Танец чёрного мотылька

      Свет. Яркий, животворящий, зазывающий. В клубах белых облаков полупрозрачной дымки он стелился по сцене всеми цветами радуги, играя в такт с музыкальными ритмами и отточенными движениями конкурсантов, раскрывавшихся во всей красе. В порывах страсти и чувственности молодые тела отдавали себя зрителю целиком, а воздух сотрясался от громких оваций. Полуобнажённые ножки прелестных девиц, грациозные торсы подтянутых парней дарили эстетический оргазм; эмоционально сокрушали непредвзятое жюри и заставляли их что-то постоянно записывать у себя в блокноте.       — Ну, нихуя се — разврат на матрасе! — выругался про себя макнэшка, когда увидел того самого Ви в числе судейской комиссии. Он сидел поодаль спиной к залу расправив плечи, периодически откидываясь на спинку высокого плетёного кресла. Кучерявый пупсень с длинной серьгой в ухе, который совсем недавно стал свидетелем их с Чимой шириночного инцедента, оказывается, здесь имеет весомое слово? Дела, хуже некуда. В какой-то момент Тэ обернулся, окинув взором зал и уловив сверлящий взгляд Чонгука… их глаза встретились на перепутье и ворон всем своим видом дал понять расфуфыренному выскочке — «Попробуй, гнида, только запори номер моего друга! Познакомишься со мной лично!». Но Тэхён незатейливо подмигнул Чону и уставился в свой настольный блокнот, сделав короткую заметку карандашом.       Гуки сидел на первом ряду небольшого зала в ожидании выхода главной звезды сегодняшнего батла — незабвенного дружка Чимина. Он безусловно переживал за Пака, а ещё… наслаждался красотой искусства, что наполняло сосуд отвердевшей дворовой души теплотой и нежностью. Старался сохранять непоколебимое спокойствие, но молодецкое сердце, стучащее где-то под слоем крепких мышц, неистово рвалось на сцену. Это словно наркотик, который дарил неимоверный кайф, а потом съедал тело кусающей болью.       Вопреки творческому зову в глубинах сознания смиренный макнэ старался подавлять в себе всяческие желания, натягивая на лицо маску безразличия. Отец всё равно никогда не оценит по достоинству танцы, даже в качестве редкого хобби. А как же мастерская, пропитанная ароматом древесной стружки? Ведь изготовление предметов домашнего обихода — старая семейная традиция и она обязательно должна перейти по наследству. И чего только сегодня пришлось не понавыдумывать родителям, чтобы инкогнито оказаться в зале с кипящим накалом страстей, где обитал полнейший фанатский хаус, перетекавший в неуправляемый катарсис. А дома ждала работа, так как один из мастеров вовсе не вышел в свою смену.       Свершилось!       Голос ведущего раскатисто объявил выступление Чимы и воздух заполнился плотными басами. Белое лицо парня с потёками пота лоснилось в паутине лазерных лучей игривого светового оформления сцены. Заметно, что Пак дико волновался, но изо всех сил держал марку истинного профи. Его руки задрожали, а сам он даже пару раз чуть не упал, запнувшись о собственные ботинки, когда сквозь бьющий в глаза свет рамп удалось разглядеть хитро улыбающееся лицо Тэхёна. Как же сейчас было стыдно за ситуацию в гримёрке. Вот сидит поди этот перец размалёванный и не раз прокручивает увиденное в своей голове. Наверное, уже нафантазировал себе самых развратных картинок. Колени Чимина снова дрогнули.       Зная неуверенность друга, Чонгук принял решение немного его приободрить. Он сложил большой и указательный палец колечком и, подставив их к своим губам, издал пронзительный свист. Пак широко улыбнулся, видимо, ощутив поддержку своего бесценного защитника и вроде бы немного собрался мыслями. Публика с замиранием сердца наблюдала за выступлением конкурсанта-новичка, и только рядом сидящей кудлатой мокрощелке, не особо понравился свист Чона, за что ворон незамедлительно получил порцию словесных пиздюлей в трёхэтажном формате, приправленный брызгами слюней. Гуки всё же не стал вступать в конфликт и глубоко извинился за беспокойство слуховых рецепторов принципиальной сисястой дамочки. Спорить с перевозбуждённой мамзелей — это как в ванне с крокодилом — хер знает, что откусит первым.       Он смог! Он сумел! Он большой молодец!       Чимиша застыл каменным изваянием на последнем аккорде музыкальной композиции, уже не слыша громкие овации, потому что их заглушали звуки собственного колотящегося сердца. Капельки пота стекали по лицу и падали на пол крупными хрустальными бусинками. Пиздец переволновался. А ещё… всё немыслимо натёрло между ног. Жесть! «Яйца всмятку, взмокла жопа — что не стерпишь для кей-попа!».       Пока ведущий рассыпался в пресловутых комплиментах, Чим всё это время косился на Тэ, боясь, что из-за нелепой ситуации он возьмёт и отсеет его в чёрный список, тем самым зарубив на корню давнюю детскую мечту. Зал пылал от аплодисментов. Многолетний труд над собой и нескончаемые тренировки, явно сделали своё дело. Ви недолго пообщался с коллегами по цеху, кинул улыбчивый взгляд в сторону Чима, отпил из своего стакана минералки и покинул рабочее место, скрывшись за кулисами.       — Блять, вот, по-любому, всякую хуйню про меня наплёл! — мысленно пронеслось в перевозбуждённом мозгу кланяющегося Пака.

