Твердость решений

В тот же день. Комиссар Августин Мерцелиус

Совещание, наконец-то, завершилось. Само по себе оно было не очень долгим - мы лишь сообщили губернатору о том, что нам нужно набрать целый полк Гвардии из местных и набрать пополнение для нашего полка, чему он неслабо удивился, отдали приказы предоставить нам очки и крем в кратчайшие сроки, а также готовить все необходимое для подготовки к вербовке и обучению, и определились с тем, как нам решать бытовые вопросы. Другое дело, что несколько часов нам понадобилось, чтобы разобраться со всем тем, что учинил Алтанзор. Канцеляра Дюравота увезли на скорой под конвоем двух гвардейцев из свиты прим-комиссара, а губернатор Кальцинсет принимал таблетки и пытался успокоиться от всего этого. Уж очень он эмоционально на все реагировал, что выглядело довольно непривычно. Но теперь мы были свободны, а потому вышли из кабинета и направились, по просьбе Шеркина, в "комнату отдыха". Комната оказалась довольно роскошной, пускай и не шла ни в какое сравнение с тем, что мы видели на Вильяре. Тут все было куда скромнее, без золота и кожи. - Что ж, господа! - произнес громко и радостно Оурвериш, когда двери за нами закрылись. - Наконец-то можем нормально поздороваться после всего этого! Рад вас всех видеть в добром здравии, спасибо Богу-Императору! Бывший командир Увисарского полка широко улыбнулся и протянул руку Шеркину, и тот ее сразу же пожал. - Как и я, полковник Оурвериш, - ответил тому Верманд, также слегка улыбнувшись. - Приветствую всех вас, господа. Мы все начали дружно здороваться друг с другом. Все же весь полет полковники и комиссары находились на разных кораблях, как того требовали протоколы безопасности, и все это время мы не виделись лично, а по прилету сразу же отправились к губернатору. Как только все со всеми поздоровались и пожали друг другу руки, мы стали рассаживаться по различным диванам, что были расставлены по комнате. Сделаны те были из мягкого материала, вроде как замши - довольно непривычная вещь, учитывая, что на Вильяре вся дорогая мебель, что мы использовали, была из человеческой кожи. Это даже радовало. Пускай я и привык к тому, что буквально сидел на людях, которые раньше были живыми, ощущать под собой мягкую замшу было гораздо... приятнее. - Что ж, господа, - начал Шеркин, когда все расслабленно расселись. - Хотел бы я сейчас отдохнуть, однако у нас возникли проблемы. И, к сожалению, они не касаются невыполненных поставок, пускай и из той же области. - Только прилетели, а уже ворох проблем, - ответил Оурвериш саркастичным голосом. - Как это типично. - И что же за проблема? - спросил Вальцевски серьезным тоном, сосредоточенно смотря на Шеркина. - Комиссар Мерцелиус объяснит вам, - после слов Верманда все дружно посмотрели на меня. - Проблема в вильярцах, - начал я, на что Алтанзор нахмурился еще сильнее. - Они родились и выросли в замкнутых коридорах улья, а теперь вот так резко окажутся под открытым небом, где есть солнце, в местности, где нет никаких стен, и так далее, и тому подобное. Даже я потерял сознание, а два моих адъютанта до сих пор до конца прийти в себя от шока не могут. С моими воспитанниками ситуация такая же. Полковники и комиссары нахмурились, уже явно понимая, к чему я веду. - А теперь представьте, что будет, когда мы начнем высадку полков, - продолжил я. - Боже-Император, - задумчиво протянул Тласгахар. - Что-то я об этом не подумал. "И не только вы..." - печально сказал я. - Мы и не могли предположить, что все будет настолько плохо, - ответил Шеркин. - Да и своих забот хватало. Потому нам нужно понять, как уменьшить ущерб от всего этого до минимума. Все молча задумались над словами полковника. - Только как это сделать?- спросил Оурвериш,- Я в подобном... Слабо разбираюсь. - У меня есть опыт... Некоторый, - начал объяснять Верманд. - После Орамиарта Квинтуса. Так что есть наработки. И, в первую очередь, нам надо отсрочить высадку на планету - для процедуры адаптации понадобиться куда больше времени и сил. Тот факт, что мы оказались на планете раньше, чем планировалось, может нам в этом помочь, но командор отказался отложить высадку. Потому тут понадобится ваша помощь, прим-комиссар. Взгляды офицеров переместились на серьезного Алтанзора. - Можно будет попробовать, - мой начальник встал со своего места. - Идемте, попытаемся связаться с командором. Шеркин также встал, и оба мужчины быстро вышли из комнаты отдыха. - Да уж, только прилетели, а уже проблемы, - заявил раздраженно увисарец, на что Тласгахар хмыкнул. - Как будто бывает по-другому. - Была надежда, что хотя бы сейчас все нормально пройдет, - Оурвериш звучал не сильно довольно. - А теперь вон оно как. Вначале орки на "Лунном", а теперь весь наш полк в зоне риска. Насколько там вообще все плохо, комиссар Мерцелиус? - Потеря сознания, рвота, головокружение, - коротко объяснил я. - Да