А мне нравится

      «Вот правду говорят, что утро добрым не бывает».       Проснулась Яна в дурном настроении. Полночи она ворочалась, не могла уснуть, перегоняя в уме вчерашний спор. С одной стороны, босяк ведь хотел помочь ей, А-Цин и Синченю, но не спросил, хотят ли они этого! Под утро её, наконец, сморил сон, но легче не стало. Как человек, который не выносит спать при свете, она проснулась рано, хотя и не выспалась, а наоборот, стала усталой и раздражительной.       К счастью, ещё вчера она собрала все необходимые вещи, хоть и ругалась при этом про себя на все и всех. Одевая ханьфу, несколько раз споткнулась, справедливо возмущаясь, кто делает такой низкий подол?!       Собравшись и пересчитав имущество несколько раз, Яна присела и стала ждать Сюэ Яна, уверенная, что он придёт. «Что-то произойдёт. Почему у меня такое дурное предчувствие?»       Она смотрела в пол, задумчиво обдумывая. Сердце забилось быстрее, в комнате стало прохладно, и она покрылась мурашками. Яна не могла понять, что её так тревожило. Может, стечение обстоятельств не стоило внимания, но в её памяти всплывали многочисленные книги и фанфики. Обычно именно незамеченные знаки приводят к гибели героев. Решила быть внимательной, но не фанатичной.       Когда босяк зашёл, она молчала, перенося вещи. Он сначала пробовал говорить, но быстро понял бессмысленность своего занятия и тоже замолчал.       Отправиться домой на мече было бы верхом идиотизма, поэтому у них была похищенная лошадь с тележкой — небольшая серая лошадка и скромная деревянная тележка с сеном для удобства сидения. Увидев телегу, Яна вспомнила встречу Се Ляня и Хуа Чена, на душе стало грустно — она больше не сможет перечитать эту историю, не откроет новых книг, не посмотрит фильмов и сериалов, и многое другое никогда не случится.       Размышляя об этом, Яна подумала: а что если здесь писать самой? Опыт фанфиков у неё был, почему бы не придумать свою историю или воспроизвести из памяти книги прошлого мира, подгоняя их под новые реалии? Решив подумать об этом позже, вона залезла в повозку.       Сюэ Ян, сидя впереди, управлял лошадью, а Яна расположилась в конце, болтая ногами. Она смотрела на отдаляющиеся дома, которые постепенно исчезли, уступив место зелени деревьев и кустов. Птички пели, солнышко светило, и всё казалось спокойным.       Но Яна была напряжена. С Чэнмэем они почти не разговаривали, обычно она бы поделилась тревогой, но не сегодня.       Вдруг, взглянув в сторону поля, Яна заметила человека в чёрной одежде с палкой. Он стоял спиной, но, словно почувствовав её взгляд, обернулся. Лица его не было видно, он был слишком далёк. Сзади послышался шорох — босяк разворачивал обёрнутое в бумагу маньтоу. Яна снова посмотрела на поле и в ужасе отползла от края — там никого не было.       Она оглядывалась вокруг, посмотрела на Сюэ Чэнмэя — всё было в порядке.       Дыхание сбилось, сердце гулко стучало, руки слегка дрожали. «Это как в фильме ужасов», - подумала девочка.       А ужасы она не выносила. Сделав несколько глубоких вдохов, решила, что ей показалось, но знала — это было реально.       Прошло некоторое время, но ничего не случилось, Яна вздохнула с облегчением, хотя нервозность осталась. Сюэ Ян спокойно ел булку, глядя на дорогу.       Она снова подползла к краю, свесив ноги — теперь это казалось куда страшнее. Ей мерещилось, что кто-то смотрит на неё, но никто не появился, и Яна уже сомневалась в своих чувствах.       Когда стемнело, они остановились у пруда, решив спать в повозке. Сон к Яне не шёл, в очертаниях деревьев и кустов мерещились люди. Когда луна поднялась в зенит, Яна поняла — наступила полночь.       Рассматривая звёзды, она унеслась мыслями к созвездиям.       «Вон Большая Медведица, а вот Дева; рядом созвездие Льва, в котором самая яркая звезда — Регул. Вот три звезды подряд — это Орион, а там была звезда Беллатрикс. Мир изменился, а небо всё то же, если не лучше. А где Созвездие Пса?»       Улыбнувшись, она, любуясь звёздным небом, незаметно уснула.

