А мне нравится

«Новый день — новые приключения». Яну растолкал настойчивый рывок за плечо. Она приоткрыла глаза — над ней стоял Чэнмэй, недовольный до дрожи в челюсти. — Говори! — потребовал он, скрестив руки. — Чего? — голос у Яны ещё сел от сна. — Ты должна всё рассказать, - рпздражённо дёрнул головой босяк. — А если кто услышит? — она села, растирая лицо. — Даочжан и Слепышка ушли на рынок, — Чэнмэй закатил глаза. — А-Цин видит, так что сможет помочь с покупками. Девушка пыталась вспомнить, говорили ли о чём-то таком они вчера. Но память ни в какую не хотела подкидывать информацию о рынке. — Да, давай поговорим, - кивнула девочка, вылезая из гроба, находу поправляя одежду. Сюэ Ян схватил её за плечо и потащил к выходу, на вопрос Яны "куда", отвечая, что ведёт её на улицу. Делал он это с таким прекошенным лицом, что казалось его брови скоро сделают кульбит и поменяются местами. Девушка только печально смотрела на стопку своей одежды на стуле, на которой лежала одна конфета, оставленная далчжаном. «Недовольный какой. Сколько времени? Судя по солнцу, часов семь-восемь. Куда так рано? У меня нет смены в школе». Они сели во дворе, на скамейке у стены. При свете солнца, девушке удалось рассмотреть его лицо. Под глазами синели тени. Глаза слегка прикрыты. "Неужто он не спал всю ночь". - испугалась девочка. - "Он же не будет винить в этом меня. — Рассказывай, — Чэнмэй нетерпеливо дёрнул ногой. — Задавай вопросы, - на секунду промелькнула мысль, что возможно не нужно быть такой наглой. — Откуда ты? - Чэнмэй уставился глзами в её лицо, заставляя девочку взрогнуть. - Твоя внешность отличается от других: волосы и глаза светлее, форма лица и разрез глаз другие. — Я говорила, что я из другого мира... - пробормотала она. - Там, конечно есть Китай, - девочка обвела пальчем круг в воздухе. - Но он другой, там нет заклинателей... А я не из Китая. Я из другой страны, поэтому и другая, - Яна замолчала, не зная что ещё добавить. Ян замер, обдумывая, но быстро справился с собой: — Рассказывай подробнее. — Ну… я почти из будущего. Как объяснить… Я жила в другом мире, где всё это, — она повторно обвела пальцем двор, — было написано в книге. Потом я умерла и каким-то образом попала в эту историю. — Конкретнее. Девочка испуганно замолчала, стараясь собрать рой мыслей во что-то цельное. — Я жила в далёком будущем. Мир сильно отличается от вашего. И как-то меня сбила машина. — Что? — Машина. Вроде ваших повозок, только без лошадей. И выглядит иначе. Но функция та же: перевозить людей, - через секунду девочка добавила. - И грузы тоже. — Понял. — Меня сбили, я умерла. Наверное. А потом оказалась здесь, в этом теле, - её предёрнуло от воспоминаний о первых дней. - Узнала, что попала в «Магистр дьявольского культа», — заметив, что Сюэ хочет спросить, она продолжила: — Название книги. Всё, - она подняла дрожащие руки поправить волосы. Чэнмэй молчал, обдумывая слова. - Значит это обьясняет почему... - он запнулся на слове. - впрочем поэтому и меч тебя принял. Ты считай с того света вернулась. - Я нечисть? - взволновано спросила девушка. Босяк кивнул. - От части. Яна, сжав губы, кивнула, не зная, какие слова подобрать. — Расскажи о том мире подробнее, — лицо не выражало никаких эмоций, только в глазах, казалось, плясали огоньки любопытства. — Тот мир очень другой. Там нет заклинателей, как я говорила.. И нечисти нет, и тёмной энергии. — Скукота, - интерес начал медленно таять. — Ничуть, у нас есть свои развлечения, - девушка задрала голову в верх, погружаясь в воспоминания. - Например, колесо обозрения. Это такое большое колесо, — она подняла палку и начала рисовать на земле: круг, платформы, маленькие квадратики по ободу. — Люди садятся в эти кабинки и медленно поднимаются вверх, а потом опускаются. — Зачем? - хмыкнул босяк. — Наверху открываются красивые виды. И есть много всего другого, но словами сложно объяснить, надо показывать. — Что? — Телефоны, — Она взяла в руки воображаемую пластину. — Прямоугольник размером с ладонь. По нему можно общаться с людьми за сотни ли, мгновенно. Разговаривать, узнавать новости или делать «фото». Фото — это как картина, только одним нажатием. Его можно перенести на бумагу и переслать другим, и у всех будет одинаковое. Понимаешь, человек с одного конца света, может на другой прислать своё фото за пару мгновений. - воскликнула девочка, с какой-то грустью, - Понятно? - тише добавила она. — Более-менее. А люди какие? — Как люди: каждый со своей внешностью. Волосы бывают чёрные, рыжие, светлые, почти белые, не как у меня: у меня они с желтизной. Глаза — зелёные, голубые, карие. Разрез тоже разный: азиатский, как у тебя, и европейский, как у меня. Одежда у нас другая, более открытая — мы не кутаемся, как вы. О! - девушка подскочила. - У меня сохранилась та одежда, могу показать. Яна убежала в дом, оставив босяка с со своими мыслями, и через пару минут вернулась в кофте и дырявых штанах. Сюэ Ян замер, рассматривая. Потом медленно сказал: — На нижнее бельё похоже, - скривился он, но интрес в его глазах, уже сложно б — У нас это в прохладную погоду носят. А когда жарко… - она хитро улыбнулась. Чэнмэй вопросительно приподнял бровь. Яна стянула с себя кофту и сталась в лёгкой белой футболке. Чэнмэй уставился на неё, а потом резко развернулся спиной. — Бесстыдница! - девушка впервые видела, как босяк расстерялся и смутился. — Между прочим, в том мире это повседневная одежда. А некоторые даже живот оголяют, - совсем осмелела Яна. — Бесстыдство, - пробормотал Ян. — Не ожидала от тебя таких слов, — улыбнувшись, она ушла переодеваться, оставив Яна одного во дворе.

