Стоит Свеч

Лист персонажа появлялся, когда я закрывал глаза на три секунды. Это не пустые слова: я сел и замерил время после его первого появления. Было похоже на те сообщения, которые вспыхивали у меня в поле зрения, сообщающие о достижениях, разблокированных навыках и подобном. Вне зависимости от того, куда я поворачивался с закрытыми глазами, лист персонажа всё равно оставался в фокусе. Если я отводил взгляд в стороны, то он переключался на в основном чистые «страницы», с пустыми панелями и случайными заголовками, вроде «Достоинства», «Компаньоны», «Известные Заклинания» и другими подобными. В конце концов я нашел один из них, с надписью «Пороки», в котором было указана «Трусость», но не похоже, что она на что-то влияла, по крайней мере, у неё не было всплывающей подсказки. Странновато, что не было инвентаря, хотя была довольно бесполезная страница, которая давала мне моё физическое описание. Единственная примечательная информация была о том, что я уже второго уровня, о чем я и так догадался. (Я не буду заморачиваться с моим физическим описанием. Мой друг Грег однажды сказал, что я выгляжу, будто кто-то выбрал вариант «по умолчанию» во всех опциях редактора персонажа, и я постарался отшутиться, но оно задело меня достаточно сильно. Я не был красивым, не был уродливым, никакая из моих черт не была особо выдающейся. Голубые глаза, среднее телосложение, средний рост… После комментария Грега на одной из наших сессий D&D, на какое-то время «по умолчанию» стало моим прозвищем, по крайней мере до того момента, когда я прекратил притворяться, что это забавно. И даже после этого друзья продолжали стебаться надо мной, называя меня «самым типичным человеком на земле», «мудилой по ГОСТу» и «человеческим эквивалентом ванильного мороженного». Не то, что я был меньше мудаком по отношению к ним.) Я открыл глаза и осмотрелся на заправке, потом глянул на зомби снаружи. Решив, что они достаточно далеко и мне не нужно волноваться о них, я закрыл глаза, хотя часть меня (скорее всего моя МДР) говорила, что это очень плохая идея — просто стоять и не смотреть по сторонам. Я все равно так и поступил; мне нужны были хоть какие-то ответы. Проблема, насколько я мог понять, была в том, что эта система была не из знакомых. Вы можете подумать, что это говорит моё высокомерие, будто я думал, что если бы это была 5-я редакция D&D, то всё было в порядке, но это было бы хоть что-то для начала. Заниматься манчкинством в пятой было сложнее, чем в Pathfinder, но по крайней мере, у меня было хоть какое-то представление о них. Это было бы огромным преимуществом. Я подумал об этом с первого взгляда, и еще больше, когда обнаружил, что при длительном взгляде на аббревиатуры появляются всплывающие подсказки. (Всплывающие подсказки прямо у меня в голове!). Были достаточно знакомые умения и навыки, но если там аж тринадцать способностей, то мне казалось, что это многовато. Там было 4 группы по 10 рядов, итого 40 навыков. Их, очевидно, нужно было сначала разблокировать, прежде чем можно будет повышать. 36 из них все еще были затемненными, с нечитаемыми именами, вне зависимости от того, как бы я в них не всматривался. Если это игра была похожей на другие, то можно было догадаться о некоторых навыках, которых не хватает… Но там были и свои риски. Я открыл глаза и посмотрел на зомби, с их светящимися красными глазами. Они были одной из моих идей, которую я представил друзьям на сессии D&D, и вот она воплотилась в жизнь. Я бы подверг себя риску, если думал, что старина мистер Двуликий (тот, в склизкой луже из внутренностей на полу) будет похож на одного из тех старых зомби, что я видел по телевизору или в кино. Если бы я был геймдизайнером (и я действительно считал себя им, в плане, что именно я вёл большую часть наших партий), то я бы сделал похожих зомби, предупреждающих игроков. «Вы не можете полагаться на