Хищная проблема

И тут в дверь постучали. Подбежав к двери, Твайлайт приоткрыла верхнюю ее половину. — Привет-привет-привет, рада снова видеть тебя в Понивилле! — Пинки Пай подпрыгивала на месте, как заводная. — Ага, привет. — Подняв крылья, Твай закрыла ими вид в зал. — У вас тут новый друг, я хочу с ним познакомиться. — Выдала Пинки, в прыжке пытаясь заглянуть выше крыльев аликорна. — С чего ты взяла, что тут есть кто-то новый? — Спросила та, храня спокойствие. — Следы, следы, следы. — Не прекращая гимнастических упражнений, Пинки показала отпечатки копыт и лап на пыльной дороге. — Одни — твои; вторые, с волочащимся хвостом — Флаттершай; третьи — странно, что Рейнбоу гуляет пешком. А четвертые — большие, с пальцами и когтями, и я их не знаю. А если в городе есть кто-то, кого я не знаю — я должна его узнать. И рассказать об этом всем. И устроить вечеринку. — Не думаю, что наш гость — большой любитель вечеринок. — Уклончиво ответила Твайлайт, мельком оглянувшись на шум в зале. — К тому же, он устал с дороги и лег спать. Но я разрешу тебе познакомиться с ним, а сейчас прошу сбегать за Рэрити и Эпплджек. Если они свободны, пусть приходят. — Я мигом! — Воскликнула Пинки, и умчалась. — Что тут было? — Спросила Твайлайт, закрыв дверь. — Ну, у него такой мощный хвост, все сносит. Перелег на другой бок, махнул хвостом по столу, и вот… — Пояснил Спайк, собирая разбросанные книги. — Для этого я и искала защитные заклинания. — Заметила аликорн, быстро пролистывая один за другим несколько томов. — Нужно что-то прочное, не затратное, легко создаваемое. Вроде магии Шайнинг Армора. Стена, купол… Нашла. — Положив книгу на стол, вчиталась в строки. Посмотрела на Лайри — он спал, привалившись спиной к стене, подобрав под себя хвост и лапы. — Самый удобный момент, не будем его упускать. Лучом, исходящим из конца рога Твайлайт нарисовала полукруг на стене, продолжила его на полу, очертив зверя замкнутой магической линией. Затем направила луч в центр этого круга — магия растеклась волнами, образовав светло-красный купол. — Вот теперь мы в безопасности. — Удовлетворенно тряхнула гривой. — Лайри не выйдет из-под этого купола без моего согласия. — Это и есть зверь, которого вы искали? — Осведомился Спайк. — Этот самый. У меня некоторые планы на него. Но прежде я надеюсь узнать мнения подруг, чтоб принять взвешенное решение. — Собрав ненужные книги, Твайлайт расставила их по полкам, окинула взглядом библиотеку. — Где-то есть книги с описаниями животных?.. — Откуда? — Развел лапами дракон. — Это ж не твой профиль. Тут почти все по магии, а за животными — к Флаттершай. — Простите, но тут я помочь ничем не могу. — Вздохнула желтая пони, рассматривая зверя сквозь защитный купол. — Я такого впервые вижу. И никаких книг у меня дома нет. — Если никто не сможет подсказать, хотя бы приблизительно — действовать придется почти наобум. — Я уже подсказал — это кот. — Напомнил Спайк. — Да и я его котеночком называю. Как и мантикора. — У Лайри с мантикором — никакого сходства. Его вы видели — массивный, рыжий, с большой головой, косматой гривой, крыльями как у летучей мыши и хвостом скорпиона. А наш? Гладкий, легкий, желтый, с пятнами, ни крыльев, ни хвоста особых нет. — Так Флатти и не говорит, что это мантикор. — Отметила Рейнбоу. — Тем не менее, я хо… Беседу прервал стук снаружи, Твайлайт магически открыла дверь. — Ох, Твай, как я тебе благодарна, что вытащила меня из рабочего угла. — С порога возвестила о своем приходе Рэрити. Вид у нее был усталый. — Сей день выдался напряжный: нежданный визит Фотофиниш, а у меня жуткий бардак. Новые заказы к важному мероприятию в Кантерлоте. — Единорог на ходу перечисляла свои трудовые подвиги. — Поиск материалов, камней, отделки — я просто… Твою магию! — Остолбенела она среди зала. — Вот это котяра тут у вас лежит! Да роскошный какой! — У меня появится большой новый друг! — Радостно прыгала Пинки вокруг. — Как его звать? Какого он роста? Любит ли веселиться? Чем его угостить? — А почему под крышкой? — Эпплджек стукнула по куполу, из-под ее копыта