Кофейная горечь

Скарамучча: Я дома. Ответ не заставил себя долго ждать. Тарталья: Замечательно, а теперь пиздуй спать :) Приятных снов, Мучча       Фыркнув, Скарамучча заблокировал телефон. Парень налил себе стакан холодной воды, вспоминая, что он, так-то, почти ничего сегодня не ел (кроме маленького кусочка тортика, которым его с Тартальей угостила Ноэлль). Из-за бардака в голове он совсем забывал о базовых потребностях, неудивительно, что именно сегодня произошёл этот раскол. Работа, недосып, недоедание, этот парень, мысленное разложение, чрезмерный самоанализ…       Темноволосый открыл холодильник, безразлично осматривая его содержимое. Почти пусто. Даже мышки нет, только баночки газировки и когда-то, возможно, пестрящие жизнью сморщенные овощи, спрятавшиеся в самых далёких от глаз отсеках холодильника.       «А у нас много общего»       Захлопнув дверцу, парень направился в комнату. Еще денёк без еды можно и перетерпеть. Сходит за покупками завтра после прогулки. Все равно ощутимого чувства голода не было.       Переодевшись в домашнюю майку и шорты, Скарамучча улегся в кровать, накрываясь одеялом. Поставив телефон на беззвучный режим, он убрал его на тумбочку, взглядом возвращаясь к уже родному белоснежному потолку, с которым за эти дни установил особую связь.       Скарамучча виноват перед Аяксом, определенно. Только он виноват, что не смог удержать бразды своего идиотского состояния, сорвавшись. Парень чувствовал себя обузой, ведь именно из-за него у Тартальи сегодня вечером в два раза больше работы. Как назло, именно вечером субботы; людей будет больше, чем обычно. Он должен попытаться уснуть хотя бы из благодарности другу, который действительно переживал за него и выпнул с работы именно для того, чтобы тот привел себя в порядок.       Закрыв глаза, он постарался выкрутить звук на минимум у каждой всплывающей мысли, словно переключаясь между радиостанциями, каждый раз напоминая себе, что он должен другу.

Щелчок

      Прекрасно, столь долгожданная тишина. Штиль на тёмной глади его холодного океана. Никаких чувств и мыслей, лишь его фигура, объятая студёными руками, медленно утягиваемая ими на дно.