***

Солнце поднялось выше, заливая двор резким утренним светом. Тишина, которая бывает только у похоронных домов стала привычной. Птичий трепет не раздрпажал, а людские голоса были практически не слышны. Когда Яна вышла снова — в тёмно-синем ханьфу с серым поясом, — Сюэ Ян сидел на земле в позе лотоса, закрыв глаза. — Что делаешь? — она встала напротив, глядя сверху вниз. — Думаю, — буркнул тот, недовольный, что его прервали. Она уже хотела уйти, когда он открыл глаза. — Ты желания придумала? — Первое — ты знаешь: ты не можешь навредить мне, А-Цин и Сяо Синчэню три года, при этом ты не можешь не только физически навредить, но и душевно. А так же ты не можешь навредить нам через других людей. При этом... если ты будешь считать, что делаешь что-то для нашего блага, то ты должен смотреть на это с нашей стороны, а не придумывать обходные пути. Например ты не можешь утверждать, что убийство Яны пойдёт ей на благо, потому что она говорила, что ей надоела эта жизнь. Сюэ Ян фыркнул, явно не впечатлённый условиями. - Вторую просьбу ты тоже знаешь. — Я не буду его целовать, - скислил лицо Чэнмэй. Девушка вздрогнула, пытась прогнать сомнения. В конце концов, это будет её месть. Хотя даочжан здесь причём? Девушка сосредоточилась на чужом лице, стараясь не думать об этом. — Даже если в будущем, по твоим намёкам, - он выделил эти слова. - После его смерти я осознаю, что люблю его… это не значит, что я полюблю его в этом мире. Нн мне не нравится. Целовать его противно. — Но от этого ничего не меняется. Я загадала желание — чтобы вы поцеловались. Это моё право, - неуверенно добавила она. - Я могла бы попросить тебя курицу поцеловать. — Ты хочешь сказать, что Синчень — ещё нормальный вариант? - Ян увидел неуверенный кивок девочки. - Третье? — Потом скажу, как второе выполнишь, - девушка прикусила Язык. "Слишком нагло, слишком нагло". — Гуй с тобой. Выполню. Хоть сегодня. — Давай! - Я это не серьёзно, - он смотрел на девушку, которая отвернулась от него в сторону дома. — Поздно пить боржоми, когда камни в почках. Сюэ Ян решил не уточнять значение этой фразы. Вздохнув он пошёл в дом, как позднее Янай поймёт, чтобы выспаться. «Что ж, босяк и пакостник, жду твоих действий. И надеюсь, ты любишь путешествия». В тот же миг калитка открылась, и вошли даочжан с А-Цин. Поздоровавшись, Яна собралась зайти в дом, но вдруг услышала на дороге лай. Ноги будто сами понесли её прочь. Девочка метнулась к Слепышке и спряталась за неё, вцепившись в рукав. А-Цин вздрогнула от неожиданности. Из-за кустов выбрался небольшой пёс. Увидев его, Яна прижалась к чужому плечу, пальцы мелко дрожали, впиваясь в ткань ханьфу. — Яна, всё хорошо, — прошептала А-Цин, гладя её по голове. — Он не тронет. Яна не слышала её. Она снова вспомнила тот день: старшеклассники, собаки, мокрое дерево и почти час ожидания, пока учительница не отогнала свору. Страх прижился с четвёртого класса — и не вытрясти. Этот момент решили не вспоминать вслух, пока Яна сама не решит об этом рассказать.

