Цвет платья твоего

— Чжоу Цзышу, наследник Белого двора, — донесся откуда-то издали, как сквозь толщу воды, голос опекуна. Имя было прекрасно! Только так и могли звать этого удивительного, волшебного человека, если он вообще был человеком, в чём Вэнь Кэсин сильно сомневался. Поединок начался. Чжоу Цзышу легко и изящно уходил от соперника, не давая прикоснуться к себе. Он двигался стремительно и грациозно, без труда блокируя все атаки. — Шаги плывущих облаков! — одобрительно сказал опекун. — Неплохо!       Это была высшая похвала, которой можно было от него дождаться. Вэнь Кэсин чувствовал, как в ушах стучала кровь, его бросало то в жар, то в холод. Поединок завершился, Чжоу Цзышу поздравили с победой, и он опять бросил взгляд на ложу Призрачного двора. Бедное сердце Вэнь Кэсина в этот момент, казалось, хотело выпрыгнуть из груди туда, к Чжоу Цзышу, и остаться с ним навсегда. Следующие три поединка прошли мимо Вэнь Кэсина, и хотя опекун что-то комментировал, Вэнь Кэсин его не слушал. Он неотрывно смотрел на ложу Белого двора, рассчитывая, что там появится наследник. И когда увидел, как входит Чжоу Цзышу, то почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Он почтительно поклонился принцу, видимо, ещё раз поздравившему его с победой, и сел рядом с Бэйюанем, который, смеясь, что-то сказал Цзышу на ухо, непозволительно близко, с точки зрения Вэнь Кэсина, нагнувшись. Вэнь Кэсина будто окатило кипятком! Цзинь Бэйюань вёл себя так, словно имел полное право интимно разговаривать с Чжоу Цзышу, улыбаться ему! Правда, Цзышу по-прежнему остался серьёзен, он отрицательно покачал головой, отвечая на весёлую реплику Бэйюаня, и стал наблюдать за очередным поединком. «Посмотри на меня, пожалуйста, всего лишь раз! Посмотри!» — умолял Вэнь Кэсин, но Чжоу Цзышу смотрел только на арену и изредка на Бэйюаня, которого Вэнь Кэсин уже тихо стал ненавидеть.       Забили дробь барабаны, возвещая окончание первого дня турнира. Принц Цзинь встал и что-то начал говорить, обращаясь к публике. Вэнь Кэсин не понимал ни единого слова. В ушах продолжала глухими толчками биться кровь, тело словно пожирал огонь. — Что с тобой? — сердито спросил опекун и, поймав руку Вэнь Кэсина, прощупал его пульс. — Да ты весь горишь! Переизбыток впечатлений? Ну что ты будешь делать!       Они вернулись в свой гостевой павильон, опекун велел Вэнь Кэсину намочить тряпицу холодной водой и обтереться с ног до головы, а потом ещё раз проверил его пульс. — На проявление призрачного дара непохоже, — пробормотал он. — Но лучше подстраховаться. Останешься сегодня здесь, никуда не выходи.       В сумерки опекун отправился на обед в Белый дворец. Перед тем как уйти, он заглянул в комнату Вэнь Кэсина, тот притворился, что спит. Как только в павильоне стало тихо, Вэнь Кэсин осторожно вылез в окно. Он не представлял, куда идёт, но точно знал, к кому. Ноги вынесли Вэнь Кэсина на поляну, залитую лунным светом. Ошибиться было невозможно. Чжоу Цзышу в светлом пао, стоящий посреди этой поляны, напоминал дорогую фарфоровую статуэтку, хрупкую и изящную. Вот только Вэнь Кэсин знал, что эта хрупкость обманчива.       Вэнь Кэсин двигался совершенно бесшумно, но Цзышу легко повернулся в его сторону, будто услышал чужие шаги. В лунном сиянии были хорошо видны чистые черты лица, одухотворенные прекрасные глаза. Вэнь Кэсин вышел из тьмы на поляну. — Сразись со мной! — хрипло сказал он. — Ты ведь наследник Призрачного двора? — спокойно спросил Цзышу, ничуть не удивившись внезапному появлению Вэнь Кэсина и его странной просьбе. — Твой дар ещё не проявился? — Нет, — по-прежнему хрипло отозвался Вэнь Кэсин. — Не бойся меня! — Я не боюсь! — удивлённо сказал Цзышу. — С чего ты взял?       