За злодеев и против друзей

Роллинг Тандер приходила в себя. Её стало тошнить каждые десять минут, она уходила в туалет, возвращалась, ложилась на кровать, сдавливая живот. Ей уже было всё равно, что Лайтнинг Даст видит, как она мучается, однако та ей мешала, куда удобнее страдать в одиночестве, нежели перед наблюдающим. Лайтнинг выходила за арбалетами, возвращалась проверить, как там её напарница. — Я могу чем-то помочь? — взволнованно спрашивала у Роллинг Тандер она, подходя к кровати. — Нет, — качала головой Роллинг Тандер. Как-то она упала и постаралась подняться на диван, но не получилось. — Что с тобой такое творится? — подлетела к ней Лайтнинг Даст. — Ты отравилась что-ли? — Нет, — дала всё тот же ответ пегаска. — Я и сама не знаю. — Я в замешательстве, если честно. — Ты бы не могла отойти? Вух… Просто мне кажется, что я сейчас… — она отодвинула Лайтнинг от себя, когда ей стало душно, у неё потемнело в глазах, и она упала снова. — Да ты что, в чём дело?! Очнись! Очнись!!! — Теперь, как Лайтнинг Даст не пыталась, растормошить Роллинг Тандер ей не удалось. Она испугалась в первый раз и опасалась, что это случится и во второй. Не ждя больше ничего, Лайтнинг Даст покинула номер вновь, чувствуя стремительное нарастание паники.

***

— Винд Райдер!!! — Лайтнинг Даст с грохотом открыла дверь и, вся перепуганная, влетела в помещение. Винд Райдер вздрогнул от резкого звука: — Что случилось?! — Роллинг Тандер нужна помощь! — В каком смысле? — Её в последнее время часто тошнит, вчера ночью она задыхалась, а сейчас вообще полностью отключилась!!! Винд Райдер, что делать?! — Лайтнинг от паники не находила себе места. В её голове рисовались страшные картинки, она не знала, что происходит, что будет дальше. Но Винд Райдер не смог понять и разделить её беспокойство. Он встал из-за стола, подошёл к кобылке, прижал её к себе копытом и с улыбкой произнёс: — То что ты сказала, безусловно, плохо. Да, и я тоже волнуюсь, но ты же понимаешь, что мы не можем позвать сюда врачей. Я предлагаю оставить Роллинг Тандер здесь, в Криминале, я и Лабина решим, что с ней делать. Не переживай, Лайтнинг Даст. Лучше вспомни, зачем ты здесь. Какую цель ты хотела достичь в Криминале? — Я хотела вернуть Радугу и Ванессу, — пробормотала Лайтнинг Даст. — А теперь вспомни, пожалуйста, зачем позвала сюда Роллинг Тандер? — Чтобы она помогла?.. — Вот именно, — кивнул Винд Райдер. — Она всего лишь твоя напарница. Я не говорю тебе забить на все её проблемы и бросить, нет, ни в коем случае, я просто призываю тебя не волноваться, мы с Лабиной ей обязательно поможем. А ты сосредоточиться на другом. — Винд Райдер, если ты об освобождении Ванессы, то я не пойду. — Ладно, хорошо. Но я имею в виду и твои дальнейшие планы. Ты хотела на битву. Представь хотя бы на минуту, сколько пони могут нуждаться в твоей помощи в то время, как ты беспокоишься об одной своей напарнице? Не трать лишнего времени. На войне оно особенно невосполнимо. Иди спокойно, дорогая, — Винд Райдер не переставал улыбаться. Он подтолкнул Лайтнинг Даст за спину к выходу. — Всё будет хорошо. — Винд Райдер, ну как ты можешь так говорить? Как я могу быть спокойной? — пожала копытами Лайтнинг Даст. — Я не знаю, кому нужна помощь от меня на битве, но я знаю наверняка, что помощь нужна Роллинг Тандер. Я её люблю как и других своих друзей, как я, по-твоему, оставлю её? Как ты себе это представляешь? — Я обещаю тебе, что мы обязательно ей поможем. Ты же доверяешь мне? — Что к Роллинг Тандер, что к Дениту у тебя какое-то специфическое отношение, — заметила Лайтнинг. — Что-то мне кажется, ты не любишь моих напарников. — Ты ошибаешься, я вас всех люблю, дорогая. — Надеюсь, что я и вправду ошибаюсь. — Конечно. Я понимаю, что Ванессу вы не освободите. Но я всё равно отдам тебе и Роллинг Тандер деньги, пускай они будут вам как моя личная благодарность. Заходи за ними в любое время. — Спасибо. Я пошла… Пока, — Лайтнинг Даст вышла из кабинета и пошла по коридору к своему номеру. Захлопнула