***

      Миновали несколько однообразных дней: Ян и Яна ехали, отдыхали, и снова ехали. За это время они ни разу не заговорили друг с другом, лишь молча обменивались предметами.       С того самого дня девушка больше не видела, хотя ей казалось, что за ней кто-то наблюдает.       И вот прошла уже вторая неделя с их отъезда из города И, хотя казалось, что это было только вчера. Вдали начали вырисовываться контуры домов, и вот уже появилась надпись: «Город И». Город встретил их непривычной прохладой; в Юньмэне было тепло. Но это только развеселило девушку.       Вот их дом. С момента их первого приезда здесь многое изменилось. Светлые и свежие доски теперь заменили гнилые, от которых исходил легкий неприятный запах. Окна, которые раньше продувались в холодное время суток, теперь были заделаны, и даже крышу починили. Двор стал ухоженным и украшенным недавно посаженными цветами. Скрипучие ворота перестали издавать неприятный звук.       Изменения коснулись не только внешнего вида, но и внутреннего устройства дома. Пропали все ненужные предметы, всё, что могло принести вред. Например, старый стул, на который все постоянно набивали себе синяки, был убран первым делом. Дверь на кухню, которая сама открывалась и закрывалась, была убрана после того, как однажды ночью она ударила Сюэ Яна по голове. Ох, и крика тогда было, но через два дня у них появилась новая дверь. Были и другие предметы, но их истории не так крепко оставались в памяти Яны.       Как только Чэнмэй и Яна приехали, на улицу вышли девушка в зелёном сарафане и даос в белых одеяниях, видимо услышав звуки повозки. А-Цин замерла, смотря на животное, в то время как Сяо Синчэнь поприветствовал приехавших:       — Мой милый друг, Яна, вас долго не было, — он улыбнулся, демонстрируя радость встречи.       Яна хотела было тоже поприветствовать его, но не успела. Босяк, подскочив к Синчэню, схватил его за руку и повёл обратно в дом:       — Я в Юньмэне смог кое-что уладить, я тебе расскажу. А с мелочью мы договорились, что она вместе со Слепышкой разберёт тележку.       Миновал глухой звук закрывшейся двери, за которой скрылись парни.       Девочка, к своему удивлению, не возражала против разборки вещей.       — Яна!       Девушка почувствовала, как её обхватили руки А-Цин в объятиях. Яна также протянула руки, обнимая подругу.       — Цин-Цин, я так скучала, — произнесла она.       — Я тоже, ты не поверишь, как скучно тут было, — протянула Слепышка, отстраняясь от девушки.       — О, а у меня наоборот, столько всего произошло. Я даже в тюрьме побывала, — Яна хитро улыбнулась.       — Врёшь!       — А вот и нет. Я тебе всё расскажу, пока будем разбираться с покупками, — Яна что-то вспомнила, стала копаться в рукавах ханьфу, и радостно достала веер, протянув его А-Цин.       Обычный зелёный веер, казалось бы нечего особенного, но А-Цин приняла его как редкий артефакт и стала рассматривать.       — Спасибо! Спасибо, моя маленькая сестрёнка, — улыбнулась она.       — Не за что. А теперь слушай мою интересную историю.

