишь, у нас последних союзников расстреляют. — Не ду… — Бегом, старпом! Бишоп взглянул на командира с беспокойством и негодованием, но всё же кивнул. — Есть, капитан-суицидальные-наклонности. Постарайся не споткнуться и не сломать себе шею. Не хотелось бы такую историю дочери твоей рассказывать. — Ты к ней и на километр не подойдёшь. Оба усмехнулись. Не сказав больше ни слова и не промедлив и мгновения, Бишоп сорвался с места на другую позицию. Он сильно выделялся на фоне белой крыши жилого блока, но это не мешало ему — битва проходила внизу. Уильямс прицельными очередями отстреливал ворка и варренов, прикрывал отступающих и расчищал дорогу раненым. Дел было по горло, в руках пела привычная «Мотыга», собранная с трупа какой-то женщины из числа напавших. Когда его замечали и вели ответный огонь, Мэл пригибался и ждал, а затем выглядывал снова. Гремели взрывы гранат, визжали умирающие животные. К какофонии звуков прибавилось блеяние — загорелся хлев с овцами и животные вырвались наружу вопреки всем укреплениям. А может им кто-то помог. Внизу начало твориться форменное безумие, когда в бой вмешалось ещё и стадо. Впрочем, даже у домашнего скота, кажется, взыграли привязанности — они сбивали и топтали в основном неприятеля. В общей каше промелькнул Родриго, отбивший одну из колонисток-азари от ворки. После этого инженер-оружейник продолжил прорываться к лазарету, но не для того, чтобы получить помощь, а для того, чтобы уберечь такую важную точку от неприятеля. Взгляд Уильямса зацепился за ещё одну массивную фигуру — крогана, обходящего жилой блок, служащий капитану основной позицией. Мужчина перегнулся вниз, прямо над рептилоидом, на ходу перезаряжая мотыгу. Но пальцы наткнулись на пустоту на месте свежего термозаряда. Мэл чертыхнулся. Кроган поднял дробовик, и коммандер увидел, в кого тот нацелился. Времени думать не было — он просто перевалился с края и сиганул вниз.

***

Мэл выглядел так, будто выбрался из ада. Может поэтому он и уцепился за противника с какой-то поистине сатанинской силой, не позволяя сбросить себя со спины, цепляясь пальцами за массивный ворот его брони и ругаясь каждый раз, когда тот снова начинал тянуть к нему руки. Мэл попытался ударить резотроном, но тот не активировался — инструметрон вышел из строя вместе со всей остальной техникой. Поняв, что закрутившись как юла, капитана не сбросить, кроган поступил куда проще — упал на спину, после чего просто перекатился в сторону. Из Уильямса выбило дух, он скорчился от боли и несколько секунд даже не мог вдохнуть. — Немного помощи, — просипел капитан через силу, скрючившись на песке и разыскивая взглядом Редмонда. Вместо этого над ним выросла массивная фигура крогана. Все же были свои плюсы в том, что у Джозефа не было инструметрона. Были и свои плюсы в том, чтобы пару месяцев прожить на Проксиме. Противник встал на ноги, а Малкольм оставался на земле. Массивная фигура возвышалась над Уильямсом. Да, были свои плюсы. У Рэдмонда всегда был с собой нож, и он научился хорошо им пользоваться. Железные пальцы, все еще согнутые в своеобразный крюк, появились с одной стороны лица рептилоида, и один из них впился ему в левый глаз. С другой стороны блеснула сталь; кинетический барьер пропускал человека и его оружие; и мономолекулярное лезвие вонзилось в правый глаз. Округу прорезал глубокий, болезненный рык. Джозеф соскользнул с покрытого броней горба и приземлился на землю, тут же кинувшись к капитану. Из глазных впадин противника текла кровь, он болезненно и злобно кричал, привлекая внимание. Рукоять холодного оружия все еще торчала из поврежденного глаза, застряв в кости. Теперь у Рэдмонда не было ничего. Подняв Уильямса с земли, Джозеф позволил тому опереться на себя и почувствовать увлажнившую одежду и броню кровь. Нужно было найти укрытие, при том срочно. Звуки боя стихали, и неизвестно кто побеждал. Кроган позади продолжал вопить, блуждая в темноте, мимо пронеслось несколько отставших от основного стада овец, чуть не сбив мужчин с ног. Они зашли за здание, уткнувшись в построенные баррикады. Теперь стена стала опорой для Малкольма. Адреналин в крови Рэдмонда