знания, полученные из других игр», казалось, говорил он. Я достал мачете из тела зомби, вытянув из его сердца. Запах обрушился на меня волной, и мне резко захотелось блевать, но я все-таки сумел задавить эти позывы. Я вернулся к передней части, ступая осторожно и стараясь не издавать лишнего звука. Быстрый взгляд на холодильники в задней части показал, что там всё сгнило. Я не думаю, что там можно было найти что-то пригодное, да и мой желудок не выдержал бы этой вони. По большей части, я хотел убраться отсюда, но поля и длинная пустая дорога были не совсем тем «отсюда», который я предпочитал. Я попытался вспомнить, что говорил тот военный в самолете, но ничего не вышло. Я снова закрыл глаза и глянул на то, что я начал воспринимать, как ве́ковое меню. В правом верхнем углу, прямо за листом персонажа, было маленькое светящееся «+2». Когда я на секунду взглянул на него, лист персонажа пошел волнами и изменился, слегка расширившись, чтобы вместить знаки «плюс» и «минус», которые окружили все показатели способностей. Мне это показалось в какой-то мере удобным: я повысил уровень, поэтому у меня было несколько очков для распределения. Однако я не знал, с чего начать. Если Правило 1 гласило: «Не полагайтесь на то, что дизайн игры будет точно соответствовать другим играм», то Правило 2 гласило: «Не полагайтесь на то, что дизайн игры будет хорошим». Я играл в достаточно плохо продуманных игр, чтобы знать, что иногда в них были сломанные способности и бесполезные статы, но просто знать, что системы иногда были с изъянами, было недостаточно, чтобы понять, где находятся эти изъяны. Все, что я мог — это смотреть на лист персонажа и строить догадки. Треть способностей была социальными; от них я сразу отмахнулся, поскольку зомби были моей главной заботой в данный момент. Треть способностей были ментальными, от которых я неохотно отказался, так как они обычно были полезны для магии, которую я еще не разблокировал. И если правило «бойцы растут линейно, волшебники — квадратично» применимо тут, то мне грозили надрать задницу еще до того, как я стану сильным. Это оставило всё в группе ФИЗ. Забавно, что я мог увеличить или ФИЗ, или одну из трёх способностей, которые от него зависили: СИЛ, СКР или ВНС. Всплывающие подсказки не давали мне никакого представления о том, какая математика стоит за всем этим. Когда я попытался вложить очко в ФИЗ, то увидел, как оно исчезло, увеличив его на единицу, что каскадом отразилось на трех других способностях, повысив на единицу и их. О! Мне это показалось довольно выгодным; я, по сути, получал двойное количество очков, или, может быть, только в полтора раза больше, если ФИЗ не делает ничего сам по себе. Если бы дизайн игры был разумным, то это, вероятно, был компромисс между специалистом и универсалом, но для решения непосредственных (и в значительной степени неизвестных) проблем, с которыми я столкнулся, подход универсала, вероятно, был правильным. Когда я открыл глаза, зомби были уже в опасной близости. Я схватил мачете и вышел из передней двери заправки. Зомби были медленными, настолько медленными, что я мог обогнать их шагом, но фокус в том, что они просто продолжали идти, а попытки убить их были не без риска, особенно если они могли заразить человека через царапину или укус. (Если я действительно застрял в игре, то основы дизайна игр диктовали, что они не будет убивать игроков за то, что те не знали и не могли узнать. Конечно, второе правило гласило, что нельзя полагаться хороший дизайн, и есть жанры или направления, в которых это допустимо, как Зов Ктулху, где заболевание смертельной атрофией было в порядке вещей. Тем не менее, если бы это делал я, то сделал бы источником зомби что-то вроде грозного некроманта, вкладывающего все свои силы в поддержание этой шайки нежити, или какой-то псевдонаучный бред, вроде эффекта некротического поля.) Всего зомби