***

К вечеру на кухне за столом сидели трое, а четвёртый возился неподалёку, готовя ужин. А-Цин и Яна уставились в книгу, читая увлекательную историю. Даочжан тихо переговаривался с босяком, о том, что нужно заделать щели в заборе. — Нет, я считаю, что они любят друг друга, — сказала Яна, когда Слепышка перелестнула последнюю страницу. — Они враги, — возразила А-Цин, откладывая книгу, - Не думаю, что между ними возможна любовь. — От ненависти до любви один шаг. С того момента, как они ступили на путь заклинателей, даочжан учил их — и чтению, и письму. А-Цин никто не учил раньше, а Яна хоть и имела кое-какие познания, но некоторые слова ей были незнакомы, другие писались иначе. Поэтому впервые за год обучения он купил им не очередные учебники, а рассказ, чтобы разнообразить литературу. История повествовала о двух врагах, когда-то бывших друзьями. Из-за родителей они возненавидели друг друга. Старшего заставили пойти по пути зла, а младший сам выбрал путь добра. Первый завидовал свободе второго, ведь сам вынужден был следовать воле родителей. В конце, когда разразилась война между светлыми и тёмными, светлые победили. Многие из тёмных были убиты или заключены в тюрьмы. Старшему повезло: он сидел в обычной темнице, убидив всех, что учавствовал он не по своей воле. А многих других заточили в места, ужаснее смерти. — А мечом он его пырнул, чтобы любовь показать? - скептически подняла бровь Слепышка. — А-Цин, мы же не знаем его замашек. Может, он иначе не умеет, - пожала плечами девушка. — Они парни, в конце концов. — У любви нет пола и возраста, — мудро заметила Яна. — Ну... Возможно, ты прав, - неохотно произнесладевушка. - Но, пусть его и заставлляли это делать, он убивал, он буквально убил родителей Тана. — У сех бывают недостатки, - улыбнулась Яна, смотря на непонятливое лицо А-Цин. — Теперь ты всех оправдываешь? — спокойно спросила Слепышка, не понимая серьёзно говорит девочка или шутит. — Нет, я пытаюсь их понять. Даже убийцы становятся такими не просто так — всё идёт из детства, - Яна замолчала. - это их не оправдывает, но их хотя бы можно понять. — Что должно произойти, чтобы человек начал убивать? — вопросительно изогнула бровь Слепышка. — Не знаю. Может, в детстве над ними издевались? Ну на него например родители давили. Тоже своего рода издеватльство. — Яна, — тихо подал голос Сяо Синчень, — Откуда ты это знаешь? Девушка напряглась, смотря на белую повзку даоса. — Я много историй слышала, - сказала она. - Родители говорили мне, что всё идёт из детства, поэтому не нужно никого оскорблять. В душе появился неприятный груз. Она снова врёт. Она не может сказать правду. Онанедолжна это говорить. — Ты достаточно умна для своих лет. — Спасибо, - смутилась девушка. Чэнмэй принялся расставлять тарелки с ужином. Но когда он всё поставил, он сразу не сел. — Мелочь, — обратился он к девочке, оторвав её от поедания салата. Заметив, что девушка подняла на него голову, а Слепышка рядом повторила этот жест, он вздохнул, затем взял подбородок даоса, приподнял его лицо и поцеловал. А-Цин подавилась едой, закашлявшись, и стала переводить взгляд от Яны к двум мужчинам. Девочка же просто замерла, не отрывая взгляд от них. В горле появился ком, а сердце казалось остановилось. Сюэ Ян быстро отстранился от красного как рак даоса и сел за стол. Как ни в чём не бывало он принялся есть. Яна смотрела сквозь даочжана, пытаясь осознать всё произошедшее. "Зачем, зачем я это сделала?! Почему не могла заткнуться?" Слепышка, откашлявшись, дрожащими руками принялась за еду, мысленно решив потом поговорить с Яной. А Синчень с красным лицом старался быстрее доесть, чтобы поскорее уйти.