не давал ему остановится. Он вновь показал нос на основную улицу, рванув к трупам ворка и одного из колонистов. Как только пистолет колониста юркнул на пояс, а винтовка оказалась в руках — выпущенные кем-то пули тяжело ударили в грудь. Расстояние было большим, поэтому броня выдержала. Тяжело ухнув и оскалившись, Джозеф обернулся на противника и дал ответную очередь. Устроивший стрельбу ворка упал на землю, а кок, тяжело поднявшись с земли, вернулся в их с капитаном укрытие. Винтовка перекочевала в руки капитана, а Рэдмонд тяжело опустился на землю. Пальцы щупали вмятины на броне, дыхание сбилось. Сил было все меньше. — Ушёл, — прорычал капитан. Воздух входил и выходил из грудной клетки со свистом. — Ушёл, сукин сын, даже слепым. Мэл сполз по яищу вниз и сел в песок. Он без сил привалился к стене, запрокинув голову. Копоть на броне пачкала серую стену, коммандер силился отдышаться. — Отходим! Назад! Наза-а-ад! Усиленный приблудами кварианки, знакомый голос снова раздавал команды. Редкие ворка ещё бежали по улицам, отстреливаясь и зазывая варренов за собой. В поднимающемся дыме и редких очередях небо стало уже серым. Как просто в пылу схватки пропустить рассвет? Где-то в стороне занималась алая звезда, пожухлый кустарник начал отбрасывать тени. Самых отважных отступление неприятеля вдохновило. Да что уж там, даже те, кто струсил повылазили из своих укрытий и принялись преследовать отступающих с не меньшим рвением, чем до этого уносили ноги. Кажется туша в пару сотен килограмм все же поломала капитану ребра. Он сел напротив, стараясь втянуть воздуха побольше и расправить легкие. На улице вновь послышалась стрельба, и Рэдмонд взял в руку пистолет, приготовившись дать ответный огонь. Кажется туша в пару сотен килограмм все же поломала капитану ребра. Он сел напротив, стараясь втянуть воздуха побольше и расправить легкие. На улице вновь послышалась стрельба, и Рэдмонд взял в руку пистолет, приготовившись дать ответный огонь. — Куда вы? НЕ ОТКАЗЫВАЙТЕСЬ ОТ ДОБАВКИ! Кеннет Мэлоун с дробовиком наперевес гнал тройку людей в алой броне. С улюлюканьями его догонял улыбчивый Шон, мрачно отстреливался Роберт. Они то и дело подгонял их выстрелами, старший Мэлоун победоносно ревел и ругался. Крики управляющего вдохновляли колонистов — всё больше народа присоединялось к поднятой им волне. Азари бросали вслед отступающим сгустки тёмной материи. Разобщённые силы обороняющихся собрались и единым фронтом гнали неприятеля обратно за баррикады. Уильямс как будто не замечал ликующих колонистов, бегущих мимо переулка, в котором они с Редмондом запрятались. Мужчина болезненно морщился и скалился. Кто-то из азари закричал, оповещая всех о пленном крогане. Джозеф всегда старался выносить какой-то урок из поражений. Их у него было достаточно, как и приобретенной «мудрости». Но порадоваться победе в битве, пусть и не выиграв войну… — Так он всё же не ушёл… — Мэл хмыкнул с поразительной апатией, после чего поднял глаза на Сида. Его грудь быстро и тяжело вздымалась, лоб покрылся испариной, голубые глаза смотрели с потемневшего от копоти лица. — Ты видел ещё кого-нибудь из наших? Бишопа? Виктора? Родриго охраняет мед.блок, в котором орудуют Йенсен и Пирс, Хилл сидит на «Вердене» с теми, кто не способен к бою, — это всё, что мне известно. Губы Джозефа растянулись в легкой улыбке. Он провожал глазами пробегающих мимо переулка людей и азари, вглядываясь в радостные лица. Яростные лица. Ликующие. Мужчина прикрыл глаза, стараясь запомнить этот момент. Ответом Малкольму послужило покачивание головы. Ксала. Пирс. Имена всплыли в сознании, глаза открылись шире. Еще не окончательная победа. Ладонь коснулась стены и послужила опорой, ноги с трудом подняли Рэдмонда с земли. Мышцы дрожали от напряжения вместе с конечностями. Не просто кого-то резать. Зато спишь потом как младенец. — Тебе нужна помощь. Этот кроган поломал тебе все ребра, или хотя бы половину. Давай. Джозеф помог Малкольму подняться на ноги. Вскоре они вышли на улицу и побрели среди ликующей толпы. Впереди еще слышались выстрелы, а на лицах мужчин было напряжение: кто-то из них боролся с болью, а кто-то