Обыграть две шестёрки

Теперь Локи проводил большую часть дня либо в библиотеке, либо в разговорах с заклинателями, которых периодически тихой тенью приводил к нему Инь Юй. Свитков, повествующих про пути заклинательства, техники медитации и «правильные» методы совершенствования, в Доме Блаженства было гораздо больше, чем можно было представить, ведь это (на минуточку) была резиденция главы демонов – благо Локи уже привык, что в этом месте многое не соответствовало его ожиданиям. Рассказы заклинателей тоже были интересны: живые, решившие сыграть в Игорном доме, говорили про необходимую в их деле честь, человечность, железную волю и безумную удачу, за которой в основном они и приходили. Мертвые же рассказывали про изнурительные тренировки, строгие обеты и плюсы в жизни демонов – те, кто уже не первый век жил среди мёртвых, обычно не испытывали пиетета перед вознесшимися и принимали свою темную сущность. Разговоры были порой сумбурными, но весьма хорошо помогали понять путь заклинателя «изнутри», поэтому Локи не удивлялся любым странным высказываниям своих неожиданных собеседников, а просто принимал их во внимание. А вот когда с Локи, сидевшим над свитком и в очередной раз вздыхавшим о том, что он не понимает как э́то должно помочь в подчинении магии, заговорил Инь Юй, асгардец уже не смог сдержать удивления. – В Призрачном городе есть хоть кто-то не связанный с заклинательством или небожителями? – с досадой уточнил Локи после импровизированного экскурса в очередную технику. И последовавшая задумчивость Посланника Убывающей Луны перед ответом очень его насторожила. – Не связанные с заклинательством есть, – ответил наконец демон. – А с небожителями все связаны хотя бы тем, что являются нечистью, которую в теории кого-то из богов могут попросить изгнать. Локи со стоном опустил голову на стол.   Выбор оптимальной техники и способа самого быстрого вознесения занимал все мысли Локи, поэтому приготовления к чему-то грандиозному он заметил далеко не сразу. В кухне Дома Блаженства всегда было шумно, но сегодня повара носились особенно быстро, а под готовку было приспособлено абсолютно всё: казалось, нет ни одного очага, чана, сковороды или вертела, которые стояли бы без дела, во всех печах что-нибудь пеклось, а на столах не было ни одного свободного места. Понимая, что свой обычный послетрудовой чай он сегодня не получит, Локи попытался получить хотя бы объяснение такому положению дел в кухне. – Так сегодня же здесь будет столоваться Повелитель Чëрных Вод! – всплеснула руками Лу Джу. – И он настолько уважаем или настолько прожорлив? – усмехнулся Локи. – Невероятно прожорлив, – засмеялась демоница. – Настолько, что и слугами не побрезгует, если еда на столе закончится. – Отчего же градоначальник Хуа не пресекает такое безобразие? – Почему не пресекает? – удивилась Лу Джу, помешивая какой-то пахнущий рыбой суп в большом котле. – Ещë как пресекает, но сегодня особый день. – Чем же он особенный? – Ох, совсем от учёбы ты света не видишь! Сегодня уже пятый день пятого месяца - день драконьих лодок, – постаралась сориентировать ученика градоначальника повариха. Зачем драконам лодки и как с ними связан кто-то повелевающий водами (причём именно чёрного цвета), было непонятно. Но Лу Джу была далеко не той, перед кем Локи собирался показывать свою неосведомлённость, поэтому он лишь сдержанно кивнул и удалился с кухни. В конце концов у него было к кому обратиться за разъяснениями.   Господин Хуа нашёлся у себя в кабинете, заполняющим какие-то бумаги. – Шифу, вы помните про наш договор? – невинным голосом уточнил Локи, но на этот раз был вознаграждён всего одним тяжёлым вздохом. «Обидно. Надо будет придумать что-нибудь новое», – подумал асгардец, дожидаясь, когда ему ответят. – Что ты хочешь узнать? – отозвался наконец градоначальник Хуа. – Что такое день драконьих лодок? Господин Хуа даже отвлёкся от бумаг. – Он уже наступил? – демон недовольно цокнул языком и отложил занимавший его до этого лист. – Пятый день пятого месяца, – пожал плечами Локи. – Верно. Счëт времени потерял, пока с тобой