Абсолютный покой, ничего больше не имеет значения

ㅤ

━─━────༺༻────━─━

      Темноволосого разбудил настойчивый звон в дверь. Сонно потерев глаза, он потянулся за телефоном к тумбочке, недовольно постанывая. Разблокировав телефон, он увидел кучу сообщений и пропущенных звонков от Тартальи, и парочку сообщений от Нахиды, пестрящих на главном экране. Взглянув на время, он знатно так выпал. Двенадцать часов дня.       Сколько, чёрт возьми, он спал?       Открыв диалог с Нахидой, Скарамучча встал, неспешно (потому что догадывался, кто за ней, а значит можно не торопиться) направляясь к двери, читая все, что она написала. Нахида: Доброе утро, Скара. Вчера Тарталья позвонил мне и кратко описал твое состояние. Я очень беспокоюсь о тебе, но давить расспросами не буду. Если захочешь поговорить - я всегда рядом и помогу разобраться со всем, что тебя гложет. Заранее отвечу на возникший в твоей голове вопрос: нет, мне не трудно. И надеюсь, ты не будешь злиться Приятного отдыха (੭ˊ꒳ ˋ)੭✧       Первый вопрос: злиться на что? Второй: Тарталья, какого хрена?!       Скарамучче хотелось задушить рыжего.       Стоп, так у него же полный карт-бланш! Вот он, за его дверью, еще ничего не подозревающий, наивный, весёлый идиот.       Маниакальная ухмылка расплылась на лице, он уже предвкушал вкус сладкого наслаждения от расправы над другом. Открыв дверь, ухмылка стала шире, стоило ему увидеть чуть замешкавшееся выражение рыжего, который прекрасно знал, что она означает. Прекрасно знал, что следует после неё. Сидящий рядом Альф, завидев Скарамуччу, сразу же довольно завилял хвостом, надеясь сорваться с крепко удерживаемого Тартальей поводка, перебирая лапами на месте.       — Доброе утро. Ничего не хочешь мне сказать? — Скарамучча облокотился о косяк двери, сложив руки на груди, даже не замечая рвущегося к нему сиба-ину, концентрируясь только на друге.       — Сказать что? Я не очень понимаю…       Хватка на секунду ослабла, а свёрнутый в руке рыжего поводок растянулся, чего для пушистого бедствия было достаточно. Он напрыгнул на маленького недовольного гремлина, резко сорвавшись вперед, радостно тявкая, упираясь лапами парню в живот, вылизывая сложенные уже в былом недовольстве руки. Скарамучча, не выдержав настойчивости Альфа, плюхнулся на пол, стараясь хоть как-то защититься и отразить нападения счастливого пса, что выходило так себе. Он еле сдерживал давящий на горло смех, а маниакальная улыбка сменилась веселой, на что Тарталья улыбнулся, коварно наблюдая за сценой со стороны, закрывая входную дверь.       — Т-Тарталья, твою же ж мать, оттащи его от меня, — Скарамучча прикрыл лицо руками, чувствуя, как песочные ушки Альфа щекотали его нос, а хвост бил по оголённым ногам.       — Мне казалось, ты хотел убить меня минуту назад, причем даже не объясняя, за что, — ухмыляясь, парень сел на обувной пуфик, наслаждаясь зрелищем.       — Ты позвонил Нахиде, а я просил не беспокоить её по пустяк… Блять! — Альф резко лизнул щеку темноволосого, как только тот убрал руки с лица, вызывая у последнего волну щекотки и едва слышимый скулёж.       — Это был не пустяк, Скара, — уже серьезно ответил Тарталья.       — Пустяк, — Скарамучча привстал, поглаживая по спинке уже успокаивающегося Альфа. — У нее и так много работы, — он вздохнул, оттягивая собачьи щечки.       — Тогда позволь ей самой решить, пустяк это или нет. Я всего лишь оповестил ее о твоем состоянии, как законного опекуна.       — Мне, блять, двадцать лет, а не четырнадцать.       Тарталья лишь пожал плечами, едва заметно улыбаясь, будто сдерживая колкий комментарий. Встав с пуфика, он помог Скарамучче подняться, параллельно успокаивающе поглаживая Альфа, который, хоть и значительно поумерив пыл, все еще не хотел отпускать темноволосого. Аккуратно проведя пальцами по шёрстке между ушек, Тарталья посмотрел на Скару уже выжидающе.       — Долго нам тебя еще ждать? Хотя нет, не отвечай, — он поднял руку перед лицом друга, который только-только собирался вставить свои пять копеек, — я знаю ответ. Долго. Пока ты там накрасишься только… — он снял с Альфа поводок, и они оба спокойненько направились в комнату Скарамуччи, оставляя его в одиночестве со все еще приоткрытым ртом.       Цыкнув, он направился в ванную, чтобы принять душ и хорошенько вымыть волосы. ㅤ

