В глубине чувств

Хуа Чэн вышел из-за скалы и осмотрелся. Перед ним был порт города, который стоял на двух берегах одной реки. До него долетал негромкий шум толпы, который доносился с правой стороны, где стояли торговые лавочки. Юноша подошёл к мужчине в порту. Тот курил трубку, из чего Хуа Чэн сделал вывод, что не отвлечёт его от работы: — Прошу прощения, — обратился он, — не скажете, где я нахожусь? Мужчина выпустил едкий дым: — Вы не местный, я правильно понял? — Хуа Чэн кивнул. Мужчина назвал город и добавил: — Позвольте и мне кое-что у вас спросить, — начал он, — как вы здесь оказались? — Я был матросом на торгов судне. Во время шторма меня сбило мачтой и… — Хуа Чэн запнулся. Он мгновенно осознал, что чуть не выдал Се Ляня, — я ухватился за обломок, и меня прибило волнами к той части берега, — он махнул рукой в ту сторону, с которой пришёл. Его собеседник снова выдохнул дым: — Тогда вам лучше пойти к градоначальнику, он-то вам точно поможет, — он громко крикнул чьё-то имя, на которое откликнулся мальчик, выбежавший из толпы, — отведи этого господина к господину градоначальнику. Мальчик перевёл взгляд на Хуа Чэна и осмотрел его с головы до ног: — Хорошо, следуйте за мной, — обратился мальчик к юноше, — скоро вернусь, — кинул он на прощание группе ребят и зашагал вперёд. Хуа Чэн пошёл следом за ним. Они перешли по мосту на левый берег. Хуа Чэн молчал, а вот мальчик, чуть замедлив шаг, спросил: — У вас нет одного глаза? — Что? — переспросил Хуа Чэн. — Я про вашу повязку, — Хуа Чэн снова промолчал. Он думал, что ответить. Если скажет правду, то где гарантия, что ему помогут, а если соврёт… Долгое молчание мальчик расценил за неприятную реакцию и поспешил извиниться. Всю дорогу они молчали, отвернувшись в разные стороны. Хуа Чэн крутил головой, рассматривая дома и торговые лавки. Они добрались до края длинной улицы, и мальчик подытожил: — Ну, вот мы и на месте. — Спасибо больше, — поблагодарил Хуа Чэн. Мальчик кивнул и направился в сторону порта, а юноша постучал в дверь. — Минуту, — послышался молодой женский голос. Спустя пару мгновений дверь открылась, и из-за неё показалась милая девушка. Она была одета в светло-фиолетовое ханьфу, которое сочеталось с её каштановыми волосами, собранными в низкий хвост, их украшала заколка с цветами. Хуа Чэн не знал их названия, но предположил, что это лилии. Впрочем, какая разница, цветы всё равно искусственные: — Вы пришли к градоначальнику? — спросила девушка. — Да, я потерпел крушение корабля и не представляю, что делать дальше. — Следуйте за мной, — позвала девушка. Хуа Чэн вытер ноги у порога и вошёл в дом. Тёплая погода и длинный путь до дома градоначальника высушили его одежду. — Отец, не отвлекаю? — спросила дочь, открывая одну из дверей. — Вовсе нет, — ответил низкий голос. Незнакомый Хуа Чэну мужчина поднял глаза на девушку и задал встречный вопрос, — кто это позади тебя? — Этот господин не местный, просил увидеться с тобой, — ответила девушка. Он жестом позвал Хуа Чэна к себе, напоследок попросил девушку: — Айминь, приготовив чай, — девушка кивнула и, закрыв дверь, удалилась. — Молодой господин, можете ли рассказать, как вообще оказались в нашем городе? — спросил градоначальник. Хуа Чэн представился и кратко рассказал свою историю, но скрывая некоторые детали. Услышав всю историю, градоначальник продолжил: — Что ж, на данный момент свободных домов нет, а у вас нет работы, — он притих, что-то обдумывая. — Извините, что перебиваю, — вмешался Хуа Чэн, — но я просто хотел, чтобы вы знали о моём присутствии в городе. С домом и работой разбираться нужно уже мне самому. — Исключено, — отрезал градоначальник. — Как глава города, я обязан вам посодействовать. Хуа Чэн решил не спорить и продолжил слушать: — Многим торговцам нужны помощники, да и в порту не помешает ещё один опытный молодой человек. С жильём будет сложнее, но думаю, мы сможем найти добрых