FicFanNote: «У автора "РАМ" на которого вы подписаны...»

У Лёши был секс. Не в том плане, что Кирилл осуществил то, что сам же предложил, а в том, что комиссия на защите первого проекта трахнула Макарову мозги, несмотря на искренние попытки Гречкина удержать тех от слишком доёбистых вопросов. Разумовский, словно забыв, каким заботливым был утром, безжалостно чихвостил жертву образования Бокальчук Людмилы, заставляя того на ходу придумывать решения для придуманных же на ходу кейсов. — Сука рыжая. — Шипит в трубку Бокальчук, когда Лёша набирает ей, сидя на полу в кабинке туалета. — Твоё дело - предложить им логотип и дизайн сайта, а их безопасность пусть обеспечивают айтишники! Что за бред? Лёшу трясёт, руки ходят ходуном, хотя он уже не в первый раз выступает перед аудиторией такого уровня. Его подташнивает, настроение стремительно падает, а ведь он ещё не отмучался. — Всех стандартно за десять минут прослушали каждого, а меня почти сорок мурыжили. Людяковлевна, можно я домой? Я всё. Я уже вообще не... — Прекрати ныть. — Холодно отзывается женщина по ту сторону телефона. — Ты должен пройти этот конкурс до конца, потому что в дальнейшем он станет весомым дополнением к портфолио. Возьми себя в руки и начни мыслить рационально. Ищи везде выгоду, иначе пропадёшь — Почему он? Почему она так просто про меня забыла? Я был лучшим. Я стал лучшим! — Нервно расхаживает по своей комнате Серёжа, игнорируя уставшее выражение лица его спутника. — Я всё ещё лучший. Никто даже близко со мной не стоит? Почему она так легко забыла меня, Олег?! — Я похож на Бокальчук? Почему ты меня об этом спрашиваешь? — Сережа знает, что должен взять себя в руки. Он должен зайти к Лёше, объяснить ему, что не желал зла, а пытался показать комиссии его уровень. Что Лёша всё ещё может ему доверять. Но так же Серёжа знает, что Лёша уже позвонил с докладом Людмиле. Он ни с чем не спутает голос, даже если тот раздается эхом и с помехами из соседней кабинки туалета. И Серёжа знает, что Бокальчук, учившая его самого, повела себя так же на его месте. Она бы душу вытрясла из мальчишки, чтоб комиссия могла оценить все его сильные стороны. Только благодаря этому Серёжу в своё время и заметили его первые масштабные спонсоры. Но что-то было не так. Что-то было... Масштабно не так. Он пробирается к Лёше в комнату ночью, утаскивает телефон и почти до рассвета весь его изучает вдоль и поперёк, выискивая что-то странное. Из странностей было отсутствие каких-либо установленных соцсетей, отсутствие сохранённых паролей на аккаунте и всего три номера в книге номеров: «БЛЯ», «Лиза» , «Ректор». Это было совсем не похоже на телефон среднестатистического подростка. Тем более парня. В галерее пара селфи с сестрой, видео с какой-то дороги до университета и периодически мелькающие фотографии счётчиков. Это было... Странно? Тревожно? У самого Серёжи в телефоне сотня паролей и вся жизнь. Его взломать сложнее, чем Пентагон в день выборов. И у большинства людей так. А Лёша... А Лёша больно странный. Как и сама «БЛЯ». — "Два сапога пара" про таких обычно говорят, да, Олеж? Они же странные. Оба. — Вернув телефон в комнату и вернувшись к себе, скрещивает руки на груди Серёжа. — Кто бы говорил. — Вздыхает Олег. — Это другое поколение. А ты накручиваешь себя. Людмила поднималась на борт самолёта со спокойной душой. Никаких следов в сети, ведь она привезла информацию на флешке, никаких следов в Германии, ведь кому придёт в голову тревожить облаченную в траур даму на кладбище... Склеп, закрытый огромной железной дверью был для местных оплотом скорби Якова, потерявшего любимую дочь при теракте в России. Хороши европейские законы, никто не лезет к умершим и не проводит проверку ДНК. Две сестры с одним именем. Схожие интересы. Равные достижения. В детстве Людмила считала это интересной игрой - проживать две жизни сразу. В подростковом возрасте это превратилось в испытание выдержки и характера. А во взрослой жизни... Кажется, она тогда перешла дорогу в неположенном месте и не тем людям, благо, отставной офицер Советской Разведки не растерял на пенсии своей чуйки, удержав дочь от поездки в аэропорт на позднее подорванном автомобиле. Бойкая, горящая идеями по развитию нескольких научных отраслей Людмила исчезла, оставив вместо себя циничную, озлобленную на весь мир и жаждущую справедливости "сестру". Если мир не готов добровольно принять искреннее желание помочь ему, Люда сделает это насильно. Она... Прошлая