320km

Вся семья прибывала в шоке – мальчик-отличник,который никогда не создавал проблем, старался угодить всем и, в частности, своему папе, пришёл и заявил, что он гей. Это просто не укладывалось в голове Сокджина. — Этого просто не может быть! Это неправда! Мой сын... Он...он...он нормальный, Джуни! Ты понимаешь?! Э-это твой сын с ним что-то сделал, он сломал моего мальчика! — Прекрати нести чушь! Сокджин, приди в себя! Сейчас нужно найти Чонгука и во всëм спокойно разобраться. – ходил из угла в угол альфа, потирая виски. — Ты сейчас серьёзно? От моего сына пахло сексом за километр! Пахло Чонгуком! Пахло...грязью, Нам! — Сокджин присел на боковую спинку кресла и смотрел на ту самую входную дверь, куда часом ранее вышел омега. – мой сыночек...ну как же так?! Как же его брак с Юнги?! Что скажут родители его мужа? О, Господи! – шмыгая носом и прикрывая длинными пальцами рот, продолжает Сокджин, – Как думаешь, Чонгук его заставил? Ведь Чимин такой мягкий человек, он... — Боже! Сокджин, да приди ты в себя! Мой сын не насильник! Чонгук импульсивен, груб, может говорить не думая, но он не подонок! Ты сам мне говорил, что замечал странные отношения их друг с другом, говорил, что замечал на них запахи друг друга! Ты сам говорил мне лично это семь лет назад! – прорычал альфа, становясь тише. Стараясь успокоиться, он удалился в детскую, откуда плакал альфочка.

•°•°•°°••°°•°•°••°•°•°•°°•°••°

Юнги спустился вниз, его состояние оставляло желать лучшего. Столько лет жить в браке с омегой, странности которого теперь были понятны. Но зачем? Зачем он врал столько лет ? Он тратил и своё время и время альфы. Все разговоры о детях всегда заканчивались мини скандалом, в доме всегда несло апельсином и даже вещи альфы часто пахли этим фруктом, да так ярко, будто бы третий человек живёт с ними на постоянной основе. Теперь Юнги знает откуда все эти странности. Больно ли ему, что его муж его не любит? ~Нет. Больно ли ему вообще от этой ситуации? ~Нет. Какое-то чувство опустошения вперемешку с чувством свободы сейчас его одолевало и дезориентировало. — Юнги, мальчик мой, пожалуйста, не руби с плеча. Вот увидишь Чимин...он...он же хороший, вам же было хорошо вместе, вам просто надо завести ребёнка. Да! Определённо! Ребенок вас сплотит. Не отказывайся от моего мальчика. – Сокджин с глазами, полные слёз, тараторил так быстро, сам не зная толком, как оправдать своё дитя. — Я отпускаю его. Конечно, если он передумает и захочет остаться со мной...– ухмыляется альфа – в чём я очень сильно сомневаюсь, я не откажусь от него. Я к нему уже привык, да и в быту он меня устраивает. Но я очень сомневаюсь, что Чимин вернётся. Вы что, не видели его глаза? В них было столько огня. Либо он испепелит всё прошлое, либо сгорит сам. Слова зятя, скорее всего уже бывшего, задевали Джина до глубины души. Он тоже видел эти глаза. Именно они и напугали его так, что он потерял дар речи. Перед ним стоял взрослый, пылающий изнутри омега, который отстаивал свои интересы и по ощущениям был готов идти против всего мира, если надо будет. — Всё, о чём я тебя прошу, просто не торопись, пожалуйста. – совсем разбито произнёс Джин. Альфа кивнул и тоже ушёл в ту самую дверь, покидая дом.

