Обладать тобой

      Лишь в одном кабинете адвокатской конторы горел свет, что просачивался сквозь плохо закрытые жалюзи — в кабинете Грейвс. Девушка уперев голову на руку, неторопливо листала огромное и занудное сообщение с угрозой от неизвестного, что неустанно слал подобные текста на протяжении недели. Это сообщение почти ничем не отличалось от десятков прежних, от чего не вызывало тревожного трепета. Пустые угрозы были неотъемлемой частью её работы и не должны были повлиять на качество предоставляемой ею юридической защиты.       Тяжело вздохнув, Диана откинулась на спинку стула. Прийдя сюда, адвокатесса надеялась расствориться в работе, продолжить подготовку безукоризненной речи, что через несколько дней должна будет звучать на очередном заседании суда. Вот только печаль от падения в глазах Изабеллы никуда не делась и звучала на протяжении всех тщетных попыток поработать.       Долгие минуты метаясь от мысли остаться и продолжить работу, к мысли вернуться домой и отоспаться, девушка выбрала второе. Выключив ноутбук, она накинула чёрное пальто поверх своего траурного наряда и, выключив свет, вышла в пустой и темный коридор. Атмосфера, в которую вмиг погрузилась контора, навевала воспоминания о вечере, когда её непримечательная жизнь утратила свою стабильность.       Не давая тем же безпочвенным эмоциям и опасениям одержать верх, Диана быстро прошла коридором и вышла на освещённую фонарями улицу. Холод был невыносим, от чего девушка вздрогнула. Благо машина была припаркована неподалеку, в нескольких минутах ходьбы, от чего пребывание на улице в эту неблагоприятную стужу было временным.       Несколько раз провернув ключ и, по привычке, убедившись, что дверь заперта, Диана спустилась вниз по ступенькам и неспешным шагом направилась к черному Мерседесу. Из длинной змейки припаркованных авто, что тянулась вдоль тротуара, не считая Мерседеса, осталось лишь три. Неудивительно, ведь ночь была в самом разгаре и все нормальные люди давным давно видели десятый сон.       Поскольку машин на дороге не было, Диана решила сразу зайти с водительской стороны, чтобы потом не пришлось обходить машину. Оставив позади ещё несколько метров, адвокатесса остановилась у водительской двери серебристого джипа, вздрогнув от звука входящего сообщения. Пусть её машина и была в считанных метрах, она предпочла сначала прочитать полученное уведомление. Как оказалось, оно не содержало никакой существенно важной информации. Просто брат тонко намекнул, что ещё один его солдат вляпался в неприятности.       Диана через силу заставила себя вернуть телефон в глубокий карман. Все проблемы она будет решать утром. Словно этим простым действием открыв пустую страницу своей жизни, девушка, с полной уверенностью в глазах, возобновила движение.       Вот только не успела она сделать шаг, как её отбросило назад на несколько метров. Резко и без каких-либо шансов устоять на ногах, Грейвс настигла ударная волна, что несла с собой обжигающий жар.       Где-то осыпались стекла, но сквозь оглушительный звон, что заложил уши, Диана ничего не слышала. Грудь прерывисто вздымалась, когда она судорожно хватала воздух. Глаза широко распахнулись от шока, но видели лишь затянутую размытой пеленой картину. И всё же мозгу удалось послать сигнал, что заставил тяжёлое тело перевернуться на бок. Пыль, пепел и мелкие осколки, что до этого тонким слоем покрывали её одежду, частично осыпались. Резкий, кисловатый запах гари оседал на слизистой. Ещё был горьковатый привкус пепла. Кашель стал комом в горле и она не сумела его сдержать, содрогаясь от боли, что сдавливала область груди. Казалось, ребра сейчас расплющат лёгкие.       Сколько минут она так пролежала — неизвестно. Однако для неё это было мучительной вечностью, пока противное ощущение паралича не стало отступать. Неторопливо, поначалу отпуская разум.       Расширенные зрачки двинулись в направлении силуэта, что стремительно приближался. Чем ближе он был, тем отчётливее становились размытые очертания мужчины. Тем проще ей было разглядеть в его дрожащей руке пистолет. Он колебался по неизвестной причине.       Диана же, уперев руку в холодный асфальт, попыталась приподняться. Её лицо скривило от усердия и тупой боли, но она продолжала пытаться встать, хотя бы на четвереньки.       Звон в ушах не прекращался, однако стихал, от чего девушка сумела различить слова.       — Да стреляй ты в неё — где-то позади приблизившегося находился ещё кто-то — Если у тебя кишка тонка добить девчонку, значит ты не достоин быть частью организации.       — Кто из вас, идиотов, запустил детонацию раньше времени? — судя по всему, их было трое.       — Я засомневался — тот что всё ещё не выстрелил, оглянулся через плечо — Думал, что ошиблись машиной.       Диана не медлила, всё недолгое время их разговоров становясь на четвереньки. Она ещё поборется за свою жизнь. Не очень хотелось погибнуть от рук этих дилетантов.       — Ну всё! — кто-то из них рявкнул — Кончай её!       От этих слов должен был проступить холодный пот, однако Диана его не ощущала. Она запрокинула голову так, что её глаза отыскали неуверенные мужские. Тыльной стороной ладони, оставляя грязный развод, адвокатесса вытерла кровь, капелька которой тянулась из носа. Упавшие на лицо темные локоны придавали ему злое, почти что хищное выражение.       Выстрел.       Теперь его звон стоял в ушах, пусть произведён он был достаточно далеко от неё. Увидев расцветающее красное пятно между застигших глаз, Диана ощутила разливающееся телом облегчение.       Затем несколько выстрелов подряд. Напарники недочлена-организации тоже стреляли. Вот только стрелок, находившийся позади вздрагивающей при каждом выстреле Дианы, был в разы искуснее. Очень скоро, спустя два выстрела, те двое также получили несовместимые с жизнью ранения, погибнув почти сразу.       Грейвс слышала, как хрустели осколки позади, но всё ещё смотрела на трупы, вокруг которых появлялись алые круги, смотрела на некогда Мерседес, изнутри обгоревшего каркаса которого вырывался огонь. Лишь когда шаги затихли рядом, Диана повернула голову, рассматривая колени подошедшего. Она догадывалась кто это, и по этой причине не осмеливалась поднимать глаза выше. Пусть девушка и ощущала признательность, она всё молилась, чтобы он оставил её здесь, просто развернулся и ушел в том же направлении, откуда пришёл.       