Лес, меняющий мечты.

22 мая, 10:00: Он проснулся сегодня позже обычного. В последние дни с Мионой случалось что-то очень странное. То её было не уложить, а то она отрубалась на ходу. Он не знал что с ней сегодня будет, но он точно знал, что это явно добром не кончится. Интересно, а что она сейчас делает? Он прислушался. Треска костра нет, а сверху слышно сопение. Ну и хорошо. Поспит, пока он придумает решение. Драко не знал, что происходит с его подругой, но он точно знал, что ничего хорошего в этом нет. Разве это хорошо, когда человек много нервничает, то у него бессонница, а то она отрубается за три секунды. Чаще всего она отрубалась, но когда у него не получалось её уложить, то она постоянно бегала по палатке и что-то бормотала про то, что ничего не успевает. Драко часто не мог заснуть и из-за этого мог видеть, что Миона не ложилась иногда вообще. Зачастую она отрубалась часов в семь, а потом бегала по палатке и причитала, что ничего не успевает и лучше бы она вообще не умела уставать. Но если бы всё было так просто. Помимо сонливости и у неё в последние два дня совсем не было внимания, она так сильно иногда на него орала, что ему приходилось зажимать уши. Она часто жаловалась, что у неё болит голова и она не может ничего делать. Драко не знал что с ней, но решил сегодня устроить ей маленький отдых. Этакий день отдыха. Пусть поспит и отдохнёт. Если, конечно, в этом дело. Драко сел на кровати и приманил из стоящей неподалёку сумки Мионы справочник. Как часто он им пользовался. Второй раз уже. Он сел на кровати и стал пролистывать страницы, ища что это за гадость и как она лечиться.

***

Через два часа: Гермиона проснулась и посмотрела на часы, которые она не снимала. 12. Чёрт! Она мигом подскочила с кровати, схватила одежду, которая аккуратно висела на спинке стула, и уже хотела рвануться, как вдруг в палатку зашёл Драко. Он улыбнулся ей и сказал: — Привет, трудяга. — Скорее соня. Ты не голодный? — Нет, я уже сварил всё. — Мерлин, спасибо. Я тогда побегу умываться и… — И ляжешь отдыхать. — Драко, какой отдыхать? Мне надо все запасы перебрать, все зелья, ингредиенты и всё остальное по полочкам расставить. Мне некогда отдыха… — Миона схватилась за голову, выронив одежду. — сволочь, почему ты так болишь--то? Что я тебе сделала? — Не бережёшь ты себя, тратишь своё здоровье направо и налево. Вот почему она у тебя болит. — Да всё со мной нормально! Хватит обращаться ко мне так, будто я сейчас помру! Да, может я и заболела, ну и что?! Поболит и пройдёт! Ничего со мной не… — и тут она сжалась в комочек и схватилась за голову. По её щекам текли слёзы. Он сел около неё и спросил: — Миона, что случилось? — Мигрени… — только и смогла она сказать. Он только попробовал поднять Миону с земли за руку. Ничего не получалось. Тогда ему в голову пришло немного странное, но наверно единственное правильное решение. Он должен взять её на руки. Да нет, это бред. Он не её парень и право на это не имеет. Но он и не мог смотреть как она страдает. Драко метался между двумя вариантами. С одной стороны он не имел права носить её на руках. Друг не настолько близок, как парень и соответственно