молчание спасёт от глаз чужих

стереополина – я сам не свой.

Когда Беклемишева завели в этот душный и, наполненный разговорами школьников, кабинет, светловолосый сразу понял, что он – новая статуя в музее, на которую никто не прочь поглазеть. — Знакомьтесь! Александр Беклемишев – ваш теперь уже нынешний одноклассник и будущий товарищ, — мужчина улыбается и хлопает Сашку по плечу, на что тот лишь приподнимает брови и облизывает пересохшие губы. На его лице не видно никакой радости. — Присаживайся на свободное место. Конечно же, юноша его слушает и, проходя мимо двух парт, сталкиваясь со знакомыми глазами, падает на стул рядом с какой-то зевакой, которая слегка дëргается и давится батончиком, сдерживая кашель. Отлично, угораздило сесть с зайчиком. — Ты откуда?, — Саша поворачивает голову, замечая некую заинтересованность со стороны одноклассницы. — Стошка. — А, с этого города, значит? — Ну, логично, наверное, — фыркает в ответ и, убедившись, что соседка больше ничего не собирается произносить, усаживается поудобнее, готовясь слушать преподавателя. Однако сосредоточиться ему не удаётся. Бекля снова нагло пялится на свою давнюю подружку, которая сейчас на него тратить время не готова. Для Саши решиться сделать что-то опасное: влезть в драку, покурить перед учителями, сказать отцу пару ласковых, – не составляет труда, но поговорить с той, с кем у него имеются общие воспоминания – дело действительно серьёзное и пугающее. Сашка не признается, что при виде девчонки в очках у него челюсть сама по себе сжимается, а на руках и на лбу набухают вены от напряжения. Он злится, когда Майка появляется в его поле зрения, но явно не на неё. На себя, скорее всего. Он мог бы прямо после урока подойти и предложить ей обсудить их дальнейшее общение, которое ему бы хотелось начать заново, как говорилось тогда в лагере, однако его останавливают догадки о последствиях. У Лагунова же всë получилось, почему бы не пройтись по лестнице с самой первой ступени? Всë не так просто, как кажется. Беклемишев либо не хочет, либо уже знает, какой ответ может получить от Мизулиной. Естественно, долгое игнорирование еë местонахождения рядом с ним продолжаться не может, ибо на данный момент брюнетка является его одноклассницей и старостой класса. В любом случае общаться придётся, даже если только по делу. Бекля кусает нижнюю губу, явно находясь где-то далеко от реальности. Его взгляд направлен на Майку, которая не особо обращает внимание на речь учителя по поводу надвигающихся экзаменов. Она сидит довольно близко к юноше, из-за чего он спокойно может расслышать, что девчушка разговаривает со своим одноклассником насчёт предстоящего урока физкультуры. — Зачëт? — Он хочет провести его сегодня для закрепления умений пройденного этапа в прошлом году. Ужас, правда?, — Майя цокает и поправляет очки указательным пальцем, пока кудрявый парнишка улыбается, мотая головой в разные стороны. Видимо, новость подруги его совсем не смутила. Сразу видно – спортсмен. — Вы серьёзно? Зато сегодня два урока, — рыжий школьник поворачивается к этим двоим говорунам и закрывает рот ладонью, осознавая, что задал вопрос слишком громко. — Максим Ильюшин!, — стук по учительскому столу вынуждает светловолосого выйти из зоны комфорта и перевести взор на преподавателя. — Простите, Андрей Викторович. — Если вам неинтересно, то можете покинуть кабинет и не возвращаться, пока звонок не прозвенит! — Этого больше не повторится. — Уж будьте любезны. Удивительно. Доброжелательный мужчина, однако выглядит устрашающе в гневе. Сашка ухмыляется сам себе, что не уходит от глаз соседки по парте. — Он ещё и не такое может, — девичий шëпот раздаётся где-то рядом с ухом, и Бекля сводит брови на переносице, прислушиваясь. — Чо? — В прошлом году он попросил нашу класснуху, чтобы она собрала предков лишь потому, что Анька и Гошан по нелепой случайности застряли в подсобке. — По нелепой случайности? — Ага. Над ними так пошутить хотели. Шутка не удалась. Викторович подумал, что они там не просто так находятся, — девчушка тихо смеётся, а после – чиркает неприличный рисунок на листке, показывая юноше. — Короче начал он нам пудрить мозги про половое воспитание. Лиза, кстати, — протягивает руку и ожидает ответной реакции, однако резкое исчезновение листочка с художеством заставляет Лизу повернуться лицом к воришке. — Это что?, — учитель внимательно рассматривает сие изображение и кривится, пока Сашка щëку с внутренней стороны прикусывает, лишь бы звук какой-нибудь не издать. — Да рисунок просто, чо Вы начинаете? — Я заберу его. — Верните потом. Подпись свою поставлю, а то себе присвоите. — Нет, в комнате на потолок наклею. Нужно же на что-то любоваться перед сном. Подростки посчитали данный диалог забавным, поэтому по всему классу раздался гогот, но посмеяться решили не все. Мизулина лишь похихикала немного, однако, наткнувшись на улыбающегося Беклю, сразу же отвернулась, снова натянув серьёзное выражение лица. И что здесь смешного?