Вэнь Кэсин резко бросил веер, Цзышу тут же использовал шаги плывущих облаков. Он как будто игрался с веером, тот летел за ним и никак не мог нагнать. Вэнь Кэсин сделал выпад, но Цзышу блокировал его. Вэнь Кэсин высоко подпрыгнул, пытаясь достать противника сверху, но Чжоу Цзышу тоже подпрыгнул, легко перевернулся и ушёл от удара. Они летали по поляне, будто исполняя какой-то замысловатый танец. Светлое пао Цзышу развевалось в воздухе, и Вэнь Кэсину казалось, что Цзышу превратился в какой-то громадный волшебный цветок, который Вэнь Кэсину обязательно нужно поймать на счастье. Он отступил в тень, и Чжоу Цзышу замер, прислушиваясь. Веер вновь вылетел на поляну, но Цзышу, применив цигун, просто поднялся вверх и скрылся за деревьями. Вэнь Кэсин бросился за ним следом. Он впервые в жизни встретил равного соперника и испытал восхитительное, ни с чем не сравнимое чувство совместного полёта и не сомневался, что Цзышу тоже чувствует нечто подобное.       Цзышу сидел на деревянных мостках, далеко вдававшихся в большое озеро. Подтянув одно колено к груди и упираясь рукой позади себя, он задумчиво смотрел на лунные дорожки, разбегающиеся по воде. Вэнь Кэсин упал навзничь рядом с ним, глядя в звёздное небо. — Во сколько лет обычно проявляется призрачный дар? — спросил Цзышу, по-прежнему внимательно изучая озёрную гладь. — Лет в четырнадцать, — вздохнул Вэнь Кэсин. — Но тебе… — Мне восемнадцать. — Так, может, ты вовсе не призрак? — На мне призрачная метка, — Вэнь Кэсин протянул руку вперёд. Неожиданно Цзышу взял её и поднёс к глазам, чтобы рассмотреть коричневую кляксу на запястье. На короткий момент Вэнь Кэсину показалось, что Цзышу хотел прижаться губами к его руке. От одной только мысли об этом тело окатила горячая волна. Но Цзышу отпустил его и вновь повернулся к озеру. — Призрачный дар, он всегда несёт угрозу людям? — Наверное, — неохотно сказал Вэнь Кэсин. — И какой дар есть в Долине? — Ну, Висельник вызывает у людей желание свести счёты с жизнью с помощью верёвки, Призрак Перемен сводит с ума, дар тётушки Ло действует избирательно, только на неверных жён или мужей, они заболевают какой-нибудь страшной болезнью и умирают в муках… — И как это работает? — перебил его Цзышу. — Достаточно просто прикоснуться к человеку и пожелать. Дар проявляется, только если Призрак сам захочет этого. — А какой дар у Хозяина Призрачного Двора? — Он не Призрак. Но дар у него есть. Он невосприимчив к магии призраков.       Цзышу прикусил костяшку пальца, видимо, обдумывая информацию. Вэнь Кэсин не мог отвести от него глаз. В сиянии луны его лицо, казалось, светилось откуда-то изнутри тёплым мягким светом. Цзышу нахмурился, между бровями появилась тонкая морщинка, потом вытянул губы трубочкой, и Вэнь Кэсин невольно улыбнулся. Он мог бы наблюдать за этим лицом вечно. Чувства рвались наружу из груди, они хотели быть озвученными.       — Так быстро стремится ладья моя в зеркале вод,       И взор мой так быстро следит за теченьем реки.       Прозрачная ночь, в облаках, обняла небосвод.       Прозрачная ночь и в воде, где дрожат огоньки.       Вэнь Кэсин остановился, не смея продолжить.       — Чуть тучка, блестя, пред Луной в высоте промелькнет,       Я вижу в реке, как той тучки скользит хризолит.       И кажется мне, что ладья моя в Небе плывет,       И кажется мне, что любовь моя в сердце глядит, — тихо закончил Чжоу Цзышу.       Вэнь Кэсин замер, он не решался поверить в происходящее. — Как тебя зовут? — внезапно спросил Цзышу. — Вэнь Кэсин. — Вэнь Кэсин. А-Син! — произнёс он медленно, как бы пробуя имя на вкус. — А-Син, я сразился бы с тобою, даже если бы твой дар проявился!       И не успел Вэнь Кэсин как-то отреагировать на внезапное признание, как Цзышу резко повернулся к нему, наклонился и накрыл губы Вэнь Кэсина своими губами.