А мне нравится

      Как только Яна и Злыдень отправились в путь, я долго смотрела им вслед. Девочка, словно колдовская юла, кружилась, запечатлевая в памяти красоты новых мест. Парень, с удивлением на лице, явно поражён словами Яны, которую он только что слушал.       Когда они улетели на мече, мы с даочжаном принялись за свои дела. Пока он готовил, я, лёжа в гробу, задумалась о своей загадочной подруге.

***

      В первый раз, когда я встретила её, меня заинтересовало, откуда она пришла. Я стремилась подружиться с ней. Её внешность поражала: белые волосы, необычные глаза. И хотя цвет глаз не вызывал у меня удивления (мои собственные тоже белые), их форма была иной — совершенно иной.       И это была лишь первая странность. Когда мы с даочжаном шли по дороге, Яна сказала, что чует запах крови. Я почувствовала его спустя ещё несколько шагов, хотя пахло снизу, и должно было быть сильнее. Яна же сидела на руках даочжана. Тревога охватила меня, когда даочжан подошёл к полутрупу.       И предчувствия меня не обманули. Незнакомец отправился с нами, хотя точнее сказать, даос его вытащил. Он мне не был нужен. Мы нашли похоронный дом, где даочжан взялся залечивать раненного.       Очнувшись, тот обзывал меня слепой. Хам! Почему даочжан решил приютить его — не понимаю. Потом я узнала, что девочку звали Яна. В тот день, когда даос нас прогнал, я хотела поговорить с ней, но она ничего не знала.       Даочжан ушёл на ночную охоту, а полутруп предлагал нам конфеты. Странно, ничто не даётся просто так. Эту истину я усвоила ещё в детстве.       Мы взяли конфеты, но незнакомец наставил меч на Яну! В тот миг я возненавидела его. Как бы человек ни выглядел, нельзя ему угрожать мечом. Яна поправила меня, и я удивилась, но ухитрилась выкрутиться. Незнакомец вдруг поперхнулся — интересно, почему?       Прошёл месяц. Я иногда спрашивала Яну, не кажется ли ей подозрительным Злыдень, как я теперь называла незнакомца без имени после инцидента с мечом. Яна успокаивала, что если он ничего не сделал, то волноваться не стоит. Верно ли это?       Единственное, что я выяснила о нём — ему восемнадцать лет.       Однажды, в дождливый вечер, мы стали рассказывать истории. Яна поведала о слепом заклинателе и его враге. История волновала меня, напоминая нашу жизнь.       Даочжан был слепым заклинателем, а Злыдень — незнакомцем без имени. Яна странно говорила, меня насторожила её фраза: «Или была, или будет». И когда я назвала его имя, вошедший даочжан побледнел! Это было очень странно.       Ночью, пытаясь заснуть, я заметила, что Яна вышла из комнаты. Долгое отсутствие её взволновало меня, и я тихо последовала за ней. Пройдя к входу в дом, я услышала разговор:       — …на этот вопрос я не дам ответ, — раздался детский голос Яны.       Я скрылась за стеной, слушая.       — Что же ты скрываешь? — спросил мужской голос, которого я не узнала. Сюэ Ян обычно меняет голос, чтобы его не опознали, а здесь говорил обычно.       Следующая фраза ошеломила меня:       — Мне не десять, а шестнадцать лет, — быстро произнесла Яна.       — Что? — удивление в её голосе мне отозвалось.       — Что-то случилось, и я оказалась в этом теле. Как и почему — не скажу!       Я испугалась, что меня заметят, и ушла в свою комнату.       Сейчас я жалею, что ушла. Возможно, узнала бы ответы на свои вопросы. У меня подозрение, что тот голос был Злыднем.       Прошёл год, и споры с ним стали частью нашей повседневности. Ничего не натворил, но подозрительность не отпускала. Частые разговоры с Яной заставляли думать, что они что-то скрывают. Мы рассказали даочжану, что девочка видит. И я узнала, что Злыдень знал об этом! Почему Яна не сказала мне, а ему?       Но и я не говорила.       Злыдень, поцеловав даочжана, ошеломил меня! Это было задание от Яны, но всё же удивление было велико. Потом девочка рассказала о ритуале, при невыполнении которого можно умереть. Я разозлилась: ради желаний она рисковала жизнью.       