Мужчина этого не сделал. Диана, проглотив горечь и осевший на языке кисловатый пепел, смирилась с неизбежным, поднимая взгляд навстречу скрытому под странным снайперским капюшоном лицу Кёнига. В таком виде он больше походил на виновника произошедшего, чем те трое недоумков.       Не смотря на тройное убийство, мужчина казался спокойным. Данная нечеловеческая уравновешенность, свойственная большинству бывалых солдат, за плечами которых было бесчисленное количество смертей, вероятно, и была тем, что заставляло Диану нервничать. Такие люди были непредсказуемы, жестокость, казалось, текла по их венам смешиваясь с кровью.       Его молчание также резало слух. Это было так необычно для него. Сейчас она хотела услышать его неуместные слова. Пусть и не желала его здесь видеть. Он же, так и не проронив и слова, изучал её изувеченное и измазанное лицо.       В его глазах было что-то ещё, вот только она ещё недостаточно хорошо видела, чтобы подмечать такие мелочи. Да и просто, чем дольше она смотрела в его глаза, тем более жалкой ощущала себя.       Подначиваемая задетой гордостью, девушка решила подняться самостоятельно, доказать в первую очередь себе, что может.       — Почему мне кажется, что ты меня преследуешь? — эти слова она произнесла пыхтя, аккуратно вставая с ноющих колен. Периферическое зрение ухватило движение ног, что остановились прямо перед ней и, спустя от силы несколько секунд, она ощутила, как он просунул руки под её и потянул вверх, тем самым поднимая на ноги.       Сперва Диана напряглась, не ожидая такой снисходительности от мужчины, но потом расслабилась, ощущая напряжение его стальных мышц.       Встав в полный рост, девушка ощутила тупую боль, что сковала торс, от чего была вынуждена вцепиться в его предплечья. Не то, чтобы было невыносимо больно. По большей части, это было неожиданно. Вдобавок ко всему, ей было неудобно стоять на каблуках новой пары туфель, что сжали ступни в тиски, не позволяя удерживать равновесие.       — Не поверишь, — его голос был уставшим по сравнению с утром, во время их диалога у церкви — Но я просто проезжал мимо — Диана подняла недоверчивые глаза. Он быстро кивнул в сторону и девушка незамедлительно последовала взглядом в том направлении — черный джип BMW криво стоял посреди дороги, от чего было ясно, что покинули его в спешке. Да и его прикид, что исключал наличие какой-либо куртки, подтверждал сказанное.       Ей стоило поблагодарить его. Пусть неприятно осознавать, но она обязана ему жизнью.       Не успели губы приоткрыться, дабы произнести эти, казалось, простые слова, Диана ощутила как ослабла его хватка. Убедившись, что она стоит на ногах, Кёниг и вовсе отпустил, при этом отступая. Смерив её беглым взглядом, мужчина направился к брошенному автомобилю, в дальнем свете фар которого они стояли.       Адвокатесса была неподвижна и безмолвна. Гордость не давала проявить слабину и пойти следом. Холодный ветер, проникая под пыльную одежду, ласкал разгоряченное адреналином тело. Она обернулась на картину, что напоминала душещипательную сцену из какого-то боевика и содрогнулась. А если бы она всё же села в свой Мерседес? Если бы…       До ушей стали доносится голоса сбегающихся зевак, или жильцов пострадавших домов. Вдали выли сирены мчащихся машин экстренных служб.       Прикрыв глаза и мысленно выругавшись, Диана причудливо, словно это было впервые, сделала несколько неуверенных шагов в сторону BMW.       — Стой! — умоляюще и достаточно громко произнесла Диана. Кёниг обернулся и выжидающе замер — Подвези.. — голос дрогнул, и это заставило её умолкнуть. Чёрт, как же глупо это звучало. Она бы опустила голову, дабы скрыть краснеющие щёки, однако не хотела тешить его самолюбие — Пожалуйста.       Секундное молчание, что заполняло потрескивание огня.       — Думал, не попросишь — в его голосе зазвучали привычные бодрые нотки. Вероятно он был доволен. Переступившая через себя Диана старалась не зацикливаться на этом.       Со всей возможной скоростью, что позволяли тиски-туфли, Диана доковыляла до машины. Ей хотелось побыстрее убраться с места взрыва, где чуть не отдала душу Богу, или куда там её не самая праведная душа была обречена попасть.       Она скользнула в теплый салон и, захлопнув дверь, первым делом избавилась от туфлей. Кёниг не медля сдал назад и вывернул на соседнюю улицу. Скорость набиралась быстро, от чего салон заполнил противный писк, намекающий, что необходимо пристегнуть ремень безопасности. Только раздался характерный щелчок, мимо пронеслось несколько полицейских машин, звук сирен которых просочился внутрь и разбавил тишину.       Диана, прикрыв глаза и откинув голову на кресло, прислушивалась к стихшей боли, что осталась лишь в области ребер и забитых ног. Сущие пустяки, главное жива.       — Никогда не думал, что быть юристом опасно для жизни — не отрываясь от сероватой, убегающей вперёд полосы дороги, произнес Кёниг.       Не меняя положения, Диана, хмыкнув, улыбнулась. Она не хотела показывать страх, что продолжал трепетать внутри, как бы далеко не уезжала BMW. Это был второй раз, когда, казалось, пустая угроза чуть не унесла её жизнь. Первый раз был вначале карьеры, когда её пырнули по пути домой.       — Смотря чьи дела ведёшь — она повернула голову, рассматривая едва заметные очертания мужского лица — Да и вообще, чего ты удивляешься? Сам же записывал видео с немой угрозой, где твой дружок застрелил моего подзащитного.       — И то верно — остановив BMW на светофоре, он обернул лицо к ней — Целью того видео было запугать твоего брата. Тебе ничего не угрожало.       — Да? Как забавно получилось — она гневно свела темные брови — Каким-то чудесным образом я оказалась втянута в ваши разборки даже больше брата.       Кёниг немного помолчал, плавно срывая с места автомобиль, что влился в поток прочих авто. Он казался напряжённее обычного, что не скрывалось от наблюдательной Дианы.       — Если тебе от этого станет легче, я сформулирую по-другому… На тот момент тебе ничего не угрожало — он покосился, наблюдая за реакцией, которой не последовало. Тогда он продолжил — Не прийди ты в тот ночной клуб, всё сложилось бы иначе.       — Ах вот оно что.. — и всё же её это задело. Адвокатесса терпеть не могла, когда ей указывали на совершенные ошибки. Особенно совершенные по глупости и в нетрезвом состоянии.       Девушка увела взгляд вперёд, наблюдая за стоп-сигналами едущей впереди машины. Ей просто было удобно винить его во всех бедах и отрицать собственную причастность к ним. А ведь он жизнь ей спас…       — Кёниг.. Спасибо — слова дались с трудом, однако, произнеся их, девушка ощутила некое облегчение.       — Вау.. Да ты знаешь подобные слова — в его голосе слышалась насмешка, которой по всей видимости удалось пробиться сквозь его отвратное настроение — Я поражен.       На лице девушки же застыло возмущение. Не будь она пристегнута, вероятно села бы поудобнее, так, чтобы хорошенько треснуть этого умника. Она же искренне.       В момент, когда BMW остановилось на очередном светофоре, а на фоне прочих домов стали виднеться верхние этажи многоэтажного здания, где находилась её квартира, Диана решила попрощаться с Кёнигом, ведь ощущала в себе силы пройти несколько кварталов. Тем более ей не хотелось, чтобы он знал её адрес, пусть и не была уверена, что он и так не был в курсе. Ехал то он в точном направлении, пусть девушка и не произносила адрес.       Она повернула голову в его сторону, готовая произнести несколько слов на прощание. Вот только в глаза бросилось мокрое пятно, что насквозь пропитало рукав в области бицепса. И как только она не заметила этого раньше…       — Да ты ранен — впиваясь взглядом в его руку, утвердительно произнесла Диана.

***

      Двери лифта плавно сошлись, закрывая Диану наедине с Кёнигом. Вероятно, пригласив его к себе, она совершила ошибку. Это было безрассудно.       Но ведь это было простое проявление благодарности, эдакая плата за спасение жизни. По крайней мере, она продолжала убеждать себя в этом. Ей не хотелось слышать те мысли, что кричали об опрометчивости решения, о том, что она ведёт врага в свою обитель. Не хотелось признавать.       Вот только подавляя внутренний мятеж, она не замечала, как ступала в собственноручно вырытую яму, опустившись на дно которой уже невозможно было выбраться. Или она уже давно была на самом дне, медленно утопая в зыбучей земле, которой являлись собственные противоречивые чувства?       Давать заднюю однозначно было поздно. Они уже поднимались.       Молчание разбавлял гул лебёдки, что плавно тянула лифт вверх. Обхватив себя рукой, в то время как второй прокручивала кулон, Диана наблюдала за цифрами, что одна за другой сменялись на небольшом табло. Ей было не по себе от внимательного и пристального взгляда Кёнига. Хотелось побыстрее выпархнуть из тесной коробки, увеличить дистанцию.       Наконец лифт пискнул и двери плавно разошлись. Диана вошла первой. Огни ночного Нью-Йорка освещали просторное помещение, однако девушка не задумываясь включила свет. Всё же он был опасен, она не хотела упускать из виду перемены на его лице. точнее в его глазах.       Сняв обувь и верхнюю одежду, которую бросила на небольшой пуфик, Диана, не нарочно виляя бёдрами, скрытыми под тугой чёрной юбкой карандаш, что была ниже колен, прошла вперёд.       — Располагайся поудобнее — обернувшись через плечо, произнесла Диана — Я за аптечкой.       Она не стала дожидаться ответа, а просто ушла в направлении небольшого коридора. Открывая дверь в свою комнату, адвокатесса краем глаза уловила как мужчина усаживался на диване. Внутри девушка ощущала смятение. Грейвс и не думала, что когда-нибудь позволит этому громиле войти в свою обитель.       Сперва она подошла к шкафу, желая переодеться, однако, решив что лучше всего будет побыстрее выпроводить гостя, направилась в ванную комнату. Просто она не была уверена, что сумеет быстро переодеться, ведь всё ещё ощущала тупую и поднывающую боль, что растеклась всем телом.       Схватив дежурную резинку, что лежала на белоснежном ванном ящичке, девушка собрала волосы в небрежный пучок. Подойдя к умывальнику, адвокатесса уставилась на своё грязное и измученное последними событиями отражение. Включив воду, она смыла всю грязь, что осела на лице, при этом скривившись, когда коснулась припухшей от дружеского удара щеки. Лишь затем, быстро вытерев полотенцем остатки воды, она выдвинула одну из секций ящичка, откуда извлекла коробочку, где хранила лекарства, мази и прочую медицинскую дребедень.       Решив, что на месте разберётся с нужным и ненужным, девушка, взяв коробочку, возвратилась в гостиную. Поставив на стеклянный кофейный столик коробку, Диана обернулась к Кёнигу и с неким сочувствием взглянула на белую ткань дивана.       По правде говоря, она ожидала, что к её возвращению он оголит руку. Но он лишь откинулся на спинку мягкого дивана, позволяя себе расслабиться. Диана легонько толкнула его ногой, заставляя оторвать голову от дивана, смотреть в глаза.       — Дашь обработать рану, или продолжишь пачкать мой диван? — адвокатесса выжидающе скрестила руки на груди. Мужчина выпрямился. Диана чуть отошла в сторону, ведь теперь его лицо было слишком близко к её телу. Кёниг потянул за края черного гольфа, постепенно оголяя сильный торс, что казалось был высечен из камня.       Диана отвернулась и, чуть склонившись, откинула крышку с коробочки. Повезло, ведь помимо различных таблеток, у неё всё же был антисептический раствор, марлевые салфетки, бинты и даже медицинская игла. Но сперва, прежде чем примерять на себя роль хирурга, нужно было осмотреть рану.       Обернувшись, адвокатесса обнаружила мужчину без гольфа, что теперь нелепо лежал на чёрных штанах. Он чуть склонился вперёд, уперев раненую руку в ногу. Диана поймала себя на том, что глаза впились в его тело, от чего, несколько раз спешно моргнув, она села рядом. Девушка не могла отрицать, что сложен Кёниг был как надо.       Сев полуоборотом, Диана бережно обхватила руку и осмотрела ножевое ранение. Рана была не очень глубокой, едва кровоточила. Девушка знала, что способна справиться с этой проблемой. Ей не раз приходилось зашивать раны брата, иногда даже его друзей, поэтому профессионализма в данном деле ей было не занимать.       — Не смотри так пристально, я знаю, что делаю — она не поднимала взгляд, зная, что он наблюдает. За словами она пыталась скрыть лёгкую нервозность, что всё же возникала под натиском его глаз — По крайней мере, хуже я точно не сделаю — всё же подняв голову, адвокатесса быстро ухмыльнулась и вновь опустила глаза на рану.       Её пальцы легонько надавали покрасневшую область, желая тем самым убедиться в отсутствии гноя. Она ощутила, как напряглись его стальные мышцы под лёгким натиском, от чего виновато прикусила губу.       — Кто тебя так полоснул? — девушка склонилась к столику, дабы смочить бинт антисептическим раствором. Для неё было удивительно, что кому-то вообще удалось ранить этого горомилу.       — Был один коллекционер ножей — размыто ответил мужчина, склоняясь следом. То как холодно, с некой долей жестокости, он это произнёс, заставило Диану легонько вздрогнуть и чересчур смочить марлевую ткань.       — Не удивлена, что «был» — хмыкнув, произнесла Диана. Она надеялась, что он не придал значения секундному проявлению инстинктивного страха — Втяни нитку — девушка кивком указала на иголку, в свою очередь отставляя в сторону бутылочку без крышечки, будучи уверенной, что за короткий промежуток времени весь присутствующий там спирт не выветрится — Я бы точно не полезла к тебе с ножом.       Со своей задачей мужчина справился чересчур быстро, Диана даже не успела придвинуть свободной рукой упаковку с бинтами, которыми затем перевяжет руку.       Закончив с подготовкой необходимых средств, девушка с ногами залезла на диван. Немного поерзав, стоя на коленях, Диана склонилась, поднося бинт к рваной плоти. Резко она приложила бинт, в очередной раз почувствовав как он напрягся. Но при этом не издал ни единого звука.       Кёниг молча, словно не желая спугнуть, наблюдал за тем, с каким серьёзным выражением лица, девушка заботливо обрабатывала открытую рану. Он понятия не имел, что вообще забыл здесь, ведь прекрасно обрабатывал подобные ранения сам. Нет, он прекрасно знал, зачем пришёл. Он хотел воплотить все свои грязные фантазии, насладиться её телом и прекрасными стонами, хотел ощутить вкус её губ, заставить умолять остановиться… Но всё же что-то удерживало его от осуществления желаемого, словно кто-то натянул поводок, что заставил колючий ошейник впиться в шею.       Откинув на стол очередной использованный клочок марлевой ткани, девушка, вздохнув, осмотрела очищенную плоть. Кёниг видел усталость в её глазах, замечал лёгкие искривления на бледном лице когда она склонялась за очередным чистым бинтом, очевидно ощущая последствия взрыва, как бы она не пыталась этого скрыть.       Он протянул ей иглу. И она, немного заторможенно, приняла крошечный предмет. Её тонкие и нежные пальцы умело оставляли виток за витком, стягивая края рваной раны. Изредка она поднимала голубые глаза, дабы увидеть его реакцию на свои действия. Точнее, её отсутствие, ведь мужчина привык выносить боль в разы сильнее, от чего эта казалась лишь покалывающим зудом.       Когда со швами было покончено, девушка наложила повязку, после чего осмотрела проделанную работу. Она забылась, от чего не заметила как стала рассматривать уродливый шрам от пули, что пробила его массивное плечо, как глаза соскользнули ниже, спускаясь, вероятно, твёрдой грудью, где было несколько налитых синяков, впиваясь в приличного размера рану, стянутую кривыми швами. Её брови нахмурились от кривости чьей-то работы, а собственные руки дернулись, желая убедиться, что рана хотя бы без инфекции. Лишь тогда она осознала, что пялилась и спешно отвернулась к стеклянному столику, избегая столкновения с лицом мужчины.       — Готово — спешно произнесла Диана. Она, находясь всё в том же положении, рассматривала беспорядок, что царил на столике — Думаю, ты сам прекрасно знаешь, как ухаживать за подобными ранами, поэтому...       Диана запнулась, когда раненая рука мужчины легла чуть выше колена, на чёрную ткань натянутой юбки. Её глаза метнулись к его, что уже были так близко и пронзали своей решимостью. Неужели он и вправду не ощущал боли, ну хотя бы дискомфорт?       Адвокатесса отклонилась и попыталась отползти, вот только крепко впившиеся пальцы не позволили сделать второго. Он стал склоняться, она же вскинула руки, упирая их в стальные мышцы мужской груди, ощущая под ладонями грубые шрамы.       Её макушка коснулась подлокотника, давая понять, что дальше отступать некуда. Она попыталась оттолкнуть его ногой, хотя заранее осознавала, что вряд-ли этот трюк сработает.       — Кёниг, стой! — вскрикнула Диана и удивилась, когда он замер — Слезь с меня, мы в расчете! Ты меня спас, я тебя подлатала — глаза отражали смятение, что заполонило её. Почему-то она и сама с трудом верила в произносимое, сомневалась в собственных словах — На этом всё! Убирайся.. — она хотела звучать уверено, однако голос дрогнул.       Диана глядела в его глаза, что полыхали желанием, казались пропастью, в которую она боялась упасть. Вот только она давно в неё шагнула, ведь совершенно не смотрела под ноги. Девушка понимала это, не знала, когда перешагнула ту тонкую черту и провалилась, однако изо всех сил отрицала это, порождая душевные терзания.       Может стоит смириться, что ты на самом дне, откуда видно лишь тонкую и длинную полосу неба?       Девушка знала, что слова вряд-ли его остановят. Бессмысленно взывать к разуму того, кто не терпел отказа, всегда получал желаемое и не редко применял для этого силу. Она отлично была знакома с подобным типажом, ведь её брат, его друзья, с которыми ей приходилось работать, были такими же — это слышалось в их словах, об этом говорили их действия и вспышки ярости, когда что-либо отклонялось от прописанного ими сценария.       Диана опасалась, нет, знала, что Кёниг был таким же, что по его венам струились жестокость, беспощадность и многие другие негативные качества. Просто он отлично скрывал своё истинное лицо.       Адвокатесса нервно сглотнула, ожидая неизбежного развития. Прежде ей удавалось подавлять появление подобной тупиковой ситуации ещё в зародыше, однако сегодня, решив выказать благодарность, она собственоручно отсекла все пути отступления.       