было около тридцати. Самый близкий был в пяти метрах от меня. Я медленно, осторожно подошел к нему, держа мачете перед собой. Я вспомнил, что читал о том, что наносить удары в сердце было удивительно трудно, потому что нужно было, чтобы лезвие обошло и грудину, и ребра. Хуже того, мачете были созданы для того, чтобы при замахе прикладывать большую силу. Пытаться проткнуть что-то мачете было все равно, что пытаться проделать дыру тесаком для мяса. Основное назначение мачете — вырубка зарослей в джунглях или сахарного тростника, а не проделывание дырок в сердцах. (Я не упоминал этого ранее, но позвольте сказать, что всего 2 очка в ЗНА — это просто чушь полнейшая. Я не был очень спортивным, не был хорош в социальных ситуациях, и даже не назвал бы себя особо умным, но я, черт возьми, прочитал гору книг и впитывал знания из Википедии, как будто умирал от жажды.) Я прицелился и замахнулся на шею зомби. Она бросилась вперед как раз в тот момент, когда я сделал выпад, и вместо этого попал ей в плечо. Мне пришлось оттолкнуть ее от себя, чтобы не дать ей возможности схватить меня, и тогда мои пальцы дотронулись к удивительно теплой плоти. Это было похоже на прикосновение руки к лбу человека в горячке. Я снова рубанул зомби, на этот раз попав ей в ключицу. Треск кости заставил меня вздрогнуть, но я отпрянул назад для нового удара. Моя рука на короткое время закрыла мне обзор, и зомби успела сдвинуться. Увернувшись от ее руки, я отступил назад, чтобы освободить себе немного места. Навык разблокирован: Уклонение! Ну, не сказал бы, что это было слишком большим сюрпризом. Я снова замахнулся, на этот раз ударив ее в висок, и один из ее красных глаз замерцал, как огонек. Я не совсем понимал, что это значит; когда я создавал свою собственную версию этих зомби, их глаза не были чем-то особенным, а эффект свечения был чисто декоративным. К нам приближались другие зомби, поэтому я снова атаковал, при этом решив поджать хвост и убегать, если это ничего не даст. Я взял мачете двумя руками, поднял его над головой и, вложив всю свою силу в удар, попал прямо в то место, где я сломал ей ключицу. Дважды раздался отчетливый хлюпающий треск, когда мачете прошло через ребра, а затем свет в ее втором глазу погас. Мне удалось удержать оружие, когда она повалилась на пол. Повышение навыка: Одноручное Оружие ур. 3! Зомби побежден! Я надеялся убить еще несколько перед уходом, в основном для повышения уровня, но теперь они находились слишком близко друг к другу, и собирался сбежать, пока это не стало рискованным. Я отошел от центра массы толпы и проскользнул сквозь них без проблем, затем вышел на дорогу и начал идти в быстром темпе. Дело в том, что я не знал, действительно ли написанные на моих веках статы делали что-то. Когда я размахивал мачете, я чувствовал себя на втором уровне не лучше, чем на нулевом, и не было четкой связи между этим числом и результатом, по крайней мере, для меня (исключение составлял лишь пьянящий прилив сил при повышении уровня). Это значило, что оставаться на одном месте и убивать относительно легко убиваемых существ всё еще было слишком рискованном, по крайней мере, пока я не узнаю больше. Когда я добрался до дороги, у меня был выбор, и я предпочел направиться в сторону зданий вдалеке вместо плоских, кажущихся бесконечными равнин. Из-за пасмурной погоды солнца не было видно, а без него я понятия не имел, в каком направлении иду. У меня никогда не было большого опыта жизни на природе. Возможно, если бы он был, то можно было бы найти направление без солнца. Там было что-то связанное со мхом, но я не мог вспомнить, что именно. Вряд ли мне помогли бы стороны света, если я понятия не имел, что это за мир. Я старался идти в ровном темпе, достаточно быстро, чтобы добраться куда-то, но в то же время достаточно медленно, чтобы не устать. О, и зомби все еще преследовали меня, что