людей, которые согласятся дать вам приют, — закончил он. — Благодарю, — ответил Хуа Чэн. — Чай готов, — сказала вошедшая девушка. Юноша поднялся с пола и открыл ей дверь. Та кивнула ему в знак благодарности и, поставив поднос с длинными ножками недалеко от стола, начала разливать чай по чашкам. Хуа Чэн снова сел напротив стала градоначальника. Тот под конец добавил: — Айминь, ты можешь помочь этому юноше найти приют? — та кивнула, подавая отцу и гостю чашки с чаем. — Отлично, думаю, на сегодня мы закончили. Хуа Чэн кивнул и выпил предложенный напиток. Девушка поднялась, поклонилась отцу и направилась к выходу. Хуа Чэна сделал также и направился вслед за ней. Дом нашёлся довольно быстро. Пожилая дама согласись выделить комнату абсолютно бесплатно, пока юноша на найдёт работу, но попросила Хуа Чэна иногда помогать по хозяйству. Тот не стал перечить и согласился. Он попрощался с девушкой и направился в порт. Как-никак юноша уже десять лет жил на корабле, может ему повезёт? //ранее под водой// Се Лянь плыл в привычном для себя темпе. Наконец он мог свободно вилять хвостом. Он плыл, красиво извиваясь и кружась. Краем ухо он услышал знакомый голос. Русал резко остановился и отплыл чуть назад. Как он и предполагал, к нему мчался Ши Цинсюань, намеревающийся крепко обнять его, за ним подплыли Фэн Синь и Му Цин: — Се-сюн, мы, конечно, всё понимаем, — начал Ши Цинсюань, — НО СПАСАТЬ ЧЕЛОВЕКА! — Действительно, зачем ты это сделал? — холодно спросил Му Цин, недовольно виляя тонким тёмно-синим хвостом. Се Лянь потёр переносицу и добавил: — Устал могилы делать, — сказав это, он проплыл мимо друзей и спустился к небольшому рифу. — А если серьёзно? — не успокаивался Ши Цинсюань. Се Лянь не ответил и сел рядом с актинией. Он убрал с неё гнилой остаток водоросли и положил на её место дрейфующий лист. — С-е Л-я-н-ь — Се Лянь, — громко произнёс по буквам имя русала Ши Цинсюань. Принц устал от этого и поднял на него измученный взгляд: — Какая разница? Спас и спас, — по правде он и сам не знал, почему это сделал, но ни капли не жалел об этом. — Ваше Высочество, пусть вы сейчас и в затруднительном положении — это не означает, что нужно спасать тех, кто ставит на нас сети, — сказал Фэн Синь. — Откуда вам знать может он… — Тогда зачем он разрезал сеть и выпустил меня?! — не выдержал Се Лянь, — Говорите, что хотите, но… Я и сам не знаю, — наконец сознался он. Белохвостый русал поднялся чуть выше по рифу, сорвал несколько листов водоросли и положил их себе в рот. — На одних водорослях и душах утопленников вы долго не протянете, — добавил Му Цин. — Когда вы в последний раз охотились? Се Лянь, закончив жевать, снова ничего не ответил и спросил: — Какой сейчас слух ходит обо мне? — Якобы ты так ослаб, что уже давно не можешь и маленькой волны поднять, — Се Лянь горько улыбнулся, жуя ещё один лист. — Знал бы ты, какую вчера шумиху понял Ци Жун, — протянул Фэн Синь. Се Лянь даже бровью не провёл. Он догадывался о таком поступке младшего брата. Принц лёг на мягкие водоросли. Поняв, что у него нет настроения продолжать диалог, Му Цин и Фэн Синь поплыли в сторону от рифа. Остался только Ши Цинсюань: — Линвэнь просила передать, что скоро «Церемония Восточного течения», и тебе разрешили там появиться. Се Лянь горько усмехнулся и поднялся, переводя взгляд на друга: — Неужели… А повелитель не сказал, каким образом собирается меня унизить в глазах народа? Ши Цинсюань отвёл глаза в сторону: — Он всё ещё не верит, что ты овладел фамильяром и не хочешь вернуть себе престол, — подплыв к краю рифа, он добавил напоследок: — Подумай над его предложением как следует… Может, так будет лучше… — и скрылся за рифом. Се Лянь не хотел наполнять голову мыслями о «Церемонии Восточного течения». Он поднял голову к поверхности и увидел, что небо стало розоветь, а значит, наступал вечер. Русал поджал хвост поближе и закрыл глаза, желая поскорее уснуть.