***

— Яна, он правда выполнил твоё задание? Как такое возможно? — шёпотом испуганно спросила А-Цин. Девушка молчала, смотря на пол своей комнаты. — Как получилось, что он должен выполнять твои желания? - Слепышка смотрела на молчавшую Яну сжимая ей плечи и пыталась поймать её бегающий взгляд. Янастаралась опустить голову ниже и ниже. - Не молчи, пожалуйста, - с мольбой шептала Слепышка. — Мы провели один ритуал: я даю информацию, а он выполняет мои желания. Кто нарушит уговор — умрёт, — произнесла девочка тихо, боясь, что спящий за соседней стенкой даос может её услышать. — Яна, - она отшатнулась. - Что за информация? Почему ты согласилась? Он тебя обманет. Ты можешь умиреть, — истирично шептала она, хватаясь за голову. — Просто мне нужно кое-что сделать, и только он может помочь. Прости, но я не могу сейчас рассказать. Это не сильно важно, - голос дрогнул. «Подумаешь, я из другого мира. Подумаешь, мне на самом деле уже семнадцать. Это не так уж и важно...». - девушка махнула руками, пытаясь прогнать дрожь. - Почему? — Это не навредит никому из нас, - не ответила на вопрос Яна, и не давая А-Цин начать возмущаться. - Пожалуйства, я не хочу об этом говорить. — Ладно, - неохотно согласилась Слепышка. - Но если будет угроза, скажи сразу. — Хорошо, — Яна кивнула, осторожно стараясь обнять подругу.