так близко находиться он тоже не может. Драко очень сомневался, что Поттер или Уизли носили её на руках в прямом смысле. Но ведь с другой стороны ему нужно было срочно ей помочь. Не класть же её на полу. Тогда она прямо тут на полу и уснёт и ему в любом случае нужно будет как-то положить её на кровать. Самым правильным вариантом было взять сейчас Миону на руки и донести её до кровати. Но он же никогда не носил девушек на руках. Он не знал как это делать и это его пугало. Он мог сделать только хуже. Сейчас у него внутри была борьба. Борьба здравого смысла с неумолимым желанием помочь его подруге. В конце концов неумолимое желание победило. Он присел около неё и взял Миону на руки. Она держалась за голову одной рукой и даже не смотрела что происходит, но немного расслабилась, видно чувствуя как неловко он её держит и одной рукой обхватила его шею. Это оказалось не так уж и страшно-- держать девушку на руках. Было такое странное ощущение. Он не знал как это описать. Он будто держал в руках котёнка, только большого. Очень большого. Единственное различие было в том, что котёнка он мог погладить, в вот Миону нет. Это было не неловко и не страшно. Ему не ломило спину, как он думал. Это было отнюдь не тяжело, скорее даже… приятно. Он не ожидал такого. Миона в его руках сжалась в маленький клубок. Он держал её под коленями одной рукой, а второй за спину. Миона прижалась к его груди, а рукой держалась за его шею. Он аккуратно стал продвигаться к их кровати стараясь как меньше трясти Миону. Ей и так сейчас больно, нельзя делать ей ещё больнее. Но её голова всё равно двигалась немного и он прижал её к себе. Миона ещё больше вжалась в него, но теперь её голова не двигалась и ей не было больно. Миона вжималась в его грудь и он слышал её дыхание, чувствовал её нежную и мягкую руку на шее. Это было волшебно. Другое прилагательное он подобрать не мог. Вот оно-- настоящее волшебство. Теперь ясно почему влюблённые мальчишки так часто таскают своих избранниц на руках. Это просто невероятные ощущения. Тут они дошли до кровати. Он опустил на неё Миону. Она всё ещё мучилась от мигрени. Он вспомнил, что нужна темнота и свесил её одеяло вниз, закрепив его заклинанием. Получился маленький уголок отдыха. Он сел около Мионы и тихонько стал гладить её по волосам. Он знал, что это помогает ей успокоиться. Вскоре Миона открыла глаза. Она тихо сказала: — Драко… — Да. Миона? — Принеси… Мокрое… Полотенце. — Хорошо. Он быстро сбегал за полотенцем и заодно прихватил воды с сахаром. Он тихонько заглянул за её одеяло и увидел Миону, которая чуть не спала. Ждала его. Он аккуратно обматал её лоб холодным полотенцем и поднёс стакан к её рту. — Выпей, Миона. Она не сопротивлялась. Он приподнял её голову и буквально влил ей в рот содержимое. Она опустилась на подушку и сказала: — Ты… очень… заботливый… спасибо. — Не за что, Миона. Что мне сделать? — Разбери… ингредиенты…и зелья. Посмотри…какие…стухли…а какие…на полку. — Хорошо. Отдохни сегодня. Поспи по максимуму. — Спасибо. — Не за что, Миона. Не за что. Он ещё раз погладил её по голове и встал с кровати. Ему нужно было выполнить поручение Мионы.