      *******

      До окончания батла оставалось еще несколько участников. Вспотевший, взвинченный и переволновавшийся пусановский танцор смело направлялся в гримёрку, чтобы поскорее скинуть с себя прилипшие к телу концертные вещи и переодеться в привычную лёгкую футболку с немного потрепанными рукавами. Сейчас Чимина гложил самый главный вопрос — а, смог ли он? И почему Тэхён удалился после номера? Неужели парню совсем не понравился образ или… наоборот? Он зайдет сейчас в раздевалку и скажет: «Чувак — ты просто огонь!» Да не… Хуйня какая-то снова лезет в голову. Может, он всего-навсего решил передохнуть? Шутка ли, отсидеть четыре часа без перерыва.       Чима с трудом стянул с себя одежду, издав протяжный стон удовольствия, когда взмокшей кожи коснулся лёгкий холодок кондиционера. Это как у девушек, которые после корпоратива снимают туфли тридцать пятого размера с ножки сорок первого. Подобные моменты слаще любого оргазма. Господи, как же пережить этот бешенный день, чтобы не сдохнуть от усталости. Щас бы в холодный душ и что-нибудь слопать, так как в желудке звучала вторая часть концертной программы.       — Хэ-эй, кого я тут ви-жу! Чимишечка! — в пустую гримёрку словно ураганный ветер влетел стройный, высокий юноша с коротко стриженными ёжикообразными волосами и в ярко-красном бальном обтягивающем костюмчике с золотистыми вкраплениями. — Когда я тебя увидел на сцене, сначала не поверил, что это ты. Бог ты мой, как ты изменился. На улице я бы тебя точно не узнал.       — Юонг?! Ты? — златовласый удивлённо вытаращился на парня, пытаясь осознать, что он видит не призрака, а реального человека. — А ты какими здесь судьбами, чувак? Ведь, насколько я знаю, ты же вроде бы уехал жить в Тэгу.       — Вот, как видишь, вернулся, — визитёр развёл руками в стороны и сделал хореографический поворот. — Ты же знаешь, что у меня в Пусане жил отец, а год назад его не стало. Сердце резко прихватило. Врачи не успели спасти. Я подумал и решил остаться на своей малой родине. Квартира большая, за ней нужен уход, да и работенка интересная подвернулась на студии звукозаписи. Теперь хочу вновь окунуться в старый и давно забытый мир танцев. Чи, как же я по тебе скучал, ты даже не представляешь.       — Скучал он… — Пак обидчиво закатил глаза, обтираясь сухим полотенцем. — Ты свалил, когда очень мне был нужен. Умчался со своим Хуилой в тёплые края и испарился со всех экранов радаров. Скучал… ну-ну.       — Ну, во-первых, не Хуила, а Хуэлло. Во-вторых, нас уже год, как ничего не связывает. Хотя, после того, как он мне изменил с моим же другом на вечеринке — ты прав — он реально Хуила! А, в-третьих, если тебе интересно знать причину моего исчезновения, то она стоит прямо передо мной и обиженно строит свои красивые глазки. Ты ведь не захотел со мной серьёзных отношений. А я любил тебя, Чимин-и. Очень любил.       — Ой, хорош заливать! Это я тебе отдал всего себя, — скривился Пак, напяливая на себя любимую белую футболку. — Ты просто хотел со мной потрахаться. Думаешь, если мы с тобой два месяца встречались, то всё — кольцо и белая фата?       — Хмм… Интересное предложение, солнце. Как же я раньше об этом не додумался? — мечтательно протянул Юонг, вальяжно усевшись на пуфик и сложив нога на ногу. — А я бы не прочь с тобой разделить постель, собственно, как и целую жизнь.       — Ну уж не-ет! — громко рассмеялся Чима, — к серьёзным отношениям я точно не готов. А, если мне совсем-совсем невтерпёж, то у меня на этот случай есть девушка.       — О, как! Неожиданно. Познакомишь?       — Знакомься, Юо, — это моя девушка, — златовласый хитро улыбнулся и протянул свою правую руку.       — Понятно. В последнее время, я точно с такой же девушкой занимаюсь сексом. Уж она-то никогда не бросит. А как же тот красавчик, с которым я тебя сегодня видел? А? Накаченный, подтянутый, с родинкой под губой… ммм — голубая мечта нетрадициалов и покоритель маленьких женских сердец! — Юонг демонстративно облизнулся, — Ты что, его в лотерею у судьбы выиграл, в качестве Джекпота?       — Ага, а тебя, видимо, на сдачу дали в продуктовом магазине, — Чима бурчал как старый дед, упаковывая свои вещи в сумку. — А тот, как ты выразился, красавчик — это Чонгук — мой лучший друг. И у вас с ним, поверь, совершенно разные представления о прекрасном. Тебя в парнях привлекают пухлые задницы, а его — наглые лица.       — Это как? Хочешь сказать, что он тоже любит их тискать?       — Почти. Он обожает их бить. Чон — Мастер спорта по Тхеквондо, если что… И он натурал до мозга костей.       — Да уж, серьёзные у тебя друзья, Чимин-и, — цыкнул в сторону парень и раздосадовано выдохнул. — А как он относится к тому, что ты — Би?       — Он не знает о моих маленьких слабостях. Хотя, наверное, догадывается. Да, даже если бы и знал, то навряд ли бы это сломало нашу многолетнюю крепкую дружбу.       — Слушай, Чи, а у меня возникла отличная идея: может быть вечером отметим наш сегодняшний танцевальный фурор у меня дома? Если хочешь, можешь пригласить своего грозного друга Чонгука. Но в идеале, я бы желал видеть тебя в единственном экземпляре, как раньше. С меня фуршет. С тебя — твоё непосредственное присутствие. Как ты не это смотришь, солнце? — Юонг подошёл со спины и положил ладони на талию приятеля, ощутив жаркую волну тёплых, и таких забытых ощущений. — Я правда очень по тебе скучал. А с Хуэллом уехал просто тебе на зло. Ты знаешь, сколько раз я об этом пожалел? Честно сказать, за всё время у меня с ним было-то всего пару раз. Не любил я его. Не любил.       — Послушай, мой дорогой, если ты думаешь, что вот так просто можно со мной поиграться, кинуть, а потом состроить щенячьи глазки и обо всём забыть, то ты глубоко заблуждаешься, — Чим отбросил от себя руки парня, пригладив себе взлохмаченные волосы. — Может пять лет назад я и был идиотом, а сейчас, прости. Поезд ушёл и рельсы сдали на металлолом. Обратного пути нет, Ю. Нет. Пойми, я хочу построить новую жизнь: без всякой пидорской хрени, которая однажды испортит нам жизнь. Ты же понимаешь, в какой стране мы живём…       — Так давай уедем отсюда. Купим домик у моря и будем счастливы вместе, солнце! Это же так просто. Я продам отцовскую квартиру. В конце концов, у меня есть кое-какие накопления… справимся. Но, я хотел бы провести остаток жизни рядом с тобой, малыш. Клянусь, я больше никогда тебя не оставлю одного. Готов терпеть тебя любого: вредного, неуклюжего, но такого родного.       — Юо… прошу, оставь меня в покое, — сварливо выплюнул Чима, недовольно покосившись в сторону парня. — Это раньше я сходил по тебе с ума, но теперь внутри пусто. Остыли чувства. Ты красивый, талантливый, сексуальный, в конце концов… найдешь еще себе такого же долбоёба, как я.       — Не найду, — повысил голос Юонг, скрипнув зубами, — потому что такого же прекрасного долбоёба, как ты — в мире просто не существует!       — Прости, меня ждёт Чонгук-и, — Пак отодвинул в сторону парнишку и направился к выходу. — К тому же скоро объявление результатов.       — Пфф… Чонгу-у-уки! — саркастично пропел ревнивец, скорчив недовольную рожицу, — от судьбы не спрячешься! Ты слышишь меня, солнце?! Всё равно я буду тебя любить, гад!       Но Чимин уже скрылся за массивной дверью гримёрной, оставив паренька в глубоком отчуждении. Он прекрасно понимал, почему маленькое пусановское солнышко к нему окончательно охладело. Чима не любил предательства и обмана ни в каком его проявлении. Особенно со стороны тех, кто когда-то был ему дороже золота. Да, безусловно, Юонг Чань-Ён сам виноват в том, что случилось. Взыгравшая однажды гордость разрушала все хрупкие замки из песка и похоронила под зыбучей насыпью трепетные чувства, поставив на поверхности надгробие с эпитафичной надписью: «Довыёбывался!».

_______*****________

      А ведь когда-то существовали мгновения, где не было места боли, обиде и душевной пустоши. О своих «приближённых» Чимин ни с кем не делился, стараясь хранить тайну личных предпочтений под семью замками. Чонгук никогда не знал про Чань-Ёна, в то время, как Ю не имел понятия о существовании Ворона. Не стоило знакомить две противоположных стихии, что могло бы спровоцировать бурную реакцию и открыть ящик Пандоры. Где гарантия, что золотой макнэ сможет удержаться от искушения заебенить по «матюгальнику» Юонга.       О своём влечении к парням Чимин узнал ещё в шестнадцать лет. Нет-нет, это не было вот так сразу, по типу: встал утром, посмотрелся в зеркало полусонными глазами и сказал себе — «Сегодня я гей, а завтра опять вернусь в свой прежний облик!». Первые звоночки странных вибраций прозвенели во время просмотра очередного порно, в качестве обучающего материала. Всё-таки нужно поучиться у проф-трахеров эксклюзивным приёмчикам удовлетворения женского либидо. Оказалось, всё одинаково и однотипно. Менялись только актёры. Как итог — даже толком не возбудился.       