пошли легкие волны, как от прикосновения к воде. — Да его так Твай заперла, для нашей безопасности. — Сказала Рейнбоу. — Опасности? Где? — Флаттершай огляделась, ища, куда спрятаться. Уши Твайлайт нервно дергались, улавливая шквал восклицаний, вопросов, реплик. В этот момент она позавидовала коту, мирно дрыхшему под звуконепроницаемым колпаком. — Всепони! Тишина! — Громко заявила хозяйка. Тишина настала моментально. Ее нарушал лишь шелест крыльев синей пегаски. — Отвечаю — всем, сразу: звать его Лайри, ростом выше нас, уверена, что вечеринки не любит, под «крышкой» лежит, чтоб нам свободнее дышалось в его присутствии, ибо он плотоядный. Затрудняюсь ответить, может ли Лайри быть нашим другом, но к Флаттершай он относится дружелюбно. А «чем угостить» — этот вопрос жизненно важен для всех нас. И я собрала вас, чтоб обсудить его. Надеюсь, я на все ответила? — Наверное, да. — Отозвалась за всех Рэрити. — Давайте пройдем к столу и подумаем. — Аликорн пошла за письменными принадлежностями. Пинки тем временем уже успела обежать вокруг купола три раза, рассматривая спящего кота со всех сторон. Она прижималась носом к магической преграде, оставляя на ней забавные отпечатки, которые тут же исчезали. — А у него усы длиннющие! — восхищенно шепнула она Спайку, который спустился с лестницы и теперь стоял рядом, задумчиво грызя коготь. — И пятнышки, пятнышки! Как у меня весной веснушки, только везде! — Тише ты, — шикнул на неё дракон, — разбудишь. Но Пинки уже не могла остановиться. Она достала из гривы маленькое зеркальце и пыталась поймать солнечный зайчик, чтоб посветить сквозь купол на спящего кота. Рэрити телекинезом перехватила её копыто в самый последний момент. — Пинки, ты что творишь?! — возмутилась она шёпотом. — Не смей будить зверя! — Я только посвечу чуть-чуть! — обиженно надулась Пинки. — Он такой красивый, когда спит. Хочу разглядеть пятнышки получше. — Пятнышки никуда не денутся, — вмешалась Эпплджек, подходя к столу и усаживаясь поудобнее. — Давай сперва решим, что с ним делать, а потом хоть обпятышься со своим зеркальцем. Спайк хихикнул, прикрывая рот лапой. Пинки наградила его возмущённым взглядом, но зеркальце убрала. — Обсуждать начну я. — Вызвалась Рейнбоу. Покопавшись в седельных сумках Твайлайт, она прилетела к столу с длинным тонким предметом в копытах. — Видите ли, обладая нервами, более крепкими, чем у некоторых, я рискнула обследовать место охоты Лайри. Скажу прямо, это было неприятно, так что о подробностях умолчу. На месте остались рога да копыта. Вернее, рог один, но именно он меня и заинтересовал. — Значит, это все же была пони. И я не спасла ее от страшной смерти! — Зарыдала Флаттершай. — Лайри съел единорога?.. — Ужаснулась Рэрити, невесть откуда наколдовав кушетку и упав на нее. — Чейнджлинга. «Перевертыша». Вот. — Развернув пожухший лопух, Рейнбоу положила на стол черный дырявый рог. — Он ест такую гадость? — Рэрити приложила копыто ко лбу. — Кажись, у меня температура. Спайк принес мокрое прохладное полотенце. — Спасибо. Слишком много переживаний за день. — Слабо улыбнулась Рэрити. Взяв рог, Твайлайт тщательно рассмотрела его. Пинки тут же подлетела и уткнулась носом в находку, чуть не выбив её из магического захвата. — Ой, а он дырявый! — воскликнула она. — Как сыр! Только сыр вкусный, а это, наверное, невкусное. — Пинки, отойди, пожалуйста, — мягко, но настойчиво попросила Твайлайт, отодвигая рог подальше. — Дай сосредоточиться. — Если учесть, что перевертыши, как и обычные пони — из плоти и крови, а их способность превращаться — лишь магический трюк, ясно, что тот, которого поймал Лайри, просто не успел улететь. И видимо, был вполне съедобен. — Кексики-«перевертыши», способные принимать вид и вкус любых других кексиков — это выглядит весело. — Засмеялась Пинки Пай. Все так и сели… — Ну а что? — Улыбнулась она. — Отличная же шутка. — Типичная Пинки… — Простонала Рэрити, поправляя полотенце на лбу. — Пойми! При всем желании, ты не накормишь его кексиками, какими бы вкусными они ни были. Он ест плоть и кровь других животных! — Со