было видно по настоящему полю красных глаз позади меня. Они были медленными, но если они будут и дальше идти за мной, то мне придется найти укрытие, чтобы поспать. Зомби не выглядели очень сильными, хотя мне показалось, что я видел несколько вспышек скорости и силы, например, когда Двуликий вскочил на заправке или их резкие выпады. Дверь может и задержит их, но хватит ли мне этого, чтобы поспать? Кроме того, мне нужен план, как выбраться оттуда. Военный говорил добраться к аванпосту, что выглядело разумной целью (и началом квеста), но не сказал, в каком направлении он находится и как далеко. В любом случае, не думаю, что смогу добраться туда до того, как мне понадобится сон. Поэтому найти безопасное место для ночлега было крайне необходимо. Повышение навыка: Атлетика ур. 1! Оказывается, бодрый шаг считался атлетикой, что было довольно приятно. Я ждал этого, и на этот раз действительно заметил изменения. Шаги стали быстрее, увереннее и я слегка выпрямился. В любом случае, это давало больше информации об игровой системе, что было приятно. На размышления не осталось времени, потому, что я подошел к группе зданий достаточно близко, чтобы рассмотреть их. Они выглядели как крошечный городок, который можно найти на всем Среднем Западе США в целом и в Канзасе в частности. Место, которое существует в основном потому, что есть предел тому, как далеко фермеры готовы ездить за продуктами, бензином и стрижкой. Над городом возвышались три гигантских зернохранилища, но и здесь не обошлось без экзотических ноток. Каждое из них имело поднимающуюся сбоку большую антенну, вокруг которой плавали и вращались едва видимые символы, светящиеся неземным голубым светом. В этот момент я увидел людей, перебегающих через главную дорогу. Впереди бежала коротко стриженная блондинка, а за ней гнались два парня с розовыми ирокезами. По крайней мере, так мне показалось, пока я не увидел то, что следовало за ними. Это было почерневшее существо, состоящее из трупов, с огромными, как фары, глазами и таким большим телом, что ему было бы трудно спрятаться за бензоколонкой. Оно двигалось гораздо быстрее обычных зомби, ударяя кулаками и подтягиваясь, чтобы компенсировать искривленную и сломанную заднюю ногу. Я оказался между молотом и наковальней: огромный некротический монстр впереди и орда позади меня. Не думаю, что что-то из этого мне по силам, но, по крайней мере, если я пойду вперед, там будут здания, в которых можно спрятаться и попытаться поживиться, пока здоровяк отвлечен. Порок: Трусость ур. 2! (МДР — 1, ВДР — 1) — И в каком месте это трусость? — спросил я, но вскоре осознал ответ. Я получил «Трусость», когда сбежал от девушки, на которую напали четыре зомби, сразу после того, как приземлился. А тут передо мной была другая девушка, убегающая и от страшных парней с ирокезами, и от монстра, и я даже не подумал о том, чтобы бежать ей на помощь. — Это не трусость, это эгоизм, если что, — сказал я в воздух. Ответа не последовало, да я его и не ждал. Я отправился трусцой в сторону города. Ближайшее здание было похоже на какую-то автомастерскую; у дороги стояла большая откидная дверь, и хотя автомобили на стоянке были проржавевшими, у некоторых из них были сняты с петель двери и открыты капоты, что наводило на мысль о том, что некоторые из этих разрушений появились раньше, чем случившееся здесь. Самым главным аргументом в ее пользу было то, что это было самое близкое место, где можно было спрятаться от старины Большого Трупонога, который исчез из моего поля зрения. Зомби не было видно, и быстрый взгляд через маленькое окошко в боковой двери показал, что внутри меня ничего не поджидает. С ржавым мачете в руке я медленно открыл дверь и изо всех сил постарался подражать действиям спецназовцев, которых видел по телевизору, прочесывая комнату из стороны в сторону (вероятно, этот прием имеет больше смысла, когда