Chapter 10. Сочельник
6 мая 2023 г., 19:09
***
You’re my home on the holiday coming home to your sweet face I’m already seeing lights and there’s something in your eyes… — Драко?! — удивленно спросила Нарцисса Малфой, её брови вздернулись вверх. Она явно не ждала прихода гостей сегодня. Да, и сын не предупреждал, что приедет домой на каникулы ещё и с компанией. — Проходите скорее, — женщина средних лет, приветливо отварила дверь, запуская всех гостей внутрь. — Я скучал, мам, — он прижал хрупкую, невысокую женщину к себе. Она с радостью ответила на его объятия и поцеловала сына в щеку. — На улице так уже холодно, почему ты не сказал раньше, я бы отправила водителя. Вы не замёрзли, пока добирались?! — Всё хорошо, миссис Малфой. Мы добрались на такси, — вклинилась в разговор Гермиона. Она слабо улыбнулась и кивнула. Хозяйка поместья окинула друзей Драко пытливым взглядом. В поместье давно не было гостей, и Нарцисса была рада пообщаться с кем-то кроме мужа и дочери. — Драко, ты представишь мне своих друзей, — спросила Нарцисса. — Да, мам, это — моя подруга Гермиона, — он указал на кудрявую девушку. — Это — Гарри, — зеленоглазый парень дружелюбно кивнул. — А это — Джинни. — Приятно познакомиться с Вами, миссис Малфой, — произнесла Джинни. — И мне. Можете звать меня Нарцисса. Чувствуйте себя как дома. Драко прежде не приводил друзей, и я очень рада, что вы все здесь. Ребята с облегчением выдохнули, когда узнали, что миссис Малфой вполне дружелюбная женщина. Нарцисса не донимала их неуместными вопросами, как часто это делают женщины её возраста, возможно это были издержки её воспитания. Она лишь показала главные комнаты в Мэноре, а всё остальное время Миссис Малфой занимались подготовкой к празднику. Малфой-Мэнор был настолько велик, что у каждого в поместье было своё свободное пространство. Ребята никак не могли обойти поместье полностью: настолько оно было велико. Нарцисса распорядилась, чтобы каждому из гостей Драко предоставили отдельную комнату. Комнаты Гермионы и Джинни находились в южном крыле поместья, а комнаты Драко и Гарри — в северном. И, хотя в семье Малфоев не приветствовали нахождение неженатой пары в одной спальне, Джинни умело избегала эти запреты. Она тайком прокрадывалась к Гарри в спальню, и они подолгу целовались. В один из таких моментов Гермиона застала парочку целующимися в оранжерее, когда она прогуливалась там. Гермиона как раз рассматривала тигровые лилии, когда краем глаза из-за кустов она увидела Джинни и Гарри. Блузка Джинни была расстёгнута, а руки Гарри шарили по её телу. Он беззастенчиво целовал её, спускаясь ниже к груди. Руки Джинни перебирали непослушные чёрные волосы мужчины. Казалось, они полностью отдались своей страсти и не замечали пару карих глаз, наблюдающих за ними. Гермиона тихонечко хихикнула, застав друзей в компрометирующей ситуации. К счастью, они не заметили звука, который издала девушка. — Шпионишь? — тихонько произнёс Драко, склонившись над ухом Гермионы. Девушка не ожидала, что кто-то подкрадётся к ней сзади. Её щеки запылали, кровь прилила к лицу. — Нет, я просто…просто… — начала оправдываться она. — Да, я понял, — засмеялся мужчина. — Давай оставим этих голубков наедине. Пойдем, я лучше покажу тебе моё любимое место в Мэноре, — он поманил Гермиону за собой. Они вышли из оранжереи и направились вглубь парка. На улице стояла приятная морозная погода. Заходящее солнце целовало кожу Гермионы, и на её лице проявлялись веснушки. В самой гуще парка стояла увитая тонким плющом мраморная беседка, а рядом с ней находилась фигура плачущего ангела. Ангел держал лицо закрытым, и никто не мог видеть выражение его лица. Многочисленные кустарники, посаженные вокруг беседки, были укрыты снежными шапочками и походили на маленьких снеговиков. — В детстве я часто здесь коротал время срисовывая многочисленные скульптуры, которые «живут» в нашем саду. Мне всегда казалось, что ночью ангелы и садовые гномы оживают. Я представлял, как они устраивают пиршества, пока никто не видит. — Не знала, что ты умеешь рисовать. — Художник во мне умер, когда отец отдал меня в школу-интернат, — он горько усмехнулся, но продолжил: — учителя запрещали мне заниматься всем, кроме профильных предметов. Они наказывали меня, если я занимался «ерундой». На этом настоял мой отец, он хотел вырастить бездушную машину, умеющую лишь работать. В каком-то плане он добился чего хотел, — мужчина склонил голову и лишь горько усмехнулся. Он выглядел таким израненным и беззащитным. — Мне так жаль, Драко, — Гермиона осторожно прикоснулась к его плечу. — Ничего, это было так давно, того мальчика уже давно не существует. Я лишь бережу старые раны, когда приезжаю в Мэнор. Гермиона обняла его в знак поддержки, и они простояли так некоторое время. Драко хотел бы, чтобы этот момент продолжался бесконечно. Он буквально заставил себя расцепить объятья и отпустить девушку. — Спасибо, мне это было нужно, — поблагодарил её Малфой и улыбнулся. — Пойдем домой, я начинаю замерзать, — Драко зябко поежился, — да и мама уже заждалась нас к ужину.***