слезами на глазах закричала дрожащая Флатти, стоя носом к носу с Пинки. — Ах, не смогу? Проверим! — Розовая пони унеслась, хлопнув дверью. — Что — проверим? — Не поняла Эпплджек. — К Кейкам ее понесло, за кексиками. — Устало ответила Твайлайт, положив рог обратно на стол. — Спайк, Флатти едва стоит на ногах — уложи ее на моей кровати. Думаю, этой ночью мне кровать не понадобится. Предстоит решать сложную задачу. — А вдруг вам понадоблюсь я, вдруг вы захотите что-то у меня спросить? Я же смогу помочь. — Сонно протестовала Флаттершай, шагая по лестнице на спальный этаж. Раз она чуть не сосчитала носом ступени, но дракон удержал, и практически на себе донес до кровати. — Сделано. — Доложил он, спустившись. — Уснула моментально. — Хорошо. Эпплджек, посторожи Пинки у двери, чтоб она вошла на кончиках копыт, а не ворвалась, преисполненная кексового оптимизма. — Да. Эпплджек вышла наружу и прислонилась к косяку, прикрыв глаза. Вечерний воздух был прохладен и свеж. Где-то вдалеке уже слышался характерный цокот копыт и пыхтение — Пинки катила тележку, нагруженную чем-то явно очень вкусным и совершенно бесполезным для хищника. — Ну, ща начнётся, — пробормотала фермерша себе под нос. Тем временем в библиотеке Твайлайт разложила на столе листы бумаги и перо, готовясь записывать мысли. Рэрити, наконец, пришла в себя и теперь с интересом разглядывала спящего хищника сквозь магический купол. — Знаешь, Твайли, — задумчиво произнесла она, — а ведь в нём что-то есть. Какая-то дикая грация. Если бы не его… э-э-э… пищевые предпочтения, я бы даже сказала, что он красив. — Он и так красив, — отозвалась Рейнбоу. — Просто жрёт не то, что мы. Но это его проблемы. — Наши тоже, — напомнила Твайлайт, не поднимая головы от записей. — Если мы не решим вопрос с пропитанием, его проблемы очень быстро станут нашими. Аликорн задумалась. В голове её роились мысли, требующие немедленной фиксации, пока они не разбежались, как испуганные мыши от Вайноны. — Что у нас есть? — пробормотала она, выводя первые строки. — Зверь. Очень быстрый, физически сильный, легко способен справиться с пони, и возможно, даже с Селестией. Она остановилась, прикусила кончик пера — привычка, от которой никак не могла избавиться с жеребячества. — Съел чейнджлинга, найденный его рог прилагаю к записи. На месте этого «перевертыша» могла быть любая из нас. — Твайлайт поёжилась, но продолжила писать. — Магическими способностями зверь не обладает, а также не способен противостоять магии — проверено. Довольно понятливый, и в какой-то мере, послушный. — Когда сытый. — Вставила Рэрити, поправляя идеально уложенную гриву. — Верно, это важная мелочь. — Дописала Твайлайт. — Конечный вопрос — какие меры мы должны принять, чтобы обезопасить себя? Девочки, ваши предложения? — Вышвырнуть его подальше от Понивилля. — Цокнула копытами Дэш. — В ту же Зебрику, или куда там ещё. Пусть там охотится на кого хочет. — Нельзя ли хотя бы узнать, откуда он появился, и по-возможности, «вышвырнуть» его туда? — Рэрити, отвлекаясь от созерцания и изящным движением магии вновь поправила прядь гривы. — Точнее, вернуть обратно. Или он не скажет? — Рейнбоу, это не решение, — вздохнула Твайлайт, записывая предложение, но тут же ставя рядом вопросительный знак. — Во-первых, мы не знаем, откуда он. Во-вторых, даже если вышвырнем — он может вернуться. Кошки вообще очень хорошо возвращаются. — Это правда, — поддержала Рэрити. — Опал однажды убежала на три дня, а я уж думала, всё, потеряла. Вернулась, будто ничего не случилось, и смотрела на меня с таким видом, словно это я виновата, что она гуляла. — Я — пас, идей нет. — Ответила Эпплджек, стоя у двери и поглядывая то на улицу, где исчезла Пинки, то на купол с котом. — Но ежели надо будет помочь с кормёжкой — ферма «Сладкое яблоко» всегда открыта. Кабачков у нас навалом, яблок тоже. Если он их есть будет, конешно. Записав ответы, Твай посмотрела на зверя, спящего под магическим покровом. Тот даже во сне выглядел настороженно — уши подрагивали, хвост медленно ходил из стороны в сторону. — Быть может, Флатти