уж, неприятно, - ответил Тласгахар. - И это в довесок к слезоточивости, проблемам со зрением и возможным проблемам с кожей, от того, что этот скряга не выполнил запрос. - Администратум, что тут еще сказать, - прокомментировал Асадаж. - Он как поле минное, о котором ничего не знаешь. Едешь такой себе, едешь, а потом бабах - и натыкаешься на какого-то идиота, которого только и остается, что к расстрелу ставить. Странно только, что прим-комиссар его прям там не пристрелил. - Протоколы Комиссариата, - объяснил комиссар Ичкехум. - Таких личностей приказано не расстреливать на месте, а арестовывать и отправлять на допрос. Чтобы вдруг ничего важного с собой не забрал. - Чувствую я, его ждет увлекательное времяпрепровождение с прим-комиссаром, - в голосе Оурвериша вновь прозвучал сарказм. Я мог себе представить, что с ним будет. Пытки ему были обеспечены, причем Алтанзор выглядел, как человек, который это мог организовать без каких-либо проблем. - Поделом ему, и так нас подставил, - согласился с ним Тласгахар. - Хорошо еще, что можно будет разобраться. Пока заказ не выполнят, не выпускать гвардейцев днем из помещений. "Хм, а неплохая идея..." - осознал я, быстро обдумав эту идею. В помещениях солдаты будут защищены от солнечного излучения. Ночью же можно будет их выпускать нормально погулять, чтобы они обвыклись с обстановкой. - Уж с этим-то проблем не будет, - заявил уверенно увисарец. - И на том спасибо. Тут с ним можно было согласиться. Вильярцы явно не будут против посидеть в помещении какое-то время. На улице им еще долгое время будет еще некомфортно находится. Я это отчетливо видел во Раоту и Маринуру. "У детей так же будет..." - понял я. Вновь стало не по себе. Хотелось хотя бы узнать, как сейчас обстоят дела у них. Приехали ли они в тот отель, о котором говорил Гильгет, все ли нормально у детей, все ли в порядке у Ниринты и Цематы. Но связаться с ними у меня пока что возможности не было. Со связью нужно будет еще разобраться. - В сравнении с тем, что было во время полета - это уже мелочи, - ответил Вальцевски. - Были сложности? - спросил комиссар Увок. - Кроме, конечно, самоубийств, безумий и драк. - Были, к сожалению, - начал бывший полковник Сетьянского полка. - Наш капеллан слетел с резьбы и начал творить... всякое. Сколотил вокруг себя натуральную секту, которую поил своей кровью и... спермой, помилуй Бог-Император. Причем всеми возможными способами. А потом вообще окончательно потерял рассудок, оскопил себя и попытался съесть все, что отрезал. Подавился. Насмерть. - Помилуй Бог-Император, - прозвучало от Тласгахара, после чего мы все сложили руки аквилой. - Вот тебе и безумие от варп-перелетов, - задумчиво прозвучало от Оурвериша. - На еще одном корабле пироманьяк завелся, - продолжил Унхарт. - Поджег свою кровать, чтобы "показать всем красоту". - У нас свой случай был, не менее... скверный, - продолжил увисарец. - Целый взвод вдруг с ума сошел, а потом разделся догола и побежал из казармы к капитанскому мостику, крича, что они должны спасти корабль. Первый же блокпост дробью всех положил. Просто бойня проклятая. - Первый варп-перелет далеко не все проходят, тем более в шторм, - вновь сказал Ичкехум. - Мой первый полет прошел еще хуже, чем этот. У меня самого инсульт и падение с лестницы, мне тогда пять было. У остальных детей все было еще хуже. В итоге лишь половина детей дожила до окончания полета. - Это большая вина тех, кто отвечал за детей, - серьезным голосом сказал Увок. - Они оказались алкоголиками. А один из них и вовсе педофилом, - лицо Ичкехума скривилось от омерзения, но затем вернулось в норму. - Когда все это произошло, они просто исчезли в темных трюмах галеона, который нас привез на Глерациан. Больше их никто не видел. - Надеюсь, их сожрали пустотники, - злобно проговорил увисарец. - Те подобным не брезгуют. Мы когда на Вильяр летели, одного из свиты Геберика нашли сожранным. Оказалось, одна девчонка его соблазнила, а потом вместе с сестрой прибила и разделала... В этот момент дверь в комнату открылась и внутрь первым вошел Алтанзор. За ним - Шеркин. Вид у обоих был недовольный. - Командор отказал нам, - начал прим-комиссар холодным тоном. "Блять..." - сказал я мысленно, удержавшись от того, чтобы не сказать это вслух. Пускай и очень хотелось. - И чем он объяснил свое решение? - задал вопрос Увок. - Тем, что когда конвой полетел на форсаже от орков, он выжег больше топлива, чем планировалось, а значит надо побыстрее отправляться, чтобы эта потеря не была напрасной, раз ничего уже не исправить, - Алтанзор говорил, не скрывая своего отвращения. По комнате прозвучал звук удара кожи об кожу. Это был Оурвериш, что ударил себя ладонью по лицу, спуская ее вниз. - Типичный флотский, - прокомментировал Асадаж. Я отчетливо слышал, что он он хотел сказать много чего еще касательно флотских, наверняка нецензурное, но все же