она растила Серёжу, как собственного сына, пробираясь под его скорлупу, оседая где-то в его мозгах идеями о свободе, социальной защите и собственном росте. А после, поняв, что на хую их идеи вертел современный мир, обнажила свои клыки, заставив сделать то же самое слишком идейного, слишком нестабильного Серёжу. Много ли нужно человеку, чтобы переступить грань морали? Кто вообще определяет, что есть эта грань? Можно ли сказать, что Чумной Доктор состоит из двух человек? Можно ли сказать, что Людмила взрастила Чумного Доктора? Можно ли узнать, кого она пытается вырастить из Лёши? Лёша не спал. Дремал с закрытыми глазами, зная, что за стенкой бродит или Чумной Доктор, или кто-то к нему очень близкий, в лице Разумовского. Как человек, которого Бокальчук задрочила на безопасность личных данных, он был абсолютно спокоен, зная, что телефон, лежащий у всех на виду не выдаст ни килобайта информации о своём владельце. И всё же... Насколько безопасно Лёше находиться рядом с ним? Насколько Разумовский идейный, чтобы не трогать невиновных? Считает ли он Лёшу невиновным? Знает ли он, что Лёша сдал его Бустеру? А если знает, то..? Стук в дверь отвлекает Лёшу от размышлений. Он крайне быстро выходит из состояния дрёмы, кое-как доползает до двери, замотавшись в одеяло и даже не спрашивает, кто пришёл. Сергей проходит в комнату, садится на кресло у кровати и смотрит на растерянного Лёшу, подперев голову кулаком. — На самом деле... — Спокойно, словно о погоде, начинает Разумовский. —... сначала у меня были сомнения, но теперь я уверен, что за попыткой взлома моих серверов стоял ты. — Лёша пару раз хлопает ресницами, пытается сдержать зевание и пожимает плечами. — Делать мне нечего? У меня работы много, вы-то мне зачем? – Вот и я думаю, а зачем я тебе? Так зачем, Птенчик? — Лёша запоздало осознаёт, что в руках Сергея не его телефон, а Лёшин, при чём основной, на экране которого открыт блог автора "РАМ". — Тебе, кажется, и без меня не скучно? — Сергей запускает видео одного из подписчиков, в котором Лёша узнаёт PerLove, и поднимает взгляд на паренька. — Ты жизнь любишь? — Мои черновики не хранятся в телефоне. — Пожимает плечами Лёша. — Даже если ты меня убьёшь - работа будет завершена. И ещё, даже автоматическая публикация, которую тебе не отменить, какое-то время будет поддерживать иллюзию моей жизни. Так что, если я и умру, то ни о чём жалеть не буду. Наверное, это было самой странной исповедью перед смертью на Серёжиной памяти. — Я имел ввиду, разве ты не хочешь... Да неважно. — Пожалуй, Лёша был действительно странным. — Я студент Бокальчук. Я не держусь за свою жизнь. — Знакомая фамилия заставляет Сергея заметно напрячься. — Она умеет убивать жажду к жизни. Хотя раньше она эту жажду и пробуждала. — Он очень долго сверлит Лёшу взглядом и, наконец, встаёт. — Из-за тебя у меня могут возникнуть некоторые проблемы. — Разумовский замирает перед Лёшей. — Будь любезен отвлечь от меня майора и его стажёра. Иначе мне придётся сделать тебе очень больно, чтоб пробудить жажду справедливости. У тебя, кажется, осталась в Питере сестра? FicFanNote: «У автора "РАМ", на которого вы подписаны, новая работа «Шашлык». Не пора ли взглянуть?» Кирилл с удивлением смотрит на фандом «Vmeste» и, на всякий случай, ну мало ли обознался, обновляет страницу. Но нет. «Макар/Сергей» с максимальным рейтингом за изнасилование, увечия и психотропные препараты как были в шапке работы, так и остались. — Э, бля. — Кирилл считает это изменой. PerLove: «А скажи-ка, радость моя, что сподвигло тебя написать то, что ты написал вот пару минут назад? Осознаю, что Кирилл быстро перестаёт людям нравиться, но тебя же это не останавливало? Я что-то сделал не так? Он тебя чем-то обидел?» Кого Кирилл в последние пару дней обижал? Хороший вопрос. Пару раз поругался с охраной, пару раз нахамил отцу, пару раз жестил с проститутками и разбил лицо бывшему бывшей своего бывшего. А так вроде, можно сказать, ангел во плоти. РАМ: «Меня просто под вечер разозлил Разумовский. Что поделать, я могу удовлетворить свою жажду мести только в фанфиках» РАМ: «Откуда такая агрессия?» РАМ: «Это ревность?» РАМ: «Ведь работа по Макару и Кириллу всё ещё выходит...» — Мало ли, что она выходит! — Бесится Кирилл, не зная, что ответить на это сообщение. — Выходит она. Нахуй пусть выходит, хули здесь этот Чучело забыл вообще? Кого он нахер умудрился задеть за пять часов после конференции? Пидор