две тысячи ярдов, атрава – триггер.

— Куришь?, — Саша лишь кивает, когда Лиза захлопывает дверь прямо перед его носом. — Отлично, значит, сигаретка есть. Выйдем? Поделишься. — С чего ты решила, что они у меня с собой? — Видела, как с Алëшиным курил. — У него и взял, — усмехается игриво, пока одноклассница раздумывает дальнейший план действий. — К нему идти предлагаешь? — Я ничо не предлагал. — Пошли к нему вместе тогда, — эта бестия хватает свой рюкзак и тащит Беклю за собой, пальцами сжимая рукав синего пиджака. Приставучая, конечно, до тошноты, однако светловолосый не прочь покурить на перемене, когда детишки вокруг бегают и грозят пожаловаться директору. — И куда идти?, — задаёт вопрос, пока Лизка торопливо заворачивает за угол, не замечая идущих им навстречу старшеклассников. Возможно, так судьба велела, а, может, всë из-за неаккуратности, но Сашка столкнулся с бедной школьницей, чуть ли не снося её с ног. Ему было бы всë равно, если это была какая-нибудь незнакомка, однако ситуация заставила юношу почувствовать стыд и нервозность, когда перед его глазами появилось бледное личико Майи и, что ещё хуже, недовольное выражение лица Валерки. — Можно, пожалуйста, смотреть под ноги?, — бормочет себе под нос и ладонью проводит по своему лбу, а Лагунов глазеет на Беклемишева, стараясь вспомнить, где он его видел. — Я думаю, это вам стоило протереть очки, — зевака вставляет свои пять копеек, и будь Сашка тем самым Беклей из прошлого, который не думает о Мизулиной продолжительное время, то тоже бы сказанул нечто обидное, однако сейчас не может, да и не хочет в принципе. — Наглость, — Майка на корточки присаживается, поднимая свои очки с пола, сводит брови на переносице и, глядя на светловолосого снизу вверх, поднимается. — Можно извиниться, наверное, — холодный тон Валеры вынуждает обратить на его персону внимание, из-за чего Лиза скрещивает руки на груди, готовясь выплюнуть на этих добряков всю желчь. — Не знал, что вы в одной школе учитесь, — едкая ухмылка растягивается на губах Саши, на что нынешний стратилат лишь хмыкает. — Мы тоже не знали, но разве это важно?, — Майя отряхивает белую футболку от несуществующей пыли, только бы в глаза бывшего партнёра не смотреть. — Следующий урок – физкультура. Не опаздывайте. — Уж постараемся, — Беклемишев сам от себя не ожидал такой дерзости. Его без причины переполняет раздражение, и юноша делает несколько шагов вперёд, останавливаясь на пару секунд в ожидании новой знакомой. — Физрук не любит ждать, — после этого словосочетания брюнетка просит Лагунова не трогать чужое эго больше, однако у паренька совсем иные планы. — Ага. — Из-за таких, как вы, нагоняй получает староста за то, что не уследила. Уж не думаю, что без отмазок вы долго проучитесь. — Рот закрой. Тебе то какая разница? В защитников решил поиграть? — Заткнись. Я лишь следую уставу. И вам советую. — Уставу? — Прекратили оба, — Майка