с тяжестью чужого тела. Медблок встретил их гамом, не сравнимым с ночным. Раненных лечили по мере возможностей, диагностировали внутренние повреждения «старым способом». Уильямса устроили на одном из стульев, кушетки приберегли для тяжелых больных. Взгляд Джозефа начал блуждать по искаженным болью лицам, выискивая знакомых. Виктор! Голова Гутиерреса кровоточила, но помимо этого — ничего критического на первый взгляд. Рэдмонд дважды осмотрел присутствующих. Но Элейн среди них не было. Грудь прострелило разочарованием и страхом. Кок не сказал и слова, выйдя обратно на улицу. Кто-то из колонистов налетел на него и заключил в крепкие объятия. Не ожидая подобного, Джозеф подарил ответные, пусть голова была в совершенно другом месте. Радостная женщина отскочила от него и понеслась к другим, таким же счастливым людям. Проводив ее взглядом, Рэдмонд начал искать трупы молясь, что не увидит знакомых лиц. В конце концов пришлось бежать. Против толпы, уклоняясь от смеющихся и рыдающих. Он увидел каждого, кто погиб: людей, азари, ворка, бесформенные останки. Несся из последних сил и заглядывал в каждую чертову дыру, надеясь найти хоть что-нибудь. Ни Элейн. Ни Ксалы. Ни-че-го. Мужчина бежал до тех пор, пока не остался в практически полной тишине и одиночестве. Ветер нес мимо песок и пепел, губы сжались в тонкую полосу. Джозеф простоял на месте некоторое время. Солнце поднималось выше, его лучи начинали греть. Он приложил ладонь к еле кровоточащему порезу на шее, будто вспомнив о нем только что. Затем глянул на лежащего неподалеку мужчину, одного из нападавших. «У них техника рабочая». Ладонь, до того переживающая рану, легла на безжизненную руку и активировала инструметрон погибшего. Ему нужно было хоть что-то. От изучения чужого инструметрона Редмонда отвлекла тронувшая его рука. Цепкие пальцы, как оказалось, принадлежали доктору Йенсен. По ней и не скажешь, что схватить она может настолько болезненно. Женщина развернула Джозефа к себе. Она была бледна, широко-раскрытые глаза лихорадочно блестели. Они покраснели от усталости, но сама доктор двигалась бодро, а может и слишком живо. Её руки лежали у собеседника на плечах, а она заглядывала ему в глаза с тревогой. Сначала он решил, что случилось что-то еще. Что-то ужасное, настолько обезумевший взгляд напугал Рэдмонда. Он никогда не видел Йенсен в таком состоянии, даже когда женщине грозила смерть. А потом понял, что могло выбить пожилую женщину из колеи до такой степени, что она готова была потерять разум. Названная дочь. — Где она, Джозеф? Где Элейн? Она сказала, что пойдёт к вам. Капитан спрашивает. Виктор тоже не видел. Мы собрались в лазарете, а вас уже и след простыл. Если вы что-то знаете… — она осеклась. «Если вы что-то сделали» — вот, что было в её глазах. Женщина прикусила губу. — Если знаете хоть что-то — скажите. Мне нужно знать. Остальные спрашивают других, но я-то знаю, что она шла к вам. Она дошла? Вы её видели? До атаки? Тревожные вопросы сыпались из Лоун один за другим, она не давала ему и слова вставить. Взгляд и жесты принадлежали человеку, сходящему с ума от отчаянья и беспокойства. Его рука легла на ее ладонь, вторая болталась бесполезным куском железа. Джозеф сосредоточился и смерил стоящую напротив женщину внимательным взглядом. Собранным. — Я не знаю, где она сейчас. Ксала тоже пропала. Обеих я видел незадолго до атаки. С Элейн… мы не успели поговорить. Она ушла, потому что я еще не закончил с Ксалой. В голове воспроизвелось совсем мутное воспоминание: плечо Ксалы, поле биотики, и спина убегающей Пирс. Не обязательно было говорить обо всем. Он сделал паузу, пытаясь обнаружить в глазах Йенсен осознание сказанных слов. Горячая ладонь соскользнула с руки женщины, взгляд оставался сосредоточенным. — Они не могли попросту испариться. Пора бы и другим начать искать, а пока… у меня есть идея. Рэдмонд развернулся и пошел в сторону марширующих людей. Ликование сменилось попытками навести порядок в полыхающем «Хризолите». В первую очередь мужчина подошел к азари, которая кричала о взятом в плен крогане. Она направила его к одному из жилых блоков, где держали пленника.