В какой-то момент в голову Чима пришла совершенно ебанутая идея — взглянуть одним глазком на секс между мужчинами. Совсем чуть-чуть… самую малость. Так сказать, ради праздного интереса. Поначалу это показалось неким извращением. Даже хотелось поскорее закрыть ноутбук и пойти промыть глаза от увиденного. Ебать, и как это развидеть?!       На следующий вечер ситуация повторилась. Теперь уже в голове засел клещ любопытства к близости между мускулистыми красавчиками, чьи тела так сексуально блестели от маслянистого покрова. Заэкранный вертеп как-то странно погружал сознание парня в свой микромир, в котором Чи на секунду представил себя: как бы он смотрелся на фоне вон того плечистого мачо с огромной кувалдой между ног?! А смог бы он сняться в подобном кино или хотя бы переспать с другим парнем… чисто гипотетически? Наверное, нет. Срамота!       Пока мысли собирались в кучу, Чимиша даже не сразу заметил, что его рука уже давно елозила в трусах, обихаживая твёрдый член. Охуеть! Почему же гей-порно стало триггером к столь сильному возбуждению? Неужели весь этот однополый «ужас» мог вызвать глубокий интерес, если организм так бурно отреагировал на громко трахающихся жеребцов.       Ладонь крепче обжала ствол и инстинктивно прошлась несколько раз туда-сюда, что спровоцировало первые позывные к наслаждению. Окаменевший дружок сильно напрягся, дрогнул и по пальцам потянулась большая капля предъэякулята. Ну надо же!.. Охуеть, как это приятно! Уже через минуту ноут стоял на коленях, громкость прибавлена, так как родителей не было дома, а трусы бесхозно валялись около кровати. По комнате стали разлетаться томные выдохи Чима, под аккомпанемент развратной вакханалии из новенького компа и пошлый звук скольжения руки по мокрому пенису. Златовласый не понимал, почему его это так сильно заводило. Он бесстыже пялился в экран, яро надрачивая и представляя себя на их месте. А, может быть, и вместе с ними. От передоза дофамина в крови, в ушах оглушительно зазвенело, а к паху подступила горячая, гремучая волна, укусившая прямо в основание раскалившегося дружка. Ещё рывок. Чимин закусил губу, закинул голову назад, сделал пару завершающих движений ладонью и завис в стонущем экстазе, пока в лицо несколько раз не брызнула тонкая струйка; в аккурат с красивыми парнями из кино, которые смело сдрачивали друг на друга и также по-блядски стонали. Боже! Какой же это улёт!       Чуток отдышавшись Пак захлопнул ноут, открыв ноту протеста против своей гаденькой сущности. Какого хуя его так растаращило от голых гомосеков?! Это что же получается — парни «вкуснее» девушек? Не-не… это полное ебланство во всём своём обличии. Чима брезгливо откинул комп в сторону, возненавидев себя за свершённые деяния. Он спешно направился в ванную, чтобы смыть с лица белые капли позора и зарёкся, что больше не вжись не станет глазеть на гейский зашквар в интернете. Не пристало юношам дрочить на себе подобных… Не правильно всё это! Не правильно!       На следующий вечер всё повторилось по тому же сценарию. И снова мощный оргазм в компании крепкотелых пижонов с огромными «игрушками», и снова всё ебало в собственной сперме. Нет, блять, с этим надо определённо что-то делать! Это уже перебор! Надо отвлечься и переключиться на что-то другое, чтобы окончательно не попутать берега и не провалиться в голубой омут со всеми вытекающими. Гормоны, мать их! Наверное, пройдёт. Просто ещё не было секса с девчонками, оттого подобный сдвиг по фазе. Всего-то нужно найти себе нормальную деваху, с которой можно было бы покувыркаться в постели и кончать уже не себе в рожу, а прекрасной даме сердца на милое личико. Также, как это происходит во взрослом кино.       Но, на этом адские муки златовласого хочуна не закончились. Убедиться в том, что сие влечение — это не сбой гормональной системы, а её форменный саботаж, помог очередной день в школе хореографии. Занятия начались вроде бы обычно. Кроме одного интересного момента: к группе первокурсников примкнул новичок, желавший постичь истинный Дзен в области танцевального искусства. Высокий, красивый, подтянутый… с гладкой кожей и огромными глазами — прям-таки леденец на палочке — хоть соси. То, как грациозно двигался новобранец говорило о его природном таланте. А милое, нетронутое пошлятиной личико, гласило о девственном образе юнца. И это сыграло роковую роль не только в судьбе одарённого мальчишки, но и самого Чимина, который на тот момент учился на втором курсе факультета.