указательным пальцем показывает на Беклю и произносит: — Ты. После урока поговорим, — светловолосый цокает, однако всë же соглашается. — А ты, — она поворачивается к другу и вздыхает. — Со мной пошли. Анастасийка слишком долго ждёт. — Увидимся, — Лизка наигранно лыбу тянет, но как только школьники исчезают за стеной, девчонка закатывает глаза и устремляет взгляд на Сашу. — Вы знакомы? — В лагере одном были. Особо не общались, — ложь. — Ну, да, по твоему лицу видно, как ты их не рад видеть. — Да лучше бы вообще не видел, — очередная ложь. Может быть, с Лагуновым он видеться действительно не хотел, однако с Мизулиной – совсем наоборот. — Ладно, идëм. Алëшин на улице, скорее всего. Сашка спокойно этот день в учебном заведении явно не проведёт. Чувство гнева буквально тянет его на самое дно – в пучину хаоса, безумия. Ему это, конечно же, не приносит удовольствия. К тому же это едкое ощущение превращается в нечто странное, из-за чего подросток готов говорить что-то более обидное и рвать на себе волосы, испытывая вину. Мизулина – заноза в заднице. Так сказала еë одноклассница – Лизка. И Бекля согласен с ней, однако не в плохом смысле. Майка преследовала его во снах после прошлогодних каникул. Не уходила из мыслей и вынуждала избавляться от них своеобразными способами. Тот же спорт, курение. В распитие алкогольных напитков он даже не лез – отец уже показал пример его сильного воздействия. «После уроков поговорим». Поговорят они, как же. Беклемишев готов поклясться, что из этого ничего хорошего не выйдет. Они, как всегда, не придут к общему мнению и всё останется так, как есть, только относиться к друг другу будут получше. — Бекля, — голос Алëшина заставляет десятиклассника навострить уши и взглянуть на источник звука краем глаза. — Ты чо задумался? На, — девятиклассник протягивает ему сигарету, а тот не отказывается, сразу же забирает вредную для здоровья вещь. — Бекля? Тебя же Сашка зовут, — комсомолка усаживается на грязный бетон и выпускает дым. — Бекля звучит привычнее. — А если я тебя Сашей буду называть? — Я тебе тресну. Пойдёт? — Хорошо, — она сочла подобную угрозу за шутку, поэтому лишь улыбнулась и снова наполнила лëгкие едким веществом. — Помнишь, я про церковь чо-то говорил?, — Епихин встревает в диалог, однако его, как по привычке, перебивает Алëшин. — Давай, я расскажу. — Не думаю, что у меня время есть, — комсомолец сплëвывает вязкую слюну на землю и выкидывает окурок. — Ты серьёзно пойдёшь на физру? Я не собиралась. — Ну, ты, может, не собиралась, а я планировал. — Ладно, — девчонка поднимается на ноги, отряхивая юбку. — Встретимся позже, — Лизка машет компании рукой и скрывается вместе с Сашей из виду. — А где раздевалка? Переодеться бы успеть. — Не думала, что ты Мизулину послушаешься. — Просто спорт обожаю, — усмехается, крепче сжимая лямку рюкзака. А ещё физрук не любит ждать, так?

vespercellos – всё идет по плану.