***

«Опять новое утро. Что же в этот раз случится?» Разлепив глаза, Яна лежала, глядя в потолок. Вставать совсем не хотелось. Она продолжала изучать серую поверхность с мелкими трещинами, появившимися со временем. Повернув голову, полюбовалась деревянной стенкой гроба. Вздохнула, села, окинув взглядом родную комнату: деревянные стены, холодный пол, два неудобных гроба по разным стенам и тумба с заколкой и мелочами. А-Цин еще спала, тихо посапывая и забавно хмуря брови на миловидном лице. Волосы растрепались во сне. «Что со мной не так? Вторую жизнь проживаю, а всё равно рано просыпаюсь, хотя хочу спать до обеда», — подумала Яна. Осторожно выбравшись из гроба, чтобы не разбудить Слепышку, девушка на цыпочках прошла на кухню. Там её встретил Синчень, пивший чай за столом. Зачерпнув из глубокой бадьи прохладной воды, она села рядом. Стул под её весом приятно заскрипел. — Доброе утро, — тихо произнесла Яна, боясь разбудить остальных. Дом был настолько тих, что слышалось чужое дыхание. — Доброе, — мило улыбнулся даос. Яна теперь как никогда понимала, почему Сюэ Ян так убивался после смерти этого святоши. За эту улыбку многое можно отдать. — Как спалось? — Нормально. Жалко, что рано проснулась. А ты? — Хорошо, - он отпил чай из чашки. - Вчера милый друг сказал, что сегодня будут занятия сложнее, чем обычно. — Куда ещё сложней? — фыркнула Яна, вспоминая, как на последней тренировке её заставили бегать вокруг дома десять раз без отдыха. "Мстительная зараза". — Ты справишься, - ободряюще улыбнулся он. - А-Цин тоже присоединится к вам. Я сам пойду в город. Меня попросили вылечить одну женщину. — Ладно, — недовольно пробурчала Яна. — А что за женщина? И что с ней случилось? — Её зовут Моу Рэн, я у неё покупаю конфеты. В последние дни она чувствует себя плохо: слабость, сонливость, плохой аппетит, - растроенно проговорил даос. - Её муж попросил осмотреть и назначить лечение. «Я так же выгляжу на уроках. Может, она просто заболела или переутомилась?» — подумала Яна, стараясь скрыть легкую улыбку. — Надеюсь, с ней всё будет хорошо. В оставшееся время они молчали. Не дожидаясь, когда остальные проснутся, даос собрал мази и травы и ушёл. Меч он положил на полку у выхода — Яна к нему не притронулась. Она сидела за столом, подперев голову руками; сон снова брал своё. Хлопнувшая дверь вывела её из дремоты. Рядом сел Сюэ Ян. — Спишь? — Нет, — сонным голосом отозвалась Яна, приоткрывая глаза. — Первое задание я выполнил, — Сюэ Ян задрал рукав ханьфу, чтобы она видела: осталось два пореза. — Одного нет. Хочу поскорее избавиться от других. Какое третье? — с хмурым лицом спросил он. Зевнув и потянувшись, она несколько секунд смотрела на него. — Скажи, как ты относишься к путешествиям? — Нейтрально. А это тут при чём? — зашипел он, не понимая смены темы. — Моё третье желание, — хитрая улыбка на её лице могла сравниться с улыбкой Сюэ Яна при убийствах. — Ты должен отвезти меня в Юньмэн Цзян, сопровождать и оберегать. Ещё поможешь встретиться кое с кем, а потом вернёмся домой. О, чуть не забыла: купи мне веера — чёрный и зелёный. — Какие ещё веера? — произнёс он, скалясь в улыбке. — Тише, разбудишь А-Цин! Я же сказала: чёрный и зелёный, и чтобы красивые были! - наглела Яна, зная, что Чэнмэй не может ей навредить. — Это не одно желание, — Сюэ Ян всё же говорил тише, чем порадовал Яну. — Одно. Просто оно длинное. Мы не договаривались, насколько длинным должно быть желание. - усменулась девушка. «Нет, а что нельзя? Мог бы сказать спасибо, что на луну не заставила лететь». — Нет, ну ты в край обнаглела! — вскрикнул Чэнмэй, заставив Яну испуганно вжаться в стул. — Что вы орёте? — в комнате появилась сонная А-Цин. — Слепышка, вы с даосом совсем Мелочь разбаловали! — Сюэ Ян встал и направился на улицу. Перед тем как хлопнуть дверью, прокричал: — Быстро завтракать и на улицу! — Яна, что ты натворила, чтобы так его разозлить? Он никогда так не злился, — произнесла А-Цин, протягивая ей яблоко. Яна молчала. "А если через три года он меня убьёт, мы же договаривались только на три. Блять. Чёрт. Нужно вести себя вежливее". - сердце опять застучало быстрее. - Не знаю. - пробормотала она А-Цин, принимая яблоко. Доев , они вошли в комнату, переоделись и вышли на улицу. Стоя на пороге, Яна внезапно что-то вспомнила. — А-Цин, не знаю, говорил ли тебе даочжан. Сегодня ты будешь тренироваться с нами. Меч свой он тебе оставил. У двери! Он сам лечит женщину какую-то. - Какую? - наклонила голову А-Цин. - Не знаю, беременную, видимо. - пожала плечами Яна. — Ясно. Тогда иди к Злыдню, а я за мечом. — Он у двери. - повторила девочка. Когда Слепышка забежала обратно, Яна не успела пройти и пары шагов, как та уже выбежала с мечом в руке. Заметив этот меч, девушка невольно вздрогнула. А-Цин промолчала, хотя заметила это. Сюэ Ян, одетый в серое, с волосами, собранными в хвост, стоял с мечом в руках. Увидев девочку, он бросил его ей. — Что ж, Слепышка, сегодня ты с нами впервые, поэтому становись недалеко от Мелочи и выполняй разминку. А-Цин встала в нескольких метрах от Яны и начала повторять за ней. Яна положила меч рядом и стала смотреть на Босяка, ожидая задания. Сюэ Ян, заметив, что обе смотрят на него, ухмыльнулся и сказал: — Вращение головой. А-Цин непонимающе уставилась на него. — Слепышка, это такое упражнение, — пояснил Чэнмэй. — Если хочешь, можешь найти себе голову и вращать её, но лучше просто посмотри на Мелочь. Девочка хотела съязвить, но, вспомнив одну из тренировок, промолчала и начала выполнять задание, чтобы не пришлось лишний раз приседать. С тех пор как она рассказала Сюэ Яну о другом мире, он много её расспрашивал и узнал о различных упражнениях. За это Яна позже поплатилась: каждую тренировку начинали с усиленной зарядки, а за нарушения добавлялись дополнительные задания. Выполнив зарядку, Ян посмотрел на девушек и, усмехнувшись, произнёс: — Один круг вокруг города, без остановок, — последнее он добавил специально для А-Цин. В голосе слышалась ядовитая усмешка. — Почему так много? — Слепышка думала, что они будут тренироваться на мечах, а оказалось, он их просто мучает! Верните ей даочжана! — Два круга. — Но… — Три круга, — Чэнмэй любил бесить людей. — Один круг, так один круг, — в итоге согласилась А-Цин. — Слепышка, Мелочь каждый день бегает вокруг дома по нескольку кругов, а ты только мечом машешь. — Побежали? — обратилась к Яне А-Цин. — Побежали, — обречённо вздохнула та.