ты с дробовиком или винтовкой). Комната, в которую я зашел, была чем-то вроде приемной, из тех, что с неудобными стульями, несвежим кофе и парой устаревших журналов. Все это в сочетании с запахом автомобильных внутренностей и покрышек, создавая очень специфическую атмосферу. Здесь было почти то же самое, но вместо кофеварки стоял чайник, стоящий на горстке камней (хотя маленькие упаковки со сливками и пакетики сахара были примерно такими, к каким я привык). Запах тут стоял просто отвратительный, скорее всего, из-за тела. На одном из неудобных стульев находился труп одного из тех парней с розовыми ирокезами. Я бы насторожился, ожидая, что он восстанет из мертвых, но в нем было два очень точно расположенных отверстия размером с небольшую монету, одно в центре лба, а другое прямо в центре груди. Ниже неё он был практически пропитан кровью. Мне кажется, что единственное, что мне помогло не вырвать тут — это мой опыт охоты на оленей и разделки трофеев. Это вызвало то же самое тошнотворное чувство, которое я испытал однажды летом, когда я подстрелил самца в брюхо и мне пришлось гоняться за ним по всем холмам, пока он истекал кровью, но я справился с тем, справлюсь и с этим. Я двигался дальше в глубь здания при свете из заляпанных грязью окон, ища что-нибудь полезное, но в основном пытаясь понять, есть ли у фигур, которые я вижу, конечности или головы, и были ли отражения света пуговицами или глазами. Я старался шагать как можно тише, но все равно все вокруг звучало для меня невероятно громко… Навык разблокирован: Обман! Перезвон, сопровождающий сообщение, заставил меня напрячься на мгновенье, а сердце забилось в груди. Прошло уже некоторое время с последнего подобного сообщения; настолько, что я почти забыл о них. Я вытеснил из головы вопросы, которые оно порождало (Эта система использует один и тот же навык для скрытности и лжи людям? Какой стат управляет Обманом, СКР или ХАР? Из-за какого условия оно разблокировалось?). Следующая дверь, судя по тому, что было в здании, вела в сам магазин. Я глубоко вдохнул, медленно надавил на дверную ручку и слегка приоткрыл дверь ногой, чтобы заглянуть внутрь. У верстака, среди различных автомобильных деталей, инструментов и банок с неопознанными жидкостями, стояла самая красивая девушка, которую я когда-либо видел. Я не уверен, о чём тут можно говорить или нельзя, с точки зрения повествования. В смысле, я не хочу показаться извращенцем, поэтому, возможно, мне следует придерживаться как можно более общего стиля и рассказать о темно-рыжих волосах, заплетенных в косу, о ледяной синеве ее глаз, о том, как пристально она вглядывалась в детали перед собой, или о испачканной жиром одежде. Ничему из этого я не предал значение, кроме ее глаз. Мой разум был поглощен изучением изгибов тела, выпуклостей сисек в испачканной кровью футболке, объемности ее губ и того, как нежно она их раздвинула — и да, это было довольно ебануто, что брызги крови на ее футболке не заслуживали особого упоминания. Я был поглощен тем, что смотрел на нее и думал о том, как она великолепна, пока не заметил, что она оказывает на меня сильное воздействие. В этот момент одна часть моего сознания восхищалась ощущением того, что меня так сильно влечет к девушке, а другая все еще была сосредоточена на ней. Представьте себе, что кто-то потратил несколько лет на изучение того, что вам нравится, а что — нет, просмотрел видеозаписи каждого вашего личного момента, как-то незаметно подключил электрокардиограмму, чтобы измерить ваши физиологические реакции без вашего ведома. Затем представьте, что они сели за стол с этими данными и лучшими в мире художниками и сделали абсолютно идеальную фотографию, которая вызовет у вас учащенное сердцебиение, мурашки по спине, бабочек в животе и холодный пот на ладонях. Затем представьте, что они проделали это снова и снова, с небольшими различиями, пока