Громкий свист оповещает о начале урока. Учитель по физкультуре явно проснулся с плохим настроением, ибо сразу же напал на бедных десятиклассников по непонятной причине. Возможно, его пригрозили уволить, а, может быть, что-то случилось за переделами школы. — Почему Лиза Шаврина отсутствует?, — мужчина, сложив руки за спиной, делает медленные шаги, рассматривая лица подростков. Его взгляд буквально прожигает дыру в каждом, и Майка сжимает кулаки, не зная, как сообщить, что эта Лиза – не единственная, кто решил прогулять занятие. — Я спросил: почему Лиза Шаврина отсутствует?, — он останавливается перед Мизулиной, глядя на девчонку сверху вниз, на что та лишь пожимает плечами. Физрук, на самом деле, не впервые встречается с данной проблемой. Лизка постоянно прогуливала его урок, и стоило бы привыкнуть, однако ему, видимо, это надоело. Он же учитель в первую очередь. Не прийти на физкультуру, значит, потерять уважение физрука – так он говорит. — А откуда она может знать, где эти двое?, — кудрявый юноша хмурится, но тут же отсекается, когда осознаёт, что сказанул то, что не надо было. — Двое?, — кажется, мужчина злится ещё сильнее, сжимая челюсть от раздражения. — Значит, так, — опустив голову, тот отходит назад, вскидывая руки. Его тон пугающий и достаточно сильно напрягает школьников. — Бегаем по кругу до того момента, пока ваши прогульщики не соизволят прийти. — А если они вообще не придут? У нас же зачёт сегодня, Вадим Сергеевич. — Это не на время и не на скорость, поэтому не думаю, что вам составит труда потренироваться перед предстоящим зачётом. Проведём на следующем уроке, ничего страшного. И, Мизулина, уж постарайся тщательно следить за своими одноклассниками, иначе.. — Извините за опоздание, — Майя направляет взор на вбежавшего наглеца, узнавая в нём Беклю, а следом за ним заходит зевака, скрещивая руки на груди. Пришли, да неужели. — А ты ещё кто? — Александр Беклемишев – новенький, — староста сама осмеливается представить своего нового одноклассника, однако физруку это не очень нравится. — Почему не сообщила раньше?, — ответ он ждать не собирается, да и ему как-то всё равно. — Причина опоздания?, — переключается на опоздавших, глазами бегая по телосложению каждого, чтобы убедиться, одеты ли они в спортивную форму. — Раздевалку искал. Лиза помогла и ждала меня, чтобы показать спортзал, — Сашка наигранно вежливо улыбается, убирая ладони в карманы спортивных треников, Шаврина лишь кивает, надеясь, что Сергеевич поверит. Поверил. — Ладно, но это первый и последний раз, усекли? — Конечно. — Я – Вадим Сергеевич, твой учитель по физкультуре. И мне не нравится, когда прогуливают мой урок. Если внезапно захочешь не прийти, так, будь добр, принеси справку о болезни. — Понял. — Отлично, а теперь три круга. Вперёд, вперёд. Времени и так много потеряли. — А зачёт когда?, — наверное, другу, с которым Майка так эмоционально обсуждала физкультуру на прошлом уроке, очень важно это закрепление умений, раз он так настойчиво напоминает об этом. — Четыре круга, Зубарев. — Но.. — Пять. Не стоим! Беклемишеву физрук не особо понравился. Обычный дядька, который любит порядок и хочет, чтобы его соблюдали все. Но светловолосый это делать не привык. Саша сводит брови на переносице, когда видит, что мужчина пристально наблюдает за ним. Оценивает его навыки? Или пытается найти то, до чего можно докопаться? Вполне вероятно. Юноша сглатывает слюну, вынуждая кадык дёрнуться вверх-вниз, и отворачивает голову, глядя только вперёд. Странно, что некоторые его одноклассники выдохлись на третьем круге, смахивая пот со лба, а одна из девчонок уже присела на лавочку, сказав, что бок заболел, когда Бекля будто не устал вовсе, хотя лёгкие курильщика постепенно дают о себе знать. — Мизулина, остаёшься за главную, — мужчина неожиданно выкрикивает и исчезает за дверью, напоследок предупреждая, что вернётся через минут пять. Саша, пользуясь моментом, останавливается, снимая спортивную кофту, следом – повесив её на турник. Сейчас им никто пользоваться не будет, а на пыльный пол вещь кидать не так уж и прилично. — Выдохся, смотрю. Кружок не вытерпишь? — Ты это мне?, — подросток не оборачивается, спрашивает с осторожностью, однако кулаки всё же сжимает. Ему не нравится, что с ним разговаривают подобным образом. — А кому ещё?, — тот самый Зубарев обходит