***

14:00: Он почти закончил перебирать запасы Мионы. Их оказалось дохуя. Каждого растения было штук по 10, так ещё почти у каждого растения имелся его экстракт и порошок. В общем возился он с этим ни много ни мало 2 часа. Но результат того стоил. Теперь вся гадость, которая могла помешать им в экстренный момент, была в мусоре, а сверхнужные ингредиенты на полках. Драко весь процесс думал только об одном. Как ему помочь Мионе. Ей с утра было очень плохо. Он вспомнил, как час назад она ненадолго проснулась. Миона просила воды и говорила, что ей стало ещё хуже. Когда же он дотронулся до её лба, то его рука чуть не сгорела. Температура под 40 у неё точно была. Что же это за лес приключений такой? Буквально недавно на этой кровати валялся и помирал он, а теперь на ней лежит Миона и страдает, мучаясь с температурой и больной головой. Слава Мерлину, большую часть времени она спала и поэтому он мог вспомнить рецепт какого-то чая или ещё чего-то, что могло ей помочь. Он иногда слышал как Миона недовольно стонет во сне и каждый раз бежал смотреть всё ли с ней хорошо. Он старался заботиться о Мионе, как мама в своё время заботились о нём. И Мионе легчало. Да, не на много, но всё же его забота хоть как-то помогала ей снова встать на ноги. В справочнике снова говорилось о том, что ей нужно больше спать и вот он предоставил ей такую возможность. Сегодня он хозяйничает в доме. Это оказалось очень трудно. Нужно было постоянно смотреть за временем, чтобы успеть сварить суп, чтобы осталось время постирать и погладить, чтобы успеть протереть особо пыльные поверхности. В общем работы не в проворот, а времени всего ничего. Ему в утешение было то, что стирать руками на пруду было не нужно. Драко мысленно благословил человека, который придумал заклинание стирки. Тут его вывели из мыслей часы, пробившие 2 часа. Нужно было нести Мионе обед. Он чувствовал себя слугой, причём добровольным, но ему это не было в тягость. Ему нравилось ухаживать за Мионой и помогать ей. Он взял суп, который он приготовил попутно с разбиранием полок, налил его в миску, взял кусок хлеба и понёс Мионе. Он поставил на стол миску и отодвинул их импровизированную шторку. Миона спала, свернувшись клубочком. Он погладил её по голове и сказал: — Эй, болельщик, вставай. Обед. Миона протёрла глаза и открыла их. Перед ней сидел Драко. Вся его одежда была забрызгана водой и испачкана разными порошками. Сразу видно было, что он выполнил её просьбу. За ним стояла миска с супом и хлебом. Она постаралась ему улыбнуться, но ничего не получилось. Ей было слишком плохо. Голова сильно болела и был жар. Температура всё никак не хотела сходить на нет. С утра её не было, но вот буквально час назад она проснулась от неимоверной боли в голове и жуткого жара. Ей хотелось ныть как маленькой девочке, но она сдерживала этот странный порыв, потому что она этим нытьём ни себе, ни Драко не поможет. Она старалась на протяжении нескольких дней не показывать, что она что-то подцепила. Драко и так только отчухался от беладонны, а тут ещё и её болезнь. Но скрывать она это больше не могла. С каждым днём ей становилось всё хуже и она уже еле терпела. Если бы Драко не заметил, что ей плохо, то на следующий день она всё равно бы свалилась. Слава Мерлину у неё есть такой друг, как Драко. Он отвлёк её от мыслей вопросом: — Миона, ты здесь? — Что? Ой, прости, да. — Я говорю ты как? Тебе лучше? — Также. Голова просто раскалывается. — Хорошо хоть не хуже. Поешь, может полегчает. Он передал ей миску и стал смотреть как она ест. Миона чувствовала себя немного непривычно под внимательным взглядом друга. Иногда, когда она была маленькая, мама приносила ей в комнату еду и смотрела как она ест. Обычно это происходило когда она болела. Мама очень о ней заботилась. Совсем как Драко. Он также берёг её как зеницу ока и не хотел, чтобы с ней что-то случилось. Он часто вёл себя как её