Нетейам не вывозит

      Джейк первым взошёл на борт, расчищая путь автоматной очередью. Тсурака он оставил в воде, но многие взлетели прямо на них, и звери хватали небесных, трепля и топя, параллельно разнося крыльями и мощными хвостами всё вокруг.       - Будьте осторожны, - говорит Джейк, идущим за ним, особенно самой юной в группе, той что, как и его сын, пришла на илу, так ещё и практически без татуировок. Таких зелёных он, будучи олоэйктаном, оставлял на базе.       Слышатся выстрелы, крики людей и нави – значит меткайины пробирались на корабль не только через трюм.       Жуткий грохот режет ухо. Джейк оборачивается, и видит ту самую мелкую, пытающуюся проткнуть копьём брюхо китобойного катера.       - Не так, - даёт автомату повиснуть на ремне, Джейк подбегает и направляет копьё девушки в сторону приборной панели. – Теперь точно никуда не сдвинется.       Меткайина благодарно кивнула и побежала вперёд. За смекалку ей пять, но копьё уцелело чудом. Потом уже не до всего этого – небесные, небесные, небесные повсюду. И пара недобитых рекомов. Сейчас они запоздало поймут, чем чревато приставлять нож к горлу или косам его детей.       В пылу драки никто сразу не придал значения резкому толчку, что свалил всех с ног – упал, поднялся и снова за нож. Лишь в какие-то миги просветления, когда Джейк видел окружающий мир, цепляясь не лишь за то, чтоб понять, где и что делает противник, а и осознавать действия союзников, он видел, как те используют хвост. Лесные тоже им пользовались, но им далеко до такой эффективности – от взмаха Джейка человек согнулся пополам, от меткайинского отлетела на пару метров.       Оставив клан заливать коридоры кровью, Джейк находит выход наверх. Слыша мягкие, только уху нави уловимые, шаги, он понимает, что у него появился «хвостик». Наверху теперь уже Джейк крадётся, идя к турбине. Обернулся он лишь чтоб убедиться, что неотстающая меткайина тоже не светит башкой. От копья у неё, кстати, действительно один обломок остался.       Джейк планировал пробраться в рубку, но горящий конвертоплан чуть меняет планы. Пока наверху нет меткайин, надо быстро ввести коррективы. Джейк сворачивает к нему ползком и перебежками.       - Что ищешь? – дотрагивается до его плеча девушка, когда они в паре метров до цели засели за ящиками, мимо которых пробежали небесные.       - Хочу огонька добавить, - вытаскивая тот гранату. Девушка тянет руку к незнакомой штуке, в надежде так открыть секрет того, как эта бледная каменюка быстро разожжет новый костёр. – Осторожно! Одно неловкое движение и будешь неделями вымывать мои ошмётки из своих прекрасных седых волос, - вот так и помянешь добрым слово оматикайя, которых приходилось долго уговаривать дотронуться к какой-нибудь железяке.       Убедившись, что чисто, Джейк бросается вперёд, закидывая гранату с сорванной чекой в крепление бортовых ракет.       - Беги, беги!       Они спрыгивают, скатываясь по фюзеляжу, но в воду не прыгают. Меткайина восхищёно смотрит то на растущую красно-оранжевую гору, то на Турук Макто, будто он этот взрыв наколдовал. Так же она смотрела на него, Нейтири и Нетейама, когда поняла, что они могут слышать слова друг друга на расстоянии.       - У тебя есть ещё?       - Да, но им своё время, - быстро добавляет Джейк, завидев огонёк в глазах. Девушка разочаровано поджимая губы, в этот миг напомнив Тук. Ей тут не место.       Джейк кидается в сторону рубки, взбираясь на крышу. По пути он достаёт из кармана липкий бинт, обмотав им очередную гранату, он приклеивает её к обзорному стеклу, свесившись, пока меткайина удерживала его за лодыжки, давая возможность пристроить гранату как можно ниже. Джейка позабавили перекошенные лица небесных, когда он показался.       - Чо кого?! – выдирает он чеку, и дёрнувшись, съезжает по стеклу вниз, и быстро уматывает, чтоб не быть нашпигованным стеклом. Он отбежал далеко, когда громыхнуло. Обернувшись, Джейк видит, как вниз сыплется дождь осколков, понимая, что это лишь крупицы от того, что ворвалось в рубку.       Из своего укрытия Джейк видит Эрерэ и икранов рядом. Джейк подзывает тсурака. Они мчатся, и Джейк видит чьё-то падение – вода и скорость искажают и не дают понять, кто упал и почему. В любом случае останавливаться уже поздно – тсурак выпрыгивает, хватая икрана-перебежчика за хвост. И тащит, тащит… пока Джейк не видит его мозги и осколки черепа. Тсурак не Буцефал, который был с Джейком всю его вторую жизнь, Джейк даже второго имени рыбине не дал, используя племенное – Этая, и то не всегда, по большей части обращаясь просто как «парень». И всё же вид изуродованного зверя, идущего в морские объятия навсегда, застилает глаза. Джейк сам рвётся навстречу Куоритчу, хватая его за горло. Нейтири пытается присоединиться к ним, сплестись в этом смертоносном танце, но Эрерэ сопротивляется желанию двуногой сестры, и рвётся к воздуху. Икран рекома идёт следом.       Оба забывают об автоматах, взявшись за ножи, оказавшись в бардовом тумане крови. Крови его тсурака! Лезвие проходит под ухом Куоритча, почти отрезая его.       Тот закричал, выпуская пузыри. Предплечье капрала на горле чувствовалось так же остро, как нож – воздух выходит из лёгких, давление внутри нарастает. В старом теле Куоритч мог задерживать дыхание на три минуты, но новое тело не тренировал.       Грёбанный Салли его попросту утопит.       Ну что ж, это не помешает ему выполнить задание. В ад они отправятся вместе. Полковник высвобождает руку, и открывает карман жилета Джейка. И выдёргивает чеку из гранаты. И это же чекой бьёт в глаз капрала.       Этот хватило, чтоб хватка ослабла. Оттолкнув его, Куоритч гребёт вверх. Ящер уже тут, делая дугу и рекому достаточно просто было ухватиться за его шею. Поднявшись над водой, он слышит Косу, видит её пустое седло.       - Здесь!!       Он кидается на зов, делая крен, и хватает Жницу за руку, хлопая по предплечью. Рекомка не успевает покинуть воду, когда бабахнуло. Она кричит, рука обмякла, и Куоритчу приходится втаскивать её в седло. Она с трудом перекидывает ногу, заваливаясь на спину полковника, а ему самому никто не дал посмотреть как вода темнее от крови – сидящую за его спиной сносит стрела.       - Жница! – в последний момент он хватает её снова за руку, не давая сгинуть в море. Он видит стрелку в её голове, но не может бросить. Он снова пытается уйти от Нейтири, отгоняя эту взбешённую тварь очередью. Точно прицелиться было трудно, палил куда придётся, лишь бы не дать той прицелиться. – Лучше бы ты собирала остатки своего муженька!       Ему удаётся догнать мчащийся корабль, влетев в трюм. Усыпанный телами и раскрошённой техникой.       - Чтоб вас…       Синяя сука оторвалась, видимо, прислушалась к его словам. Он аккуратно кладёт Жницу на пол. Глаза открыты, но в них ни капли осознанности. И боли тоже нет. Полковник вместо того, чтоб закрыть ей глаза, проверяет пульс. Под пальцами билось, слабо, но билось.       - В самоволку, значит, собралась, - поднимает её, таща в сторону бортового лазарета. – Я приказа не давал.       Турук Макто соскальзывает вниз, а Ерал отбегает от края. Она не хотела отходить от Джейка, учась у него по ходу дела, но он сказал прыгать за ним лишь после взрыва, чтоб не задело. На что способны эти его камни она уже поняла, потому послушалась. А там уже было не до старшего воина.       