дверь, потом взлетела на кровать Роллинг Тандер и совершила ещё несколько попыток разбудить её, — Очнись, очнись пожалуйста! — кричала она, тянув напарницу за копыто, потом за другое. От паники Лайтнинг Даст стало жарко, она вышла из номера вновь, упала, облокотившись спиной на дверь. Она плакала, закрыв копытами глаза, у неё тряслось всё тело. Ей было очень страшно. Из-за врождённого эгоизма она не собиралась идти помогать другим пони на битве и защищать Эквестрию пока не поможет Роллинг Тандер. — Привет, — над пегаской повисла чья-то тень. Лайтнинг подняла голову и увидела озадаченную Лабину. — Ты чего так на меня пялишься? — рассердилась Лайтнинг Даст, поднявшись на ноги. Лабина не выдержала и выпустила улыбку наружу: — Ну… Я не всегда вижу тебя в таком состоянии. Спрашивать что случилось не буду, — добавила она, обратно посерьёзнев. — Потому что я уже давно всё знаю. Но помочь не могу. Потому что, — она приблизилась к Лайтнинг и сказала ей на ухо, — Роллинг Тандер отказалась от моей помощи. — Что? Когда?.. Ой, хорошо. Помогать буду я, от моей она не отказывалась, — заметила Лайтнинг Даст. — Но, Лабина, у меня к тебе вопрос. И не один. Во-первых, что с Роллинг Тандер? Раз ты знаешь. Во-вторых, откуда ты знаешь, а в-третьих, как всё исправить? — Ну, я думаю… А точнее, уверена, что всё дело в противоядии, — ответила Лабина. Она отошла к соседней стене, видимо, опасаясь того, что её услышат. Но кого она боялась конкретно, Лайтнинг не поняла. Но она видела, что Лабина сильно изменилась, её было трудно узнать в тот момент. Она будто стала грустнее и очень напряглась. — Я поначалу думала, что Роллинг Тандер сама использовала искусственную магию, так иногда делают пони. — Что? Зачем? — не поняла Лайтнинг Даст. — Чтобы казаться лучше. Или наоборот. Ну… После того, как я просматривала камеры видеонаблюдения, я поняла, что ошибалась. Никакую магию Роллинг Тандер никогда не использовала. Вообще я редко просматриваю камеры из помещения с ядом и противоядием… Хах, куда интереснее смотреть всё с тех, что установлены в ваших номерах. Вернее слушать, — с хитрой улыбкой поправилась Лабина. — О-очень интересно. — Ах ты, Лабина, ты что, подслушиваешь наши разговоры и следишь за нами?!. — Лайтнинг Даст набросилась было на неё, но потом она почувствовала, что способна отложить любые свои эмоции на потом. — Хотя ладно, давай вернёмся к Роллинг Тандер. Я могу посмотреть видео с камеры? — А, что? — всполошилась Лабина, не ожидая, видимо, такого вопроса. Она опустилась на пол и прижалась к стене. Как она могла так сглупить и заговорить о камерах?.. — Ты уверена, что хочешь знать? — Ну конечно, я хочу знать. — Ох, я тебе просто расскажу, окей? То видео просто удалилось уже, — соврала Лабина, не желая палить Беллармина, — В общем, так получилось, что Роллинг Тандер буквально пропитана искусственной светлой магией, которая опасна точно также как и яд, и тем более… — Погоди, то есть рвалась, задыхалась и отключилась она это от светлой магии?! — не поверила Лайтнинг Даст. — Бред какой-то. — Да, именно от светлой магии. И именно из-за неё она так сильно изменилась в характере. — Я что-то никаких изменений не заметила, — задумчиво произнесла Лайтнинг Даст, пытаясь что-нибудь вспомнить. — Вот серьёзно. Но… и что тогда делаем? Нужно же что-нибудь сделать… Всё очень-очень плохо, да?.. — Ага, лучше и вправду что-то сделать, иначе тебе придётся найти другую напарницу, я даже могу помочь с этим. — С чем, поможешь найти новую напарницу или всё-таки спасти нынешнюю? —укоризненно стукнула себя по лбу Лайтнинг Даст. — Говори мне что делать, и я всё сделаю. Лабина посидела в безмолвии несколько минут, подумала. Потом она закрыла глаза и сделала громкий выдох через рот. Тогда создалось впечатление, что напряжённая единорожка всё это время совсем не дышала. — Просто облей её ядом, а как придёт в себя, дай выпить, — прошептала она Лайтнинг Даст. — Стаканов пять, не меньше. — Ты… Уверена? — усомнилась Лайтнинг Даст. — Ага, — Лабина