***

      — А после мы отправились домой, — закончила свой рассказ Яна. Тележка была разобрана, разные предметы лежали на земле в кучках. Книги и одежда были уже занесены в дом. Остальные предметы тоже разложены по местам.       Однако, проблема оставалась с животными: их нужно было разместить в загоне. Старый загон больше подходил крупному скоту, чем курам и петуху. Две девушки долго думали, и решили принести доски и заставить ими все ненужные щели. За деревом ушла Яна, аргументируя это тем, что куры могут вести себя как собаки, и к ним она не будет подходить.       Во время этого процесса девочка рассказала всю историю своего путешествия, скрыв некоторые моменты, посчитав, что их лучше не упоминать.       — Интересно! Но звучит как выдумка, — ответила А-Цин и присела на землю, усталая от работы.       — Можешь у босяка спросить, — предложила рядом сидящая Яна.       — Спрошу. Только сперва встану, — сказала девушка, но не тронулась с места.       — Я вижу, как ты встаёшь, — закатила глаза девочка.       — Я отдыхаю. Ну Злыдень ради нас и пальцем не пошевелит, а тут… — А-Цин задумалась. — Хотя я не против учёбы, если там не будет Злыдня.       Тяжело вздохнув, Слепышка поднялась и посмотрела на Яну сверху вниз:       — Ну, пойдём.       Девушка молча кивнув, поднялась и пошла к дому, А-Цин последовала за ней.       Чэнмэй и Синчэний сидели на кухне за столом, беседуя о чем-то. Заметив вошедших, босяк замолк и недовольно глянул на девушек, затем уставился в пол. Сяо Синчэнь, услышав шаги, улыбнулся и повернул голову в их сторону.       С момента входа в дом, Яна демонстративно не смотрела в сторону Сюэ Яна, оставаясь рядом с подругой и слушая её слова.       — Злыдень, а правда, что ты меня и Яну в адепты записал? — осведомилась А-Цин.       На первый взгляд могло показаться, что она спрашивает это без особого волнения, однако в душе её мучил страх: для неё попасть в обычную школу казалось немыслимым, а тут — не просто школа.       — Конечно! — воскликнул босяк с такой радостью, что Яна невольно вздрогнула — так странно было видеть его в таком настроении. Но наваждение быстро спало, стоило ей услышать следующие слова: — Лань Цижэнь очень добрый, я вам завидую, что вы сможете там учиться. Он никого не ругает. А сам орден Лань славится отсутствием каких-либо правил. Надеюсь, ты туда поедешь, вместе с Мелочью, она тоже туда отправится.       А-Цин, ничего не знавшая о Юньмэне и Гусу, кроме того, что это два великих ордена, с готовностью кивнула, соглашаясь на Гусу Лань.       — Вот и прекрасно, я знал, что вы двое будете учиться в Гусу, поэтому заранее договорился.       «Истинный слизеринец», — подумала Яна, закатив глаза.       Девушке хотелось сказать А-Цин, что Сюэ Ян соврал, но желания говорить в присутствии босяка не было. Она решила, что расскажет позже, когда они с Слепышкой останутся одни.       — Яна, А-Цин, я очень рад, что вы сможете получить достойное образование, — улыбнулся даос. — Я бы не смог дать вам его, — грустно вздохнул он.       — Даочжан! Не принижай себя так. Если бы не ты, то Слепышка, увидев водного гуля, тут же умерла бы со страху, а теперь скорее гуль умрёт, увидев Слепышку с мечом, — произнёс босяк с усмешкой и принялся стучать пальцами по столу, выбивая нехитрую мелодию.       — Друг мой, не надо преувеличивать мои заслуги, — смущённо пробормотал Сяо Синчэнь.       — Нет, нет, продолжай, — А-Цин взглянула на него вопросительно. — Как гуль умрёт, увидев меня?       — Увидев тебя, тем более с мечом, любой может сдохнуть или задохнуться от смеха, — заявил парень и захохотал, видя её недовольный вид.       — Мой друг, — укоризненно произнёс Синчэнь, качая головой.       — А я-то что?!       В этот момент Слепышка выводила Яну на улицу, бормоча о босяке: «подальше от всяких идиотов».