Два дня назад, проснувшись от шума, я пошла к его источнику. В нижнем ханьфу, приближаясь к кухне, услышала крик:       — Нет, ну ты в край обнаглела!       Я вошла и спросила:       — Что вы орёте?       — Слепышка, вы с даочжаном совсем Мелочь разбаловали! — Злыдень вскочил со стула и, прежде чем выйти на улицу, крикнул: — Чтобы быстро завтракали и шли на улицу! — Затем он хлопнул дверью.       — Яна, что ты такого сделала, чтобы так его разозлить? — я обратилась к ней, подойдя к корзинке с яблоками. — Он никогда так не злился.       Взяв два яблока, одно отдала девочке и попробовала сладкий плод.       — У меня талант. Нервный он какой-то, нужно ему чай с мятой выпить. Говорят, успокаивает. Или это про ромашку говорили? — сказала Яна.       Я бросила на нее непонимающий взгляд и продолжила есть яблоко.       — Слышала, торговцы говорили об этих растениях. Интересно, как они выглядят? Кстати, а ты знаешь?       — Нет, — ещё не до конца понимая, о чем идет речь, ответила я.       Когда мы собрались и вышли на улицу, я направилась на задний двор, где обычно тренируюсь с даочжаном, но утром его так и не видела. Внезапно Яна резко остановилась и схватила меня за руку.       — А-Цин, я не знаю, говорил ли тебе даочжан, но скажу: сегодня ты будешь тренироваться с нами. Меч он тебе свой оставил. Он у двери! А сам сейчас кого-то лечит.       — Ясно, тогда иди к Злыдню. А я за мечом, — хоть эта перспектива меня и не устраивала, пришлось подчиниться. Даочжана расстраивать не хотелось.       — Он у двери, — зачем-то ещё раз повторила девочка.       Забежав в дом, я быстро нашла меч. Он лежал на полке у входа. Схватив его, я выбежала обратно, заметив, что Яна не успела далеко уйти. Она вздрогнула, увидев меч в моих руках. Ее первая тренировка оказалась не такой удачной, как моя — об этом никто мне не рассказывал, но с тех пор она старалась держаться подальше от меча.       Злыдень давал странные команды. Чью голову я должна вращать? Наконец, поняла, что свою. А бег по кругу вокруг города казался пыткой. Он что, убийца? Закончив круг, он сказал учиться летать на мечах. Ну спасибо! Как учить, если он толком не объяснил, как это делать? Ничего у нас с Яной не вышло. А когда пришёл даочжан, Злыдень схватил у нас мечи и побежал к нему. Решив, что нужно отдохнуть, я пригласила девочку к речке. Побежав туда, куда ушли даочжан и Злыдень, я увидела их. Второй оживлённо рассказывал, как заставил нас бегать, а первый слушал, качая головой. Сообщив им об уходе, мы с Яной удалились.       Искупавшись, мы решили поболтать.       — Кстати, может их сведём?       — Что? — её слова озадачили меня.       — Ну сведём, в смысле сделаем так, чтобы они были вместе, в романтическом плане, — объяснила она.       — Зачем это? — я не понимала, почему должны вмешиваться.       — Просто. К тому же, они сами долго будут к этому идти, нужно это ускорить, — Яна пыталась переманить меня на свою сторону.       Я всё равно не понимала, зачем она хочет, чтобы они были вместе. Если они любят друг друга, пусть сами разберутся, это их дело.       Выслушав доводы, я в итоге согласилась. И спросив, как мы это сделаем, получила неожиданный ответ.       Она собиралась отправиться со Злыднем в какое-то место?! Что ей понадобилось в Гусу или куда там она хотела отправиться? Ей семнадцать, а ведёт себя как десятилетняя! Может, тело влияет на ум? Какой нормальный человек отправится в дальнее путешествие с тем, кто даже имя своё не называет?! В конечном итоге, пришлось согласиться, будто у меня был выбор. И как только даочжан их отпустил? Где они деньги возьмут? Даочжан предлагал, но они не согласились. Теперь я должна узнать, насколько сильно он будет скучать по Злыдню, а я уверена, что будет.