•°•°•°•°°•°•°•°•°•°•°•°

Чонгук открыл глаза и сразу заметил пустую половину кровати. Сердце больно кольнуло, а в горле встал ком. Не то, чтобы он надеялся проснуться в объятиях истинного, но всё же.. — Сбежал...– совсем тихо прошептал Чон – опять сбежал. Какой же ты трус, Пак Чимин. Он тяжело задышал, потирая виски, старался успокоиться. Образ Чимина, его нежный голосок, всё это разрывало Чонгука изнутри. Все чувства, что он испытывал к Чимину, были так глубоко зарыты уже долгое время. Но эта ночь...она убьёт его, он сам не справится, не в этот раз. Чон присел, подбирая ноги к себе, всё тело ужасно ныло после ночи, но сейчас боль, что разрывала его изнутри, была сильнее любой физической. Он закрывает глаза, старается не заплакать, ещё раз бегло глазами осматривает комнату. Пусто. Пак Чимин опять ушёл. Всё повторяется. Эти мысли его разбивали на тысячу осколков. Омега головой облокотился о спинку кровати и горько усмехнулся, начиная разговаривать сам с собой. — Я влюбился в тебя с первого взгляда... Ты – моё проклятье, мой крест.— одна слеза скатилась по щеке, затем вторая, ком в горле был таким тяжёлым, что горло болело физически, сдерживаться было невозможно. — Умоляю, скажи, что ты вышел в пять утра просто подышать...вернись ко мне, пожалуйста. –шепча он потянулся к телефону и только тогда увидел, что он у него выключен. Бегом ставя его на зарядку, он надеялся, что Чимин ему сейчас звонит, чтобы спросить какой кофе лучше взять для омеги. Но увы, пропущенных от него не было ,только много не принятых звонков, большинство из которых были от Ынга. Совесть начинает его грызть изнутри, он не знает, что сказать омеге. Видя сообщения от него, он спешно нажимает на их диалог,бегло проходится по тексту и теряет цвет лица, бледнеет от прочитанного, а чувство тошноты подступает моментально. Ги(^-^) : Чимин был дома, он всё рассказал всем. Попросил беречь тебя и ушёл из дома. Позвони мне, как только увидишь это сообщение. У Чонгука тряслись руки, воздуха будто стало меньше, он начал вспоминать, что вообще вчера ему говорил Чимин. "Подари мне эту ночь и я исчезну из твоей жизни... " Чонгуку будто ножом продырявили лёгкие, воздуха совсем не хватает. Он набирает Ынга, ему нужно узнать больше подробностей , и вообще, всё кажется нереальным, его трусливый омежка больше не трус. Бабочки в животе ожили и кружили, Чонгука начали топить чувства, что он заморозил уже очень давно. — Алло...– голос, что был таким тихим и разбитым, вырвал Чонгука из мира грёз. — Алло... – тяжёлый вздох – Ынг... я не знаю, что сейчас тебе сказать, я поступил неправильно. Но ты должен знать, омега, что был моей первой любовью, – "и единственной" остаётся не озвученным – и что разбил мне сердце – это Чимин. Он мой истинный. – всё. Он сказал. Он впервые кому-то сказал, что Чимин его истинный. — Я знаю, Гуки. С того момента, как мы зашли в этот дом, всё было очевидным. Даже не знаю, почему все в этом доме были так слепы. – его голос успокаивал Чонгука. Ынг всегда был таким, этим он и привлёк Чона. Он был одной сплошной зоной комфорта – Скажи, тебе нужна моя помощь? На твоём месте я бы уже бежал за ним, он не в лучшем состоянии... – голос немного дрогнул. Чонгук чувствовал себя скотиной, сердце так сжалось, хотелось себе врезать за то, что омега сейчас разбит и плачет. Кто-кто, а Ынг не заслуживал всей этой ситуации. Это был волшебный омега, таких людей в жизни встретить можно только раз. Даже при всём этом пиздеце,он поддерживает Чонгука, как всегда выбирает омегу, а не себя и свои интересы. — Ынг...прости меня, ты самый прекрасный омега, которого я знаю, самый добрый, самый хороший. Прости меня, просто Чимин... Господи, как же сложно говорить с тобой о нём... — Не надо Гуки, всё нормально, я всё понимаю. Если бы у меня была такая ситуация и через года ты бы вернулся ко мне, я бы тоже выбрал тебя. – слова Ынга прорвали дамбу, Чон заревел в трубку – я всегда буду любить тебя, Гук~а , но мне не соперничать с истинным, я просто не смогу сделать тебя настолько счастливым, как ты можешь быть с ним. – омеги плакали, оба понимали, что сейчас принимают болезненное, но отчасти правильное решение. — Ты же знаешь, что ты всегда будешь мне дорог, ты же знаешь!? — Знаю... — Ты же знаешь, что ты лучшее, что было со мной!? — Твоё лучше ждёт тебя. Беги, родной, пока не поздно. Я собрал свои вещи, попросил Тэхёна меня забрать, поживу у него. Ты не волнуйся, со мной всё будет в порядке... — Нет, нет, это не обязательно, тебе не нужно уходить ... – понимая, что Ынг уходит не потому что ему тесно в доме, он замолкает, а потом добавляет тихо – прости меня, пожалуйста... — Пока, мой яркий апельсин. Надеюсь через время мы будем с тобой близкими друзьями. – голос дрожал, а серце Ынга разрывалось от собственных слов. – Пока. – а дальше звонок обрывается. И следом приходит ещё одно смс от этого ангела: Ги(^-^) : +82 *********** Это его номер, не теряй времени.