Беклемишева, вставая перед ним. Бекля почему-то сразу ощущает себя не в той тарелке. Несколько пар глаз направлены на него, а он дельного сказать ничего не может. — Нам ещё круг бегать, а ты стоишь, прохлаждаешься. — Тебе чо, делать нечего?, — лучшая защита – это нападение. — В каком смысле? — В прямом. — Мизулина тебе ничо не скажет, а я могу.. — Чо ты можешь?, — Сашка гнев чувствует, когда этот настырный одноклассник упоминает брюнетку. Раздражение по всему телу разливается, из-за чего хулиган налетает на школьника пуще прежнего. — Иди, своими делами занимайся. Тебя, вроде, никто за главного не оставлял. — Не агрессируй, я нормально с тобой разговариваю, — Зубарев усмехается, пожимает плечами, словно ему сообщили какую-то весёлую новость. — Тогда по-нормальному свали. — Чо ты сказал?, — ухмылка пропадает с его лица так же быстро, как и появилась. Разозлился? Сашке это в плюсы только. — Я сказал: свали нахуй, — друг тихони не сдерживается и хватает Беклемишева за ворот белой майки, со всей силы прижимая спиной к стене, однако светловолосому как-то фиолетово. — Силами решил помериться? — Матами раскидываешься. Не дело. — Не нужно было докапываться из-за пустяковой хрени, жертва аборта. — А вот на личности переходить некультурно, — кудрявый замахивается кулаком и бьёт парнишку в живот, из-за чего Саша слегка наклоняется вперёд. Больно, конечно, но виду не подаёт. — Это всё?, — вопрос Бекли заставляет школьника ещё раз ударить юношу, однако тот будто этого и добивается. — Сил жалко? После данного вопроса завязалась драка. К этому всё и шло, верно? Мизулина сразу заподозрила что-то неладное. И сия картинка лишь подтверждает её догадки. В стороне, естественно, она стоять не хочет, поэтому без замедления и зазрения совести подходит к этим бунтарям, еле как разнимая их друг от друга. — Вы что творите? — У дружка своего спроси, — Беклемишев тыльной стороной ладони вытирает кровь с разбитой губы и, слегка покосившись, отходит в сторону. — У меня спросить? Ты первый начал. — Как дети малые. Вы серьёзно?, — Майя указательным пальцем поправляет спавшие очки и глядит на Зубарева, произнося: — У тебя кровь из носа. — Если бы ты не был агрессивным подонком, ничего бы не случилось. — Да плевать я хотел, — и Саша действительно сплёвывает слюну вперемешку с кровью на пол, наблюдая, как Майка проверяет друга на наличие ран, буквально сканируя его. — Неудивительно, — староста хмыкает. Делает вид, что ей как-то всё равно, хотя на деле чувствует некое беспокойство и обиду по уже известной причине. — Блять, — комсомолец разочарованно ухмыляется, хватает кофту и быстрыми шагами направляется в сторону выхода. — Да пошли вы все. — И куда ты? — Отвали, — сам не понимает, почему грубо отвечает ей. Просто хлопает дверью, наконец, покидая неприятную атмосферу. Подросток испытывает столько разных эмоций сейчас, а вопросы так и заполняют мозг с новой силой. Чёрт, и зачем он начал эту драку? Всё, ведь, могло решиться мирным путём с помощью обычной беседы. Стыд, злость, грусть – всё смешалось воедино, не давая возможности здраво мыслить. Сашка даже физрука не замечает. Мимо проходит, а тот и не идёт за ним, лишь угрожает, что объяснительную писать будет, но объяснительная на данный момент – вещь не из самых главных. Майка – вот, что его волнует. Точнее – кто. И ревность, которую он ощущает прямо сейчас, настораживает и вынуждает ненавидеть её ещё больше. Зачем он вообще начал общаться с ней в этом чёртовом лагере? Саша пинает землю и садится на корточки, пальцами зарываясь в своих волосах. Прежние раны не зажили, а новые уже появились. Не может он без приключений, без давки эмоциональной. Только вот Майя здесь явно не при чём. Она ему по сей день нравится, даже если осознавать этот факт довольно трудно. Времени то столько прошло. Ох, уж эта агрессия и непонимание происходящего. Бекля снова из реальности выпадает. Звонок его никак не будоражит. Возможно, он бы отсидел ещё пару минут, но учебный день сегодня до двенадцати, и ему повезло, что можно со спокойной душой идти домой. Так Саша и поступает. Переодевается, игнорируя косые взгляды в свою сторону. Кладёт форму обратно в ящик. Закидывает рюкзак на плечо. И просто уходит, даже ни с кем не попрощавшись. Да, мнение о нëм у некоторых сложилось не очень хорошее. Стоит показать им, что его нужно уважать, да? Стоит.