кивнула. — Яд в этом случае не навредит, а восстановит гармонию. — Хорошо, тогда я полетела. Спасибо. — Ой, не благодари, — к Лабине вернулась улыбка. Спокойная, она хотела было вернуться к работе. Но в тот же миг её вдруг так и дёрнуло, она подпрыгнула и закричала улетевшей по коридору Лайтнинг Даст. Но, понимая, что та её уже не услышит, Лабина бросилась следом и остановилась только у противоядия. Там Лайтнинг Даст, нагнувшись, набирала его в бутылку. — Эм, Лайтнинг Даст… Ты же… — О, привет, — Лайтнинг выровнялась и завентила у бутылки крышку, потом показала её Лабине, — Хватит столько? — не услышав от с виду очень перепуганной единорожки, пони спросила, — Я надеюсь, ты точно уверена, что яд поможет? — Стой! — Лабина схватила нагибающуюся за следующей порцией пегаску. — Что? — насупилась Даст. Она впервые видела Лабину такой, очень неуверенной и чем-то сильно напуганной. Её внешний вид растопил сердце бирюзовой пони, и она продолжила смотреть на неё не строгим взглядом, а сочувственным. — Если ты дашь своей напарнице выпить это, — ткнула Лабина в бутылку. — Будет плохо. — показала единорожка тем же копытом на чан, стоящий чуть правее, переполненный светло-сиреневым… Ядом? Но Лайтнинг Даст всегда считала, что там налито противоядие. — То есть, ей нужен не яд, а противоядие? — спросила она, выливая нежно-розовую жидкость обратно. — А чего ты говорила про яд? И погоди... Разве не противоядие её убивает? — Это не яд, — закатила глаза Лабина. Порой она поражалась тому, какие вокруг неё все глупые, все невообразимые вещи, о которых нереально было догадаться просто так, казались ей очевидными как два плюс два. — Что-что? То есть ты хочешь сказать, что… Чёрт, — Лайтнинг Даст перелетела к другому чану и опустила в него бутылку. Положа подбородок на край, она ждала, наблюдала, как с бутылку проникает яд. — Ну так что? Ты объяснишь? — напомнила пегаска, повернув голову к Лабине. Та стала нервно опускать уши вниз, полностью побледнев. Что она только что сделала? Она рассказала о том, о чём Винд Райдер строго-настрого запретил говорить. — И чего ты такая, что-то случилось? — Я должна отойти, — пробормотала Лабина, резко отвернувшись. — Пока. — Лабина, ну в чём дело? — Лайтнинг Даст заговорила более мягко, и даже немного улыбнулась. — А ты не понимаешь? Ты подумай немного. Ты всё время, что пробыла в Криминале, думала, что яд — это противоядие, а противоядие — это яд. Ты понимаешь в чём дело? Понимаешь? — Лабина, извини, я просто сильно переволновалась, — сказала Лайтнинг Даст, протирая салфеткой мокрый лоб. — До меня может не доходить. — Смотри, — Осознавая, что продолжать скрываться бессмысленно, единорожка снова обернулась, — Мы использовали яд для нанесения вреда злодеям, ну, приспешникам носителей тёмных элементов, например, а также противоядие, для спасения пострадавших пони, чтобы исцелить их, вернуть им разум и так далее. Ну а теперь попробуй это всё перевернуть. Ядом оказалось противоядие, делающее злодеев только лишь более преданными своим повелителям, а ядом мы отравляли пони и превращали их в новых злодеев. Теперь понимаешь или нет? — Я понимаю, — пробормотала Лайтнинг Даст. Она сжала бутылку в копытах ещё крепче. — Мы не хорошие, Криминал это организация, которая не на стороне добра, к сожалению. — Серьёзный удар ты только что нанесла. Я даже не знаю, что ответить… То есть я всё это время помогала злодеям? И ты всё знала? Кроме меня ещё знал кто-то?! — Лайтнинг Даст разозлилась и стала повышать голос. Подумать только, выходит здесь, в Криминале, она оказывала помощь не друзьям из Эквестрии, а тем, кого готова была растерзать. Боролась не за благополучие любимой страны, а за зло, поглотившее её. И виной тому — Винд Райдер. Лайтнинг была полна бешенства, она понимала, что теперь сражаться сможет ещё отважнее и беспощаднее, из-за тех эмоций, что испытывала по отношению ко всем, находящимся на стороне зла. Она пообещала самой себе заставить Винд Райдера ответить за этот ужасающий обман.