Я:

Спасибо, ты ангел. Чонгук вскочил с кровати, побежал в ванную, увидев своё отражение в зеркале, он улыбнулся – Чимин оставил яркие отметины везде, будто бы заклеймил собой Чонгука. Времени на долгое разглядывание себя не было, поэтому он быстро умылся и в спешке начал собираться. Параллельно он набрал Чимину, но никто трубку так и не поднял. Чон начал искать ключи от своего автомобиля и краем глаза заметил одну знакомую вещицу, которая совсем не должна была лежать на том месте, где он её нашел, он точно помнит, что не доставал её из сумки – медальон. Он точно это знает, он берëг его столько лет, так халатно он бы не бросил вещь, которая была единственным доказательством его давнишнего счастья. Рядом с дорогой сердцу вещью лежал небольшой листик, сложенный вдвое. Совсем неприятное и липкое чувство поселилось в груди Чона, он даже не хотел прикасаться, будто бы знал, что там нет ничего хорошего для него. Открывая лист его руки дрожали. С ночи он в каком-то водовороте чувств, его бросает то в жар, то в холод, и эта записка, она была как кульминация всего хаоса, что творилась внутри этого с виду сильного омеги. ~Любовь всей моей жизни, Чонгук~и. Спасибо за то, что помог сделать наконец-то правильный выбор. Будь счастлив, я люблю тебя. Навсегда твой Пак Чимин.~ – Дурак, как я могу быть счастлив без моего глупого и маленького Хëна. – мысли о том, что Чимин может быть таким открытым, его будоражила. Человек, который от тебя открещивался, как от какой-то заразы, человек, который предал тебя, оболгал и струсил, сейчас кинулся грудью на амбразуру. Лёг под танк. Прыгнул с самолёта без парашюта. Все эти сравнения даже наполовину не могли описать как это выглядело в глазах Чонгука. Улыбка с его лица даже не пыталась сходить. Он взял ключи, обулся и пошёл к автомобилю. Не прекращая звонить Чимину, он подумал, куда же мог отправиться маленький Хён. Мост! Бинго! Прекратив терроризировать телефон, он поехал к тому самому мосту, где когда-то давно казалось бы закончилась их история... *Флешбек* Мы нежились в постели, целовались, я посасывал его нижнюю губу, она была такая мягкая, такая вкусная. Пару дней назад хён признался мне в любви, наконец-то! Завтра мне уезжать в лагерь, песня до сих пор не написана, да и когда бы я успел, все эти дни я не выпускал из рук своего персика. Я одурманен им, могу не есть и не спать, лишь бы он был всегда рядом. Слышим звук открывающейся входной двери. Чимин резко вскакивает и говорит: – Сегодня что за день недели? Четверг? Господи, как я мог забыть! Сегодня приезжают родители и сегодня... сегодня будут гости. Что-то странное было с его лицом, оно выражало испуг и сожаление, я вообще не понял в чём дело. Но на расспросы времени не было. Побежав в свою комнату решил быстро принять душ, но я так за эти дни пропах Чимином, даже не знаю был ли смысл пытаться. Позже я спустился на первый этаж, поздоровался с отцом и Джином, близнецов дома не было. Атмосфера в доме была максимально странная. — Чонгуки, привет, ты приехал поздравить брата? – неожиданно спросил Джин. — Поздравить? – не понял вообще о чём это он – С чем? — Кааак!? Чимин, сынок, ты что, не рассказал эту прекрасную новость Чонгуку!? Смотрю на хёна, на нём лица нет, он открывает рот и что-то мямлит. — Ой, мой мальчик, чего ты так стесняешься, ты же не по залëту выходишь замуж. – голос Джина безумно громкий, но последнее, что я услышал, это " выходишь замуж". Я видел, что Джин что-то говорит, но мои уши так заложило, что я подумал, что потерял слух. – ...