***

— А теперь берите мечи, — скомандовал Сюэ Ян, с усмешкой глядя на двух девушек, согнувшихся в три погибели и пытающихся отдышаться. — Дай отдохнуть, — прохрипели они. — А если на вас нападут, вы так же будете говорить? — закатил глаза Чэнмэй. Слепышка хотела съязвить, но Яна заговорила первой: — Ладно, А-Цин, давай просто будем выполнять задания. Иначе будет хуже. — Хорошо, — недовольно произнесла та. Взяв мечи, девушки встали напротив Босяка. Его глаза зловеще блеснули. — Сегодня начнём тренировать полёт на мече. — На это объявление девушки удивились, но решили молчать. — Направлять энергию в меч руками вы научились. Теперь нужно научиться делать это ногами, стоя на мече, — продолжил он, видя их уныние. — Можете сначала попробовать босиком, но если останетесь без пальцев ног — я не виноват. Понятно? — Понятно! — хором отозвались девушки. — Достаём мечи из ножен и кладём перпендикулярно себе. Затем становитесь на лезвие. Главное — не сломайте его своим весом, — усмехнулся парень, заметив их злые и недовольные взгляды. — И направьте энергию в меч, не в обувь, а в меч, — уточнил он. — Потом сами разберётесь. — Ты нас учить будешь нормально или нет? — воскликнула А-Цин. Яна молчала, решив лишний раз не раздражать босяка. — Нужно захотеть взлететь, представьте это в своих тупых головушках, - закатил он глаза. - Если получится, тогда однажды вы сможете взлетать даже на бегу. А теперь начали! Следуя указаниям, Яна, не снимая обуви, встала на меч и попробовала направить свою энергию. Это оказалось труднее, чем она думала: обычно она сосредотачивалась в руках, а теперь её нужно было направить в ноги. Через два часа тренировка закончилась. У девушек ничего не получилось, что заставило их вздыхать и глустно смотреть на мечи под их ногами, один Сюэ Ян, казалось, был доволен. Увидев Сяо Синченя, он стал ещё более радостным. Забрав у учениц мечи, он поспешил к даосу. — Между ними точно что-то есть, — произнесла Яна. — Согласна, — подтвердила А-Цин, недовольно зыркнув на них. - На речку? — Пойдём, — согласилась Яна.