мама. Гладил её по голове, обнимал её, когда ей было тяжело, ухаживал за ней, пока ей было плохо. Чем-то его поведение даже помогало ей чувствовать себя дома. Будто ей снова 5. Будто она снова в постели и мама вот-вот войдёт, чтобы поднять её с кровати щекоткой и весело побежать за ней. Мама всегда поднимала её щекоткой и, конечно, уже не гонялась за ней, но хорошее настроение на день всегда ей обеспечивала. Драко также старался сделать ей хорошо, чтобы она не мучилась и от этого у неё становилось тепло на душе и уже было не так больно и жарко. Вскоре она доела и передала миску Драко. Он быстро сбегал на кухню и принёс ей оттуда чай. Он пах имбирём. Она чувствовала этот запах и вспоминала имбирные мамины печенья. Он подошёл к ней и отдал чашку. — Выпей, должно полегчать. — Спасибо. Ты настоящий друг. — Миона поднесла кружку ко рту и начала пить, как вдруг Драко увидел в кружке зелёный листик Любистока. — Миона, стой! — но было уже поздно. Лист скользнул внутрь. Драко скрестил пальцы. Видно листочек упал, когда он разбирал запасы. От этой гадости у неё могло стать хуже состояние или не дай бог она упадёт в обморок или ещё что-то. Вот только его мольбы не оправдались. Миона откинулась на стенку кровати и он еле слышал её дыхание. Галлюцинации. Драко тут же опустил её на подушку и побежал на кухню за рутой. Миона оказалась в красивом, цветущем саду. Все цветы в нём цвели. Розовые, белые и фиолетовые цветы были везде. На белых клумбах, на красивой белой беседке, на высоком бардюрном заборе. Везде. Деревья, которые расли около клумб, красиво свисали вниз над дорожкой, проложенной между клумб. Это было очень красиво. Вдруг Миона увидела… Нет, ей кажется. Быть такого не может. По дорожке шли они с Драко. Она была одета в красивое розовое платье без плеч до пола и с простеньким тканевым поясом, крестом перевязанным на талии, а Драко шёл в белой рубашке и чёрных брюках. Он обнимал её за плечи и иногда смотрел на неё таким взглядом… Таким взглядом обычно Гарри глядел на Джинни, а Рон на Лаванду. Так она сама когда-то глядела на Виктора. А теперь так смотрел на неё Драко. И в этом взгляде было только одно. Любовь. Светлая, чистая, искренняя любовь. Вскоре та Гермиона и тот Драко остановились напротив одной из клумб. Драко посмотрел на ту Гермиону и спросил: — Милая, что случилось? Почему ты последние дни сама не своя? — Нет, нет, дорогой, всё хорошо. Просто я переживаю насчёт обеда. — Не бойся, я предупредил маму, что там будут и твои родители. — Хорошо. Спасибо. — он приподнял её голову за подбородок и посмотрел ей в глаза. — Миона, что случилось? — он чмокнул её в щёку. — Я. Я просто думала, что может зря мы всё это затеяли. Может мы через два года разойдёмся. — Солнышко, о чём ты говоришь? Прекрати нести такую ерунду. Я никогда тебя не отпущу. Ты — мой идеал, моя мечта. Я никогда тебя не брошу. — Честно? — Честно. Та Гермиона притянула его к себе за рубашку и поцеловала его. Тот Драко улыбнулся сквозь поцелуй и ответил ей. Гермиона смотрела на это со стороны. Тот Драко держал её копию за талию, а та Гермиона зарылась пальцами в его волосы. Реальная же Гермиона смотрела на всё это, не веря. Она и Драко. Пара. Нет, наверно это её воображение нашалило. Драко она не нравиться и это она точно знала. Конечно, по поведению догадаться нельзя, да и других признаков не было, но он постоянно ей говорил, что она хороший друг. К тому же он обещал найти ей парня. А может он просто подозрения от себя отводил? Да ну, глупости, зачем ему это делать. Но Гермиона всё равно задумалась над этим вопросом. А может она и впрямь нравиться Драко, но он не показывает этого, потому что боится быть отвергнутым? Ему и так полно бед в жизни, а тут ещё возможный отказ девушки, которая ему нравиться. Да и по поведению можно наверно было сказать, что она ему нравиться. Он ведь так о ней заботился, даже на руках её сегодня донёс до