и, конечно, сегодня они придут обсудить детали предстоящего торжес... — Что за нахер? Это неправда! Скажи, что это не правда! Чимин!? – мне нужны его глаза, это же не может быть правдой делаю шаг к нему, а он как от проказы шагает назад от меня. — Чонгук, что с тобой!? - улыбка с лица Джина исчезла. Это потом я понял, что выглядел, как сумасшедший, пялясь кровавыми глазами на брата (да, в глазах Джина мы братья). — Ответь мне, Чимин! — Я не понимаю о чём ты. – его глаза щёлочки округлились и метались от меня к Джину. — Ты выходишь замуж? Скажи, что это шутка. Это же шутка? За кого? — Да почему это должна быть шутка, Чонгук? Юнги хороший парень, наши семьи дружат, к Чимину он относится хорошо, да и мы никого не заставляем. Чимин сам согласился на предложение Минов. – не понимает моей реакции Джин. Кто нибудь, скажите, что всё это просто страшный сон! Не могу перестать смотреть на Чимина. — А как же я!? – кричу, – Как же я, Хён? Как же мы!? – после моего " Мы " он испуганно уставился на своего папу. — Что ты придумываешь, Чонгук? Какие мы?! Мы с тобой просто братья. – пытается улыбнуться он. Вы когда-нибудь слышали как разбиваются люди? Так вот сейчас меня в мелкую крошку. — Чими.. мин, что...что ты такое говоришь? А как же наша ночь?! Ты же сказал, что любишь меня! Ты же... ты же сам... – глаза Джина округлились. — Ничего я такого не говорил и не было у нас никакой ночи. Ты сам пристаёшь ко мне всё это время... – он опускает голову, смотрит на свои домашние тапки и продолжает совсем тихо, – я ведь сто раз тебе говорил – отцепись. —ГОСПОДИ! Что я слышу?! Я в шоке! Нет, я в ужасе! Чимин, я не могу поверить, ты и Чонгук, вы же оба омеги. Это же какое-то извраще... — Нет, папочка, нет. Это неправда, Чонгук сам меня преследовал с первых дней как сюда заехал. Он не давал мне прохода, приставал ко мне, но, честное слово, папа, я не давал ему никаких надежд. Стал бы я тогда соглашаться на брак с Юнги?! Я люблю этого альфу...папа...папочка, посмотри на меня, я не такой, я нормальный, честное слово, я...я сам боюсь Чонгука.. — От тебя пахнет Чонгуком, он что-то сделал? — Да. – я слышу это и на этом моменте мне уже было всё равно, что происходит вокруг, я слышал, что Джин орал на меня, оскорблял, видел как он скидывал всё с кухонного стола, видел как мой отец закрывал меня собой не давая приблизиться Сокджину ко мне, но всё это не имело никакого значения. Это всё не трогало меня, потому что минутами ранее человек, вознëсший меня к небесам, скинул меня с них при этом сломав мои крылья, и теперь я просто лечу камнем вниз, чтобы разбиться на тысячу осколков — Чонгук, поднимись наверх и собери свои вещи, я сам отвезу тебя в лагерь. — Отец, я и так уезжаю сегодня вечером. – отвечаю на автомате, – у меня нет с собой много вещей. – эти уточнения были просто для того, чтобы проверить нет ли у меня дисфункции речи. 