***

Нож уже не торчал у него из глазницы. Боль делала кроганов злее, а не скромнее. Поэтому оружие в данный момент валялось где-то в песке на улице, а сам рептилоид был обездвижен и скован. Возле комнаты, которая стала для него темницей, сновали туда-сюда колонисты, но четкой охраны не установили. Дверь за Рэдмондом закрылась тихо. Здесь даже присесть было негде — все растащили на постройку баррикад. Поэтому он сел на корточки перед пленником, держа почетную дистанцию. Вместе с конфискованным у трупа пистолетом на поясе болтался новый, чуть менее острый нож. Глаз, в который угодил палец протеза, не был выбит. Серьезно пострадал, но все же остался на месте. Поэтому Джозеф был уверен, что кроган что-то да видит. — Рассказывай, какой был план. Вы проникли в колонию до основной атаки? Взяли заложников во время нее? Блеснуло лезвие. Нож был вытащен и крепко зажат в руке. — Говори прямо сейчас, иначе я вырву тебе второй глаз. И не остановлюсь на этом. Кроган разразился громким, но сухим смехом. Его уцелевший глаз был мутным, зрачок отражал попадающий свет неестественно. Ко всему прочему, пленник слегка поворачивал голову для того, чтобы видеть собеседника. — Ты всерьёз вздумал угрожать мне, человек? Нет такого мешка мяса, который заставит Грампа говорить больше, чем ему вздумается. Мне дали прозвище «Покойник», и если сегодня я им стану, то нового ничего точно не случится. Кроган оскалил плоские зубы и дёрнул сковывающие его цепи. Металл угрожающе застонал, но выдержал нападку. — Ну иди сюда! Иди, и я откушу твою поганую голову! — взревел Грамп. Настала очередь для Рэдмонда посмеяться. Смех вышел искренним и даже веселым, а затем утих, оставив на лице улыбку. — Сегодня? Ты не оправдаешь свою кличку сегодня, «Покойник». Чтобы доказать серьезность своих намерений — лучше приводить угрозы к исполнению сразу, как было обещано. Джозеф резко подался вперед. Металлические пальцы окончательно повернули голову пленника и впечатали в стену, оставив единственный видящий глаз на прямом обзоре. А затем лезвие вошло в глазное яблоко до самой середины, и выскользнуло обратно. Как и Джозеф, занявший прежнее место и снова севший на корточки, нож снова был в руке. Уже не поблескивал. Сталь была испачкана кровью. Рёв ударил по ушам, отразился от стен, разнёсся по помещению и мог бы выбить окно с той же яростью, что и его обладатель. Переносить подобные травмы в пылу схватки куда легче. Кроган закрутил головой, не в силах смириться с потерей зрения. Он бился в ярости ещё несколько минут прежде, чем успокоиться. Агония отошла на второй план. — Ты г-р-рязь из-под ногтя, ошмёток вселенной, жалкий кусок мяса! Я мог бы сож-ж-жрать тебя, но не стал бы, а отдал варренам «Клыков»! Кроган тяжело дышал. Он снова рванул оковы руками и снова не преуспел. Глаз вытек давно, но кровь из глазницы продолжала сочиться. Он пропустил оскорбления мимо ушей, в отличие от крика, игнорировать который было попросту невозможно. Опустив взгляд, Джозеф побарабанил пальцами по рукояти ножа, ожидая продолжения. Ругательства уступили место тяжелому дыханию, а затем и осмысленным словам. Только после этого Рэдмонд снова поднял взгляд. — Нам не нужны ваши пленники. Уже нет. Нам нужен корабль чтобы улететь из этого грязного, скотоводского мирка! — Тогда для чего вы сохранили пленников после атаки на колонну? Для чего нужно «мясо»? И где