У неё не было плана на подобный случай, если он не остановится. Вообще ни единой здравой мысли разума, что, устав бороться, капитулировал. Лишь бешеный стук сердца, что бил по ушным перепонкам, заполняя пустоту.       — Убирайся.. — вновь повторила она слабым голосом, при этом отрицательно покачивая головой.       Его светлые глаза истязали её. Она терялась в этом океане, тонула, барахтаясь в собственных противоречиях, запутавшись в собственных чувствах. Тех пугающих чувствах, способных затмить собою страх и презрение, что до этого браво обороняли её границы. Тех чувствах, что не должна была испытывать к убийце, и человеку, который манипулировал ею.       Это неправильно.       Словно избавляя её от нужды терзаться, мужчина отстранился. Кёниг не внимал её словам, не подчинялся. Он сделал это в собственных, корыстных целях. Мужчина прекрасно знал, что мог взять девушку силой в любой момент, наплевав на ее волю и глупые протесты. Вряд-ли эта кроха, коей она была в сравнении с ним, сумела бы что-либо противопоставить.       Однако, замечая искры в её выразительных глазах, он ощущал нечто иное. Вероятно, интерес. Ему было интересно сломить её, нравилось наблюдать за борьбой разума и желания в её глазах. Он хотел ощутить тот сладостный триумф, созерцая её падение.       Диана была парализована удивлением. Однако, решив не испытывать свою плохую удачу, девушка всё же заставила тело двигаться. Она чуть ли не скатилась с дивана, удаляясь на более безопасное расстояние. Оттуда, стараясь казаться спокойной и неприклонной, адвокатесса наблюдала за тем, как мужчина натягивал гольф, как, поправляя свой причудливый снайперский капюшон, поднялся и ушёл в коридор.       — Спасибо — натянув берцы, произнёс Кёниг. Он стоял к ней спиной, однако прекрасно слышал её лёгкие шаги, что затихли в нескольких метрах позади. Для него было очевидным, что Диана боялась, и не важно, боялась она его, или же тёмной стороны собственной монеты. И, испытывая страх, правильно делала.       Двери лифта разошлись и мужчина незамедлительно ступил внутрь.       — Не забывай обрабатывать — сделав вид, что неловкой ситуации и вовсе не было, с привычной интонацией произнесла Диана. При этом глаза её глядели с некой обречённостью.       — Как скажешь, принцесса.       Двери сошлись, скрывая злость и смущение смешивающиеся на лице. Данное им прозвище раздражало, однако, каждый божий раз вызывало приятную дрожь.       Она наблюдала за тем, как меняются цифры на крошечном табло над дверью лифта. Лишь когда отсчёт остановился на минусовом этаже, коим являлся паркинг, девушка наконец отошла. Однако она не ощущала того облегчения, что должно было разлиться телом.       — Да что ж с тобой не так? — с призрением и недоумением процедила Диана, обращаясь к самой себе.       Усталый взгляд быстро осмотрел зал, останавливаясь на нескольких алых пятнах, что пропитали белую ткань дивана. Спешно убрав со стола, девушка попыталась оттереть кровь. Безуспешно, ведь она не могла приложить достаточно усилий, ощущая тупую боль. С этим она разберётся позже, или вызовет клининг.       Схватив аптечку, Диана направилась в свою комнату, по пути распуская растрепанный пучок. Темная комната освещалась огнями близлежащих небоскрёбов и тусклым светом, что вырывался из открытых дверей ванной комнаты, куда она сразу же и направилась.       Больше всего на свете ей хотелось очутиться под тёплыми струями душа, смыть всю грязь и излишние мысли. Поставив аптечку на ящичек, девушка аккуратно избавилась от всей одежды и, открутив кран, ступила в ванную под подвешенную головку душа, что создавала некое подобие ливня.       Прикрыв глаза, девушка подставила лицо лёгким ударам воды. Однако не могла ими насладиться, не могла расслабиться. Облик Кёнига стоял перед глазами, словно его поместили на сетчатку глаза путем хирургического вмешательства. Не покидало и ощущение присутствия мужчины, прикосновения его мощных рук.       Очередная дрожь напряжения прошлась телом вместе с бурной водой. Не открывая глаз, Диана провела руками по тёмным волосам, и остановила на шее. Легонько помассировав ноющий участок, девушка тяжело вздохнула. Такое с ней было впервые. До этого времени, даже находясь в одной постели с мужчиной, она не ощущала загадочного трепета внутри и это заставляло нервничать.       Нанося на тело гель с приятным ароматом, девушка обнаружила крошечные царапины на ногах, что, вероятно, образовались от осколков разлетающихся во все стороны от взрыва, с десяток синяков, что покрывали как руки так и ноги. Она также знала, что неплохо ударилась спиной, полагая, что видимые последствия удара отразились и там.       Шум воды вносил ложное умиротворение, за которое она изо всех сил старалась зацепиться. Непрерывный поток смывал с кожи остатки пены. Выключив душ, Диана ещё с минуту бесцельно смотрела себе под ноги.       Мысли не утихали, от чего Диана уже ощущала навязчивую компанию бессонницы. Жаль, что таблетки, способные отогнать непрошенную гостью, закончились ещё несколько дней назад, когда перед глазами всю ночь напролет, стоял образ мёртвого генерала.       Вытерев остатки воды мягким полотенцем, Диана повторно осмотрела нагое тело, в очередной раз убедившись в отсутствии серьезных ран. Мелкие царапины затянуться и сами, синяки вскоре сойдут. Ничего смертельного, однако теперь придется более серьезно относиться ко всем угрозам.       Откинув полотенце, девушка натянула трусики и футболку, длины которой хватило ровно для того, чтобы скрыть ягодицы. Сложив одежду в корзину для грязного белья и спрятав аптечку, Диана вышла с ванной, на выходе щёлкнув выключатель.       Выйдя в освещённую лишь далёкими и уже не столь многочисленными огнями небоскрёбов просторную комнату, Диана не сразу заприметила силуэт, что закрывал собою добротную часть панорамной стены. Не сразу придала значение. Но заметив, удивлённо ахнула, попятившись назад. Она знала, что это Кёниг. И была уверена, что знала, с какой целью он вернулся.       Сердце забилось быстрее, нагнанная нестерпимыми мыслями паника с приторным привкусом отрицания сдавила горло, кровь потекла по венам, словно горячая лава. Однако тело не слушалось, отказываясь следовать указаниям единственной здравой мысли — сбежать из комнаты.       