Когда они вернулись в поместье, вся семья и друзья Драко уже ожидали их в главном зале. Главный зал представлял собой помещение с традиционным длинным обеденным столом на когтистых лапах, вокруг стола стояли стулья с бархатной обивкой, а сотни свечей освещали комнату. По периметру комнаты были расставлены подставки для цветов. Миссис Малфой заботливо высадила гортензии в них. Обеденный зал наполняло благоухание прекрасных и редких растений. — Мы вас уже заждались, — сказала мама Драко, — садитесь, скоро слуги принесут праздничный ужин. — Прости, мама, мы задержались. Прекрасные виды оранжереи так увлекли Гермиону, что она не хотела уходить. Джинни глубоко покраснела, но не подала вид, что тоже там была не давеча как сегодня вечером. — Это правда? Тебе понравились мои цветы, детка? — Да, они очень красивые, миссис Малфой. — О, я рада. Я всегда говорила, чтобы Драко приводил чаще гостей к нам домой. Гермиона улыбнулась ей в ответ. Когда подали аперитив, девушка решила обратиться к сестре Драко, пытаясь узнать чуть больше о его семье: — Так Вы учились в Уилтшире, Аделаида? — И да и нет. Я всегда была на домашнем обучении в связи с моими ограничениями, — девушка кивнула на свои ноги. Гермиона поняла, что сморозила глупость, она попыталась смягчить обстановку: — Драко говорил, что вы неплохо разбираетесь в искусстве. — Да, в силу того что я обучалась на дому, и мама нанимала лучших учителей нашего города, я умею играть на пианино, немного пою и занимаюсь рукоделием. Учителя говорят — я усидчивая, — девушка заразительно рассмеялась с собственной шутки. Атмосфера в доме немного разрядилась. Всем, кроме Люциуса Малфоя, шутка понравилась. Глава семейства лишь хмуро, неодобрительно покачал головой. Слуги подали второе блюдо. Это была жирная утка, традиционно фаршированная яблоками. Чета Малфоев чтила обычаи, поэтому каждый год они подавали к столу традиционные английские блюда: птицу, кровяные колбаски и пудинг. — Гермиона, скажите, какую школу вы окончили? — спроси Люциус. — Обычную среднюю школу в Хэмпшире, сэр. Мужчина посмотрел на неё презрительным взглядом, как будто она даже не имела право сидеть с ним за одним столом. «Простолюдинка. Такая не чета моему сыну», — подумал он. — Простую школу? Драко окончил Брентвудскую частную школу, он Вам не рассказывал? Гермиона отрицательно покачала головой. — Отец! — повысил голос Драко. — Это не важно, какую школу окончили мои друзья. — Неважно?! А что тогда имеет для тебя значение, Драко? Ты совсем отбился от рук, превращаешь свой дом непонятно во что, — его тон сочился ядом. — Люциус! Что ты такое говоришь? — на этот раз за Драко вступилась Нарцисса. — Я возлагал на тебя надежды сын, а ты лишь позоришь наше имя. Мало того, что ты общаешься с простолюдинами, так ещё и просто отвратительно учишься. Я получил табель о твоей успеваемости. Учителя жалуются, что ты постоянно прогуливаешь занятия. Ты должен стать моим приемником, но пока я в тебе этого не вижу. — Это ты хотел, чтобы я учился в Вестминстерском университете. Я никогда тебя об этом не просил, отец, — с каждым словом Драко становился всё злее, а его голос переходил на крик. — А если ты и дальше намерен оскорблять моих друзей — я ухожу! — в сердцах воскликнул он. С этими словами, Драко, как ужаленный, вскочил с места, и бросил вафельную салфетку на пол. — Драко, не уходи, — попыталась воззвать к нему Нарцисса. — Люциус, немедленно извинись перед сыном, — сказала она тоном, не терпящим возражений. Но Драко и слушать не хотел, он стремглав покинул просторный обеденный зал. Накинув пальто, мужчина бросился на улицу. Ледяной ветер хлестко ударял его в лицо, а слёзы обжигали его щеки. Он был так зол на отца, что ни секунды больше не хотел проводить в этом проклятом доме. Ему было совершенно всё равно, что на улице бушевала метель. Всё лучше, чем находится дома. Он медленно но верно направился в сторону беседки. — Драко, постой, — Гермиона выбежала за ним в одной лишь вязаной шали. Ветер пронизывал её тело насквозь. И по её телу пробежали мурашки. — Что… что ты здесь делаешь, Гермиона? — спросил он. Его лицо было бледнее обычного, а в серых глазах застыли слёзы. — Я бежала за тобой, потому что решила, что ты наделаешь глупостей, — неловко призналась она. — Я не собираюсь резать себе вены из-за колкого языка моего отца, — усмехнулся он. — Он и раньше говорил мне гадости, не прыгать же после каждой под поезд. Отец постоянно пытается сыграть на моих чувствах, я, вроде как, привык. Я лишь хотел прийти в себя. Остудить голову. — Я… я… хотела сказать, что, если ты не хочешь — можем не оставаться здесь на Рождество. Купим билеты на ближайший поезд и уедем в Лондон завтра по утру. — Я не думаю, что билеты не распроданы ещё, придётся остаться на пару дней. Потом можем уехать, — его лицо представляло собой непроницаемую маску. Девушка утвердительно кивнула. — Я говорил, что у меня далеко не самая обычная семья… Прости за то, что наговорил отец. Он часто бывает не в духе, наверное, по этой причине я и не привожу никого в гости. Да, и признаться честно, до переезда в Лондон у меня было не так уж и много друзей. — Ну, теперь у тебя есть мы. Мы — твоя семья, Драко, — девушка крепко обняла мужчину, прижав его к своей вздымающейся груди. — Не отталкивай меня, пожалуйста, — сказала она едва слышно. — Не буду, — с этими словами мужчина прижался к горячим губам Гермионы.