━─━────༺༻────━─━

      Высушив волосы феном, уложив их, а после - накрасившись в привычном стиле, парень потопал в свою комнату за одеждой.       Вид развалившегося на его уже заправленной кровати друга нисколько не смутил, главное, что это не Альф, так что можно и потерпеть. Больший интерес у него вызвала лежащая рядом открытая пачечка с орехами кешью, которые Тарталья жевал, что-то скроля в ленте телефона. Подойдя поближе, темноволосый отсыпал себе горсточку, дабы перекусить, вспоминая о своей изрядно затянувшейся голодовке. Живот предательски заурчал, напоминая отчаянный предсмертный крик животного, от чего Скарамучча недовольно поморщился, а Тарталья понимающе кивнул, протягивая пачку орехов ближе, рядом укладывая еще одну упаковку, но уже с вяленой клюквой.       — Никогда бы не подумал, что увижу такие полезные штуки у тебя, — закидывая орешек в рот, произнес рыжий, не отрываясь от телефона.       — Подожди, это не ты принёс? — Скарамучча вопросительно взглянул на друга, а после - на пачки снеков.       — Не-а. Я взял их с кухонного стола.       До Скарамуччи дошло. Ответ на мучавший его вопрос наконец сам запрыгнул к нему в руки.       Вот за что она извинялась. Пока он спал, как убитый, Нахида принесла ему продукты, воспользовавшись запасным ключом, который он оставил у нее на всякий случай после заключения договора аренды. Раньше она писала ему заранее, подбирая удобное для встречи время, чтобы передать все ему лично в руки. Приемная мать приносила ему здоровую еду, книги, иногда какие-то милые безделушки: сувениры, музыкальные диски, игры. Или тот самый особо дорогой ему пример: она подарила ему большого плюшевого кота, который, по чудесному совпадению, был почти точной его копией (по словам Нахиды, он, конечно же, был не согласен): темно-синяя шёрстка и такие же темно-лазурные глаза с аккуратными алыми стрелками, маленькие пушистые лапки и спрятанный за ними хвост с красивой белой кисточкой.       Он хранил эту игрушку особо трепетно.       Даже несмотря на то, что в какой-то переломный момент он резко закрылся, как по щелчку, все реже и реже соглашаясь на встречи, коря себя за то, что ему было нечем ей отплатить.       Ему снова хотелось наброситься на Тарталью, но он сдержался, сделав глубокий вдох. Напечатав Нахиде сообщение с благодарностью, а также заверив ее, что переживать не из-за чего, он подошёл к гардеробному шкафу, широко его распахивая. Достав оверсайз футболку с принтом своей любимой метал-группы, черный ремень с прикрепленными к нему цепями и зауженные темно-серые джинсы (а хотелось выбрать рваные, но погода диктовала свои условия), он снова поплёлся в ванную, чтобы переодеться. Слегка небрежно заправив майку в штаны, он задумчиво разглядывал органайзер с мелкими аксессуарами. Скарамучча остановил свой выбор на серебряной крестообразной сережке, быстренько вставляя ее в правое ухо. Удовлетворенно оценив свой внешний вид, он, наконец, вышел к другу, параллельно захватив из коридора черную кожаную куртку. Тарталья, судя по виду, от часового ожидания уже начал разлагаться (а Альф и вовсе уснул).       — Господи, наконец-то, — Тарталья встал с кровати, а Альф, проснувшись от голоса хозяина, медленно поплелся за ним в коридор. ㅤ