      *******

      Пару недель Пак провалялся дома с температурой и значительно отстал от программы. Танцы — дело тонкое и не любят пропусков: теряется форма и ослабевает тонус мышц. Дабы нагнать упущенное, Чима решил оставаться после занятий и в одиночку отрабатывать некоторые элементы, исключительность которых сползла к нулю. Теперь стоит тщательно потренироваться и вернуть себе первоначальный уровень. Всё пошло не так.       — Ты немного неправильно ставишь ноги, поэтому у тебя ничего не получается, — по пустому залу раздался мягкий, бархатный голос, заставивший пыхтящего Чима отвлечься от своих пируэтов и обернуться. В дверях стоял тот самый парнишка первокурсник в синих джинсах, обтягивающих стройные балеринские ноги и красной клетчатой рубашке нараспашку, надетой поверх чёрной фирменной футболки.       — Тебе-то какое дело! — злобно выплюнул златовласый, ворча даже не на одинокого зрителя, а на самого себя неуклюжего.              — Если ты будешь тянуть носок, то тело становится легче и им проще управлять, — юноша оставил сумку в сторону и вышел на середину зала, продемонстрировав свой блестящий дар. — Вот… видишь? Так удобнее. Сосредоточься на центре тяжести, а не на том, что ты делаешь. Отпусти ситуацию. Разум подскажет последовательность движений. Кхм… Прости, забыл представиться. Меня зовут Юонг Чань-Ён…       — Ч-ч-чимин, — Пак протянул руку и приветливо сжал крепкую ладонь парнишки, ощутив бархатистость его тёплой кожи. — Можно, просто Чима. — В голове как-то странно стрельнуло, отдавшись где-то в пятках.       — Так вот, Чимин, просто Чима, давай попробуем вместе. Если ты позволишь, то я тебя немного подстрахую, — предложил он и закатал рукава до локтей. — Сейчас сконцентрируйся и доверься своим навыкам. У тебя всё получится.       — Если тебе не трудно, то я не против, — голос второкурсника как-то неистово дрогнул от волнения. Ведь он еще ни разу не видел таких красивых парней. А после всего того, что с ним происходило в последнее время, и вовсе растерялся будто невеста перед алтарём, на чей палец надевали обручальное кольцо. Ёп ж твою за ногу… Он охуенен! Он невъебецки охуенен! Златовласый сглотнул тугой комок и бегло осмотрел «сенсея» с ног до головы, пока тот отвёл глаза в сторону висящей картины на стене.       — А теперь просто расслабься… — Юонг подошёл сзади и положил руки на талию Чи, ошпарив горячим дыханием вспотевшую шею. Крепкие, и, в то же время, пластичные пальцы будто обняли со всех сторон, врезаясь прямиком в душу.       Да как тут вообще можно расслабиться, когда рядом находится пышущий сексом чел! Чима сглотнул второй раз, пытаясь сосредоточиться на предстоящих движениях, но это получалось пиздец, как хреново. Как можно думать о танцах, когда к тебе прикасается невероятной красоты молодой человек. Златовласый понимал, что сейчас он немного загоняется, ведь совсем недавно сам себя же клял за свои нетрадиционные игрища, поедая глазами голых мужиков в экране ноутбука. А тут… буквально в нескольких миллиметрах от тебя дышит невероятное чудо, постепенно разбирающее сердце по кусочкам. «Докатился, Чимин-и, докатился. Поезд гетеро-пубертата прибыл на станцию «Пидорская» и широко открыл двери — пора выходить!». Где произошёл сбой матрицы, что теперь тело взрывоопасно реагировало на прикосновения мужских рук, покрываясь мелкими колющими мурашками и оседая где-то под нижним бельём.       Около двух часов парни кружили в синхронном танце, уже не ощущая дискомфорта. Складывалось ощущение, что они знакомы всю жизнь. От Юонга исходила мощная энергетика, которая не оставляла шансов на завершение этого плодотворного вечера банальным: «Пока». Хотелось просто быть с ним рядом. Вдыхать аромат его туалетной воды с нотками цитруса и ощущать рядом с собой. А главное, никуда не отпускать.       — Отлично поработали, Чимин, — Чань-Ён поправил немного растрепавшуюся рубашку, раскатал рукава в прежнее положение и повесил сумку на плечо.              — Да, согласен. Вечер отличный, Юо, — смущённо улыбнулся Пак, собирая свои вещи, чтобы поставить точку в сегодняшнем дне. — Спасибо, что помог. Проболел, вот и подзабыл немного.       — У тебя отлично получается. Не кори себя за ошибки. Это нормально. Даже мастера ошибаются, стоит им только отложить тренировки в недолгий ящик.       — «Блять, да замолчи ты уже!» — мысленно выругался Чимин, понимая, что голос Юонга попросту начал сводить с ума и перекрывать кран здравомыслия.       По дороге домой Чима и Юонг мило болтали обо всём, рассказывая друг другу разные смешные истории. Оказывается, Чань-Ён — парень с невероятным чувством юмора и такой… такой… такой охуительной улыбкой, от которой нельзя оторвать глаз. Но больше всего Паку нравилось, когда новый знакомый во время разговоров проводил кончиком языка по нижней губе, будто соблазняя и зазывая к запрещённым отношениям. Интересно, а он гей?