сумеет расспросить его. Но в отличие от нас, звери не составляют карт и не записывают названия мест. Так что он может и не знать. — Аликорн прошлась вокруг стола, держа перед собой бумагу и перо. — Дэш, к сожалению, вышвыривать его куда-либо — это не выход. Мы не можем аннигилировать его, как Сомбру; не можем обратить в камень, как Дискорда; не можем изгнать из Эквестрии. — Так получается — мы ничего не можем? — Рейнбоу взлетела, нависая над столом. — Твай, ты серьёзно? У тебя на столе лежит чей-то рог? Чей? Чейнджлинга! Которого он сожрал! А ты говоришь, что мы ничего не можем? — Я говорю, что мы не можем поступить плохо по отношению к нему, Рейнбоу. — Твайлайт подняла голову и посмотрела подруге прямо в глаза. В фиолетовых глазах аликорна не было сомнений, только твёрдая уверенность. — Это разные вещи. — Да? Твай, ты-то в порядке? Или мне слетать с тобой в рощу, показать те «рожки-ножки», что там остались? — Пегаска уперла копыта в боки и смотрела сверху вниз. — Я в порядке, Дэш. — Твайлайт серьёзно взглянула поверх листа. — И прошу тебя сесть. — Лады. — Дэш нехотя опустилась, но вместо того чтобы просто сесть на пол, демонстративно взяла с полки несколько увесистых книг, сложила стопкой и уселась на получившееся сооружение с таким видом, будто это трон, а она — королева библиотеки. С улицы донёсся грохот, звон и радостный вопль Пинки: «Я приехала-а-а!» — Держитесь, — коротко выдохнула Эпплджек, распахивая дверь. В библиотеку вкатилась тележка, заполненная кексами всех цветов и размеров. Пинки восседала на вершине этой съедобной горы, размахивая флажком с надписью «Вечеринка!». Поняв, что «пинкипляска» неминуема, Твайлайт отложила запись, стрельнула магией в спальню, наколдовав «завесу покоя» над Флаттершай. — ТА-ДА-ДА-ДА-ДА-ДАМ! — пропела Пинки, спрыгивая на пол. — Тридцать три сорта! С глазурью и без, с начинкой и просто так! С кремом, с джемом, с шоколадной крошкой! Я брала на пробу всё! Рэрити медленно сползла по кушетке на пол, закрыв глаза ногой. — Пресветлая Селестия, за что нам это… — Погоди, — остановила её Твайлайт, в глазах которой вдруг зажглось что-то похожее на азарт исследователя. — А давайте проверим… — Что проверим? — насторожилась Рейнбоу. — Гипотезу. Пинки искренне верит, что её кексы может есть кто угодно. Лайри их есть не будет, мы знаем. Но что, если мы ошибаемся? Что, если он просто не пробовал? — Твай, ты серьёзно? — Эпплджек сняла шляпу и почесала затылок. — Кот, который сожрал перевертыша, будет жрать кексы? — Наука требует доказательств, — наставительно подняла копыто Твайлайт. — Я не могу утверждать, что он не ест выпечку, пока не проверю это в контролируемых условиях. — Контролируемых условиях, — эхом повторила Рэрити с пола. — Она хочет скормить хищнику кексы в контролируемых условиях. Я сплю. Это дурной сон. — Не спишь, — жизнерадостно сообщила Пинки, подскакивая к ней. — Давай, Рэрити, просыпайся! Сейчас будет наука! С этими словами она схватила самый большой кекс — с розовой глазурью и сахарной посыпкой — и подбежала к куполу. — Стоп-стоп-стоп, — Твайлайт выставила крыло, преграждая путь. — Сначала — план. Мы не можем просто так кидать в него еду. — Почему? — искренне удивилась Пинки. — Потому что он может проснуться, испугаться и… — Твайлайт запнулась, подбирая слова. — Сделать что-нибудь нехорошее. — А что он может сделать? — Пинки с сомнением посмотрела на спящего кота. — Он же спит. И вообще, он мягкий и пушистый. — Он хищник, — веско сказала Рейнбоу, спрыгивая с книг. — Я видела, что он делает с теми, кого ловит. Поверь, ты не захочешь это увидеть. Пинки на мгновение задумалась, потом пожала плечами: — Ну, если он меня съест, я стану частью такого красивого котика! Это же почётно! Рэрити, только начавшая подниматься с пола, снова осела обратно. — Я не выдержу этого разговора, — простонала она. Твайлайт тем временем уже колдовала над куполом. Она аккуратно создала небольшое отверстие — ровно такое, чтобы можно было просунуть кекс, но не лапу. — Пинки, клади сюда. Медленно. И не дёргайся. Пинки с преувеличенной