явно сдержался. - В общем и целом, надо теперь думать, что делать? - начал Шеркин. - До высадки всего два часа. - Нужно попытаться подготовить солдат до того, как они выйдут из шаттлов, - попытался придумать хоть что-то я. - Как только приземлятся, поговорить с ними, подготовить их хоть немного, потом - попытаться успокоить, не дать им потерять контроль над собой. - Речь идет о сотнях шаттлов, - проговорил Вальцевски задумчиво. - Нам буквально не хватит людей. - Есть вариант,- обратил на себя внимание Оурвериш. - В Верлонском полку еще остались бойцы, что не из Вильяра, из наших полков. Если высадить их первыми, они хоть чем-то, да помогут. Идея была стоящей. - Может сработать, - задумался я. - Отсрочить высадку у нас не выйдет, но вот изменить порядок высадки - вполне. - Я сообщу об изменениях командору, - сказал Шеркин. - И объясню ситуацию офицерам наверху. - Остальным лучше сделать так же, - дал совет прим-комиссар. - Все, кто не с Вильяра, должны высадиться первыми и помочь остальным в высадке. - Согласен. - Аналогично. - Поддерживаю, - высказались по очереди Оурвериш, Тласгахар и Вальцевски. - Еще могут понадобиться врачи, - продолжил я. - Так что Санитарный Корпус тоже пусть высаживаются первыми. - У них не будет никаких медикаментов с собой, их уже сгружают, - услышал я от Шеркина. - Но лучше уж с ними, нежели без них. Возражать никто не стал. - Хорошо. Сообщу все и будем отправляться, - сказал Шеркин и вместе с Алтанзором вновь вышел из комнаты отдыха. Я и все остальные отправились обратно к автобусам. На улице нас вновь встретило жаркое яркое солнце, голубое небо, редкий ветерок и приглушенные, отдаленные крики толпы, что стояла за забором и продолжала махать плакатами. - Какой же это бред... - произнес Вальцевски ядовитым голосом, пока мы стояли в ожидании прибытия автобусов. - Официальная резиденция планетарного губернатора - и к ней позволяют приходить агрессивной толпе. - Ага, причем даже во время приема гостей, - добавил от себя Тласгахар. - Это еще полбеды, - продолжил Тласгахар. - Охрана тоже организована ужасно. Ни одного пулемета на крыше. Ни одного снайпера. У охранников даже автоматов нет, помилуй Бог-Император! Только пистолеты стабберные! Что они собираются делать ими? Застрелиться? - Некомпетентные гражданские, что с них еще взять, - заявил комиссар Увок раздраженным тоном. - К сожалению, типичное зрелище... "Да уж, непривычны вы к подобному..." - подумал я про себя, вспоминая свою прошлую жизнь. Там подобные протесты были обычным делом, и тащить для охраны от толпы безоружных протестующих пулеметы никто не собирался. Как и вообще сильно беспокоиться о людях с плакатами. Но для этих людей все эти протестующие были в первую очередь угрозой, хотя таковой, как я уже успел понять, не являлись. Да и мало что они могли нам сделать, когда у нас было столько вооруженных бойцов. Еще через несколько секунд подъехал первый автобус, как раз мой и Шеркина, потому я быстро залез в него вместе с парнями. Сам полковник появился еще через минуту, и после этого мы выехали обратно в сторону космопорта.

Спустя два часа. Космопорт

Солнце уже не светило так ярко, плавно опускаясь к горизонту и сменяя свой бело-желтый цвет на насыщенно оранжевый. Небо вокруг него тоже начинало менять окраску. Та часть, что была вокруг солнца, из голубого приобретала различные оттенки желтого. В то же время, небо по другую от солнца сторону становилось все более темным, а голубой цвет там медленно, но верно превращался в синий. Вместе с тем на небе уже появились луны. У Шамтанара их было четыре, насколько я знал, и две из них мы сейчас могли видеть. Одна, крупная, где-то в два раза больше Луны из моей прошлой жизни, цвета охры, сейчас ярко светила своим неполным диском, правая часть которого была полной, а вот левая - как бы обрезанной на половину. На ее поверхности виднелось множество различных кратеров, больших и малых, а также разных пятен, которые были еще более темного оттенка охры, чем основная поверхность. Вторая, темно-оранжевого цвета, словно Марс, была полной и идеальной круглой, но располагалась куда дальше, нежели первая, от чего казалась чуть меньше, чем та, что была у меня. На ней тоже виднелись различные кратеры разных размеров, а также несколько заметных пятен. Зрелище было красивым. Прямо взгляд не оторвать. Остальные тоже стояли рядом со мной и продолжали смотреть на все это великолепие. Особенно удивленным выглядел Раот, который смотрел на небо с приоткрытым ртом. В стороне послышался очередной громкий рев подлетающего позади нас шаттла, что покидал космопорт. Звук возник где-то вдалеке и усилился настолько, что стало некомфортно в животе, но затем начал ослабевать. Пожалуй, это было единственным, что мешало в полной мере наслаждаться видами неба, солнца и лун. Однако поделать тут ничего было нельзя. Мы все стояли сейчас на поле