━─━────༺༻────━─━

      Через полчаса неспешной прогулки парни, наконец, добрались до центрального парка. Сухие, пёстрые осенние листья тихонько шуршали на ветру, создавая некое подобие музыки, развеваясь в воздухе или кружась в водоворотах все еще работающих фонтанов. Было многолюдно, но не до раздражения, что не могло не радовать.       Рыжеволосый с большим энтузиазмом рассказывал другу о своем младшем брате, активно жестикулируя левой рукой, улыбаясь, правой рукой крепко держа Альфа за поводок: пёс так и норовил броситься в окружающие, так и манящие его кучки листьев. Скарамучча же разглядывал плывущие по водному каналу листочки, убрав руки в карманы куртки, внимательно слушая друга, изредка комментируя или уточняя интересующие его вопросы. Проходя мимо кофейного киоска, Тарталья остановился, внимательно изучая написанное мелом на доске меню.       — Ты серьезно? Мы буквально каждый божий день готовим эту гадость, я уже смотреть на нее не могу, — Скарамучча насупился, наблюдая за другом в стороне.       — Да ладно тебе, Скар. Нет ничего лучше, чем чашечка чего-нибудь горячего и вкусного в такую прекрасную погоду. Это же часть романтики. Давай, выбери что-нибудь.       Сдавшись, Скарамучча внимательно взглянул на меню, сразу же игнорируя широкий перечень всех кофейных напитков, выискивая хоть что-то интересное. Чай, конечно же, был в меньшинстве и особым разнообразием не блистал.       — Я, наверное, возьму яблочный чай с корицей, — выбрав самый нейтральный вариант, он достал из кармана кошелек, вставая рядом с другом.       — Тогда можно нам, пожалуйста, один яблочный чай с корицей и один моккачино, — Тарталья улыбнулся девушке, которая ответила ему тем же, протягивая терминал. Скарамучча потянулся вперед, дабы оплатить заказанный им напиток, но Тарталья опередил его, молниеносно прикладывая свою карту. Услышав тихий «пип», он улыбнулся другу, отходя в сторону. Скарамучча был недоволен, очевидно. Его гордость была задета вот таким маленьким заботливым жестом, что сразу же отразилось в виде недовольных искорок в синих глазах и чуть закусанной губе. Тарталья же переключил все свое внимание на Альфа, играясь с ним, пока они ожидают заказ.       Ничего-ничего, в следующим раз он будет быстрее, а еще лучше - сделает то же самое, когда рыжий будет не готов. Месть - это блюдо, которое подают холодным. И он это блюдо оплатит.       Спустя пять минут ожидания парни, забрав напитки, направились дальше, на этот раз обсуждая уже рабочие моменты и казусы с клиентами. Скарамучча очень красноречиво, не скупясь на выражения, жаловался на женщину, которая высосала все его серое вещество из головы трубочкой, несколько раз прося переделать один и тот же напиток.       — Знаешь, что самое, блять, забавное? Я убрал первый ее заказ в сторону, когда начинал готовить новый. Учел каждую ебучую деталь, отдал ей эту переделанную жижу, и знаешь что? Она сказала, что я все сделал неправильно во второй раз. Я, сдерживая мат, сделал вид, что готовлю новый, и отдал ей тот самый первый стакан, — Скарамучча слегка ухмыльнулся, вспоминая, чем вся история закончилась.       — И ей понравилось?       — И ей понравилось.       Тарталья рассмеялся, хлопнув друга по спине, который тоже едва заметно улыбался, делая маленький глоток горячего напитка, который, на удивление, даже был терпимым на вкус. Оба искренне наслаждались прогулкой.       Парней отвлек скулёж Альфа, который смотрел куда-то в сторону, навострив уши и резко встав на месте. Тарталья непонимающе смотрел на пса, а после — в сторону, куда смотрели его карие настороженные глаза.       