осторожностью, высунув язык от усердия, просунула кекс в отверстие и отпустила. Розовое изделие шлёпнулось на пол в двух шагах от морды Лайри. Все замерли. Тишина длилась секунду, две, три… — Он не ест! — разочарованно выдохнула Пинки. — Подожди, — шикнула на неё Эпплджек. — Дай время. Но время не помогало. Лайри даже ухом не повёл. Кекс лежал нетронутый, глазурь медленно таяла, расплываясь розовой лужицей на полу. — Может, он не любит розовое? — предположила Пинки. — У меня есть зелёные! — Пинки, — голос Твайлайт звучал устало, — дело не в цвете. — А в чём? — В том, что он хищник. И ест мясо. Только мясо. — Смотрите! — Жарко шепнула Эпплджек. — Он! Зверь учуял запах свежей выпечки. Его нос дёрнулся, уши встали торчком. Он открыл глаза, зевнул — так широко, что Пинки на миг увидела всю его пасть от клыков до глотки — и привстал на локте. — Н-не ест?! — Чуть не плача, спросила Пинки, глотая слезы вместе с подвернувшимся кексом. — Такой вкусный, и не ест? Пятнистый равнодушно обнюхал хлебобулочное изделие, тронул лапой, снова зевнул. — ЕШЬ МОЙ КЕКС!!! — Заорала Пинки, не выдержав. Она рванулась вперёд, метя самым большим кексом прямо в приоткрытую пасть. Раздался глухой, сочный удар — это Пинки со всего размаху влетела в магический купол и медленно сползла по нему вниз, оставляя на невидимой преграде размазанный след из крема и глазури. Хищник, до этого момента сонный и расслабленный, отреагировал мгновенно. Он шарахнулся к стене, прижимаясь к ней спиной, и ударил лапой — прямо туда, где за прозрачной преградой маячило перекошенная розовая морда. Когти скользнули по магии, не причинив вреда, но сам жест был однозначен: «не подходи». Рэрити ахнула и прижала копыто к груди. Эпплджек, не теряя ни секунды, подскочила к Пинки, вцепилась зубами в её гриву и с усилием отодрала от купола. — Я не предполагала, что мне придётся спасать его от нас. Точнее, одной из нас. — Твайлайт подошла к куполу, на ходу успокаивающе махнув крылом Эпплджек — мол, держи её крепче. — Пинки Пай, ты сущее безобразие. Она приблизилась к прозрачной преграде и внимательно посмотрела в глаза хищнику. Тот сжался у стены живой пружиной, нервно скалясь и шипя. Шерсть на загривке стояла дыбом, хвост ходил ходуном, жёлтые глаза горели злым огнём. — Тихо, тихо, — прошептала Твайлайт, прижимаясь носом к куполу. — Я не сделаю тебе больно. Никто не сделает. Прости эту дурочку, она не со зла. Аликорн коснулась купола рогом — от него по магической преграде побежали концентрические волны, мягкие, успокаивающие. — Твайли, не собираешься ли ты его выпустить? — Спросила обеспокоенная Рэрити, на всякий случай отступая на шаг. — Я попытаюсь его успокоить. — Расправив крылья, Твайлайт стояла, тихо напевая заклинание. Волны, обежав купол, сходились к её сияющему рогу, качая гриву, как вода качает прибрежные травы. Магия струилась по всему телу аликорна и медленно опускающимся крыльям, мерцающей влагой оседала на перьях, стекала по ногам, угасая на полу. В библиотеке стало тихо. Даже Пинки замерла в копытах Эпплджек, боясь дышать. Защитный купол изменил цвет — из светло-красного стал почти прозрачным, с едва уловимым серебристым отливом. Расслабившийся хищник с интересом взирал на эти метаморфозы, не проявляя враждебности. Его уши всё ещё были прижаты, но шипение прекратилось, хвост замедлил ход. Аликорн медленно отступила, уложила крылья, поправила сбившуюся чёлку. — Удалось, — вздохнула Твайлайт и с укоризной посмотрела на Пинки. Сколько ж агрессии вложено в этот единственный удар… — Ты успокоишься только после того, как Лайри откусит тебе ногу? — Это как — откусит? — Удивилась Пинки, пытаясь вывернуться из объятий Эпплджек. — Сунь копыто в рот и хорошенько укуси. — Насмешливо предложила Рэрити, демонстративно отворачиваясь и поправляя и без того идеальную причёску. Громкий вопль разорвал тишину. Пинки, вырвавшись из копыт Эпплджек, подскочила, со всей дури приложилась головой об потолок и хлопнулась на пол, прямо в кучу кексов. — Я даже не удержала её, — удивилась Эпплджек, глядя на распластанное розовое