***

      Прошёл всего день, а даочжан уже грустит. Вчера Яна и Злыдень улетели неизвестно на сколько. А сегодня даос уже вздыхает, с тоской глядя в окно. Ладно по Яне скучать, она весёлая, умная, добрая, в отличие от Злыдня. Что он в нём только нашёл? Я поняла, что он скучает не только по Яне, когда даочжан утром сказал мне: «Мой друг», он, конечно, быстро опомнился и извинился, но всё же. Сейчас уже обед, на улице прохладно, погода меняется быстро. То жара, то холод.       — А-Цин, хочешь сходить со мной к Моу Рэн?       — А кто это?       — Я у неё конфеты вам беру. Я к ней недавно ходил, она заболела. Тебе дома будет скучно, поэтому я подумал: может, ты со мной пойдёшь.       Недолго думая, я согласилась. И уже скоро мы стояли у какого-то дома. Тот не был беден или богат. Для города И это был самый простой дом. Хотя, в отличие от некоторых, он выглядел ухоженным, даже цветочные клумбы были.       Открыл нам дверь мужчина лет двадцати пяти. Узнав даочжана, он с уважением впустил нас в дом. Внутри оказалось еще уютнее: скромно обставленные комнаты сияли чистотой. Мужчину звали Моу Дан. Его внешность не выделялась — тёмные волосы, карие добрые глаза, серо-коричневая одежда. Настроение его напоминало даочжана — такой же добрый, всегда улыбающийся. Он оказался мужем той девушки. Даос представил меня. Я боялась, что Дан может быть против моего присутствия, но напрасно — он радушно предложил нам чаю с конфетами. Мы сидели и пили чай, пока он рассказывал, что состояние Рэн улучшается, и лечение даочжана приносит плоды. Мы вскоре пошли в комнату, где лежала его жена. Её вид был сонным и болезненным: нерасчёсанные волосы, усталые глаза с синяками. Хотя это и прибавляло ей лет, явно было, что она моложе мужа. Увидев нас, она села, и на её измученном лице появилась искренняя улыбка. Дан представил нас друг другу. Даочжан проверил её состояние и обнадёжил, что дело идёт на поправку. Вскоре мы ушли, а на прощание мне вручили пакетик конфет. Теперь я планирую съесть их сама, чтобы Злыдню не досталось.       — Даочжан, а чем она болеет? — спросила я по дороге домой.       — Недавно на неё напал речной гуль. Я успел его уничтожить, но он успел ранить её. Часть тёмной энергии проникла в Рэн, вызвав болезнь. Но я её лечу, и через месяц она будет здорова, — ободряюще улыбнулся мне даос.       Дома мы занялись своими делами. Я убиралась во дворе, а даочжан снова куда-то отправился, вероятно, лечить кого-то. Последние полгода он стал врачевать больных — не зря же учился! Денег не брал, но если предлагали продукты или домашние вещи, не отказывался. Бывали и такие, что приносили гнилые продукты. Даочжан на них не обижался, но я и Злыдень — очень даже. Кажется, только в этом наше мнение совпадало.

***

      Остальные дни проходили однообразно. Через день мы ходили к семье Моу, остальное время я убиралась во дворе, а потом и за его пределами. Я даже посадила цветы, выкопанные чужом саду — хозяева и не заметили. Наша территория выглядела прекрасно. В доме я мало что меняла, боясь испугать даочжана перестановками, только поддерживала чистоту.       Даос всё чаще уходил лечить людей, и если оставался дома, то находил себе занятие. Он делал корзинки и иногда грустно вздыхал, скучая по Злыдню и Яне. Я же тосковала лишь по девочке, надеясь, что она вернётся и оценит мои старания, помогая выбрать украшения для комнаты.       Так прошло две недели.

***

      Сидя с даочжаном на кухне за завтраком, мы услышали шум на улице. Выйдя, я глазам своим не поверила: там стояли Яна и Злыдень, а рядом лошадь и повозка. Где они взяли это всё и что здесь произошло?!