Подвернулся взобравшийся откуда-то сбоку небесный, закованный в металлические кости, делающего его ещё выше меткайины, чей собственный костяк ещё подрастал. Так ловко прыгать, как лесные она не могла, но всё же кидается небесному под ноги, проезжая между ними, усложняя выстрел. Пули прошивают стальную обшивку, дорожкой тянясь к ногам девушки. Одна такая задевает хвост. У Ерал темнее в глазах, ей никогда не было так больно, даже когда тсурак матери цапнул её за бок.       Когда под ними сотрясает, заставляя себя почувствовать барабаном по которому ударили со всей силы, скелет удерживается на ногах, разворачиваясь, чтоб сделать контрольный выстрел. Но меткайины делает рывок вперёд, переворачивается, и вгоняет обломок копья в мягкое тело, шипя. Машинально человек продолжает стрельбу, но увернуться от неё было не сложно.       Размазывая за собой кровь, как вспоротая рыба, девушка бежит, забыв о Макто, но от боли не убежать. Хвост повис, он болел, но будто не весь, за грядой боли будто ничего не было, а быть должно, хвост у неё длинный, всё племя завидовало. Она не хочет оборачиваться и смотреть, она хочет в море. Там или пойдёт ко дну или выяснит, что хвост не так сильно и задет.       Она съезжает вниз, погружаясь в милую, тёплую водицу, делая взмахи руками. «Ну же, махни хвостом, махни!». Она делает это и от кончика идёт такая волна боли по всему телу, что девушка вся дёргается, пытаясь сжаться, и плачет. Соль к соли.       Что-то мягкое ткнуло к бок. Илу. Ерал делает связь и садится сверху. Значит, будет теперь атаковать из воды, вон тут сколько мишеней, найти бы только чем.       Не успела она выбрать себе цель, как видит драку в небе. Нейтири, демоны и Нетейам, падающий вниз.       - Пошла, пошла, пошла!       Она приближалась, видя как выпрыгивает Турук Макто, утаскивая сражающихся под воду, видит, как оставшаяся демоница продолжает атаковать огненными копьями. Ерал швыряет последний дротик, радостно крикнув. До того как поняла, что из-за поворота летуна, ранить вышло лишь его крыло, а всадницу.       - Да будьте вы там прокляты! – ныряет девушка, спеша к Нетейаму.       Но между ним и ей снова появляется стреляющая. Направив илу, Ерал со всей силы врезается в неё. Девушка выхватывает нож, нанося удары, пока эта тварь не добирается до её хвоста. Нож не вылетел из рук, лишь потому что пальцы свело. Она сжала рукоять так сильно, что ещё чуть-чуть и сломает её.       В себя приходит в момент выхода на поверхность. А потом море словно выплёвывает их со злой силой. Снова боль, закрывающая глаза.       Нетейам смотрит на демоницу, не зная, что предпринять. Выхватить нож, а толку? И тут её сносит илу, и накидывается Ерал, нанося удары хаотично, будто в приступе ярости. Не так надо бить, хватить всегда должно одного удара. Рифовые все такие.       Он накидывает лук на противницу и тащит назад, режа горло тетивой, но та разворачивается и бьёт в нос. Нетейам успевает заметить, что разрезанный ремень сползает её плеча. Оружие идёт ко дну. Потом удар ногой, она словно таким образом ещё и отталкивается, отплывая.       Что-то не так. Почему она не добила их, а попыталась скрыться? У неё были все шансы, даже Ерал, кажется, без сознания. Нетейам тут же заскакивает на илу, хватает Ерал и мчит к отцу, срывающего с себя жилет.       Джейк гребёт наверх и орёт. По его жестам ясно, что будь он наверху, то изо рта вместо пузырей вырывалось бы: «БЕГИ!».       Нетейам мчит к нему, давая ухватиться за седло, и выпрыгивает, когда внизу случается взрыв. Отец всегда говорил, что граната страшнее под водой.       Илу переворачивает, ему сила удара наносит урона больше всего.       - Ма-а-а-ам!! – кричит Нетейам, понимая, что не сможет вытянуть двоих раненых, не говоря о своей ноге. Слёзы разъедали теперь не от ветра, а от боли и отчаянья. Но тут его накрывается спасительная тень, он даже не подумал, что это Куоритч. Он знал, что снова в безопасности.       Нейтири снижается и разбираться сначала с самым лёгким, хватая Ерал за руку и таща в сторону катера, где небесные угрозы уже не представляли, оставшись на борту в виде приколотых букашек. Оставив девушку на импровизированном острове, Нейтири спешит к мужу, затаскивая его в седло.       - Ма'Жейк! Ма'Жейк!       Нетейам хватается за отца, пытаясь найти пульс на запястье. Пульсирует кровь, но так вяло, словно у глубокого старика.       - Его надо к берегу, к цахик…       А та сейчас сама всех доводит до состояния, где и цахик не поможет.       - Садись, - в голосе Нейтири нескрываемые слёзы.       - Троих он не потянет, да и не могу бросить Ерал. Мы догоним.       - Ты пообещал, - говорит мать, и сворачивает к берегу.       Нетейам гребёт к меткайине, думая о том, что дважды нарушил обещание данное отцу и стоит ли открывать счёт для матери. Поступать по своему приятно, но при этом на душе гадко.       «Что если это всё из-за меня?». Не из-за непослушания, а из-за того, что решил делать, как нравится и хочется? Если бы он поплыл за братом, они бы выдернули этот маячок, и сбежали, он бы уволок Ло'ака, а тулкун пусть бы шёл на бой. Все меткайины бы были на берегу и родители вместе с ними.       Нетейам ныряет и видит, что илу скрывается внизу во тьме. Заросли скоро мягко обовьют его, забаюкают, оплетут кости. Парень прижимает пальцы ко лбу и отводит руку, благодаря животное, что дало им шанс на спасение. Отца просто оглушило, просто оглушило. Ерал тоже.       Парень выпрыгивает рядом с ней и кричит от боли, падая на одно колено. Ногу жгло, икра выплёвывала кровь. И всё болело от взрыва, особенно отдавая в груди. Хотелось рухнуть и уснуть.       У ног девушки, стёкшая с тела вода окрасилась в розовый, части хвоста не было. Он не знал, наглоталась ли она воды, но перестраховывается, начиная давить на грудную клетку и дышать в рот.       - Раз, два, три, - и припадает к губам. – Раз, два, три, - снова наклоняется, но фонтан воды бьёт в лицо. Перевернувшись на бок, девушка кашляет, а потом обессилено падает на пол.       - Что…       - Граната взорвалась, - чуть погодя он поясняется, - Это такая …       - Маленькая штука, от которой много огня, - подтягивается она на руках, и оборачивается. От увиденного она издаёт вой, переходящий в крик. – Нет, нет, НЕТ!!       Нетейам пытается её успокоить, обнять, не обращая внимания как она остервенело колотит его по рукам и плечам, пока не повисает на его руке, перехватившей её поперёк туловища. Он держит ладонь на её макушке, пока она плачет. Нетейам быстро перестал пытаться что-то говорить, потому что, что говорить? «Не худшая конечность, которой ты могла лишиться»? Явно не то, что может успокоить и приободрить.       Их кровь перемешивается, собираясь у бортика, её становилось всё больше. Если в хвосте не было так много кровеносных сосудов, то в ноге на это природа не поскупилась. Кровь тёмная, это хорошо, но всё равно же вытекает, и вытекает быстрее, чем должна была.       Утешая меткайину, Нетейам вертел головой, подыскивая чего подходящего. Неподалёку валялся неестественно лежащий небесный. Не разрывая объятий, Нетейам тянется свободной рукой к нему, подтаскивая и отрывая кусок ткани от одежды. Теперь ему приходится отстраниться от девушки, чтоб перевязать ногу.       - А с тобой что? – заикаясь, тянется она к его ноге.       - Пуля, ещё и застряла, - он сворачивает обрывок жгутом, и повязывает поверх раны. Это венозное кровотечение, хватило бы и наложения повязки, но тогда его добьёт инфекция, потому оставалось только пережать, избегая контакта раны и грязной тряпки, – Теперь у меня полчаса.       - На что?       - Если через полчаса не сниму жгут – лишусь ноги, а если сниму, и меня не зашьют, то…       - Илу! Сейчас подзову…       - Некого.       - Что? – снова начинает дрожать её подбородок.       - Это всё взрыв, он прошёлся по нам, и… Илу приняло на себя весь удар, спасая нас. Мне жаль. Тсурак отца там же.       Она закрывает лицо, скрывая татуировки, а потом быстро стирает глаза.       - Надо тебя вытащить, - она оборачивается, но тут они одни – корабль уходил всё дальше, увлекая за собой племя. Тогда она бежит по катеру.       - Ты куда?       - Эта часть цела! Твой отец сказал, что если она цела – то она едет!       Нетейам шатаясь, спешит к ней. Он никогда не учился подобному. Норм пытался показывать ему компьютер, отец – конвертоплан, объясняя как водить. Но от первого Нетейам отрёкся сразу, в отличие от тех же Кири с Ло'аком, а над вторым себя пересиливал, но всё забылось, зачем ему это надо было? У него был икран, ни к чему ему фальшивые крылья? А теперь упрямство могло стоить многого.       Видя, что лесной сам видит эту штуковину впервые, Ерал хаотично нажимает на кнопки. И катер дёргается, хрипло рыча, начинает мчаться вперёд, но неуправляемо, виляя, заставляя пассажиров вцепиться в борта, а часть бывшего экипажа разбросалась по дороге.       - Скалы! – радостно кричит Ерал.       А вот Нетейам уже знал, что столкновение металла и камня могут иметь чудовищные последствия.       - Прыгай за борт! Живо!! – он выталкивает её и прыгает следом. Когда они выныривают, то катер уже подскакивает на первой каменной ступени, а потом расшивается о более высокий выступ. И снова взрыв.       - Там тоже были гванаты?       - Гранаты. Нет, бензин и механизмы.       - Звучит, как имена злых духов.       Нетейам засмеялся, к удивлению, не истерически.       - Скао… - даёт она ему подзатыльник. – Что нам делать? Мы две калеки, до берега не дотянем.       - Как минимум, можем перевести дух на этой же скале, а там, может, мама нас заберёт. Поплыли.       Понимая, что во времени им не уложиться, Нетейам развязывает жгут, считает вслух, просто прижимая при этом рану ладонью, и снова туго завязывает. Снова раздаётся грохот, но уже куда громче, жаром понесло в их сторону.       Большой корабль наткнулся на большой риф. Ерал радостно и злорадно кричит, подняв кулаки к небу. Нетейам улыбается, глядя на неё, но улыбка быстро потухает, стоило взглянуть на хвост. Его вина. И отец. И животные. И все меткайины, что получили сегодня увечья.       - Доплыть сможешь?       - А? – выходит он из раздумий.       - Плыть сможешь? Лодку теперь догоним, там на ней все наши, они довезут нас.       - Корабль. Лодки маленькие.       - Я слышала, что зануда в семье Кири.       - Она зануда, а я – душнила, есть разница, - вспоминает он ещё одно отцовское словечко. И ему снова больно, снова чувство вины, которое больше не отгораживается за болью и волнением за меткайину. Он виноват, он во всём виноват. Как он может вернуться?       Но Ерал уже спрыгнула вниз, и мягко касается его руки, увлекая за собой вниз.       Они гребут к горящей груде металла, видя, как спускаются новые и новые лодки, но это не воины, а спасающиеся. Нетейама это очень беспокоит – раз небесные так спокойно бегут с корабля, значит, в водах им ничего не угрожает. Меткайины ушли? Ерал издаёт сдавленный вой, переходящий в ультразвук. Нетейам понимает это по-своему.       - Ещё немного, ещё немного осталось! Облокотись на меня, я дотащу.       - Ха! Лесной, это ты ещё об меня облокачиваться должен! Даже без хвоста, я плаваю лучше, - в голосе появились былые деловые нотки.       Парень непонимающе смотрит.       - Нож выронила.       - Новый сделаешь, - ещё утром бы он предложил свою помощь, с радостью подбирая материалы, придумывая форму и детали. Украшение оружия – особое мастерство, это как со специями в еде, если переусердствовать, то уже ничего не вернуть обратно, а блюдо испорчено. Но это было бы беззаботным, хмурым утром. А сейчас из-за него весь этот кошмар, а он заниматься любимыми делишками вздумал?       - Само собой. Но он был моим последним оружием, теперь мне только косой небесных душить!       - Мы просто уплывём, без драк!       - Как получится.       - Ты ранена!       - А сам-то?       - Я… обо мне не волнуйся.       - У тебя время уходит.       Истечь кровью или захлебнуться сейчас Нетейаму казалось самым лёгким выходом. У отца голова была на поверхности, когда разорвалась граната, но что с его внутренними органами? Что если он не просто сознание потерял? Что если, выйдя на берег, он обнаружит, что клан во всём сборе уже никогда не будет?       - Твоя семья пошла в атаку?       - Разумеется. Мама с папой остались атаковать выплывшие лодки, а я пошла внутрь корабля твоего.       - Не моего.       - Слово-то твоё. И там я шла за твоим отцом.       - Да?       - Откуда б я ещё про гранаты узнала? Вы хорошо двигаетесь. Надеюсь, будет ещё бой, с твоим отцом хорошо драться. Ты чего?       - Он меня только прикрывал, бок о бок я с ним не дрался…       - Будет время, а пока завидуй мне, лесной мальчик, - хлопает она лапищей Нетейама, и тот почти по голову уходит в воду. – Где он, кстати? Мне казалось, он был в воде. Нетейам?       - Он… его оглушило, мама забрала, - коротко ответил Нетейам, и быстрее погрёб вперёд. Опять чего-то горло засаднило.       Они добираются до корабля. У Ерал над водой видны лишь глаза и в них плещется лютая ненависть. Трюм кишит небесными, как множество паразитов. Нетейам хватает девушку за руку.       - Не глупи. Ищем клан и надеемся, что они нас довезут.       - Скоро затмение.       - Небесные будут видеть и в темноте.       - Ты прав, столько огня...       - И фонарей. Идём, идём.       Они огибают борт, но ни следа меткайин.       - Почему они ушли? Эй, - толкает она парня, видя его выражение лица.       - Потери. Отступают при живых врагах из-за больших потерь.       Не успела Ерал ответить, как раздаётся грохот.       - Тулкун здесь!       - Теперь ты ему рада?       - Цирея рассказала то, что сказал ей твой брат. Мы думали, он убивал нави и тулкунов без причин. Но теперь я знаю правду, и мне не нравится решение тулкунов и нашего клана. Мы идём мстить, почему Паякану нельзя? Если не пролить кровь – она может литься и литься.       - Я в этом уже не уверен, - перед Нетейамом бездыханное лицо отца. Если бы они не кинулись сюда, то с ним было всё безопасно.       - Ты из воинственного клана, вы те кто воюете с небесными всё это время. Мы сидели годами, пока на наших сёстер и братьев вели охоту.       - И были живы.       - В тебе говорит страх? – разочарование видно даже в наступающих, чёрных сумерках.       - Не за себя.       - Не важно. Мы – воины, и нельзя об этом забывать. Может, сделай что-то мы все, Паякану не пришлось бы мстить самому. Мы не защищали ни тела, ни души тех, кто с нами сроднился. Не имею я права на хвост жаловаться.       - Это другое.       - Нет, - ныряет та. Нетейам смотрит в пустое небо. Каяйлана там нет и не будет. Икранов они тоже бросили, под видом заботы. Парень понимает, что поделом ему его одиночество, и вздохнув, ныряет следом. Отведенные полчаса медленно истекали.       - Почему мы здесь?       - Я увидела свет, - оглядывается Ерал, когда она выплыли на средней палубе. – Это Паякан тут пробил дыру?       - Нет, края гладкие. Это сделано специально, - воды поднимается над ровной окружностью, медленно захватывая судно. - Нам тут делать нечего, - он понимал, конечно, что тут как раз есть чем поживиться. Аптечка. Везде есть аптечка – в конвертопланах, в амуниции солдат, даже в экзоскелетах. На корабле вообще может быть целое помещение. «Армейский СНИП, храни его Эйва», - снова говорит в его голове Джейк. Уважал отец медикаменты. «Уважает, уважает, уважает», - хватается за голову Нетейам. Ему нужно как можно быстрее в деревню. И как же он не хотел туда идти!       - Что с тобой?       - Всё хорошо.       - Это рана? Голова кружится?       - Нет, - если бы, если бы. Если он потеряет ногу, это ничего не исправит, никому не поможет. Но это не даст ему забыть этот день никогда. Бесился он, бедненький, за братом сложно посмотреть. И что в итоге?       Ерал выволакивает его сопротивляющуюся тушку на железный пол.       - Ты плохо выглядишь, почти серый. Это точно не Яркая кровь?       - Нет, это Тёмная, - мотает головой он. – Называется вена…       - Называешься ты скао, - она снова тащит его за заваленный батискаф, чтоб не наткнуться на небесного, и осматривает ногу. – Ты ранен сильнее, чем думаешь.       - Кровь тёмная.       - Да, но у Тёмной есть большой путь в ноге, и тогда вытекает очень много. «Пусть так, пусть так, Эйва, прошу». - Твоя штука в ухе, которая помогает слышать голоса. Вызови Нейтири. - Ты можешь доплыть отсюда до берега сама? - Тебя не вытащу. Вызывай, - с этими словами она чуть вытягивается вверх, оглядываясь. Тут её уши стали дыбом и она отбегает. - Стой! – пытается схватить её за руку Нетейам, но она уже вне зоны досягаемости. Он вскакивает, голова и правда немного кружится, но всё же Ерал переоценивала его плохое состояние. Драться он сможет. Пусть и лук тоже на дне. Лук, лук из Дерева Дома, где родилась и жила мать, где заново родился отец, где родились их чувства. И это Древо жило и рождалось заново, когда народ брал его раскиданные щепки и делал луки, благодаря которым кормили племя. Это был круговорот жизни, а этот лук был связью с Оматикайя. Нетейам выбросил и скормил морской пучине и это. Хоть нож всё ещё с ним, хоть это сохранил. Выхватив его, Нетейам тенью проскакивает на батискаф, чтоб накинуться на врага, подпустив поближе, но видит лишь Ерал, выдёргивающую дротик из тела небесного. - Не тем занимаешься, - возвращается она, стаскивая парня на пол. - Дай мне свой нож. В другой раз бы Нетейам возмутился, спорил, допытывался, а сейчас замерев на миг, отдаёт. - Он под мою руку, тебе будет неудобно, надо перематывать рукоять. - Сгодится. - А ножны? - Мне он нужен на один нырок, - заправляет она нож за пояс, рискуя разрезать себе кожу на бедре. Её ножны чужое лезвие не впускало. – Не лезь на рожон, а если сглупишь, вот, - протягивает она дротик. - Ты с ним лучше обращаешься. - Повторяю, лесной: на один нырок. Я вернусь к тебе, - прижав широкую ладонь к его груди, меткайины разворачивается и прыгает в дыру. Нетейам возвращается. Дротик непривычно покоился в руке, был тоньше оматикайских копий. Нетейам переводит взгляд на голое плечо. Браслета, которого он получил, научившись стрелять из лука, теперь тоже не было. Но о том плакать нельзя, его потерял он со смыслом, помогая сёстрам. Одинаково хотелось избавиться от повязки, что сдерживала кровь, и от наруча, который тоже ему больше не понадобиться. Не из чего тут луки делать, да и нового он не заслуживал. И, тем не менее, в голубое око летит лишь грязная повязка, а наруч останется с ним до конца. Закрыв глаза, парень откидывается на стену. Так ему и надо, сгинуть посреди вонючего металла, в логове врагов. Избавившись от давления, кровь радостно начала бить из тела.