*******

      С момента знакомства мальчишек прошло порядка месяца. Всё это время они настолько сблизились, что уже по привычке шли из училища по одной и той же дороге домой, беседуя на откровенные темы. Хотя, Чима так и не узнал обо всех скелетах в шкафу своего нового знакомого, так как этот мега-секси-бой ни коим образом не признавался в том, что он НЕ-гетеросексуален. Опуская все ширмы запретов, Пак с замиранием сердца всё надеялся, когда Чань-Ён где-нибудь, да проколется; очень ждал, что высокий мальчик первым откроет все секреты и однажды впустит его на территорию своей закрытой души. Но, нет! Он был непоколебим и уровновешан, в то время, как сам златовласый готов был засосать его в пухлые губки в ближайшем укромном переулке. Что же это за напасть?!       — Ну вот мы и пришли. В этом доме я и живу вместе с отцом, — Юонг потоптался на месте, уж было хотев пригласить Чима в гости, но вовремя передумал. Батька строгий и не очень любил, когда сынуля приводил в дом незнакомцев.       — Жаль, что завтра выходной, — тяжко выдохнул Пак, не желая оставаться наедине со своими мыслями вдалеке от парня, к которому его тянуло мощнейшим магнитом. — Могли бы ещё потренироваться и закрепить наши успехи.       Но эти слова лишь банальный повод, чтобы побольше провести времени с идеалом. Когда Ю рядом, душа обретала крылья и порхала в безоблачной дали, теряясь в мире грёз. Может, стоит пригласить его к себе? К величайшему счастью Чимы, этого делать не пришлось. Всё сложилось по наилучшему плану.       — Я тут подумал, Чи, и у меня есть одна идея, — после недолгих раздумий, вдруг заговорил Юонг. — Завтра мой отец уедет в Сеул к другу на юбилей. Думаю, его не будет в городе пару дней. Если появится желание, можешь приходить ко мне в гости и мы продолжим.       Если бы сердце умело танцевать, то оно сейчас бы схватило маракасы и выплясывало корейские народные танцы под аккомпанемент большого оркестра. Получить предложение от Мистера «Классный зад» — стоило всяческих ожиданий. Господи, спасибо за сегодняшний день! — мысленно взмолился Пак, готовый запищать от счастья. Внутри всё бурлило Йеллоустоунской кальдерой, но златовласый изо всех сил пытался подавлять тошнотворно-счастливый вид. Поэтому пришлось собрать волю в кулак, сделать глубокий выдох через нос и сухо ответить — было бы круто!       — Тогда до завтра, Чи, — Чань-Ён пожал руку и скрылся в дверях железных дверей подъезда под пристальный взгляд влюблённого ухажёра.       Весь оставшийся вечер воодушевленный Чимиша не мог успокоиться. Казалось бы, что тут такого… пригласил и пригласил. Пацаны всегда зовут друг друга в гости. Это обычная дружеская практика. Но из уст улыбчивого, шикарного парня слова прозвучали словно зазыв не на занятия, а на романтическое свидание при свечах. А, стоит ли строить себе хрустальные замки и выдумывать всякое… Юонг чётко же сказал: «Продолжим танцевать, а не начнём целоваться».       Бурные фантазии всё больше загоняли Пака в ловушку недоразумений, не давая никаких шансов думать о чём-либо другом. Вот это встрял, так встрял! Еще несколько недель назад клял себя за развратные мысли во время просмотра гей-порно, а сейчас парня словно подменили. Даже Чонгук стал замечать, что с другом явно что-то происходило. Макнэ понимал — Чима влюбился, только ответа на поставленный вопрос — Кто она? — от него так и не последовало. Танцор лишь отмахивался и смущённо бурчал под нос, мол: «Да, ты её не знаешь…».       Всю ночь Чимин не сомкнул глаз. Переживания перекрывали кислород, из-за чего периодически начинала кружиться голова, а кишки неприятно сворачивало в тугой узел. Блять, да что же это за наказание?! Неужели Чань-Ён обладал настолько мощным обаянием? Неужели тяга к нему становилась более, чем запредельна? Если происходит такое сейчас, то, что же будет завтра?       За окном постепенно прорисовывались алые проблески надвигающегося рассвета. Будто кисти профессиональных художников природа раскрашивала небо в тонкие нити багрянца, открывая врата новому утру. Звуки автомобильных шин оживляли пустынные улочки, разрезая звенящую тишину и нахально влетая в полуоткрытые окна дремлющих домов с черными спящими окнами.       Чимин смог заснуть только часам к пяти утра, истрахав вдребезги свой воспалённый мозг всевозможной дичью. Поэтому, храпящего соню разбудил громкий телефонный звонок. Златовласый не открывая глаза нащупал на столике мобильник и приложил его к уху.       — Чи, ну… и где тебя хуй носит?! — на том конце провода раздался знакомый и такой милый голос Юонга. — Время полдень, а тебя нет. Если ты передумал, то я тогда поеду по магазинам.       — Не-не-не, я уже лечу на всех парах! — резко проснулся Пак и одеяло полетело в угол комнаты, по дороге свернув полку со стены. Всё содержимое тут же посыпалось на пол и зазвенело раскатистым эхом. Упустить шанс поработать, а, вернее, побыть вместе с амбассадором красоты и сексуальности, было бы, как минимум, непростительно.       — Что там у тебя происходит? — раздалось в трубке.       — Всё нормально, Юо, — метался по комнате Чим, разыскивая свои новые спортивки. — Это тут, на улице что-то ёбнулось. А я… я уже бегу. Щас вот только заскочу в магазин, возьму чего-нибудь выпить…! Ой, не… то есть, попить. На улице жарко.       Чима газовал по гладкому полу словно перепуганный кот, теперь уже пытаясь отыскать тёмные очки и любимую туалетную воду. Погремев дверцами шкафчика, он не глядя пшикнул из флакона и только по запаху понял, что это мамины дорогущие и очень стойкие духи. Заебись! После недолгих поисков, Чим взглянул на себя в зеркало и понял, что очечи уже давно сидели на макушке. Да, пиздец, же! Ключи. Где ключи от дома?       — Не надо ничего брать. У меня всё есть: и попить, и выпить. У тебя всё там хорошо, Чимин-и? — продолжал допрос немного взволнованный Чань-Ён, — уж очень странно ты идёшь в магазин.       — Да-да, всё просто охуе…       Запнувшись о собственные кроссовки, которые были оставлены со вчерашнего дня в пороге, Пак загремел в прихожей всеми костями, забрав до кучи обувную полку, вешалку и любимый мамин вазон. — Су-ка!       — Тебя что там, машина сбила, что ли? — залепетал не на шутку перепуганный Юонг. — Чима?! Дорогой. С тобой точно в порядке? Как ты? Не ушибся? Давай я приеду за тобой.       Чтобы услышать эти заветные слова от лучшего парня танцевальной школы, наверное, стоило разбиться в хлам и даже попасть под бешенное авто.       — В порядке. — С довольной лыбой протянул неуклюжий танцор, лёжа под ворохом барахла. — Уже подхожу. — Парень прервал звонок и дрожаще выдохнул, глядя в потолок. — Переживает! Значит, я ему тоже нравлюсь.

