Ты ничего не поняла

День 6 (30 августа)

Лили Эванс

Ава забылась беспокойным сном почти сразу, как Лили привела ее в их общую комнату и положила на заботливо расправленную кровать. Блэр сжимала плед до побеления костяшек, периодически металась по постели, хотя обычно спала почти неподижно. Эванс заботливо сложила на тумбочке ее платок и оставила там же стакан воды. Потом вместе с Марлин они отправились к парням в комнату. Это была последняя ночь, беззаботная, пусть и не совсем. — Я встретила Мак в коридоре, она попросила меня уложить Аву спать. Сказала что-то типа «она переволновалась из-за Сириуса и Нотта». Ава спит сейчас, — Лили сидела на кровати Джеймса. Она держала в руках большую чашку какао, над которой клубился пар, и болтала ножками, скинув тапки. В её голове не было учёбы, не было книг, уроков и бесконечных конспектов. И телом, и душой она прибывала тут, с друзьями. Слушая голоса, которые, казалось, были высечены где-то на подкорке, смотрела в их родные и такие близкие лица. Просто была Лили Эванс: подругой, возлюбленной. Была собой. — Как она? — сочувственно поинтересовался Римус. — Почти сразу заснула. Я ей немного водички оставила, — пожала плечами Лили, делая глоток. — Пойду… — Римус осекся и будто бы засмущался, — Укрою её, — и, пока друзья не стали сыпать шуточками и вопросами, он поспешил ретироваться. — Не смейте ничего говорить, — строго приговорила Лили, смотря на уже начавших ехидно переглядываться Сириуса и Джеймса. — Ладно-ладно, — Джеймс стал каким-то дерганным. Он вскинул руки. — Пойду ложиться, — выждав несколько минут с ухода Римуса, Марлин тоже встала и вышла, — Спокойной ночи. Римус несся по коридору, погрузившись в собственные мысли. «Друзья друзья друзья.» Вертелось у Римуса в голове. Они друзья. Давно ими были. Ничего не поменялось. Ничего. Не поменялось. Не могло поменяться. Почему он тогда так волнуется? Почему бежит по коридору в комнату к Аве? Почему так стучит сердце? Люпин неуверенно и тихо пару раз ударил по двери, чтобы уж точно не разбудить Блэр, которая, если верить Лили, должна спать. Ответа не последовало, поэтому Римус тихо приоткрыл дверь и скользнул внутрь. Ава мирно спала. Стакан на тумбочке был пуст. Люпин поспешил укрыть её пледом, который позаимствовал с кровати то ли Марлин, то ли Лили, и наполнил стакан водой до самых краев, чтобы оправдать цель своего визита. Сделав все, что планировал, Римус немного помялся у выхода, после чего решительно прошёл внутрь и сел на кровать рядом с Блэр. Та предательски скрипнула и немного под ним прогнулась. Затаив дыхание, Люпин поспешил успокоиться. Ава так же мирно сопела. — Сладких снов, — прошептал он, неосознанно проводя по волосам девушки, совсем невесомо, даже не прикасаясь, больше для собственного спокойствия. Отдернув руку, будто испугавшись собственного действия, Римус поспешил подняться и ретироваться.

Сириус Блэк

Сириус не знал, куда деть себя. Его злила и одновременно забавляет мысль о том, что Джеймс выгнал его из комнаты, чтобы признаться в любви Лили. — Променял друга на какую-то… — он осекся и замолчал, не имеет права говорить о Лили плохо, тем более, ругать ее точно не за что. Блэк запустил руки в карманы, — Что это? — нащупал что-то металлическое и холодное, он извлёк вещь из кармана. Это было колечко, то самое, что Мак забыла в их первую встречу на веранде. Сириус не надевал этих штанов с самого начала августа, а теперь — нате вам. Сюрпризы. Твердо решив, что вещь он должен вернуть, Блэк постучался в комнату Маккены. Никто не ответил, поэтому Сириус без зазрения совести толкнул дверь и вошёл. Комната оказалась пуста. Сириус был тут всего второй в жизни раз. И то вчера утром он забежал на несколько секунд вручить подарок, а теперь имел право, пусть и не моральное, осмотреться. Стеллаж во всю стену, заставленный всякой магической лабудой. Тут и солянки с зельями и ингредиентами к ним, и коробочки со всякими волшебными приблудами, типа колец и оберегов, и запечатанные банки с какой-то отталкивающей заспиртованной дрянью, и книги, явно очень старые, казалось, возьмешь одну такую в руки, и она рассыпется, и многое многое другое. Небольшой книжный шкафчик, где стояла обычная маггловская литература. Взгляд опустился на большую стопку писем, перевязанную красной лентой. Подойдя поближе, Сириус взглянул на верхний конверт. На нём было выведено аккуратным почерком: Кевину Хейзу. Больше никаких опознавательных знаков на конверте не было, поэтому Блэк моментально потерял к ним интерес. Кроме стопки писем на полке стоял фотоальбом, несколько книг, шкатулка и пара сложенных кусков ткани, то ли футболок, то ли рубашек. Но Блэк уже не обращал на это внимания. Он положил кольцо на письменный стол, который был завален каким-то барахлом и макулатурой, и вышел. Тут же Сириуса перехватил Джеймс. — Пойдем, расскажу как все прошло, — и потащил в их общую комнату, где ждал Римус.