тело. — Это ж надо так уметь — самой себе навредить быстрее, чем кто-то другой успеет. — Хорошо, что купол глушит звуки, — пробормотала Твайлайт, телекинезом ставя Пинки на ноги. Она оглянулась на пятнистого — он лежал, положив голову на лапы, и наблюдал за пони сквозь полуприкрытые веки. Взгляд его был спокоен, даже чуть насмешлив — будто говоря: «ну и компания вам попалась». — Вот что, розовое недоразумение, — Твайлайт подошла к Пинки вплотную и посмотрела ей в глаза. — Если ты здесь хотя бы чихнёшь без моего разрешения — я превращу тебя в черствый и невкусный кекс. — Быть может, лучше в апельсин? — Невинно предложила та, отряхиваясь от крема. — Хорошо. А теперь, будущий апельсин, убери всё, что принесла. Пинки проворно, с невероятной скоростью собрала раздавленные кексы в пакеты и вынесла на улицу. Вернулась она через минуту, сияя, как начищенное копыто. — Вы представляете, там всякие звери половину тачки растащили! Белки, птицы, даже какой-то енот прибегал. Вкусно же, — радостно сообщила она, абсолютно забыв о недавнем фиаско. — К Лайри это не относится, — сухо заметила Твайлайт, делая пометку в своих записях. Она обвела взглядом подруг: Рэрити, успевшую снова упасть в обморок на своей кушетке; Эпплджек, стоящую у двери с видом невозмутимого стража; Рейнбоу, демонстративно читающую книгу вверх ногами на своём книжном троне; и Пинки, которая уже пыталась слизать крем с пола. — Слушайте меня внимательно, — сказала Твайлайт громко и чётко. — У нас проблема. Большая, хищная проблема, которую необходимо решить. И решать её буду я, сама. — Твай, ты справишься! — Ободряюще крикнул Спайк с лестницы, где он всё это время просидел, наблюдая за представлением. — Спасибо, Спайк. — Улыбнулась аликорн. — Итак, надеюсь, все понимают, чем могла кончиться безрассудная выходка Пинки, не будь защиты между ней и Лайри? — Бойней, — коротко ответила Эпплджек. — Я затем и держала её всё время, пока Твай колдовала — чтоб помешать наделать глупостей. — А я думала, ты со мной в обнимашки играешь, — возмутилась Пинки, но тут же осеклась под взглядом Твайлайт. — Благодарю за поддержку, ЭйДжей. — Твайлайт кивнула фермерше. — И я хочу попросить всех вас: если я прошу не вмешиваться, вы должны оставаться в стороне, что бы ни случилось. Если я прошу помочь — вы поможете так, как я скажу. Все согласны? Она обвела взглядом подруг. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тихим посапыванием Рэрити на кушетке. — Да. — Эпплджек поправила шляпу и кивнула. — Согласна, — донеслось с кушетки — Рэрити очнулась ровно настолько, чтобы подать голос, и снова отключилась. — Я ничего не поняла, но я не против, — подпрыгнула Пинки. — Не согласна, но мешать не буду, — откликнулась Рейнбоу Дэш. Она перевернула книгу правильно, но читать не начинала, поглядывая поверх страниц на купол. — Только смотреть со стороны — это же с ума сойти можно. — Готов, — завершил перекличку Спайк. Твайлайт удовлетворённо кивнула и просмотрела свои записи, отмечая несколько мест. — Как я уже сказала, мы не можем относиться к Лайри плохо и использовать силовые методы, вроде вышвыривания, как предлагает Рейнбоу. Почему? Потому что он — не плохой. Рейнбоу громко вздохнула, с ярко выраженным скепсисом. Книга в её копытах чуть не сложилась пополам от напряжения. — Спайк, есть яблоки? — Спросила Твайлайт, меняя тему. Дракон убежал на кухню, чем-то загремел и через минуту вернулся с целой горой фруктов, едва умещавшейся в его маленьких лапках. — Кто хочет? — Твай подхватила яблоки магией. — Я! Я, я, я! — Запрыгала Пинки, протягивая копыта. — И мне, пожалуйста, — Рэрити приподнялась на кушетке и томно протянула копыто. — После обморока нужно восстанавливать силы. — В амбаре полно, спасибо, — отказалась ЭйДжей. — А ты, Дэш? Рейнбоу покосилась на яблоко, потом на зверя, потом снова на яблоко. — Ну… За компанию, разве что. — Угощайтесь. Сочные сладкие яблоки захрустели на зубах. Твайлайт рассматривала своё, вертела его в магии, и о чем-то сосредоточенно думала, глядя то на фрукт, то на спящего хищника. — Вот, я съела