*******

      Немного покалеченный Чимин через полчаса стоял на пороге большой квартиры Чань-Ёна и виновато хлопал глазами. Хозяин суетился перед ним в обычных домашних шортах и какой-то дряблой футболке, что немного контрастировало с его первозданным обликом истинного сердцееда. Но, даже в этом виде он оставался таким же миловидным и обаятельным.       — Я уж думал, ты и вовсе сегодня не придёшь, — Юонг закрыл дверь за Паком и похлопал его по плечу. — Давай, разувайся и проходи в гостинную. Так и скажи — проспал.       — Да, прости. Если честно, то я сегодня не мог почти всю ночь уснуть.       — А чего, так? — Юо ковырялся в огромной картотеке музыкальных дисков, подыскивая более оптимальную музыку для танцевальных занятий.       — Не знаю, просто не мог и всё.       — Если ты переживаешь за тренировку, то это пустое. Я же тебе говорил, что ты отличный танцор и у тебя большое будущее. Главное, не прерывать занятия. Вот увидишь, о тебе ещё будут писать газеты.       — Скажешь тоже… газеты. — Чимин смущённо буркнул и уселся на краешек светлого дивана, сложив руки меж колен. Просторная квартирка Чань-Ёнов немного походила на царские покои. Всё как-то слишком пафосно, учитывая, что отец Юонга работал где-то при администрации города.       — Чего ты так скромно? — широко улыбнулся красавчик, запустив музыкальный центр. — Не стесняйся. Будь как дома, ведь ты же в гостях у друга. Пожалуй, начнём?       — Угу, — кивнул Пак и оторвал пятую точку от насеста.       — Давай сначала закрепим прошлые занятия и попробуем соединить все движения в кучу. — Юонг подошёл сзади и снова обнял Чима за талию, заставив сердце всколыхнуться где-то под рёбрами. Тело тут же осыпало мелкой россыпью мурашкового дождя, а колени предательски дрогнули. — И раз, и два, и три… Не напрягай плечи. Расправь. Держи руки полусогнутыми, а пальцы должны обрести состояние порхающих бабочек.       Чима уже не слышал ничего. Пульс тарабанил по венам с такой силой, что в глазах вот-вот наступит полнейшая тьма. Все эти движения он знал более, чем отлично. Но, из-за тактильных ощущений наступала временная амнезия. Отточенные до идеала движения напрочь вылетели из головы. Главное, хотелось чувствовать за спиной худощавое, но очень горячее тело Чань-Ёна и плескаться в сливочной пенке его бархатного голоса; захлебнуться в пучине морской волны телесного аромата и очнуться в крепких объятиях. Зачем всё это?! Зачем заниматься самоистязанием, когда прелестный юноша с длинными пальцами никогда не ответит взаимностью и не прикоснётся своими алыми губами. Может, лучше завершить занятия и тупо съебаться домой, чтобы больше не видеть и не слышать его. Закрыться наглухо в комнате, объявив войну злому року, который так глупо свёл их на одной тропе. Пристрелить к хуям этого чёртового Амура, что по пьяне промахнулся и попал не в то сердце.       — Чимин-и, ты сегодня какой-то совсем несобранный, — Юонг не понимал, почему его подопытный путался в движениях и всё время оступался. — Что происходит? Ты заболел?       — Не знаю, — Пак вытер пот со лба и подошёл к открытому окну, втянув ноздрями придымлённый воздух. — День как-то с утра не заладился. Прости.       — Хмм. Щас, погодь минуту. Всё поправимо. — Чань-Ён открыл шкафчик и вытащил оттуда пузатый пузырек с бордовым напитком. — Думаю, это тебя немного взбодрит.       — А что это?       — Король напитков и напиток королей, — поэтично выпалил Юо, достав из серванта два больших фужера на тонких ножках и налив почти половину в каждом. — Это папин коньяк. Между прочим, самый лучший французский коньяк. Пей, не бойся. — Парень протянул хрусталь Чимину и снова облизнул нижнюю губу. — Щас полегчает. Вот увидишь.       — Очень на это надеюсь. — Златовласый влил в себя спиртное, даже не поморщившись. Алкоголь влетель внутрь, как к себе домой и провалился в недра переволновавшегося тела, оставив лишь лёгкое послевкусие дубовой почки. В голове появилась лёгкая нега, а кожу словно окатили холодной водой. Стоит принять существенный факт — полегчало. Но появилось совсем другое — ощущения обострились в несколько раз и контролировать свои позывные становилось сложнее.       — Ну что, теперь продолжим? — гостеприимный хозяин оставил фужер, включил новый трек и снова обнял Чима со спины, готовясь к погружению в чудесный мир танца. — С правой ноги, и…       Оскорблённый мыслями Амур, видимо, решил отомстить Паку за произнесённые в голове ругательства в свой адрес, поэтому выстрелил невидимыми стрелами по музыкальному центру, который немного икнул и переключил трек на романтическую, медленную музыку, заполнившую всё пространство гостинной. Танец был хамски прерван неисправностью аппаратуры, но не смог прервать объятия Юонга, ставшие чуточку крепче. Коньяк всё больше овладевал сознанием, отключая последние капли здравого смысла.       — А ты классно танцуешь, Чимин-и, — пальцы Чань-Ёна произвольно смяли футболку гостя на животе и златовласый почувствовал подбородок юного идола на своём плече. Сердце пропустило удар. А потом, второй. Третий. Шею обожгло дыханием партнёра и прокатилось по спине палящей волной. — Если хочешь, давай я переключу трек на что-то более энергичное.       — Нет, не надо! Оставь, — перебил взвинченный Чима, сжав своей рукой руку Юо, которая всё сильнее стискивала ткань футболки. — И так хорошо. Просто, давай потанцуем…       Ноги медленно переступали по сантиметру и объятия становились только теснее. Чимин откинул голову назад, положив её на плечо своего бесценного учителя и закусил нижнюю губу, осознавая всю реальность сегодняшней встречи. Этот прекрасный момент уединения уже не хотелось останавливать. Ютилось желание остаться здесь до утра и безотрывно обнимать своё талантливое чудо.       — А я сразу понял, что ты не тот, за кого пытался себя выдавать, — прозвучало около уха Чимина, что заставило его вздрогнуть.       — Это как?       — Ещё при первой встрече… Я же видел, как ты на меня смотрел, Чимин-и. Боялся, что прожжёшь во мне дыру, — Юонг улыбнулся и несмело коснулся своими губами шеи Пака. Всё что сейчас оставалось златовласому, так это постараться не потерять сознание. Но удержать резкий выдох никак не получилось. Он сорвался с уст и бешенной птицей ударился о стены квартиры.       — А хочешь, я тебе открою маленький секрет? — продолжил Юонг. — Ты тоже мне очень понравился. Я даже старался брать дополнительные занятия, чтобы чаще тебя видеть. — Чань-Ён прижался сильнее и Пак почувствовал своими булками крепкий бугорок в шортах партнёра, который то и дело толкался от напряжения.       — А чего же ты раньше мне не признался, Ю? — простонал Чима, закинув руку за голову и погладив своего мальчика по гладкой щеке. — Я с ума сходил по тебе. Я не знал куда себя деть. Я ведь думал, что ты ни за что не приблизишься ко мне и не станешь моим…       — Ну, вот он я… рядом, — хрипло протянул парень, огладив живот Чима и прикоснувшись к оттопыренной ткани спортивных штанов. — И я хочу провести с тобой этот вечер, мой милый Чимин-и. Надеюсь, ты не против?       Последние слова выдернули чеку из гранаты. Пак резко развернулся и жадно вцепился губами в приоткрытые губки Чань-Ёна, совершенно теряя голову от нахлынувшего безумия. Все предрассудки рассыпались о глубокий поцелуй и приблизили трепетный момент, который окончательно решит их дальнейшую судьбу: либо соединит колотящиеся сердца в единый тандем любви, либо разведёт мосты, оставив между ними глубокую пропасть.       — Прости, Юо, — задыхающийся от чувств Чимин прервал поцелуй и аккуратно отпихнул от себя парня.       — Что-то не так? — Чань-Ён непонимающе захлопал длинными ресницами. — Ты не подумай, я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, если ты этого не хочешь. Просто скажи и ничего не будет.       — Нет, не в этом дело, — Пак опять громко сглотнул, забегав глазами по полу. — Просто с парнями у меня такое впервые и… и… я потный.       — Ах ты ж моё сладкое солнышко, — громко рассмеялся Юонг, сжав руку избранника в своей мягкой ладони, — ну чего ты так распереживался. Если тебе нужно в душ, то прошу — он в твоём полном распоряжении. А что касается всего остального, то решай сам, — хозяин подлил по бокалам немного коньяку и протянул один своему раскрасневшемуся стесняшке. — На, вот, успокойся. А то ты сам не свой. А у тебя правда это впервые?       — Угу, — Чимин залпом опрокинул алкоголь, вытер губы запястьем руки и, кинув смущённый взгляд на спокойного льва — Чань-Ёна, поплёлся в сторону ванной комнаты, чтобы привести в порядок не только тело, но и окончательно запутавшиеся мысли.       — Какой же ты охуенный! — тихо прошипел танцор, глядя на удаляющегося Пака. Он облокотился о сервант, отпил немного из своего бокала, громко причмокнул и сжал пальцами ткань вздыбленных шорт, под которыми томился измученный узник, ждущий страстного и жаркого продолжения.