Маккена Поттер

Удостоверившись, что Лили уложила Аву в постель и присмотрит за ней, Мак, взяла кофту и палочку, накинула на шею пару амулетов, проверила на пальце бабушкино кольцо и двинулась на улицу. Подойдя к самой границе барьера, она, как ни странно, ничего и никого не обнаружила. С одной стороны, это добавляло спокойствия, но с другой — пугало еще больше. Засада — это всегда более страшно. Все боятся неизвестности. Маккена решила обойти дом кругом вдоль барьера, чтобы успокоиться, поискать следы присутствия кого-либо и банально подумать. Разом навалилось огромное количество самых разных трудностей на ее хрупкие женские плечи. Делая очередной виток, беззвучно ступая по траве, Поттер услышала еще какой-то звук, источником которого сама не была. Она сразу же замерла, перестала дышать, прислушавшись. Где-то в траве был слышен шорох. Теперь стоял вопрос, что делать дальше. В темноту идти нельзя, но если пришел ни один только Киллиан, то есть риск того, что более сильный волшебник ее чары все-таки осилит. Поэтому Мак приняла единственное правильное на тот момент, по ее мнению, решение — ждать. — Мак, — послышался чужой голос прямо за ее спиной, из-за чего сама Поттер чуть не потеряла сознание. Отпрыгнув назад, она машинально наставила палочку на пришедшего и встала в дуэльную стойку. — Нотт! — почти прокричала она, принимая обычное положение и опуская палочку, — Я тебя сейчас убью. Меня чуть инфаркт не хватил! Кто так подкрадывается? Грегори Нотт! Собственной персоны! — Ну-ну, тише, — он примирительно поднял руки, показывая, что сам безоружен, — Прояви хоть каплю гостеприимства, хозяюшка, — Маккена вопросительно закатила глаза, — В дом хоть пригласишь? А то тут прохладно. У меня есть разговор, — он показательно поежился. — А ты вампир что ли? Без приглашения войти не можешь? Ладно, идем. С этими словами Мак взяла Нотта за рукав и потянула в сторону дома. Было, считай, раннее утро, и все должны были спать. — Чего расселся? — Грегори первым делом завалился на диван в гостиной, взяв с журнального столика чей-то недопитый кофе, — В комнату ко мне идем. Я наложу все имеющиеся заглушающие чары, чтобы не дай Бог тебя тут не увидели. — Фу, ну и дрянь вы пьете, — Нотт состроил страдальческую мину, сделав глоток из чашки, и встал с дивана, — Все же, дружелюбия в тебе как не было, так и нет, — фыркнул он и пошел по лестнице в комнату Мак, чашку все же забирая с собой. Они зашли. Маккена закрыла дверь на оба замка, накинув сверху еще и запирающие заклинание. Потом минуту-другую помучилась с разнокалиберными заглушающими чарами, пока не была до конца уверена, что их никто не услышит и не увидит. — Так, предвосхищая твой длинный язык и способность бесконечно говорить, я задам наиболее интересующий меня вопрос. Как ты обошел наши чары? — Мак стояла, облокотившись спиной на дверь. Нотт сидел на стуле за ее столом. — Твои чары не то что бы дилетантские, даже от большинства Пожирателей, наверное, помогли бы. Но они — не я. Понимаешь, все эти волшебники-неумехи… — Нотт с показушным высокомерием покачал головой, — Я просто аппарировал сюда. Знаю пару фокусов, — он подмигнул, а Мак закатила глаза. — О да, Темный Лорд потерял такой невероятный кадр, не завербовав тебя, — Поттер осеклась и побледнела. Прямо сейчас она сидит вдвоем в комнате с отпрыском чистокровного семейства, вступившего в ряды соратников Волан-да-морта одним из первых. И никаких причин верить в его к ним непричастность, кроме его собственных слов, у нее не было. Буквально в любой момент он может пустить в нее непростительное, и тогда на ней будет лежать бремя смерти не только своей, но и шестерых ни в чем не повинных детей. Маккена сделала шаг назад, снова вынимая палочку и направляя ее на Нотта. — Тише, — сказал он, заметив