Пес резко сорвался с места, вкладывая все свои силы в один сильный рывок и рванул вперед, вырываясь из и так изрядно крепкой хватки Тартальи, которую тот не ослаблял даже на секунду. Пораженные несвойственному Альфу поведению, парни, не переглядываясь, сразу же побежали за ним. Потеряв пса среди деревьев и кустов, Тарталья в панике засвистел, зовя пса по имени.       Ауч!…       Их внимание привлёк тихий, но очень болезненный стон со стороны и знакомый скулёж. Тарталья сразу же помчался в сторону странных звуков, облегченно выдыхая, увидев торчащий из-за кустов знакомый песочный хвост, свернутый в колечко. Подбежав к кустам поближе, он увидел Альфа и парня, которого пёс, судя по разодранным штанинам и грязи, повалил на землю. Сразу же схватив в руки лежащий на земле поводок, рыжеволосый оттянул собаку в сторону, оборачиваясь в сторону Скарамуччи, который только-только их нагнал.       — Скара, помоги ему, не понимаю, что нашло на Альфа…       — А я говорил тебе, что к воспитанию нужно подходить ответственнее, — ворчливо подметил темноволосый, подходя к лежащему на земле парню поближе и протягивая ему руку, присев на корточки.       — Не хочется признавать, конечно, но ты прав, — Тарталья вздохнул, он слишком любил баловать своего пса. — Ты в порядке? — он взглянул на уже поднявшегося молодого человека с оранжево-каштановыми волосами, который пытался хоть немного отряхнуть прилипшую к штанинам траву и грязь. Альф тихо скулил, виновато поджав уши, лапками сминая землю, не предпринимая больше каких-либо попыток двигаться, не смотря в сторону хозяина.       — В порядке, — он неловко улыбнулся, благодарно кивая Скарамучче. — Не считая того, что у меня скоро встреча с друзьями, — он посмотрел на изодранную коленку и измазанные грязью джинсы, тихо вздыхая.       Тарталья, словно зеркало, точно так же неловко улыбнулся, виновато запуская руку в волосы, не зная, куда себя деть.       — Как скоро вы должны встретиться? — Скарамучча ненадолго взял инициативу в свои руки, замечая состояние друга.       — Через сорок минут или около того, но я не могу пойти в таком виде, — быстренько напечатав что-то в телефоне, парень неловко прикрыл лицо руками, тяжело вздыхая.       — Если они действительно твои друзья, думаю, с этим проблем не будет. Другой вопрос - как ты в таком виде будешь шляться по городу, — Скарамучча взглянул на Тарталью, нахмурившись, будто прося его, наконец, хоть немного поучаствовать в ситуации, к которой именно он причастен больше всего. Поймав взгляд друга, Тарталья, не переставая отыгрывать роль зеркала, тоже нахмурился (Скарамучча закатил глаза), мысленно перебирая разные варианты решения.       — Эээ, давай купим тебе новые штаны? Тут торговый центр совсем недалеко, я оплачу, — Тарталья неловко пожал плечами, а Скарамучча приподнял бровь, охуевая со всей абсурдности ситуации.       — Именно в нем мы и планировали встретиться, — бирюзовые глаза уже в легкой панике метались из стороны в сторону.       — Так мы аккуратненько, если увидишь кого-то знакомого - сразу же рванём, вариантов получше у меня нет, — Тарталья нервно улыбнулся, вновь копируя такую же нервную улыбку парниши с каштановыми волосами.       — Действительно, свои штаны я ему отдать не готов, — вкинул Скарамучча, пальцами играя с цепью на ремне. — Как тебя, кстати, зовут?       — Горо, — парень постарался улыбнуться, но получалось плохо.       — Так вот, Горо. Это не конец света. Этот придурок, — он указал на Тарталью, — хочет загладить вину. Варианты лучше предложенного есть?       — Нет, — парень признал, пряча руки в карманах.       — Прекрасно, значит, мы отправляемся в торговый центр.       Тарталья быстро набрал номер одного из своих знакомых, который мог бы быстро подъехать на машине и временно присмотреть за Альфом, который сейчас поникши поджимал уши, послушно следуя за троицей, не издавая и звука. ㅤ