космопорта в ожидании прибытия шаттлов с гвардейцами-вильярцами, которые, как нам сообщили диспетчеры, уже покинули "Кварименор" и другие корабли конвоя. Гвардейцы с других планет уже высадились, и у них с адаптацией все прошло без особых проблем. Хоть тут их не было. Ожидание не утомляло. В обычной ситуации я бы буквально умирал от скуки, но сейчас я хотел, чтобы все это растянулось подольше, потому что у меня была возможность наслаждаться видами закатного неба, солнца и двух красивых лун, которых я раньше никогда не видел. Жалел я лишь об одном - что рядом со мной сейчас не было Ниринты. Я бы хотел сейчас ее обнять, а потом просто лечь на эту траву и смотреть на закат, ни о чем не думая. Еще было жаль, что тут нет детей. Им бы подобное понравилось, наверняка. "Во всяком случае, у них все в порядке..." - произнес я сам себе. Об этом мне сообщил Гильгет, который все-таки смог связаться с отелем, где их поселили. Там сказали, что у них все нормально. Напрямую связаться с Нир я уже мог - нам выдали специальные телефоны, подсоединенные к местной сети. К моему удивлению, они оказались достаточно технологичными - с сенсорным экраном, всего тремя кнопками и даже камерой на обратной стороне. По размеру были где-то как Айфон из моей прошлой жизни, только чуть толще, шире и выше, как мне показалось. Ниринте и всем нашим, насколько я знал, тоже выдали телефоны, однако звонить сейчас Ниринте и пытаться что-то выяснить, я не собирался. Телефоны могли прослушивать, и если местные услышат наши разговоры, то не было никаких гарантий, что после этого они не попытаются меня шантажировать этим, угрожая отнести все Алтанзору, который все еще был моим прямым начальником, хоть и с нюансами. Тот хоть и не снимет меня, но явно начнет жаловаться в вышестоящие инстанции. Вначале пошлет астрограмму, а потом просто дождется прибытия Кемакрю и сдаст меня комиссар-капитану, который должен быть с ним. И тогда уже все, мне уже ничего не поможет. Рисковать я не собирался, как бы не было сильно желание хотя бы просто услышать голос любимой и узнать, все ли у нее и остальных в порядке. Строило все же потерпеть... - Вот знаете, - произнес Маринур, который сейчас сидел рядом с нами прямо на траве, около автомобильной дороги, на которую нас привез автобус, и разглядывал травинки, что были у него в руке, задумчивым взглядом. - Во Дворце были... растения. Немного, всего несколько десятков. Каждое - в отдельном горшке... Их всегда ставили под отдельную лампу, за всеми ними смотрел специальный человек, хортуланиус. Каждый день поливали, удобряли, обрезали листья, если вдруг те засохнут... Помню, как однажды одно растение умерло - Линдек с братьями сильно грустили тогда из-за этого. И ни у кого больше не было растений. А тут... Тут все в этих растениях... Они просто берут и растут, не требуют никакого ухода за собой... Боже-Император, кто бы мог подумать, что когда-нибудь увижу подобную красоту... и смогу прикоснуться к ней. Ответа не последовало. Все смотрели на Маринура, который говорил словно в каком-то трансе, и наблюдали за тем, как он продолжает трогать пальцами вырванные травинки. - Некоторые представить себе не могли, что вообще с Вильяра когда-нибудь выберутся, - ответил Бюрдар с некоторой долей сарказма. - Я уже давно был готов к тому, что меня переработают в гумус и отправят на агромир, чтобы стать чем-нибудь съедобным. - А тут на тебе, свалился Мерцелиус на твою голову... - с некоторой долей ехидства ответил Гихьян. - Ага, именно так, - с улыбкой ответил Ахо. - Живешь такой себе, никого не трогаешь, и тут на тебе, появился вдруг. - Живешь, никого не трогаешь, продаешь медикаменты бунтовщикам в обмен на золото и реликвии, - произнес уже Рингер слегка осуждающим, но все же беззлобным голосом. Бюрдар громко засопел и улыбнулся. - Ну то уже такое, несущественные детали... - сказал бывший СКО-шник. - Не бери во внимание. - Ты прям как комиссары, вот честное слово, - заявил сервитор, посмотрев на Ахо. - Потому что они только тем и занимаются, что говорят: "Не обращайте внимание, тут ничего плохого не происходит, а то, что происходит, несущественно". Бюрдар улыбнулся. - Это например? - Роту обстреляли свои по ошибке? Несущественные детали. Батальон попал в окружение, потому что не получил вовремя приказ отходить? Несущественные детали. Полковник погиб, подорвался на мине своих же? Несущественные детали, говорю я вам! На этот раз Ахо засмеялся. - Узнаю своих комиссаров... Был у нас случай как-то раз, на Хусхаросе. Нам прорвали оборону, и противник начал выходить на оперативный простор. Пришлось собрать кучу резервов и идти в контратаку. Порой даже без артиллерии, лишь бы остановить... Комиссариат это все назвал хитрым планом. Мол, мы тогда специально отступили и заманили их всех в ловушку. Я тогда... неслабо так удивился подобному. - Моя школа... - ответил Гихьян с