Даже находясь в считанных метрах, он скрывал её в своей огромной тени. Свет огибал мужское тело и проходил мимо Дианы. Его слегка склоненная голова, скрыла в лёгком мраке единственный источник ясности, его глаза, что были её ориентиром. Однако даже без созерцания двух голубоватых бездн, она ощущала решимость, которой от него веяло, а шаг, что он сделал ей на встречу, прямо-таки закричал о его готовности действовать.       Беги же, глупая! Он же безжалостный убийца, манипулятор, человек, к которому ты должна чувствовать лишь презрение. кого должна бояться!       Разум взывал, а она лишь смотрела на внушительный силуэт, отдавая предпочтение иным мыслям, тем, что она из последних сил старалась держать в узде. Как он сюда проник? С какой целью? Как долго стоял здесь? — даже этим простым вопросам не удалось пробиться сквозь плотную дымку.       Шаг, и дистанция между ними едва дотягивала до метра. Теперь Диана, запрокинув голову, видела, как Кёниг пристально смотрел. Она лишь наивно надеялась, что его плотная тень скроет её лицо.       У неё всё ещё были шансы сбежать. Никто её не держал, не сомкнул кандалы на её ногах. Однако она не стала отступать.       Даа.. Кёниг уже давно замечал те огоньки желания, что плясали в её глазах. Прежде она умела их потушить, но не сегодня. не сейчас. Именно поэтому он вернулся. Мужчина знал, что девушка желала того же что и он, пусть яро отрицала это.       Ещё один шаг, и его рука поддела подбородок, заставляя её поднять глаза. Там была обречённость. Там было желание, языки пламени которого будоражили что-то внутри него, нечто давно атрофированное многими годами неблагодарной работы.       — Скажи, если хочешь, чтобы я остановился, принцесса — тихо произнес он, вызывая волну покалывания, что прошлась спиной. Тело таяло от одного звучания его голоса, от резковатого акцента.       Боже, куда делась вся та холодность? Откуда это млеянье от одного только взгляда? Это провал.       Несколько прядей мокрых волосы прилипли к её раскрасневшимся щекам. Её руки замерли на уровне груди, что вздымалась в спешном ритме. Влажные губы распахнулись, однако с них не слетело слов, лишь горячее и тяжёлое дыхание.       Тогда, не ощутив протеста, вторая рука Кёнига притянула её за талию, окончательно сокращая дистанцию.       Она с триумфом провалилась. Её тело добровольно сдавалось, таяло от прикосновений грубоватых рук.       Убийца и манипулятор, дура! Он превратит твою жизнь в ад!       Но она больше не слышала, нет, не слушала голос разума, что на последнем издыхании приводил железобетонные доводы, напоминал, кто перед ней.       — Скажи это, Диана, третьего шанса не будет.       Он дал ей шанс уйти. Наверняка это была лишь имитация имеющегося выбора, однако, ради приличия, могла бы попытаться им воспользоваться.       Мужчина прекрасно знал, что она этого не сделает, неважно, от страха, или искреннего порыва страсти. Да даже если девушка и попытается воспротивиться, всё равно возьмёт её. Она была никем, так чего же он должен был считаться с её желаниями?       — Нет — тихо, но с уверенностью произнесла адвокатесса. Диана прекрасно знала, что будет жалеть, об этом. Но ничего не могла поделать с тем огнём внутри, с желанием прикоснуться к его телу, ощутить его внутри. Фиаско, дорогая. Ты утопаешь в бездне.       Триумф отразился в его глазах. Наверняка на его губах застыл довольный оскал. Рука на талии пришла в движение, плавно скользя вверх, утягивая следом ткань мокрой футболки. Вторая рука, отпустив её лицо, помогла избавиться от ненужного элемента одежды.       Лишь на секунду потеряв равновесие в момент когда футболка проходила преграду в качестве её головы, девушка была вынуждена упереть руки в его стальную грудь.       Огрубевшие ладони прошлись плечами. Лёгкие касания вызывали приятную дрожь, подливая бензин в пламя, что отражалось в глазах, из последних сил старающихся поддерживать зрительный контакт. Однако она не сумела удержать этот самый контакт, когда его руки принялись ласкать грудь, медленно сводя с ума. То лёгкие, то грубые прикосновения накаляли её тело. В нарастающем удовольствии, Диана закусила губу, пальцы легонько впились в его кожу через ткань гольфа.       Наконец оставив грудь, вызвав тем самым протестующий стон, его руки, неторопливо скользя женскими изгибами, спустились к трусикам и, зацепив резинку, потянули вниз. Девушка приподняла ногу, оказывая содействие в избавлении от последней преграды. Она ощутила лёгкую тянущую боль, что напомнила о взрыве и полученых травмах. Однако это воспоминание быстро растворилось среди прочих мыслей.       Когда последний бастион пал на пол, Кёниг выскользнул из-под её рук, вызывая недоумение на лице.       Его хищный, темный взгляд пожирал её. Он хотел запечатлеть момент своей победы. Он уже видел её нагое тело, однако сегодня впитывал её образ с особым наслаждением. С её лица почти сошла вся обречённость, она не пыталась скрыть свой утонченный стан, плавные изгибы, быстро вздымающуюся грудь.       Казалось, её бледный силуэт светился в полумраке. В его глазах она походила на ангела. Но разве могли глаза ангела, самого чистого небесного создания, гореть грешным пламенем? Видимо вся ангельская невинность давно омертвела в ней, что девушка подтвердила сделав шаг вперёд, вновь сближая их тела. Это однозначно было по душе Кёнигу, об этом говорило и затвердевшее в штанах естество.       Её руки ухватились за край гольфа и скользнули под теплую ткань, горячими ладонями касаясь оголённой кожи. Став на носочки, Диана потянула одежду вверх, вынужденная вытянуться в полный рост, прислониться нагим телом к его. И даже так её роста было недостаточно, дабы стянуть гольф, от чего мужчина был вынужден избавиться от элемента одежды самостоятельно.       Наблюдая за тем, как ткань сантиметр за сантиметром оголяет мышцы, походящие на сталь, девушка не сдержала рук, что лёгкими касаниями заскользили его внушающим телом, ощущая под нежной кожей каждый грубоватый шрам. Подняв голову, Диана заметила, что вместе с гольфом в сторону улетела и его маска.       Однако она была лишена возможности рассмотреть детали его лица, поскольку, склонившись и быстро сократив расстояние, мужчина накрыл её губы своими. Она протестующе выдохнула и он, воспользовавшись этим, углубил поцелуй, вступая в яростный бой с её языком. Наверное, впервые он не был против избавиться от чертового капюшона.       