твои люди сейчас, Грамп? Стало очевидным — он не тронет крогана, пока тот говорит. В голосе даже появились спокойные нотки, будто они говорили за кружечкой чего-нибудь горячительного. — Ваши люди должны делать грязную работу. Мои люди валяются на ваших улицах и отравляют ваш воздух, — осклабился кроган. В коридоре послышались шаги и голоса. Кто-то начал толкать входную дверь, пока проход не освободился. В дверном проёме показался капитан, опирающийся на наспех смастерённый из какой-то балки и тряпок костыль. Он окинул Редмонда внимательным взглядом и медленно прошёл внутрь. — Я смотрю, ты нашего гостя уже разогрел, — многозначительно констатировал капитан, в голосе которого сочувствию места не нашлось. За ним в комнату вошли все остальные: Виктор, Родриго, доктор Йенсен и Луис Бишоп. Хилл, судя по всему, оставалась на корабле и разбиралась с мирными жителями. Среди знакомых лиц появилась также азари. Это, к сожалению, была не Ксала а, судя по раненому плечу, одна из защитниц баррикад. Девушка вмиг побледнела, увидев, какое чудовище приковали к стене, однако не издала ни звука. Кроган беспокойно крутился на месте, скалясь и изрыгая проклятья. — Смердит! Сколько вас здесь?! — Отойди от него, Редмонд, — сказал Уильямс холодно, игнорируя рычащего головореза. — Чем он успел поделиться? В двух словах. — Пулями с вашими соседями, сыновьями и матерями! — загрохотал Грамп. — Его зовут Грамп, кличка «Покойник»… — Доктор. — Уильямс кивнул Йенсен как только Редмонд назвал имя и кличку крогана. Женщина активировала инструметрон и принялась вводить команды на полупрозрачном экране. — …Его людям больше не нужны пленные, а те, которые у них уже есть, выполняют какую-то грязную работу. Теперь все, что они хотят — наш корабль, чтобы покинуть Кварт. То есть за исчезновение Элейн и Ксалы он ответственность не берет. Они пропали до атаки. Их с Уильямсом взгляды столкнулись. В воздухе повис вопрос: куда тогда делись женщины? Нож скользнул обратно за пояс, Рэдмонд в задумчивости снова посмотрел на крогана. — Мы с «Покойником» наладили связь. Здесь обязательно присутствовать ВСЕМ? Взгляд вернулся к новоприбывшим. Их действительно было слишком много. Вместо ответа Уильямс перевёл взгляд с собеседника обратно на крогана. Тот продолжал выплёвывать угрозы, но из всех присутствующих это беспокоило разве что Виктора, с тревогой поглядывающего на ходящие ходуном оковы. — Они хотели посмотреть, — ответил, наконец, Мэл. Тяжело вздохнув он посмотрел на азари. — Тв… — Капитан, — вопреки обыкновению перебила его посеревшая Йенсен. — Капитан, простите, но это важно. Мужчина повернулся к ней, как впрочем и все остальные. Даже кроган с интересом прислушался, слегка наклонив голову. — Не томите, док! — раздражённо поторопил Виктор. — Грамп по прозвищу «Покойник» является одним из пяти главарей целой группы головорезов и разбойников, терроризирующих границы систем Цитадели и промышляющих в системах Терминус. — Но что они тогда здесь… — начал было Родриго. — Каэле Хура, называемая также «Попрошайка», — повысила голос доктор. — Она была на записи. Помимо них группировку возглавляют также… — «Шрам» Рауль — язык без костей и без мозгов, зато с проворными руками, — засмеялся кроган. — Два ворка по кличке «Зубы», любящие своих варренов так крепко, что никто не удивился бы, обнаружив их в одной постели. Я задавил одну из их псин