Злодей хочет выжить

      В его широко открытой пасти я увидел многочисленные ряды зубов, похожих на акульи и... о ками, это были кости?       По моей коже пробежали мурашки. От страха я вжался в Бабу и прикусил язык, чтобы не закричать. Бабу фыркнул, а монстр издал странный звук и замахал своими короткими лапами. Вместо милых лапок, как у других животных, у него были когти.       — По-по.       — О-отстань...       — По, по, по, по.              В его рычании должна была чувствоваться угроза, но почему-то оно звучало забавно. Его хлопающие лапы тоже выглядели не слишком устрашающе.       — Не надо...       — По-по.       — Не подходи ближе...       — По, по, по.       Не смотря на все мои отчаянные усилия, любопытный монстр ковылял ко мне, издавая при этом странные звуки.       Вид его широко раскрытой пасти, заполненной скелетами, был кошмарным, и я невольно закрыл глаза, безнадёжно молясь, чтобы не оказаться в таком же положении, что и эти несчастные души. Затем я почувствовал, как моё тело подбросило в воздух и крепче сжал поводья.       Издалека донеслись тревожные крики.       Казалось, кто-то шептал. Может, это просто звук моего колотящегося сердца?       Не слишком ли жалко для мужчины умирать вот так? Я старался не быть убитым теми сумасшедшими, но это не значит, что вместо этого я хотел бы умереть от монстра Попо!       Монстр крепко обхватил меня своими короткими лапами и заметался вокруг, что-то ища. Потом его уши затрепетали, и меня посадили на Бабу, который сразу же направился за Попо к ближайшему камню, раздражённо фыркнув. Я хотел кричать, но боялся, что оно откусит голову сначала мне, а потом Бабу, как только я посмею зашуметь.       В воздухе внезапно поднялся зловещий холод, от которого мне стало нехорошо. Стук копыт, приближающийся к нам, разнесся по лесу.       Крик застрял у меня в горле. Моё нутро, скрученное тревогой, подсказывало мне, что я не должен подавать никаких признаков своего присутствия. Когда я обратил внимание на монстра Попо, мне показалось, что он тоже затаил дыхание, а Бабу в это время со спокойным лицом смотрел куда-то вдаль, как-будто его вовсе не волновало происходящее.       — Хвууу...       Лошадь и её всадник, которые неуклонно приближались к нам, наконец-то появились в поле моего зрения.       Если бы не лунный свет, я бы подумал, что это просто рыцарь. Сидя на огромном бледно-голубом коне, он, конечно, был похож на него. Только с катаной в животе и без головы.       Вдруг я заметил, что он держит её в руках, обтянутых доспехами.       Это был самурай?       Это было ещё ужаснее, чем я мог себе представить. Самурай со вспоротым животом и без головы, очевидно, был жертвой ритуальной смерти «Харакири»*. И судя по его злобной ауре, умер он не как благородный воин. [Хараки́ри (яп. 腹切り), или сэппуку (яп. 切腹)[1] (букв. «вспарывание живота»), — ритуальное самоубийство методом вспарывания живота, принятое среди самурайского сословия средневековой Японии. Эта форма самоубийства совершалась либо по приговору как наказание, либо добровольно (в тех случаях, когда была затронута честь воина, в знак верности своему даймё и в иных подобных случаях).]       Самурай на мгновение остановил свою лошадь и замер. Только когда мы с монстром Попо уже были готовы умереть от нехватки воздуха, он медленно продолжил двигаться вперёд по дороге.       Холодный пот струился по моей спине, пока я наблюдал за тем, как он уходит всё дальше.       Бабу, в которого я вцепился, встал с земли, неся меня на спине. Чудовище в это время пошло куда-то вглубь леса. Я оцепенело наблюдал за тем, как оно уходит вдаль, как вдруг заметил, что вокруг меня движутся тени. Толстые, похожие на питонов лианы, которые стащили меня с лошади, оказались тенями.       Моя лодыжка запульсировала.       