яблоко, — сказала она, откусывая кусок. — Можно ли сказать, что я «злая» по отношению к яблоку? Да. Ведь я разрушила его, разжевала и проглотила. Но я съела его без злой мысли. Съела, чтоб насытиться. Потому что это — в моей природе, и естественно для меня. Рэрити, жующая яблоко с королевской грацией, замерла на мгновение, переваривая услышанное. — Злая Твая? Не, не видела, — помотала головой Пинки, с хрустом вгрызаясь в третье яблоко. — Я видел, и испытал на себе лично, — усмехнулся Спайк, вспоминая реакцию лучшей ученицы Селестии на его шутку про срочный вызов в Кантерлот. — Но это была не злость, а праведный гнев. Разница есть. — Именно, — кивнула Твайлайт. — Лайри — не злой. Я повторю это ещё раз. То, как он охотится и ест — не проявление злобы. Это в его природе. Да, он хищник, да, он опасен, и, тем не менее, он не злобный, и не желает нам зла. Мы не вправе упрекать его за малоприятный, для нас, образ жизни. Она откусила ещё кусок яблока и задумчиво прожевала. — Твай, а рожки тогда куда приткнуть? — Рейнбоу махнула копытом на рог чейнджлинга, всё ещё лежащий на столе. — Твоя философия философией, а факты фактами. Аликорн положила огрызок своего яблока рядом с рогом. Они и правда были удивительно похожи — обгрызенные, оставленные, ненужные. — Похоже? Абсолютно. И то, и другое — объедки. Только я могу огрызок доесть. А Лайри эти кости не нужны. — Мда-а-а уж… — протянула Рейнбоу, разглядывая эту композицию. — Рейнбоу, я понимаю, ты видела страшные вещи там, где Лайри обедал. Но — такова жизнь. Ты помнишь мантикора? Мы встретили его в Вечносвободном Лесу, на пути к заброшенному Замку Принцесс. Рейнбоу задумалась, наморщив лоб. — Эм-м, это когда мы с тобой едва познакомились? После той жуткой сцены с «Шэдоуболтами»? — Тогда. Так вот, мантикор — хищник, как и наш. Он точно так же охотится, ловит и ест, утоляя голод. — Ну? — Рейнбоу Дэш вопросительно пожала плечами. — Знаю я это всё, и что? — Ну, у тебя есть какие-либо претензии к нему? — Нет. Мантикор как мантикор. Страшный, но мы его успокоили, и всё обошлось. — Нет. Так вот и к Лайри — претензий быть не может. Рейнбоу вздохнула, взяла со стола рог чейнджлинга, разлеглась на своём импровизированном книжном троне и принялась вертеть кость в копытах, рассматривая дырки на просвет. Твайлайт снова взялась за перо, черкнула пару строк, потом остановилась и подняла глаза на подруг. — Когда у меня появился Совелий — Спайк очень ревновал, — сказала она негромко. — Крайняя его выходка состояла в том, что он хотел показать Совелия кровожадным монстром, для чего украл тряпичную мышь у Опал, любимой кошки Рэрити, порвал её и забрызгал всё кетчупом. Мол, совы же едят мышей. Спайк на лестнице поперхнулся и сделал вид, что очень занят разглядыванием собственных когтей. — Вот только, я про это знала. И принимала Совелия таким, каков он есть. — Твайлайт обвела взглядом подруг. — Рэрити, ЭйДжей, а что едят ваши питомцы? — Вайнона мышкует, этим спасает амбары и урожай от грызунов, — отозвалась Эпплджек, присаживаясь у двери. — Без неё мы бы давно без зерна остались. — Опал? — Рэрити задумчиво погладила подбородок. — Возможно, ловит мышей и птиц, но ни разу не заставала её с добычей. Она у меня аристократка, предпочитает, чтобы всё самое неподобающее происходило за пределами дома. А так, в еде очень разборчива, избаловала я её, что уж говорить. — Гамми любит рыбу, — очнулась от дремоты Пинки Пай, которая умудрилась задремать сидя, с недоеденным яблоком в копыте. — Видели бы вы, как он ест, без зубов-то! Сосёт её, как конфетку, хи-хи. — Получается, наши друзья все хищные и плотоядные, — подвела итог Твайлайт. — Не все, — возразила Рейнбоу, свешиваясь со своего книжного насеста. — У Флаттершай дома — сплошь травоеды. И мой Танк ест траву. Да ещё жуков. Червей. Короче, и его до кучи, к хищникам можно причислить, если придираться. Рейнбоу бросила рог на стол, прошлась по комнате, чем немедленно привлекла внимание Лайри. Тот проводил её взглядом, лениво поворачивая голову, и снова улёгся. Пегаска и хищник рассматривали друг