Его руки скользнули спиной, останавливаясь на ягодицах. Её руки обхватили мощную шею. Кажется, их мысли слились воедино, позволяя предугадывать движения и желания друг друга. Его руки напряглись и, ощутив это, девушка отдалась власти его крепких рук, что оторвали её от земли. Ей пришлось обнять его ногами, стать к нему ближе, чем когда-либо была.       Что-то стрельнуло в боку и она тихонько застонала в его губы. Её пальцы зарылись в его светлые волосы. Затвердевшие от возбуждения вершинки её груди терлись о его горячую кожу, посылая лёгкие разряды телом.       Целуя, он повалил её на кровать. И вскоре яростная дуэль их языков прекратилась, ведь, ощутив нехватку воздуха, Диана резко оторвалась от его губ. Прерывистое дыхание заполнило тишину. А в глазах обоих плясало неумолимое намерение продолжать.       Лукаво, подобно дьяволу, ухмыльнувшись, Кёниг вновь поцеловал ее, быстро и слегка прикусив припухшие губы. Затем спустился к шее, в то время как его рука, скользнула к сокровенному месту, бесцеремонно начиная ласкать. Его движения были всё интенсивнее, всё чаще посылая восхитительные разряды телом, заставляя Диану чуть выгнуться навстречу. Она ощутила как его губы, оставившие засос на шее, дрогнули в улыбке.       Созерцать утопающую в собственном вымышленном грехе адвокатессу было завораживающе. Его желание было уже нестерпимым. И он не был намерен томиться в собственных потребностях ни минутой дольше.       — Чёрт… — прорычал он оставив засос в области ярко выраженной ключицы. Кёниг отстранился, покидая её влажное лоно. Её затуманенные глаза последовали за ним, ей пришлось приподняться на локтях — Ты прекрасна, принцесса.       Он произнёс это на родном языке, лишая не соображающую Диану возможности разобрать сказанное. При других обстоятельствах, перевод не составил бы труда. А сейчас ей просто было приятно слышать этот голос, и хриплое возбуждение в нем.       Щёлкнула бряшка ремня. Растегнулась ширинка. И вскоре, избавившись от оставшихся элементов одежды, стоя в лунном свете, он предстал пред ней в своём идеальном нагом виде, способный как ублажить так и удушить.       Губы Дианы дрогнули в искушающей ухмылке. Глаза впились в его затвердевший член. Она ощутила, как живот скрутило в тугой узел от предвкушения.       Девушка чуть отползла вверх, стараясь занять место поудобнее. Он вмиг сократил расстояние и тогда, когда его руки коснулись матраса, девушка заключила его шею в объятия. Ей хотелось чтобы он был ближе. Она стала инициатором поцелуя, против которого он не возразил, наоборот, углубляя.       Его рука скользнула по внешней стороне ноги, плавно перешла к внутренней и лёгким натиском раздвинула поддатливые ноги. Устроившись между ними, он навис над ней, разрывая поцелуй. Её руки скользнули к широким плечам, где судорожно сжались, когда он резко вошёл. Она и не пыталась сдержать благостный стон, от охвативших тело ощущений.       Боль и наслаждение от полноты жаром разлились телом, заставляя тяжело задышать. Долгое отсутствие секса в жизни адвокатессы давало о себе знать, она была слишком чувствительна. И он это прекрасно ощущал. Ослабевшая, до этого, казалось, мертвая хватка дала мужчине зелёный свет. И он начал двигаться, сперва медленно, затем всё быстрее и яростнее.       Стоны Дианы разносились просторной комнатой, ласкали его слух. Приятная боль охватила низ живота, медленно но верно переростая в удовольствие. Когда она смотрела сквозь ресницы, видела его сосредоточенное, но всё же не менее довольное лицо. Она ощущала какими напряжёнными были его плечи под руками, ощущала его силу.       Слегка сменив угол под которым вошёл, мужчина добрался до её шеи, ощущая бешеный пульс. Он опустился на предплечья, сближая их горячие тела. Он заставил девушку обхватить свой торс ногами, что позволило ему продвинуться дальше в её тугом лоне. Его движения становились всё яростнее, заставляя ногти девушки сильнее впиваться в кожу.       Он прикусил её шею, срывая очередной стон с её губ. Его язык ласкал место укуса, заставив девушку довольно заурчать. Её руки зарылись в светлые волосы и легонько сжали. Она чувствовала, как растёт напряжение внизу. Знала, что долго не продержится.       В какой-то момент его рука скользнула между ними, прижимая пальцы к чувствительному клитору, яростно поигрывая с ним. В тот момент Диана широко распахнула глаза, чувствуя как тело прошибают восхитительные разряды.       Всё ещё прижимая его к себе, Диана откинула голову, на сколько это было позволимо. Где-то там, вероятно, на седьмом небе, она слышала как участилось его тяжёлое дыхание. Ощутила как он выскользнул, оставляя после себя пустоту. Её тело и дальше содрогалось, плавясь в опустошающем оргазме.       Диана обрушилась с небес на землю в момент, когда он перевернул их, так, что она оседлала его пресс. Дрожь всё ещё прошибала тело, в горле пересохло. Её руки расположились на его спешно вздымающейся груди, что была влажной от пота. Его же скользнули вверх, поглаживая талию, рёбра, перейдя на грудь и легонько сжав.       — Ты точно человек? — облизнув губы и сглотнув, желая утолить внезапную жажду, с иронией поинтересовалась Диана, ощущая, что он по-прежнему возбуждён, ведь ещё не кончил.       Кёниг промолчал, хищно улыбнувшись. Ощущение его мощного тела под собой, его тяжёлого дыхания, вызывало внутри Дианы некий триумф и ещё кучу кучу различных чувств, в которых девушка не была готова разбираться. Она чувствовала, как жар, что, казалось, уменьшился, вновь возрастал.       И ликование, мелькнувшее в его глазах, говорило о его осведомленности. Уголки её губ невольно дрогнули в неком подобие улыбки.       На мгновение в её глазах промелькнул страх, от осознания того, что простой секс мог вызывать в ней такую бурю эмоций. Лишь на мгновение, ведь стоило ощутить его напряжение, стоило ему подняться и практически сравнять их лица, от тревожных мыслей не осталось и следа. Конечно, даже секундное замешательство не скрылось от его внимательных глаз.       