некоторой саркастичной весельцой в голосе. - Парни, - вдруг позвал нас немного удивленный голос Раота. Тот сейчас тоже сидел на траве и смотрел на небо, в сторону его темной половины. При этом он показывал пальцем куда-то-то в сторону. - А... что это там светит? Мы все посмотрели в сторону, куда показывал бывший СПО-шник. Вдалеке, на серо-голубом небе, виднелись три светящиеся белые точки, расположенные в своеобразный треугольник, две с правой стороны, верхняя и нижняя, и одна слева, что располагалась близко к верхней, чуть ниже ее. Пару секунд я смотрел на эти огоньки... и только спустя какое-то время вспомнил нужное мне слово. - Звезды, - проговорил я, смотря на еще одну красоту неба. Я помнил звездное небо Акитос Прайма, однако уже очень давно не то, что не видел звезд - даже не задумывался о них. - Звез... ды? - Раот с недоумением переспросил и посмотрел на меня. - А что это? - Это солнца, такие же, как сейчас над нами светит. Только очень, очень далеко от нас. - Поэтому так тускло светят? Как фонарь вдалеке? - спросил Тикьярм. Больше всего он напоминал мне школьника. Казалось бы, глупая мысль, ему уже двадцать пять было, по вильярским меркам - здоровый лоб, но именно такое сравнение мне приходило в голову. Уж слишком детскими мне казались те вопросы, которые он сейчас задавал в попытках познать весь мир, который перед ним открылся. - Да, - подтвердил я. - И насколько они далеко? - По-разному бывает. От нескольких световых лет до нескольких сотен. - Световых... лет? - Раот вновь посмотрел на меня со скривившимся лицом, абсолютно не понимая, о чем я. - Это как вообще? - Смотри, вот есть свет. Из лампочек, из солнца, любой вообще, благодаря которому ты видишь. Он состоит из частиц, которые называют фотоны. Частицы прям очень маленькие, но они повсюду и благодаря им мы видим. И вот они летят со скоростью триста тысяч километров в секунду. Раот поднял глаза вверх, словно пытался осознать, сколько это вообще. - Это очень быстро, как я понимаю. - Самое быстрое, что способно быть в материуме. Быстрее этого нет ничего, - продолжил я. - Так вот, световой год - это расстояние, которое фотон пролетит за один терранский год со скоростью триста тысяч километров в секунд. А звезды находятся от нас на расстоянии многих и многих световых лет. Тикьярм продолжал смотреть на меня очень внимательно. В его глазах прямо читался активный мыслительный процесс. - Я... Не настолько хорошо умею считать, чтобы понять, сколько это, - признался вильярец. - Хотя в уме я считать умею. Даже немного делить и умножать, если без дробей... - Один световой год - девять квадриллионов четыреста шестьдесят триллионов семьсот тридцать миллиардов четыреста семьдесят два миллиона пятьсот восемьдесят тысяч восемьсот метров, - вдруг прозвучал голос Димы, от чего все посмотрели на него так, словно впервые видели. Несколько секунд Раот молчал, после чего скривился еще сильнее. - Я таких даже слов, блять, не знаю, - покачал он головой. - Если говорить покороче - это дохуя и еще дохуя сверху, - перевел Гихьян. - Это я уже понял, - сказал Тикьярм. - Я, кстати, слышал как-то раз, - начал уже Рингер. - Что мы видим звезды такими, какие они уже были. - Это как? - прозвучал вопрос от Раота. - Сам не понял, если честно, может тут кто знает. - Свет не может сразу же преодолеть огромные расстояния космоса, - сказал я. - Потому, то, что вы видишь сейчас - было когда-то. Раот, Рингер, Маринур и Бюрдар посмотрели на меня в немом непонимании. Да уж, было удивительно, что они всего этого не знают. Хотя с другой стороны, такого образования, как у меня, им было получить явно неоткуда. - Короче, если до звезды, например, десять световых лет, то видите звезду так, как она выглядела десять лет назад. Вновь прозвучала тишина, которая прерывалась только звуками приземляющихся шаттлов. - Херня какая-та выходит... - первым сказал Бюрдар. - Мои старческие мозги уже слишком высохли для подобного. - У меня мозги молодые, а все равно не вывозят этого... - через смех сказал Раот, нагнувшись вниз. - Аналогично, - продолжил Рингер. - Всем внимание, - вдруг прозвучал у меня в ухе сосредоточенный голос полковника Шеркина, после чего я поднял правую руку и все вмиг замолчали. - Первая партия шаттлов вошла в атмосферу. Расчетное время прибытия - десять минут. - Принято, полковник, - ответил я. - Десять минут, парни. - Ох и начнется сейчас... - от Гихьяна так и веяло оптимизмом касательно сложившейся ситуации. - О, а это... Случайно не они летят? - задал вопрос Рингер, что сейчас смотрел наверх Мы все вновь посмотрели на небо, на этот раз - между солнечной и темной сторонами. Там, на еще вполне голубом небе, начали проглядываться сразу пять разных ярких точек, что шли в одну линию. Они светили непостоянно, быстро мигая, и заметно отличались от тех же звезд, что мы уже увидели. - Да уж... Красиво... - произнес