🎶S.O.S-Indila Я поднимаюсь к себе, беру телефон и автоматически открываю диалог с Чимином. Готов валяться у него в ногах, чтобы он забрал свои слова обратно. Я: Чимин, поговори со мной. Я: Умоляю, поговори со мной, Хён. Я: Наверное ты испугался, я не виню тебя. Я: Прошу, ответь мне, я знаю, что ты читаешь. Мне было сложно остановиться писать ему, будто бы это была единственная ниточка, что осталась между нами. Я: Не поступай со мной так, прошу ,Хён. Мне плохо, я не смогу без тебя, ты же знаешь как дорог мне. Мне даже вдох больно делать, я готов забыть всё, что ты сказал, я же знаю, что ты просто испугался, я готов к скрытым отношениям . Я: Умоляю, Чимин, не поступай так с нами, мы же истинные... Я же знаю, что тебе сейчас тоже больно, я же чувствую тебя... Я: Ещё сегодня утром я был самым счастливым омегой на белом свете, сейчас же мне кажется я самый несчастный... я чувствую себя изгнанным из рая... только вот за что? Что я сделал тебе, что ты решил уничтожить меня?! За что ты так со мной, любимый... Из-за слёз я не видел текста, который пишу, никогда я не называл хёна "любимым", боясь спугнуть его, но сейчас мне уже нечего было терять, сейчас я как в предсмертной агонии. Прождав почти до вечера, ответа так и не последовало. До отлëта осталось три часа и я решил, что в последний раз попытаюсь достучаться до него, а если нет, то больше никогда его не побеспокою. Я: Я больше не буду тебя доставать. Если я имею хоть какое-то значение для тебя, буду ждать тебя под мостом, что недалеко от дома, где мы целовались после прогулки...через пол часа. Взяв сумку с курткой и обувшись я вышел из дома. Ор в доме был ужасный, отец и Джин, как два титана защищали каждый своего ребёнка. И будь это другая ситуация, я бы был безмерно благодарен отцу за защиту, но в этой ситуации я думал только о Чимине, о том, что мы больше можем не увидеться, о том, что он никогда меня не любил, а просто играл со мной. Что ему я был как некий эксперимент, разнообразие сексуальной жизни. Что если он пробовал со мной и понял, что с альфой ему лучше?! Что если он думает, что я не смогу принять тайные отношения?! Но я смогу! Я всё смогу, лишь бы быть рядом с ним. — Какой придурок. – говорю вслух о самом себе, – ещё вчера я даже взгляда твоего не хотел делить с другим альфой, а сейчас я готов к такому унижению, лишь бы вовсе не остаться без тебя. По пути к месту начал идти дождь и поначалу он был как грибной. Я совсем не обращал на это внимания, я шёл так быстро с одной единственной мыслью, что там меня ждёт Чимин и мы всё обсудим и поговорим. Увы. На месте никого не оказалось, я смотрел назад, ожидая увидеть его силуэт, но ни через десять, ни через двадцать минут никого не было, я чувствовал как начинаю задыхаться, как слёзы душат. Попятившись назад я облокотился на большой камень , схватившись за грудь в районе сердца, что обливалось кровью, развернулся к камню и увидел медальон. Тот самый папин медальон, что я подарил на днях Чимину в знак своей искренней любви. Меня бросило в жар, он тут был, он пришёл, как же я мог его прошляпить.. Бегу в другую сторону колонны моста, вижу вдали, очень далеко спину Хёна, я бы узнал его из тысячи. — Чиииимииииин! – ору, что есть силы, – Остановись, умоляю тебя, Чимин! – выбегаю из-под моста с медальоном в руке, бегу под проливным дождём, ноги путаются, падаю , разбиваю коленку, но продолжаю бежать крича ему. — Остановись, Хён, прошу тебя, посмотри на меня, Чимин! – вижу как он застывает у своего автомобиля, но не оборачивается. А затем быстро садится в машину и уезжает. Стою посреди улицы, дождь идёт с такой силой, будто бы наверху забыли кран выключить. Я плачу, ору, падаю на колени закрывая лицо ладонями. — За что ты так со мной , Хён... *Енд флэшбек*