Её руки легли на мощные плечи, в то время как его спустились её скользкой спиной, задевая по пути несколько болючих синяков. Она непроизвольно зашипела, находясь в считанных сантиметрах от его губ.       — Твою мать, Диана.. — хрипло пробормотал он. В его глазах блестнула темнота желания, отозвавшаяся тягучим эхом внизу её живота, покалывая и полыхая.       — Что? — невинно поинтересовалась адвокатесса, отстраняя лицо. Она впитывала его образ, острые черты лица, лёгкую щетину, капли пота, что стекали по лбу.       Оттягивая неизбежное, они словно специально мучили друг друга. Оба горели желанием, отрицая проблески чего-то большего. Оба надеялись на единичность произошедшего, от того старались запечатлеть каждое мгновение.       Девушка вновь приблизилась, желая вновь ощутить его губы, однако раздавшийся звук входящего вызова заставил замереть всё в тех же триклятых сантиметрах.       — Это тебя — с едва уловимым разочарованием выдохнула Диана. Она знала, что её телефон остался лежать где-то в зале, при этом находясь в беззвучном режиме.       — К чёрту — пробормотал он и ухватился за упругие бедра, где явно будут синяки. Её, казалось, успокоевшееся дыхание сбилось, не столько от неожиданности, сколько от предвкушения.       Гудки входящего вызова зазвучали в унисон с громким эротическим вздохом, что сорвался с губ Дианы в момент, когда он проник в неё на всю длину. Её пальцы сжали мощные плечи, что служили надёжной опорой. Девушка начала медленно, но уверенно двигаться вперед-назад, при этом стараясь не разорвать с ним зрительный контакт.       Диана знала, что была слишком чувствительна, дабы долго удерживать взятый ритм. Если он не возьмёт всё в свои руки, так и останется не до конца удовлетвореным. Поэтому коснувшись его губ своим, прошептала:       — Помоги мне..       Казалось, он ждал этих слов, это словно сорвало все клапаны, что до этого сдерживали его. Сильнее впившись в её мягкую кожу, начал толкаться вверх, сильнее и грубее. Он был так глубоко, что, казалось его толчки эхом звучали в голове.       Диана вскрикнула и сильнее прижалась к его телу, когда оргазм прошиб её, разливая покалывание и судорожную дрожь телом. Кёниг также был на грани, о чем говорили пляшущие от напряжения жилы, напрягшиеся пуще прежнего мышцы. Он ускорился. Её содрогающееся тело было беспомощно в его властных руках. Боль и наслаждение смешались воедино, от чего Диана, тихо всхлипывая, припала к его шее. Наконец он достиг собственного высвобождения, сопроводив это низким стоном.       Сколько длилось их соитие известно было одному Богу, однако оба сполна насладились процессом. Увлекая девушку за собой, он лёг на кровать. Тяжелое дыхание обоих словно сплеталось воедино. Сердца колотились от любовного марафона.       Наслаждаясь тишиной и отголосками минувших оргазмов, Диана не замечала как завороженно рассматривала его шрамы. Лишь набредя на его пристальный взгляд, она ощутила себя глупо.       Высвободившись из-под его руки, что до этого лежала на её спине, девушка сползла с кровати. Она не знала, что следовало говорить, или делать, прогнать его, или это будет глупо, от чего на лице отразилось смятение.       — Думаю, тебе всё же стоит перезвонить — ничего умнее в голову не пришло, но, пожав плечами, она закончила незначительную мысль — Вдруг это важно.       Ощущая на себе его взгляд и лёгкий дискомфорт внизу, Диана направилась в ванную. Прикрыв за собой дверь, девушка выдохнула. Приятный гул всё ещё блуждал телом, на данный момент не позволяя винить себя за произошедшее.       Всё забудется. Произошедшее не имеет значения. С этими мыслями девушка открутила кран, желая принять ванну.       Но это же была гребанная ложь.. она ведь не была против, это точно не было насилие. Пока вода наполнялась, адвокатесса наматывала небольшие круги по комнате, рассматривая незамысловатый узор на кафеле.       Сейчас ей меньше всего хотелось забивать голову всяким попрекающим бредом, от чего она несколько раз тряхнула головой. Попробовав воду, девушка залезла в ванную. Вода заключила её в свои теплые объятия, лаская ноющие участки. И, прикрыв глаза Диана с радостью отдалась расслаблению, ощущая, как накатывает усталость.       Она не знала, сколько так пролежала, наслаждаясь приятными ощущениями, однако засуетилась, вспомнив, что лишь прикрыла дверь, а не заперла на защёлку. Обернувшись через плечо, она ощутила лёгкую дрожь, что прошибла тело, когда её глаза встретились с его. Кёниг стоял, плечом опершись о стену, с лёгкой затейливой ухмылкой на губах. Его руки были скрещены на всё ещё оголённой груди. Тусклый свет не позволял разглядеть эмоции в его глазах.       — Я думала, ты ушёл — отворачиваясь, устремляя свой взволнованный взгляд в стену напротив, непринужденно произнесла Диана. Она старалась звучать холодно, однако не была уверена, что в голосе не дрогнули нотки разочарования.       — Как раз уходил.       — Не удивлена — хмыкнув, пробормотала адвокатесса, рисуя невидимые узоры на воде.       В момент когда над прозрачной водой нависла его тень, девушка удивлённо вскинула голову. Она вправду думала, что, уведомив её, он ушел.       Кёниг опустился, накрывая её губы своими, моментально углубляя поцелуй, лишая возможности возразить. Его руки с лёгкостью скользнули её мокрым телом, уверенно двигаясь в направлении её согнутых в коленях ног. Одна рука скользнула к сокровенному месту, сразу же отыскав всё ещё чувствительный клитор, и, легонько надавив, сорвал стон с её губ. Её ноги дрогнули, желая сжаться, скрыть чувствительное лоно от его внимания, однако вторая рука не позволила этого сделать.       Не двигаясь, прекрасно понимая, что вряд-ли сумеет остановиться, он просто продолжал целовать ее. Ощущая её лёгкие вздрагивания, служившие ответом на его ласки. Он ещё успеет насладиться её телом не единожды. Уж в этом мужчина не собирался себе отказывать.       — Ты и вообразить не можешь, как я не хочу уходить — пробормотал он в её припухшие губы на своем гребанном немецком. Его пальцы сделали ещё несколько движений верх-вниз, после чего отпустил. Его глаза ещё долгие мгновения глядели на неё сверху вниз, впитывая её смятение и желание, её запутанность и решимость.       А затем он ушёл, оставляя Диану наедине с непрошенными мыслями, от которых больше не могла откреститься.