***

На удивление Лайтнинг Даст, яд Роллинг Тандер смог вернуть в сознание. Сначала пегаска просто положила ей на голову обмоченное ядом полотенце, но потом, вспомнив слова Лабины, вылила на напарницу целую бутылку, вымочив постель с полом. Роллинг Тандер тогда наконец зашевелилась, она протёрла глаза и раскашлялась. — Что это такое? — спросила она, облизнув мокрое копыто. Она посмотрела на ласково улыбнувшуюся Лайтнинг, — Чем и зачем ты меня поливаешь? — Выпей, пожалуйста, — вместо ответа Лайтнинг Даст протянула Роллинг Тандер стакан, наполненный сиреневой жидкостью. На сто процентов доверявшая ей Тандер приняла его и, приподнявшись с подушки, выпила до дна. Оказалось очень вкусно и освежающе. — Хочешь ещё? — Лайтнинг Даст подлила из стеклянной бутылки. После того, как Роллинг Тандер выпила второй стакан, Лайтнинг настояла и на третьем: — Давай ещё пару стаканчиков, это очень полезно для тебя. — А что это? — снова поинтересовалась Роллинг Тандер после третьей порции. — Лекарство, — Лайтнинг Даст не стала называть необычный напиток своим словом. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Конечно, а почему ты спрашиваешь? И для чего мне лекарство? В чём дело? Да-а, как я вспотела, — пробормотала Роллинг Тандер посмотря на свою мокрую подушку. — Ой, Роллинг Тандер, я так рада, так рада, что ты очнулась! — Лайтнинг Даст заключила её в нежные объятия, в которых Тандер улыбнулась, но из-за нелюбви к обнимашкам она вновь почувствовала себя как-то скованно. — Ты себе не представляешь, как я испугалась!!! Чтоб ты понимала, это было намного-намного страшнее всего, что я вытворяла на арене!.. — Что, ты прям так сильно напугалась что-ли? Я сознание теряла, да? — Роллинг Тандер легонько отодвинула Лайтнинг от себя. Она потрогала себя за лицо, словно не веря в то что происходит, — Погоди. Я, кажется, знаю, что со мной было. К ним на кровать запрыгнул только что плотно позавтракавший Углик. Он устроился рядом, обвил вокруг себя свой чёрный хвостик и заснул, тихонько подмурчивая. Лайтнинг Даст с улыбкой погладила ему макушку. Какое приятное облегчение она испытала. Она в тот день вспотела не меньше Роллинг Тандер. Как здорово, что всё наладилось. — Лайтнинг Даст, как долго я лежала? — поинтересовалась Роллинг Тандер. — Как по мне целую вечность. Но по часам не так чтобы долго. Мы уходим из Криминала, — сказала вдруг Лайтнинг Даст. Она встала с кровати и достала из шкафа сумки, — Идём на битву за Эквестрию. — Против кого битва? — не поняла Роллинг Тандер. Она вылезла из-под одеяла и взялась за свою сумку, на которую уже хотел было перелечь Углик. — Против Дэйбрейкер и её приспешников… Ты иди, если только правда нормально себя чувствуешь. — Всё нормально, да, я пойду на битву. — Отлично! — обрадовалась Лайтнинг Даст. — Тогда давай сейчас соберём вещи, сходим за нашей формой и в Кантерлот. Лайтнинг Даст провозилась с вещами недолго, бòльшую часть времени у неё отняла сборка котёнка — миска, игрушки, домик, когтеточка, шампунь, три пакета с сухарями и двенадцать с супом, это всё, что нужно было уместить в чемодане. В один всё не влезло, поэтому некоторые вещи Лайтнинг запихнула в сумку напарницы. Ей было тяжело от того что она не разобралась, что было с Роллинг Тандер, она чувствовала себя так, как будто не завершила какое-то важное дело. Правильнее же было выяснить правду, чтобы хотя бы иметь представление о случившемся. — Я не могу найти свои книги, — пожаловалась Роллинг Тандер, ища по номеру те самые жестокие романтические детективы. — Ты не убирала их? — Нет, я вообще не трогала ничего из твоего, — ответила Лайтнинг Даст. — Ты их не выносила отсюда? — Нет, они лежали вот здесь, — Роллинг Тандер проверила каждый ящик в комоде. — Эх, жаль. Они такие интересные… Так, стоп! — совершенно случайно она обратила внимание на настенный радужный календарь и увидела на нём дату восьмое сентября. — Что?! Почему? — Чего? — не поняла Лайтнинг Даст, подлетев к ней. — Я что, в обмороке с августа до сентября пролежала?! — Нет, конечно. Лайтнинг Даст наблюдала за напарницей и заметила, что та как будто сознательно осталась ещё в середине августа. Как будто последние недели пегаска совсем не помнила, ещё Даст не могла не обратить внимание на изменение цвета её глаз. Но тогда, почему-то, она не придавала этому большого значения. — Но я помню, что когда вы пошли освобождать… кого-то там, было одиннадцатое августа! Нет, я что, из-за того, что упала в противоядие ничего не помню теперь?!.