Раот тихо, с нескрываемым благоговением. Все десять минут у нас прошли в тишине. Мы внимательно следили за тем, как пять огоньков становились все ярче и больше в диаметре. Из точек они превратились в прямо-таки заметные пятна, которые и рядом не стояли со звездами. Затем пламя пропало, и я смог разглядеть силуэты больших шаттлов, что наполовину были освещены солнечным закатным светом, а наполовину скрывались в темноте. - Всем внимание, готовность - одна минута, - сказал Шеркин по воксу. - Минута, парни, - сказал я, после чего Маринур и Раот встали с поля. Шаттлы начали разлетаться, направляясь в разные точки космопорта, где их уже поджидали другие высадившиеся гвардейцы, которые должны были оказать помощь. Один из них подлетал как раз к нам. Приблизив взгляд, я смог рассмотреть его повнимательнее. Это была довольно внушительная махина, в сравнении с которой "Аквила" казалась просто крохотной. Насколько я знал, там сейчас находилась полноценная рота, тысяча человек. Задача у нас стояла, на первый взгляд, не сильно сложная. Вывести всех из шаттла, успокоить, пробудить нашатырем тех, кто упадет, построить всех и пешей колонной, из-за отсутствия транспорта, отправить в десятикилометровый марш через космопорт к железнодорожной ветке, чтобы там все сели на поезд и отправились к месту дислокации. Однако было понятно, что пункт "успокоить" уже достаточно сложный. И при этом помощи ждать было, по сути, неоткуда... Вскоре громадная махина шаттла подлетела к бетонной посадочной площадке, что была в ста метрах от нас, затормозила, практически повиснув над землей, и начала медленно двигаться вперед. Гул от ее двигателей был довольно сильным даже на таком расстоянии. В лицо ударил теплый ветер от двигателей. Затем, когда шаттл подлетел к площадке, он полностью завис метрах в десяти над землей и развернулся к нам задней частью. От этого ветер в нашу сторону стал еще более сильным. Несколько секунд - и металлическая машина начала плавно снижаться, опуская при этом металлические опоры. Метр за метром, медленно и аккуратно... Стук металла об асфальт возвестил о полном приземлении. Двигатели шаттла в тот же момент начали замолкать, а ветер, что дул в нашу сторону - ослабевать. - Пошли, - сказал я, после чего мы всей командой направились вперед по бетонной дороге к шаттлу. Вскоре двигатели полностью стихли и отключились. Где-то вдалеке слышался гул других шаттлов. Когда мы уже практически добрались, аппарель шаттла начала со скрипучим звуком опускаться вниз. - Что ж, парни... Удачи всем, - произнес я напоследок. - Помоги нам Бог-Император, - проговорил Рингер одновременно с волнением и уверенностью в голосе. - Аминь, - ответили мы все ему. Аппарель опустилась еще ниже, открывая нам ряды солдат, что уже выстроились перед выходом и начали удивленно смотреть на то, что было перед ними. Из-за огромного хвоста, что торчал над аппарелью, они не могли еще видеть все в полной мере, а значит - до конца осознать, куда попали. Оружия у них не было - его на кораблях не раздавали, а отправили отдельными шаттлами уже в места дислокации. Этот момент меня сейчас очень сильно радовал. Не хватало еще, чтобы у вильярцев сейчас было оружие. Тут тогда такое началось бы... даже думать страшно. - Смирно!!! - проорал вдруг капитан, который стоял на краю отсека, перед самой аппарелью. - Комиссар Мерцелиус прибыл! Солдаты вмиг подобрались, положив руки по швам, выкатив грудь и вздернув подбородки. В шаттле стало резко тише. Я активировал вокс, найдя нужный мне канал, чтобы меня слышала вся рота одновременно. - Гвардейцы, - начал я спокойным тоном. - Только что вы высадились на планету Шамтанар. Однако, необходимо вас сразу предупредить. На этой планете вам будет непросто. Она кардинально отличается от Вильяр Уникуса. Здесь нет потолков, стен, коридоров, фонарей и всего прочего. Стоит вам выйти из шаттла, как вы будете дезориентированы от всего того, что увидите вокруг вас. Вам вполне может стать плохо, вплоть до рвоты и потери сознания. Также у вас будут проблемы со зрением - вам будет казаться, что вдалеке все размыто, и захочется прищуриться. Это тоже нормально, не пугайтесь этого, с этим разберемся позже. Главное - не паникуйте. Глубоко, но медленно дышите, не волнуйтесь. Пытайтесь не смотреть вверх слишком много, от этого будет хуже всего. Как только построитесь и будете идти к поезду, пытайтесь смотреть вниз, себе под ноги. Если почувствуете недомогание - то просто отойдите в сторону и блюйте на здоровье, на правила приличия сегодня можете не обращать внимание. Главное, чтобы все перенесли выход. Всем все понятно? - Да, господин комиссар! - прокричали гвардейцы почти что стройным хором. Из-за того, что они находились в шаттле, их крик был особенно сильным. При этом в глазах гвардейцев, что стояли передо мной, я видел волнение. Возможно, я их уже умудрился слегка напугать - все же сам комиссар им такие вещи говорил. Однако уж лучше я их слегка напугаю, чтобы хоть немного подготовить, нежели они у меня отправятся без подготовки на открытую улицу. - В таком случае... удачи, - ответил я и отключил вокс, после чего повернулся к капитану. - Выводите повзводно, капитан. - Слушаюсь, господин комиссар, - кивнув мне офицер. - Первый взвод! На выход! - Да, сэр! - прокричал стоявший тут старший лейтенант. Судя по виду и голосу - акитосец. - Первый взвод! На выход! - Да, сэр! - ответил ему уже просто лейтенант, уже вильярец. - Первый взвод! На выход! Шагом марш! Я вышел по аппарели вниз, к парням, а за мной начал выходить первый взвод роты. Спуститься им удалось нормально - все шли строем, в ногу, прямоугольником пять на двадцать. У каждого за спиной висела внушительная сумка. Но стоило им выйти на асфальт, как они стали оборачиваться по сторонам, и волнение в их глазах начало сменяться недоумением и даже страхом. Шаг сбился, некоторые начали тормозить, от чего идущие сзади стали в них врезаться, расстраивая строй, хотя взвод продолжал пытаться идти вперед. Многие удивленно смотрели на закатное солнце, которое светило уже в бой насыщенно оранжевым светом. Еще несколько метров - и первые ряды вышли из-под хвоста шаттла. Головы гвардейцев поднялись, их взгляды устремились вверх, к небу, но при этом тела их продолжали идти вперед, хоть уже далеко не строевым шагом. В этот момент один из гвардейцев резко рухнул на асфальт, и никто не успел его подхватить, так как все были заняты рассматриванием неба. Парень, что шел за упавшим, среагировать тоже не успел, споткнулся о него и тоже упал. Рингер, стоявший ближе всех к упавшему, быстро подбежал, уже достав баночку с нашатырем, которую нам раздал медпункт космопорта. Строй окончательно расстроился. Затем упал еще один парень, а третий резко выбежал, прошел мимо меня и начал блевать на траву. - Взвод, стоп! - крикнул я, понимая, что дальше идти они не смогут. - Взвод, стоп! - вторил мне лейтенант, и взвод кое-как остановился, превратившись в огромную кучу малу уже без намека на ровные ряды. - Обвыкнитесь тут пока... Сразу трое человек выбежали из той толпы, в которую превратился взвод, и направились к траве, но двое их них не успели и стали блевать на асфальтовое покрытие. За ними побежало еще пятеро, а еще трое рухнули в обморок. В середине строя также кто-то падал, но лишь некоторые пытались помочь, пока большинство были заняты разглядыванием неба с запрокинутыми головами. - Так, всех, кто теряет сознание, попытайтесь вынести, у кого есть силы, будем приводить в себя! - приказал я, подходя к одному из гвардейцев, что рухнул в обморок, также открывая свою баночку с нашатырем. - Боже-Император... - слышал я от одного из гвардейцев. - Как это... Как это... Как это... - Так, всем спокойно, дышите главное! - говорил я, опускаясь к гвардейцу. Рука с нашатырем прошлась возле его носа и тот, резко вздохнув, дернулся и открыл глаза, с отвращением и одновременно испугом посмотрев на меня. Затем его глаза устремились в небо и словно замерли. - Так, вы двое! - приказал я двум стоящим солдатам, которые смотрели на небо. Среагировал только один. - Д-д-да, г-господин комиссар... - заикаясь, ответил тот мне. Из его глаз уже текли слезы. - Отнесите вдвоем этого на траву, быстро. - С-с-слушаюсь, - сказал солдат, попытавшись приложить дрожащую руку к виску, но вышло максимально плохо. У него не получалось даже пальцы сложить вместе. - Р-р-разрешите... с-с-спросить? - Да? - немного удивленно сказал я. Как-то не думал, что сейчас что-то будут спрашивать. - Ч-ч-что такое... тра... ва? Я устало выдохнул и мысленно долбанул себя по лбу. Конечно, откуда им знать, что такое трава. - Вон все то зеленое - это трава, - сказал я, указав рукой на поле, где уже десяток человек сидели и блевали. В этот момент я услышал странный утробный звук, который исходил от одного из гвардейцев. Точнее, от его живота. - Ой, блять... - прошипел парень, схватившись за живот и согнувшись. - Господин... комиссар... "Блять, еще и на кишечник реакция..." - Давай, иди, стесняться некого, - сказал я и парень, ничего не ответив и держась за живот, побежал к траве, где начал быстро снимать с себя штаны. Среди гвардейцев послышались всхлипы - начались рыдания, но это было еще нормально. Пусть уж лучше выплачутся, дальше легче будет... Я подбежал к еще одному упавшему в обморок, пока парень, которому я отдал приказ, помог приведенному в чувство подняться и отойти в сторону. Затем я увидел, как один из солдат лег на колени, а потом лбом уткнулся на асфальт, после чего от него начал исходить скулеж. Другие гвардейцы справлялись по-разному. Кто-то просто смотрел на небо, кто-то плакал, кто-то дрожал. Другие бежали на траву блевать и срать, потому что их организмы не выдерживали. Еще один гвардеец, возле которого я присел и провел