━─━────༺༻────━─━

      Оказавшись в торговом центре, троица сразу же направились на второй этаж, где и располагалась большая часть магазинов одежды и обуви. Горо неловко следовал за двумя парнями хвостиком, старясь не привлекать к себе лишнего внимания. Его телефон частенько вибрировал, видимо, из-за обилия поступающих оповещений, но парень их старательно игнорировал, лишь изредка, будто сдаваясь, читая их, ничего не печатая в ответ, сразу же пряча устройство обратно в карман куртки. Это не ускользнуло от внимательно наблюдавшего за ним Скарамуччи. Тарталья все это время предпринимал неловкие (и провальные) попытки разрядить обстановку, рассказывая какие-то истории и отшучиваясь, от чего ловил наигранно сочувствующие взгляды брюнета, который только фыркал.       Подойдя к крупнейшему и самому богатому в плане разнообразия одежды магазину, Скарамучча сел на скамью у входа, всем видом показывая, что идти с ними дальше не намерен, доставая из штанов телефон и наушники. Тарталья недовольно зыркнул на него, выжидающе буравя взглядом, на что темноволосый лишь хмыкнул, поворачивая к лицу друга дисплей телефона, пальцем указывая на время. Они уже опаздывали. Рыжеволосый громко вздохнул и поманил за собой Горо, который все это время молча наблюдал за немым препирательством этих двоих.       Когда две фигуры затерялись где-то среди рядов одежды, Скарамучча надел наушники и включил любимый плейлист, закинув ногу на ногу, постукивая пальцами по колену в такт тяжелого ритма. Разум очистился, полностью растворяясь в музыке. Прикрыв глаза, он откинулся на спинку скамьи, забывая о своем физическом теле и окружающем мире, наслаждаясь покоем.       Из нирваны его выдернуло лёгкое постукивание по плечу. Скарамучча разочарованно открыл глаза, устремляя взор сильно раздраженных темно-лазурных глаз в сторону нарушителя его покоя. Ему улыбался парень, который был чуть-чуть выше его; с растрепанными бордовыми волосами и светло-оливковыми глазами, смотрящими прямо на него, бесстыдно щелкая пальцами у него перед лицом. Нахмурившись от такой наглости, Скарамучча снял один наушник, взглядом уже расчленяя наглую физиономию.       — Ты случайно не видел здесь парня примерно такого же роста, у него каштановые волосы с белыми прядками спереди, бирюзовые глаза, — наглец спокойно расспрашивал, будто для него совершенно нормально просто, блять, докапываться до первого встречного, и совершенно неважно, что он сверлит твое лицо убийственным холодным взглядом.       — Хэйдзо, мы же договаривались. Никаких расспросов прохожих, пока не проверим все магазины.       В эту секунду Скарамучча умер       Буквально застыв на месте, как в тот раз       Голос внутри истошно вопил ему:       БЕГИ, БЛЯТЬ       Но Скарамучча сидел на месте. Момент упущен. Бежать уже некуда. Алые глаза взглянули на него с удивлением, видимо, совсем не ожидая увидеть здесь именно его; а синие бегали по всему его лицу, не зная, за что уцепиться. Тяжело вздохнув, Скарамучча прикрыл глаза, мысленно давая себе оплеуху. Да, это было неожиданно. Да, он во всех деталях вспомнил тот вечер и его хитрую улыбку. Вспомнил каждый брошенный им взгляд, тембр его голоса, когда он обращался именно к нему.       Плотину прорвало, но он не подаст виду, вычерпывая воду ладонями. Из чертовски огромного озера, как умалишенный.       Открыв глаза, он бросил взгляд в сторону магазина, где у кассы стоял Тарталья и Горо (в уже новых штанах, потрясающе). Друг помахал ему, показывая большой палец вверх, видимо, еще не осознавая, в какой ужасной ситуации Скарамучча оказался, так как красноглазая угроза стояла к рыжему спиной, все своё внимание концентрируя на желающем слиться со скамейкой Скаре.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил парень, наклоняясь чуть ближе, отчаянно пытаясь привлечь к себе внимание.       — Да, все просто замечательно, — безэмоционально ответил Скарамучча, собирая всю свою волю в кулак, чтобы еще раз взглянуть беловолосому в лицо, дабы придать словам больше убедительности (правда, спиной он вжимался в скамейку все сильнее и сильнее).       — Скарамучча! — послышался радостный голос Тартальи. — Мой кармический долг заглажен…       — Хэйдзо, Кадзуха?! — фразу рыжеволосого оборвал удивленный возглас Горо.       Двое парней откликнулись на свои имена, оборачиваясь, так же удивленно поглядывая на внезапно объявившийся объект их поисков.       Кадзуха. Хах. Вот оно.       Имя человека, который терроризировал его все это время одним своим существованием.       