ради смеха, и она визжала как маленькая девочка, как и они. И, наконец, та, из-за которой мы здесь застряли, — кроган понизил голос. — «Смеющаяся» Ксала. Мы бы атаковали раньше, но она у вас что-то загостилась и задержалась из-за своего груза. Грамп снова издал пару громких смешков, переходящих в рык. Кровавые дыры на месте глаз крогана. Какое-то время Джозеф просто смотрел на них, а затем наблюдал, как открывается его пасть с каждым новым смешком. «Постарайся выжить. И найди меня потом. А пока я сделаю тебе ещё один подарок. Сопутствующие потери, Джозеф Редмонд.» «Тебе должно стать понятно, что это означает, Джозеф» — сказало его собственное «я» голосом Ксалы. И ему действительно стало все понятно. Осознание прошибло мужчину холодным потом, пальцы на единственной руке похолодели. Голова опустилась к груди, а глаза закрылись. Между бровей появилась характерная морщина. «Может быть им захочется утереть нам нос еще раз» — он сказал ей. «Мое предположение? Они узнали, что мы приедем. Сегодня. И вовсе не по пыли, поднявшейся на горизонте» — он сказал ей. Перед глазами предстала Пирс, стоящая возле «Мако» при высадке у завода. «Вы так смотрите на своих соратников, что я начинаю думать, будто и вам будет достаточно просто перенести… сопутствующий ущерб» — сказала она ему. Черепную коробку заполнил смех азари. Джозеф перестал слушать голоса в голове. …Пирс, разлетающаяся на атомы в сингулярности. Первый союзник… «Прекрати». Пальцы так крепко вцепились в рукоять ножа, что вся рука задрожала от напряжения. А затем оружие упало на пол вместе с тем, как Рэдмонд дернулся обратно к крогану. Он вцепился в дыры вместо глаз. — ГДЕ ПРЯЧУТСЯ ОСТАЛЬНЫЕ?! ГОВОРИ! ГДЕ ОНИ?! ГДЕ ОНА?! Их крики смешались: один кричал в агонии, а второй кричал свои вопросы. Родные пальцы намеренно проникли глубоко в свежую рану, заставляя крогана страдать. Джозеф кричал что-то еще, словно в бреду. Но сам себя уже не слышал. Чужие руки вцепились в его плечи и взялись оттаскивать. Справа что-то бормотал Родриго, слева ругался Виктор. Уильямс бросал команды, кроган продолжал болезненно рычать. В конце концов Редмонда припёрли к стенке, а коренастая фигура инженера-оружейника преградила ему путь, массивная рука легла на грудь, удерживая на месте. — Не вырывайся. Ради своего же блага, — посоветовал мужчина. Выразительно посмотрев в глаза Джозефа, Серджес повернул голову к капитану. Последний мрачно окинул обоих взглядом и кивнул азари на крогана. — Делай своё дело. Люди замерли в ожидании, затаили дыхание. Один только Родриго поглядывал на однорукого кока и не расслаблял напряжённых мышц. Девушка подошла к беспокойно ёрзающему Грампу. Когда он дёрнулся, она отшатнулась и с тревогой оглянулась на коммандера. — Он крепко скован, — успокоил её Мэл. Та поджала губы и снова повернулась к крогану. По телу азари пробежала голубая рябь — такая же, какая вдруг окутала Грампа. — Что ты делаешь?! А ну прекрати это, тварь! Сука! Отойди от меня! Но руки девушки уже легли на беспокойно мечущуюся голову а глаза, как мог знать, но не видеть Редмонд, почернели. Она дарила крогану «объятия вечности» и пролезала в голову также, как накануне в голову Сида проникла Ксала. Правда, для Грампа этот опыт стал не таким приятным. Особенно, когда девушка закончила своё дело и вышла из комнаты по просьбе капитана. Тогда тот самолично застрелил пленника.