кровати. Всё равно эти убеждения не могли заставить её подумать так. Нет. Она ему не нравиться. Драко её друг и не более. Тем временем те Драко и Гермиона отстранились друг от друга. Он погладил её по щеке большим пльцем. — Успокоилась, любимая? — Да. Пойдём в беседку, у меня что-то ноги болят. — Вспоминаются те времена, когда я сидел на твоей кровати и искал чем ты заболела. Ты так и не научилась правильно распределять свою энергию и вовремя останавливаться. — Ну и что? Зато я работаю больше всех в Министерстве и на выборах шанс выиграть будет больше. — А когда выборы? — Через год. — Вот и хорошо. Будешь у меня этот год отдыхать. — Не заставишь. — Заставлю. А не будешь слушаться-накажу. — Наказывай сколько угодно, но не сейчас. Для меня эти ноги уже наказание. Как кстати твой ожог? Так и не прошёл? — Нет. — Странно. Три года прошло, а он не проходит. — Кто знает, будь у нас тогда нужные способы обработки, может и прошёл бы. — Ты мажешь его мазью? — Конечно, наказания от тебя мне не очень хочется. — А что же так? — Ты слишком жестока в этом плане. — Жестоки мои ноги ко мне, а это не жестоко. — Ну, раз твои прекрасные ножки к тебе жестоки, то я немного тебе помогу. Он подхватил её на руки и та Гермиона засмеялась. Он чмокнул её в нос и понёс к беседке. Тут Гермиона почувствовала, что отходит от этого глюка. Она закрыла глаза и открыла их. Перед ней сидел перепуганный Драко. Он был гораздо белее, чем обычно, а в глазах читался такой страх и такая паника, что казалось, что если они выльются из глаз, то затопят всю землю. Он сидел с веточкой руты в руках. Видно, она чем-то траванулась. Гермионе даже стало жалко его. Он так за неё переживал. Пока она разгадывала тайны вселенной, он места себе не находил и пытался её поднять. Теперь ей было всё равно нравиться она ему или нет. Всё её внимание было сфокусировано на его глазах в которых было написано всё, что он испытал за этот короткий промежуток времени. Драко всхлипнул и обнял её. Она просто поглаживала его по спине и волосам, пытаясь успокоить его. Его слёзы были вполне естественными. Он пережил такое переживание и тут даже человек, который никогда не плакал, заплачет. Через буквально пару минут всё её плечо было в его слезах, но она не обращала на это внимание. Самое главное--чтобы Драко полегчало, остальное всё было не важно. Точнее не особо важно. Её друг такое пережил и самое главное это случилось из-за неё. Она не обратила внимания на знакомый листок в кружке, хотя прекрасно знала, что это за растение и что от него может случиться. Поздно остановилась. Она и так весь день провалялась в кровати, спя, а тут ещё и так «помогла» ему. Нет, конечно из-за своего сбитого режима она в итоге что-то подцепила, но это было не отговоркой. Она вполне могла сначала посмотреть что в кружке и только после этого пить. В общем вина за это всё лежала полностью на ней. Вскоре Драко перестал плакать и отстранился от неё. Он тихо сказал: — Прости меня. Я не заметил, как он туда упал. — В этом нет твоей вины. Скорее уж моя. Я не посмотрела, хотя вполне могла. Итак нагрузила тебя. — Да нет, Миона, что ты. Ты болеешь, а я нет. Ты с температурой лежала. Тебе далеко не до того было, и я тебя понимаю. — Как насчёт варианта, что мы оба виноваты? — Согласен. Мерлин, я так боялся тебя тебя потерять. Ты еле дышала, а глаза были стеклянные. Я думал, ты умираешь. Это были самые страшные 10 минут в моей жизни. Ты-мой единственный друг и я не могу тебя упустить. Тем более по своей собственной ошибке. — Ну ладно, успокойся. Я тоже боялась тебя потерять, Драко. Ты мой лучший друг. Успокойся. Всё уже кончилось и всё хорошо. — Да. Ты права. Я тогда пойду есть? — Конечно, Драко. — А ты пока поспи, ты наверняка утомилась. — Не представляешь как. — Тогда спи, Миона. Он пошёл есть, а она легла и моментально отрубилась. Последней её мыслей был вопрос: — Правда то видение или нет?