Я поднял руку и вытер пот, стекающий по подбородку. Однако взглянув на ладонь, я заметил, что это был не пот, а кровь.       — По-по.       Монстр Попо вернулся из кустов, в которых он рылся, и положил мне на лоб большой зелёный лист. Я ошарашенно посмотрел ему в глаза.       — Эй...       — По.       — Случайно, не ты ли нас спас?       — По.       Существо покачало своим огромным телом, как-будто пыталось кивнуть.       — Ты понимаешь меня?       — По.       — Ты понимаешь человеческий язык?       На этот раз оно качало своим телом из стороны в сторону.       Ты хочешь сказать, что понимаешь меня, потому что я не человек?       — Если ты понимаешь меня... можешь помочь мне ещё раз? Я хочу вернуться домой, но не знаю, как мне отсюда выбраться.       Я понятия не имел, насколько глубоко в лесу сейчас нахожусь. Более того, учитывая, что луна была высоко в небе, я, похоже, пролежал без сознания довольно долго.       Я истекал кровью. Бабу был без сил. Если бы мы с ним отправились искать дорогу в таком состоянии, нас бы точно съел какой-нибудь зверь, не говоря уже о монстрах. Существо, которое я в своей голове назвал монстром Попо, на мгновение уставилось на меня, а затем отпустило уши и затряслось взад-вперёд.       Эй, почему ты вдруг стал грустным? И почему ты выглядишь таким милым, хотя я знаю, что у тебя скелеты в твоём огромном рту?       — Подожди...       Попо снова схватил меня. На этот раз он поднял меня выше, чем раньше, и надавил себе на голову. Кажется, он хотел, чтобы я залез ему на спину, поэтому я осторожно схватился за его длинные уши, стараясь не соскользнуть вниз. Эти уши оказались на удивление мягкими.       Я не смог удержаться от крика, когда Попо начал бежать с такой скоростью, что казалось, будто он летит. Моё тело тряслось из стороны в сторону, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как держаться за его уши.       Бабу, который до этого лениво валялся, тоже бежал рядом с нами.       Я не мог поверить, что лошадь могла бежать с такой скоростью. Но ещё больше я не мог поверить в то, что монстр Попо мог бежать так быстро с таким большим круглым телом и короткими коренастыми ногами. Холодный ветер ударил мне в лицо, а от вида мелькающих деревьев, которые пролетали мимо нас, меня затошнило.       Мне было интересно, насколько далеко мы уже убежали.       Наконец, Попо остановился и постучал меня по ноге, показывая, чтобы я слезал. Увидев это, Бабу раздражённо заржал.       — По.       Пока я изо всех сил пытался отпустить ноги, не поскользнувшись и не упав на землю, Бабу подошёл ближе и заржал, будто говоря мне залазить.       — Ты уверен? Тебе точно не будет тяжело?       Когда я заговорил с конём, как сумасшедший, мне показалось, что раздражённым фырканьем, которое он издал, Бабу пытался меня упрекнуть. На мгновение проведя рукой по лицу, я залез на Бабу, с трудом удерживая своё тело в сидячем положении.       Повсюду было шумно. Синие факелы освещали лес не слишком далеко от нас. Похоже, меня искали.       — Спасибо, что вернул нас.       — По.       На этот раз Попо взмахнул лапами, как бы прощаясь, и, развернувшись, скрылся в лесу.       Пытаясь успокоить своё колотящееся сердце, я некоторое время смотрел ему вслед, а затем повернулся и два раза стукнул Бабу по шее ладонью, чтобы он пошёл в направлении факелов.       — Ааааа!       Я был удивлён, увидев, как некоторые рыцари крикнул от шока, увидев нас, когда мы протиснулись сквозь подлесок*. [Подлесок — группа растений в лесу, произрастающих в тени деревьев, которые образуют древесный полог. Состоит из кустарников и низких деревьев, которые никогда не вырастают до высоты основного древостоя.]       — Ю-юный господин?!       — О, Чифую?       — Мы нашли его! Он в безопасности! Мы нашли его! Юный господин, вы в порядке? — Чифую, который стоял ближе всех ко мне, выглядел совершенно измученным. Неужели рыцари искали меня всю ночь?       Вся округа ликовала, а паладины начали собираться вокруг нас. Их общие крики и вздохи эхом разносились по лесу, оповещая других о моем возвращении.       Я должен был чувствовать облегчение, но нервозность одолела меня, и сердце начало колотиться от страха.       — Всё хорошо, теперь вы в безопасности, Юный господин. Вы в порядке? Это... Это...       Чифую посмотрел на огромный лист, прилипший к моему лбу. Я был удивлён, что он ещё держится. Но когда мальчик заметил скрытое под ним красное пятно, он слабо отшатнулся. Я смахнул его со своей головы и пропитанный кровью лист отлетел на землю.       — Чифую, в сторону. Юный господин, пожалуйста, спускайтесь сюда, — Рюгуджи пробился сквозь других паладинов и протянул мне руку. На его лице было выражение, которого я никогда раньше не видел, заставившее меня задрожать от волнения.       И тогда...       — Кажется, наш гость не может и дня прожить без того, чтобы не попасть в неприятности.       Услышав его холодный голос я вздрогнул и вцепился в седло.       — Майки, он...       — Заткнись.       Чифую тут же закрыл рот и с жалостью посмотрел на меня. Я прекрасно понимал, что никто сейчас не может пойти против приказа Манджиро. Его обсидианово-чёрные глаза, полные холода, напомнили мне самурая, которого я видел некоторое время назад.       — Разве я уже не говорил, что тебе не нужно делать это всё, только чтобы привлечь моё внимание?       — Я... Я сожалею о неприятностях, которые причинил... Но я не мог ничего сделать...       — Ты не мог ничего сделать? — уголки его губ растянулись в ухмылке. Холодная, леденящая душу насмешка нарисовалась на его лице.       Тогда что мне оставалось делать, придурок? Только не говори, что ты думаешь, будто я специально утащил себя на край света?       — Давайте пока успокоимся. Тебе стоит выслушать и его сторону.       — Нет необходимости.       — Просто успокойся и...       — Я изобью тебя, если ты будешь продолжать говорить, — страшная фигура Манджиро, приближающаяся всё ближе, заполонила моё зрение. Его тон был холоден, как лёд. — Уйди с дороги.       — Майки, ну же...       Потеряв терпение, он убрал руку Рюгуджи, которая держала меня, и оттолкнул его.       — Отвали.       Рюгуджи, возмущенный и шокированный, отшатнулся.       — Ты чёртов придурок!       Не смотря на это, Манджиро залез на лошадь, сев позади меня, и погнал её вперёд.       Я не мог остановить дрожь.       Я знал, что совершил ошибку, и решил держать рот на замке, потому что на этот раз Манджиро действительно может меня вышвырнуть. Когда мы прибыли, Манджиро спрыгнул с лошади, и я тут же последовал за ним. Спрыгнув вниз, я приземлился прямо на свою раненую лодыжку, и упал на землю.       Моя лодыжка пульсировала, но я прикусил губу и пытался сдержаться.       — Майки?       Особняк был весь освещён. Эмма, сидевшая на диване, сразу же поднялась, как только мы вошли в зал. В отличие от её обычного вида, сейчас её лицо выглядело расстроенным. Сенджу тоже была с ней.       По щекам девушки текли слёзы, когда она подняла на меня взгляд, полный вины.       — Господин...       — Такемичи, что случилось? Почему ты ранен?       Я уже собирался открыть рот, чтобы ответить, когда Манджиро сказал:       — Позови Евгения. Ты, пойдём со мной.       — Майки...       — Не ходи за мной,— он зарычал таким холодным тоном, что даже Эмма отшатнулась.       Личная служанка Эммы смотрела на меня из-за её спины. Холодное выражение её лица, полное презрения, оставило горький привкус у меня во рту. Я не знал, что делать, когда она смотрела на меня таким обвиняющими глазами       Я попытался скрыть свою хромоту и последовал за Манджиро.       Я не хочу идти за ним. Мне так страшно.