нашатырем, смог проснуться. Затем удалось пробудить еще одного, что лежал рядом. - Блять... - услышал я нервный измученный голос одного из солдат. - Блять... Блять-блять-блять-блять... Гвардеец стал повторять одно и тоже словно, словно заевшая пластинка. - Так, спокойно... - обратился я к парню. - Ты главное... - БЛЯТЬ!!! - рев гвардейца пронесся по всей округе, заставив многих вздрогнуть от испуга, после чего тот, расталкивая гвардейцев, начал пытаться выбраться из строя. - НУ НАХУЙ!!! Выйдя из строя, гвардеец со всех ног побежал в поле, не обращая ни на кого ни малейшего внимания. За ним устремились еще двое, а сразу трое побежали в сторону шаттла обратно. Дело принимало скверный оборот. - Блять, Дима, догони их! - крикнул я, понимая, что у тех начались панические атаки и они будут бежать через космопорт. Не хватало еще, чтобы под приземляющийся шаттл попали, совсем плохо будет. - Есть! - скитарий, отвлекшись от упавших в обморок солдат, побежал за убежавшими на такой скорости, что у тех шансов, можно сказать, и не было. Внезапно еще двое человек с криками побежали из строя. А за ними попытался еще один. - Так, а ну стоять! - крикнул я, однако бегущие солдаты не послушались. - Всем оставаться на местах, блять! Один из солдат с криками растолкал всех и побежал, куда глаза глядят. Еще один смотрел на него и явно хотел бежать за ним. - Ну нахуй... - говорил еще один. - Ну нахер все это... Нахер... - Так, всем успокоиться! - прокричал я, понимая, что паника сейчас могла распространиться вообще на всех. И уж тогда точно будет пиздец. - Всем сесть на пол, живо! Гвардейцы все же подчинились и многие стали опускаться вниз, садясь на пол. Лишь некоторые остались стоять, смотря с запрокинутыми головами на небо или же закатное солнце. - Эй, усаживайте их! - приказал я и парни начали пытаться спустить к себе тех, кто остался стоять. Один из них резко вскрикнул. - Э блять! - сказал он злобно, после чего ногой ударил того, кто пытался его усадить. Тот от удара разлегся на тех, кто сидел позади, после чего упал к нему и начал метелить его руками по голове. Поднялся вой. Сидящие рядом начали кричать, пытаясь успокоить парня, но тот и их начал бить руками и ногами. - Отойти! - приказал я, направляясь к солдату. - Всем отойти! Никто спорить не стал, но парень, уцепившись за одного из гвардейцев, продолжил его бить и тот попытался защититься, лежа на спине. Кое-как подобравшись к нему, я, пытаясь сдерживаться, схватил его горло и опрокинул на спину. В ответ тот, с криками, попытался ударить меня в ногу, но лишь уперся в металл. Еще один удар, почти сразу же - и его нога врезалась мне в район мочевого пузыря. Боль пронзила весь живот и я, утратив равновесие, упал спиной на кого-то из солдат. Поднялся еще больший вой, послышалось активное движение. Стоило мне привстать, я увидел, как гвардейцы накинулись толпой к лежачему и начали пытаться утихомирить дебошира, пока тот орал, визжал и махался всем, чем можно. Остальные гвардейцы посмотрели кто на толпу, кто на меня. Уже у всех шли слезы из глаз, многие дрожали, кто-то пытался помочь упавшим в обморок, а кто-то просто сидел на полу, плача или просто дрожа. - Г-господин к-к-комиссар... - спросил вдруг один из них, подняв руку. - Да? - А м-м-можно... Туда? - парень указал на группу из нескольких десятков солдат на траве. - Просто... живот... я сейчас... - Давай, беги, - разрешил я и солдат, резко вскочив, побежал на поле травы. - Кому надо в туалет или проблеваться, тот может идти, только далеко не убегайте! Еще трое человек резко подскочили и побежали. В это же время солдата, что ударил меня, все же утихомирили и теперь он лежал на животе, пока на нем сидел мужчина средних лет, а еще двое держали каждый по одной руке. Сам же солдат скулил, плевался и дергался, пытаясь вырваться. - Так, следите, чтобы не задохнулся! - потребовал я. - И руки ему не сломайте! - Да, господин комиссар! - ответили солдаты вразнобой. Я вышел и осмотрелся. Половина взвода уже была в поле на траве. Дима и Гихьян гонялись за солдатами, что бегали по полям космопорта. Еще часть лежала в обмороке или после обморока, а оставшиеся сидели, кто в слезах, кто смотря на небо и солнце. В принципе, могло быть и хуже. Гораздо хуже. Так что тут можно было считать, что все прошло успешно. Я повернулся и посмотрел на шаттл. Стоявшие в первых рядах гвардейцы наблюдали за всем этим с удивленными взглядами, усадив при этом на аппарель четверых солдат, что попытались к ним сбежать. - Капитан, - сказал я. - Выводите второй взвод. Пусть пройдут дальше и усаживаются на асфальт, кому понадобится в туалет - пусть идут, не спрашивая разрешения. - Слушаюсь, господин комиссар! - ответил мне немного взволнованный командир роты. Следующий взвод начал выдвигаться из шаттла, а я приготовился их успокаивать и приводить в чувство. "Это будет длинная ночь..."