***

Беллармин покидал Криминал в тот же день. Он вернулся со своей последней, успешно выполненной миссии, подошёл к Винд Райдеру забрать деньги и попрощаться. Он пересёкся и с Лабиной, которая начала сторониться его. Жеребец мечтал увидеться с Жалисой и Линой. Идти на битву он не передумывал, но при этом ему необходимо было сначала встретиться с любимыми пони. Лабина видела, что он меняется в лучшую сторону, и именно поэтому выдавать его Лайтнинг не стала. Она понимала, что поступила неправильно. Но правильно по отношению к Беллармину. * * * Перед полным уходом Роллинг Тандер и Лайтнинг Даст выпили чаю, за которым первая подробно рассказала о своём походе к противоядию, догадке о деятельности Криминала, падении в чан и последовавшими за ним странными ощущениями и потерей контроля. Лайтнинг внимательно выслушала её и отреагировала на её рассказ возмущением, мол, зачем она пошла за доказательствами и была настолько неосторожной. Роллинг Тандер же в тот момент узнала, сколько её напарница сделала для неё и горячо восхитилась: — Я теперь люблю тебя ещё больше! — воскликнула она. — Спасибо, за то что спасла мне жизнь! Мне очень приятно, я найду способ, как тебя отблагодарить! — Просто постарайся быть честнее, большего не нужно, — с улыбкой попросила Лайтнинг Даст. — Ну ладно… Я постараюсь. Ни Роллинг Тандер, ни Лайтнинг Даст, прощаться с Винд Райдером не стали. Тандер поблагодарила Лабину за помощь, ведь без неё она бы вряд ли выжила. Та в ответ улыбнулась и убедила её в том, что любая заинтересованная в здоровье других пони поступила бы точно так и она. Беллармин, которого единорожка усердно избегала, покинул штаб Криминала самым последним, через час после того, как ушли Роллинг Тандер и Лайтнинг Даст. В самом безопасном месте Эквестрии остались лишь два пони — хакер-Лабина и его владелец. * * * Лабина рассказала Винд Райдеру о том, что Лайтнинг Даст узнала правду о Криминале. Тот, на её удивление, отреагировал поразительно спокойно: — Ладно, пусть хоть весь мир узнает. Мы уже по-любому ото всех скроемся. А это место сотрём, — пожилой пегас достал из шкафа неактивное взрывное устройство, хорошо знакомое Лабине. Ей была известна дальнейшая судьба штаба Криминала, после того, как все участники покинут его, поэтому она ничему не удивилась. Прежде чем завести таймер, преступники тоже собрались. В основном они забирали с собой деньги. Ссыпая в мешок битсы, Винд Райдер заметил: — Странные Лайтнинг Даст и Роллинг Тандер, не забрали у меня денег, хотя на халяву по двести битсев предлагал. Кстати, что там с Роллинг Тандер? — жеребец посмотрел на сидящую поверх бомбы Лабину. Та надувала пузырь из жвачки. — О, всё в порядке. Я помогла. Винд Райдер, я считаю, что ты неправильные вещи говорил Лайтнинг Даст. Она поступила правильно, что решила спасти именно Роллинг Тандер. Я прямо не ожидала от неё такой адекватности. — Лабина, сколько раз я просил не подслушивать мои разговоры… — Хах, извини! — рассмеялась единорожка, — Любопытство сильнее приличия. — Ну… Может я лишнее ей сказал, согласен. — Я по сути тоже просто твоя помощница, ты бы не помог мне? — Нет, Лабин, ты что. Я бы пожертвовал всем чтобы помочь тебе… Да-а, я думаю, ты права. Лайтнинг Даст и вправду правильно поступила. После сборов пони активировали бомбу и оставили её в кабинете Винд Райдера, на столе. Бабахнуть должна была ровно через четыре часа. Оставив это безопасное и уютное место на произвол прописанной ими же судьбы, его создатели пустились в побег, от правосудия и правды.