перемены в ее настрое, и снова вскинул пустые руки. Мак по природе не отличалась излишней доверчивостью, но сейчас, сидя с Грегори в одной комнате, она будто бы ему даже верила. Вернее, она не чувствовала тревоги, просто существовала рациональная возможность опасности. Головой Мак понимала, что угроза может быть реальна, но не было иррационального чувства страха, который обычно в таких ситуациях появляется. Какая-то была причина для доверия. То ли их совместное прошлое в качестве пары, то ли тот факт, что он еще ничего с ней не сделал, хотя уже сто раз мог бы. — Доверяй, но проверяй, — ответила Мак на его попытки ее убедить, — Рискнешь глотнуть сыворотку правды? — с этими слова девушка подошла к стеллажу и взяла с него бутылек с прозрачной жидкостью. — Ты на столько мне не веришь? — Нотт будто бы даже слегка погрустнел, но потом вновь вернул на лицо игривую улыбку. — А у меня есть причины верить? — Маккена повела плечами, капая несколько раз из бутылька в чашку с недопитым кофе, которую Грегори притащил с собой из гостиной, — Либо так, либо я убью тебя прямо на месте, — она покрутила меж пальцев палочку, которую все еще держала в руках. Нотт сдался. — Хорошо, как считаешь нужным. Но предупреждаю, что я могу нести всякую дрянь, не совсем отвечающую цели моего визита, — он залпом осушил содержимое чашки, утирая рукавом рот. Подождав пару минут Мак принялась задавать вопросы. — С какими намерениями ты пришел? — спросила она. — С миротворными, — ответил Нотт ничуть не поморщившись. Маккена удовлетворенно кивнула, пересаживаясь на кровать и выдыхая. Сегодня ее вряд ли убьют, — Предупредить тебя. — Уже предупредили, — махнула рукой Поттер. — Я знаю. Но слежку с вашего дома сняли вчера. Выяснили о твоем отбытии в Хогвартс. Планировали нападение на вашу семью в сентябре, — после этих слов Мак передернуло. Она мысленно помолилась Богу за то, что все вышло так прекрасно. Осталось предупредить родителей, чтобы не возвращались от бабушки до Рождества, — Тут новая напасть. Хогвартс под угрозой, — глаза Поттер округлились от изумления, — Не из-за тебя! — поспешил ее успокоить Нотт, — Там куча чистокровных деток, которые уже имеют распоряжения от Пожирателей, и много ценных кадров, вроде тебя. Или меня, — он подмигнул, Поттер мысленно поставила пометочку о необходимости еще одного вопроса, — Которых они надеются склонить на свою сторону. Или просто заставить подчиняться, — по спине Мак пробежал холодок. — А подробности? Не знаю, кто, не знаю, когда, но это точно будет, — резюмировала Маккена всю прошлую речь Нотта. — Ну какая ты злюка, — воскликнул он, — Подробностей не знаю, уж извини. Просто хотел сказать, чтобы ты не расслаблялась. Тебе помогут, но я посчитал, что ты должна знать. Я просто очень сильно волнуюсь за тебя и твою жизнь. После этих слов Грегори поспешил отвернуться, открывая подаренную Маккене Лили книгу на первой попавшейся странице и увлеченно погружаясь в чтение. Но сыворотка правды ему не позволила промолчать ни секунды. — Потому что люблю тебя и очень волнуюсь за твое благосостояние и твоей семья. И я очень хочу, чтобы твоя жизнь складывалась хорошо, даже если в ней не будет меня. Нотт ударил себя рукой по лбу и снова отвернулся, погружаясь в чтение. Даже будто бы покраснел слегка. Мак сидела на кровати в каком-то сладком оцепенеии, не понятном даже для самой себя, и судорожно раздумывая, как направить эти откровения в нужное для нее русло. — Почему, когда ты сказал про ценные кадры в Хогвартсе, ты упомянул не только меня, но и себя? — самый первый логичный вопрос, который пришел ей в голову. — Потому что меня пихнули на должность по чарам. Хотя я считаю, что она должна была достаться тебе, ты колдуешь куда лучше чем я. Маккена растеклась в довольной улыбке. Ее эта