Какой же это абсурд, ну почему все всегда вело именно к этому парню. Его прокляли или что?       — Горо? Какого хрена ты не отвечал на сообщения? Мы дико переживали, — Хэйдзо подбежал к нему, руками впившись в плечи, чуть потряхивая заметно встревоженного парня. Стоящий рядом с Горо Тарталья вопросительно поглядывал на этих двоих, совершенно не понимая, что происходит. Кадзуха молчал, о чем-то задумавшись, а вот Скарамучча, кажется, все понял.       — Почему ты игнорировал их сообщения? Я видел, как ты их читаешь, — Скарамучча встал со скамьи, скидывая с себя куртку, дабы хоть немного охладиться. Алые глаза, кажется, буквально расплавили его за этот короткий промежуток времени. Встав рядом с Кадзухой, он поймал бирюзовые глаза в ловушку. — Ты ведь написал им еще тогда, когда мы только нашли тебя, — Скарамучча прищурился. — Что именно ты написал?       — Я написал, что попал в неприятную ситуацию и могу задержаться, — Горо отвел взгляд, избегая холодной синевы.       — Нихрена не уточняя? Просто исчезнув со всех радаров? — Скарамучча вопросительно приподнял бровь, сложив руки на груди.       — Я написал, что к назначенному времени буду на месте. Видимо, из-за того, что я не появился вовремя, они начали искать меня по всему торговому центру, — он виновато опустил голову, стесняясь смотреть что друзьям, что двум незнакомцам в глаза.       — Снова нихрена не уточняя в придачу с полным игнором? Пф, дурак, — Скарамучча проигнорировал недовольный взгляд Хэйдзо. — Надеюсь, мотивы были стоящими. В любом случае, это не мое дело, — темноволосый усмехнулся, отмахиваясь, наконец, переводя внимание на недовольно сверлящего его Хэйдзо. — Пёс моего друга сбил его с ног, испортив штаны. Он сказал, что в таком виде на встречу объявиться не может и, блять, — он потер переносицу, понимая, как это звучит. — Мой друг предложил купить ему новые штаны, чтобы загладить вину. Тарталья, почему именно с тобой в моей жизни происходит такой стыдный пиздец. С этого дня ты займешься воспитанием Альфа. Как ты там мне вчера говорил? Меня не ебет? Так вот, да. Меня не ебет.       Тихий, такой ласковый смешок Кадзухи сбоку заставил Скарамуччу едва заметно вздрогнуть.       Тарталья улыбнулся на уже привычное ворчание друга, заметно расслабившись. Он взглянул на приунывшего Горо, который глазами пилил плитку пола. Рыжеволосый прокашлялся, стараясь привлечь к себе его внимание.       — Извини еще раз, Горо, правда. И, справедливости ради, извинись перед ребятами тоже, они ведь волновались за тебя, а то будешь, как этот…       — Как кто? — резко оборвал Скарамучча, метая искорки в сторону друга, руки так и чесались.       — Неважно, — Тарталья заулыбался сильнее.       — Штаны ему подранные верни, придурок, — темноволосый пальцем указал на пакет со свертком ткани внутри, который тот таскал все это время. — Или себе хочешь забрать?       Тарталья насупился, готовясь отдать Горо пакет.       — Подождите, не торопитесь, — внезапно встрял Кадзуха, увидев в последней фразе намек на предстоящее прощание, с улыбкой поглядывая на Скарамуччу, — Может, давайте пообедаем вместе? Тут совсем рядом есть неплохой ресторанчик инадзумской кухни. Вы же не против? — Кадзуха посмотрел на друзей, которые лишь покачали головой. — Отлично, — он снова вернул свой взгляд к Скарамучче, но в этот раз смотря на него неловко, с надеждой, будто боясь спугнуть.       Скарамучча поджал губы, сразу же отводя взгляд. Он хотел. Действительно хотел.       Отношение к беловолосому было дуальным: хотелось избегать его, но и приблизиться одновременно, узнать лучше. Две противоборствующие силы у него в голове, не желающие уступать друг другу.       Но…       — Мы согласны! Я как раз ужасно голоден, — Тарталья приобнял друга, прижимая к себе крепкой хваткой, что заставило последнего недовольно нахмуриться. Ну почему, почему Тарталья всегда так легко читал его. Конечно же его друг понял, что он действительно хочет пойти, сжираемый тысячей сомнений.       Кадзуха сложил руки в карманы пальто, улыбаясь, медленно направляясь вперед, указывая путь.       Улыбнулся своей рядовой, пустой улыбкой.       Скарамучча увидел ее впервые. Неестественную, такую инородную, совсем не подходящую его прекрасному лицу, потому что он был уверен, что знал настоящую.       Ему так хотелось стереть ее, заменить той, что была вырезана на подкорке его мозга. Той, что не давала спать, освещая собой его тёмное, мрачное царство.       Но чего Скарамучча не заметил, так это того, как в алых глазах мелькнул странный, понурый блеск, когда чужие руки приобнимали его за плечи.