у них не получился полноценный 3D-фильм в формате 4K и 60 кадров в секунду. У меня были похожие ощущения, пока я наблюдал за ней. (И если эта аналогия звучит для вас немного пугающе, то я думаю, что она сработала, потому что одна часть меня испугалась того, насколько девушка была красива, другая — разозлилась, что кто-то может вызвать у меня такую реакцию, а третья, маленькая и в основном неизученная, мгновенно прониклась недоверием к тому, кто может завладеть моим сознанием таким образом, как это сделала она.) Девушка копалась в деталях на столе, время от времени переворачивая их. Она взяла одну из них — маленький плоский прямоугольник с чем-то, что показалось мне рукоятью. Плавным движением она подняла его на расстоянии вытянутой руки и повела в сторону, пока небольшое отверстие в нем не оказалось направлено на меня. Это маленькое отверстие было примерно такого же размера, как у мертвого парня в приемной. Даже в моём состоянии, я смог понять, что вещь, которую она держит в руках — это довольно плоский, довольно вертикальный пистолет. — Не двигайся, — произнесла она. — Н-н-н… — произнёс я. Я хотел сказать «но», чтобы начать какое-то предложение, но оно застряло у меня в горле. Навык разблокирован: Романтика! (Ха-ха, игра, ха-ха) — Имя, — сказала она. В конце концов, шестеренки в моем сознании встали на место, и я понял, что она спрашивает, как меня зовут. Я ответил: — Джун. — Джон? — переспросила она, приподняв бровь. — Нет, Джун, — сказал я, — сокращение от Джунипер. Она смотрела на меня, стиснув зубы. В том, как она держала себя, было какое-то натяжение, словно лук, готовый выпустить стрелу. — Происхождение? — спросила она. — Э-э-э, — медленно сказал я, пытаясь тянуть время. У меня закралось подозрение, что именно для таких случаев и используется ВДР, а мой был на уровне единицы, благодаря штрафу, который я получил. — Происхождение? — повторила она, скривив губы. — Студент, — ответил я. Я понятия не имел, чего она от меня хочет; возможно, слова о том, что мой папа летал на вертолетах, а мама работала на фабрике по производству коробок, были бы более полезны. Она оглядела меня с ног до головы, по крайней мере, насколько это было возможно, учитывая, что я все еще был частично скрыт за дверью. — Какой атенеум? — спросила она. — Я, эм, я не знаю, что это такое, — сказал я. Когда я это произнёс, это было правдой, но сразу после этого в памяти промелькнула мысль, и я вспомнил этот термин; это был причудливый термин для обозначения места грамотности и обучения, взятый из имени греческого бога Афины. Я уже использовал его в кампании D&D, когда партия выслеживала гоблина-рейнджера в залах заброшенного Атенеума Перьев и Крови. — Почему тебя посадили в самолет? — спросила она. Пока что мой ответ про Атенеум не принёс никакой пользы. Ее оружие все еще было направлено на меня, что лишь немного уменьшило мое влечение. Что говорил тот мужчина в самолете? Отступники. — Меня поймали за распространением листовок, — сказал я, надеясь, что она не станет на меня давить. Повышение навыка: Обман ур. 1 Я не мог понять, поверила она мне или нет, но она слегка опустила оружие и направила его мне в живот, а не в грудь. — Выйди из-за двери, — сказала девушка. Я так и сделал. Чтобы она видела, что я не представляю угрозу, я поднял руки над головой и выставил мачете на всеобщее обозрение. — Брось мачете, — приказала она. Я выполнил ее требование. — С нами спустились Звено Фуксии, — сказала она, — У них миссия в Восставших Землях, и часть этой миссии — уничтожение любого, кто их увидит. Обычно один из ста выживает после путешествия к аванпосту, но Восстание Цвета гарантируют, что у тебя не будет даже такой надежды… Если мы не будем работать сообща. Что ж, это был шокирующе прямолинейный крючок. — Я в деле, — сказал я. — Что нужно сделать? Задание получено: Семь колоколов для семи адов!