рыжий... PerLove: «Да, ревную» РАМ: «Хорошо, поменяю имя главному герою» Кириллу этого недостаточно. Он и сам не понимал, кого ревнует больше - Макара или самого Ромчика, внезапно нашедшего интерес в другом человеке. PerLove: «Он что, зажмотил тебе видео? Или ты от собственного воздержания реагируешь на каждого придурка вокруг?» То, что он, пусть и косвенно, но назвал себя придурком, Кирилла не тревожило. PerLove: «В нём нет ничего, чего нет у Кирилла» РАМ читал сообщения, но молчал. Вероятно, его выбила из колеи истерика одного из постоянных читателей. Кирилл негодующе пролистал всю работу, дошёл до отзывов и оставил там гордое ничего, отметив галочкой «прочитано», чтоб автора заела совесть, когда он увидит отсутствие оценки от него. По крайней мере, Кирилл хочет верить, что совесть автора заест. Но к вечеру ответ не появляется. Кирилл думает об этом всё время, когда комиссия пытается загрызть несчастного Лёшу, с видом последнего выжившего в Атомной войне, отстаивающего свой проект и едва не матерящегося сквозь неестественную типа-доброжелательную улыбку. — Уроды. — Шипит Макаров, едва не хлопнув дверью туалета. — Вот... Уроды. — Он включает кран и брызгает себе на лицо холодной водой, чтоб взбодриться. — Ну, уроды... — Да-да, я понял, что мы тебе не нравимся. — Кривит губы в снисходительной улыбке Гречкин, уже пару минут как залипающий в телефоне, стоя между последней кабинкой и окном, докуривая сигарету. Лёша даже не краснеет. — Да какого хуя?! — Тут с ним даже Кирилл солидарен. Оставив Макарова напоследок, комиссия пыталась устроить с его мозгом оргию, попытки чего затянулись на целый час. Целый час, который Кирилл мог бы провести в кровати. — Нет, ну вот какого хера ко мне-то вы все прицепились?! — Не борзей, слышь. — Напоминает Лёше их роли Гречкин, за что получает душевное «Иди нахуй» и хлопок дверью. — Ломай, ломай, мы ж миллионеры, новое купим! А... — Вспоминает, кто он есть в этой жизни, Кирилл. — Бля... — Он тушит окурок в пепельнице, какое-то время смотрит в открытое для проветривания окно и вздыхает, снова доставая телефон. РАМ за весь день так и не ответил. Зато у него появился новый читатель, чей не очень заполненный профиль Гречкин моментально излазил вдоль и поперёк. MAkaRGO: «Какой слог, какая экспрессия, а главное - сразу видно профессионала в той сфере, которая тут описана. Определённо, я фанат. У вас тут выдают флажочки или, может, браслетики?» PerLove для MAkaRGO: «Не привыкай. Разум здесь ненадолго» Кирилл был готов отстаивать свою главную роль до последнего вздоха. До последнего читателя. Да блять. Если б он знал автора, он бы сам предложил ему осуществить по меньшей мере половину описанного в работах, но этот сучонок начал заглядываться по сторонам. И это, мать его, обидно. Кирилл заходит в Vmeste, выбирает максимально развратную фотку, где он по-царски сидит на троне, являя миру стекающее по груди золото от короны, блестящее в свете лампы, переливающееся рыжими всполохами и манящее к себе. Grechkin-jn: «Сижу, жду своего любимого человека, но пока что получается быть для него только вторым номером :( Печально, когда у обоих людей в паре нет вкуса» MakarOff: «Проверьтесь на ковид, корона тут, в условиях отсутствующей вкуса, явно неспроста» Лёша надеется, что Гречкин не держит на него зла за случившуюся днём истерику. Должен же он понимать, что не у всех в этом мире железные нервы, да? Кирилл видит комментарий от закрытого аккаунта, сердце сбивается с ритма, когда он видит "Makar", но не до конца убитый мозг вспоминает минимум троих носителей такой фамилии и заставляет организм успокоиться. Гречкин отправляет в ответ несколько ржущих смайликов и блокирует экран. Вот ещё с Разумовским он не соревновался, ну честное слово... Никогда не поздно начать, впрочем. — Ты пожалеешь о своём поступке, маленькая вредная Рамка. По-жа-ле-ешь. — Кирилл снова лезет редактирует ещё одну свою фотографию, весьма скромную, надо сказать, на ней у него хотя бы есть трусы, и выкладывает следом за первой. Grechkin-jn: «здесь мог бы быть второй человек, но он тупой как угол треугольника» Лёша смотрит на фотографию, чуть не подавившись чаем. Кого там Гречкин ждать удумал? С другой стороны, пусть ждёт кого хочет. У Лёши теперь есть Серёжа и огромное поле для деятельности. MAkaRGO: «Не забудь решить проблему с полицией, когда вернёшься в Санкт-Петербург» Лёша блокирует экран и отбрасывает телефон. Он ещё успеет. Времени ещё вагон.