***

Лес находился неподалёку от города И — всего пятнадцать минут пешком. Он тянулся вширь, и его пересекала извилистая река. Когда-то здесь часто купались дети и взрослые, но с годами людей становилось всё меньше. Детвора взрослела и уезжала, а те, кто оставался, были поглощены заботами. Яна лежала на траве, закинув руки за голову и прикрыв глаза. По небесной лазури плыли облака, складываясь в причудливые образы. Солнце припекало лицо, и открывать глаза совсем не хотелось. Рядом журчала речка, заглушая все остальные звуки. В тени неподалёку отдыхала шестнадцатилетняя девушка в белоснежном нижнем ханьфу. Её глаза были такими же светлыми, как и одежда. Взглянув на подругу, А-Цин сказала: — Яна, перестань валяться на солнце — обгоришь. — Да я только легла, — возразила девочка, приоткрыв глаза и тут же зажмурившись от яркого света. — Вставай, мы пришли купаться, а не на земле валяться. - А-Цин принялась снимать ханьфу. Девушка в ответ лишь недовльно бурчала, но встала. «После тренировки я вымотана, даже минутки не дадут отдохнуть». Прохладная вода бодрила, наполняя тело энергией. Мокрая одежда липла к коже, мешая движениям. Яна барахталась, пытаясь вспомнить технику плавания, которой давно не пользовалась. А-Цин смеялась над её стараниями, но вскоре получила порцию воды в лицо — это её ничуть не остановило. После освежающего купания девушки устроились в тени. — Кстати, может, сведём их? — предложила Яна, думая о недовольном лице Сюэ Яна. Разговор тянулся уже около получаса. Несколько минут назад они начали обсуждать даочжана и Босяка, хотя как они перешли от еды к этим двоим, оставалось загадкой. — Что? — удивлённо подняла брови А-Цин. — «Сведём»? Боже мой, здесь нет таких слов. Откуда ты их только понабрала? — Ну, сведём — сделаем так, чтобы они сблизились в романтическом плане. — Зачем? — нахмурилась Слепышка. — Просто. — заметив, что подруга не впечатлилась, Яна приготовила новый довод. — Ты же видела, как Босяк смотрит на даочжана. Может, это и не любовь, но симпатия там точно есть. А даочжан смущается и краснеет, когда Босяк оказывается слишком близко. С другими такого не бывает. — В твоих словах есть смысл, — кивнула А-Цин, недоверчиво пробормотала она. — Тогда как мы их сведём? «Не ожидала, что она согласится. Шанс был мал — она ведь недолюбливает Сюэ Яна». — Смотри, через какое-то время я и Босяк уйдём кое-куда на неделю, возможно, и дольше, — начала объяснять Яна. — Зачем? Почему? Куда? И почему именно со Злыднем? — затараторила Слепышка. — Мне нужно встретиться кое с кем. В Юньмэн. Он мне должен желания. Я потом тебе подробно обьясню. — Это небезопасно. — обеспокоилась А-Цин. — Не переживай, у нас с ним договор. Ему придётся быть со мной и охранять, а потом мы вернёмся домой, к вам. — Это безрассудно и рискованно. - зло проговорила А-Цин. — Я не могу забрать желание назад или изменить его — иначе он умрёт, — таким же тоном проговорила Яна. — Даже если так, зачем рисковать собой? — настойчиво продолжила А-Цин возмущаться. — Всё будет нормально. Я приведу тебя подарок. - Мне на этот подарок... - Ты мне доверяешь? - спросила Яна. - Просто поверь мне. Потом я тебе всё объясню. — Ладно, — неохотно согласилась Слепышка, явно выражая неудовольствие. — Мы с Босяком уйдём на время. За этими двумя будем приглядывать. Ты следи за даочжаном, а я — за Босяком. Нужно понять, скучают ли они друг по другу за время разлуки. По возвращении обсудим и решим, что делать дальше, — подвела итог Яна и протянула руку. — Договорились? — Хоть я уже жалею о своём согласии, но любопытно, что из этого выйдет, — пожала руку А-Цин.

***

Покидая речку, Слепышка отставала от Яны, которая стремглав мчалась домой — чтобы, по её словам, не обгореть на солнце. Остановившись на мгновение и вспомнив их недавний разговор, А-Цин прошептала: — Яна, тебе семнадцать. На год старше меня, а ведёшь себя как ребёнок. Но эти слова никто не услышал.