возился, – проворчал Собиратель Цветов под Кровавым Дождём. – А день драконьих лодок - это праздник, который устраивают люди. В этот день почитается душа Цюй Юаня: люди приносят ему подношения, бросая в реки варёный рис в клочках шелка, устраивают гонки на лодках и делают вид, что ищут его тело. Цюй Юань утопился в реке Мило из-за того, что нерадивый правитель княжества Чу, при котором Цюй Юань служил министром, мало того, что не слушал его и не притрагивался к государственным делам, так в итоге ещё и выгнал Цюй Юаня с должности. А из-за того, что перед смертью бывший министр успел сочинить оду про свои страдания на должности и при жизни был видным деятелем, то люди его запомнили и, не найдя его тела сразу, стали тревожить его дух ежегодно. – В итоге он вознёсся или стал демоном? – Вознёсся. Применяет свою честность и трудолюбие где-то в глубинах дворца Линвэнь, – с усмешкой кивнул градоначальник Хуа. – Но раз в году может позволить себе отдохнуть и собрать щедрые подношения, которые продлят его существование ещё на время. – Я вижу весьма спорным удовольствие от такóго бессмертия. – Ты возможно. Но не похоже, чтобы Цюй Юань был против. В конце концов свою долю славы он тоже получает. – Хорошо. Повод для праздников я понял. Но при чём тут драконы? Господин Хуа смерил Локи внимательным взглядом, будто пытаясь понять, что его ученик имеет в виду. Наконец его лицо озарилось от возможной догадки: – Лодки делают похожими на драконов. Традиция, – пожал демон плечами. Локи кивнул. – А Повелитель Чëрной Воды? – Черновод? – Собиратель Цветов под Кровавым Дожди опять задумался. – Сперва люди делали подношения Цюй Юаню, просто кидая рис в воду. Вскоре об этом узнал наш вечно голодный Черновод и, конечно, не смог пройти мимо подношений, которые буквально кидали ему в руки. Цюй Юань всего один из множества богов литературы, силёнок, чтобы сразиться с Непревзойдённым демоном, у него нет и в помине, зато он сообразителен. Поэтому вместо того, чтобы драться с Черноводом, он на очередном празднестве явился к людям и объяснил, что подношения до него не доходят «из-за огромной гадины, немедленно пожирающей все, что бросают в воду», и попросил людей впредь заворачивать рис в кусочки шелка и перевязывать их пятью нитками разного цвета. Люди прониклись и изменили ритуал. Основная хитрость была в том, что съесть такое подношение вместе с оболочкой без вреда для себя Черновод не смог бы, а развязывать каждый узелок было бы слишком утомительно. Праздник к тому времени вышел далеко за границы княжества Чу, поэтому безнаказанно притопить и пожрать всех, кто стал следовать напутствиям Цюй Юаня, тоже не вышло бы. В итоге теперь ежегодно в этот день Черновод приходит сюда, чтобы обижаться на людей и наедать очередной долг передо мной. – И много ли таким образом отдал вам Повелитель Чëрных Вод, шифу? – Полная выплата его долга столь же теоретическая вещь, как и завершение нашего с тобой договора. – Шифу любит заводить долгие сделки, – улыбнулся Локи. – Долгая не-жизнь - долгие деловые отношения, – хмыкнул Хуа Чэн. – Но беспокоит меня сейчас другое: ты ведь не сможешь утерпеть и заявишься на застолье, даже если я скажу тебе остаться в своих комнатах. – За кого вы меня принимаете, шифу? – Локи развёл руками и широко улыбнулся: – Неужели вы хоть на миг подумали, что я решу пропустить такое представление? – Ожидаемо, – градоначальник Хуа постучал пальцами по столу. – Сила Черновода не больше моей, так что думать, что она заставит тебя вести себя смирно, глупо. Но не дай себе обмануться: проклятье Черновода в его вечном голоде, и, поверь мне, съесть этот демон из-за него может почти всё. Не нарывайся. – Господин Хуа позволит такие бесчинства в своей резиденции? – хитро уточнил асгардец. – Господин Хуа предупредил своего дицзы, а если тот будет столь непредусмотрителен и беспечен, что не последует его совету, то и поделом такому ученику. – Я вас понял, шифу, – уже серьёзно кивнул Локи. – Отлично. А теперь ступай, мне ещё нужно закончить дела перед празднеством, – распорядился градоначальник Хуа и вернулся к своим бумагам.