ситуация невероятно забавляла. Всегда такой высокомерный (как, в целом, и любой другой представитель семейства Ноттов) Грегори сейчас сидел и по полочкам раскладывал, в чем же она лучше него. Похвала, а еще и от такого зазнавшегося человека, — это всегда приятно. — Ну-ка, ну-ка, продолжай, — поторопила его Мак, вдоволь насладившись его рассуждениями, — Тебе тоже пришло письмо от Дамблдора? И почему же ты на это согласился? — Да-да, письмо было, — Нотт, счастливый, что Маккена дала ему новую тему и не заставляет продолжать хвалить ее (хоть и было за что), начал тараторить с невиданной силой, — Я подумал, что нужно приглядеть за Киллианом, чтобы по максимуму отгородить его от дурного, на мой взгляд, хоть и никто из его окружения так не считает, влияния Пожирателей. Во-вторых, если Дамблдор позвал именно меня, это значит, что ему нужен именно я, как нужна и ты. Если бы я не нужен был для каких-то его планов, он бы явно нашел более квалифицированного человека для этих учебных дел. У меня же по чарам даже не превосходно! Маккена размышляла над его словами. Картинка из разговоров и домыслов о Грегори Нотте наконец начала складываться воедино. — То есть ты против Волан-де-Морта? Грегори начал говорить с новой силой. — Ну не столько против, сколько хочу оградить младшего брата. С родителями уже ничего не поделать, но Киллиана еще можно спасти. А так как без полной победы над этим фантомным и непонятным злом брата мне не вытащить, то, выходит, да, в намечающейся войне на не на его стороне. — То есть против? — Да, против, — четко ответил Нотт. Мак это очень успокоило. — Кстати! — она хлопнула по коленке, вспомнив, — Забыла спросить. Нафига Киллиана притащился к нам сюда на ночь глядя и злобно зыркал сквозь барьер? Ты случайно не знаешь? — Знаю! — повеселев проговорил Нотт, — Подслушал его болтовню с Эйвери. Блэк надавал ему по морде, как ты и говорила. Из-за этой девчонки, Блэр, кажется. Киллиан задумал мстить обоим. Мак чуть поерзала. — Но не стоит бояться! Ты хорошо знаешь моего братца, у него вряд ли получится сделать им что-то страшное. Маккена, в целом, не сомневалась, что в любых видах мести, кроме совсем идиотских, неумелый волшебник Киллиан Нотт не сможет как-то извратиться и мильно насолить бедняге Сириусу и Аве, находящейся у него под протекцией. — Все! — Мак почувствовала, что если не заткнет Грегори прямо сейчас, то они просидят так до самого конца действия зелья, а спать ей хотелось неимоверно, — Спасибо, за информацию и… — она чуть поежилась, — За откровения. — Но как же так? — Нотт аж вскочил со стула, — Мы даже это не обсудим? Ты просто так все это оставишь? Маккена сморщила нос и показательно помассировала виски. Желания сейчас успокаивать душевные стенания Нотта не было никакого. — Позже, — устало бросила она и Грегори, расстроенный, тут же растворился в воздухе, аппарировал. Счастливая от того, что вся эта муть сегодняшнего дня наконец-то закончилась, Поттер села к столу и принялась за письма. Первое было Дамблдору. Альбусу Дамблдору, Приеду первого сентября поездом в вагоне для учителей. На ужине буду присутствовать. от Маккены Поттер Её бесили формальности и показательная вежливость, поэтому содержание письма вышло крайне лаконичным. Следующее для родителей. Мам, папа, Доверенные источники сообщили, что на наш дом могут напасть Пожиратели Смерти. Пожалуйста, оставайтесь пока у бабушки, даже когда она выздоровеет. Ей ничего не говорите, старушке ни к чему переживания сейчас. Когда выяснится что-нибудь еще, я напишу. P.S. Второе письмо не вам. От Мак Опустив перо в чернильницу и завернув письма в самодельные конверты, Маккена отдала их сове. — Родителям, потом Дамблдору, — птица взвила в воздух, сделала пару кругов под потолком комнаты и вылетела в открытую форточку.