друга, оба делая вид, что им совершенно не интересно, но на самом деле каждый внимательно следил за движениями другого. — Итак, все мы хотим быть сытыми, — продолжила Твайлайт, делая пометки. — Наши питомцы обеспечивают себя сами, позволяя нам закрывать глаза на некоторые стороны их жизни. К сожалению, с Лайри это не получится. Одно дело — филин, собака, кошка, они небольшие и еды надо не много. А Лайри значительно крупнее их, и еды ему надо больше. — Она подняла глаза на Рейнбоу. — Дэш, как много осталось от «перевертыша»? — Голова и полскелета, — хмуро ответила та, не переставая изучать кота. Лайри, со своей стороны купола, невозмутимо взирал на неё. Хотя он расслабленно полулежал, глаза хищника и пони находились на одном уровне, и в этом взгляде чувствовалось что-то древнее, глубинное, то, что не поддавалось описанию словами. — Наша задача — обеспечить Лайри достаточным количеством еды, хотя бы на первое время, пока не выясним, откуда он, и можно ли вернуть его в родные места, — сказала Твайлайт, чётко выговаривая каждое слово. — Вдобавок, мы все — его возможные жертвы, поскольку он не делает разницы между нами и чейнджлингами. Именно поэтому я решила привести Лайри сюда, в библиотеку. Пока он тут, а не где-то на улице — жители Понивилля в большей безопасности. — Иными словами, нам надо кормить его, чтобы он не кормился нами, — подытожила Рэрити, окончательно приходя в себя и принимая вертикальное положение. — Верно. — Кивнула Твайлайт. Рейнбоу взлетела, привлекая внимание всех присутствующих. Она зависла под потолком, расправив крылья во всю ширь. — Ладно, — сказала она громко. — Я согласна с тем, что у меня нет претензий. Но кто-то объяснит мне, почему нельзя просто убрать Лайри подальше? Так, чтоб он никогда не нашёл дорогу в Понивилль? — Насчёт «никогда» — вопрос спорный, — ответила Рэрити, поправляя гриву. — Он кошачьей породы. А кошки очень хорошо умеют возвращаться. — Я объясню, Дэш. — Вздохнув, аликорн села возле купола и, выразительно глядя на пегаску, указала копытом на пол. Рейнбоу нехотя опустилась, но не на пол, а на свою книжную башню, которая жалобно скрипнула под её весом. — С того самого момента, как я взяла Лайри под своё покровительство, на мне ответственность за его настроение, поведение, отношение к нам. От меня зависит если не всё, то очень многое. — Твайлайт говорила медленно, тщательно подбирая слова. — Я не знаю его характера, повадок, восприятия. Но он играл с Флаттершай, не причинил ей вреда. Значит, при желании и умении, с ним можно подружиться. К сожалению, я не могу объясняться с ним так же легко, как Флатти, но я хочу, чтоб Лайри был счастлив в нашей компании, и не разочаровался. — «Счастлив»? — переспросила Рейнбоу, наклоняя голову. — Это значит, мы должны быть ласковы и заботливы с ним? — Да. Тогда, возможно, он станет ласков к нам, и это уменьшит шансы быть съеденными для всех нас. — Ты используешь метод Флаттершай, когда нам поручили воспитывать Дискорда? — Да. А ведь он намного опаснее Лайри. Рейнбоу задумалась, почесывая подбородок копытом. — А ведь правда, — пробормотала она. — Дискорд мог реально уничтожить реальность. А этот… просто кот, который хочет жрать. — Кот, который хочет жрать и может сожрать тебя, если не получит еды, — поправила Твайлайт. — Не стоит недооценивать опасность только потому, что она выглядит не так эффектно, как хаос и магия. — Теперь предположим, мы поступили с Лайри так, как советуешь ты, — продолжила аликорн, обращаясь к Рейнбоу. — Убрали его далеко. И всё. Но проблема так не решится. Напротив, мы признали бы, что не способны её решить и переложили решение на плечи кому-то там, живущему далеко от нас. Итог мог быть ужасным: голодный и неуправляемый кот убивает жителей какой-нибудь деревни, только чтобы насытиться. Наконец, и его самого убили бы. Во всем этом была бы наша вина — потому что отказались от Лайри и не помогли ему. Именно про это я думала, глядя на игру его и Флатти, там, в лесу. Тишина повисла в комнате. Даже Пинки перестала жевать и замерла с открытым ртом. — А может, с ним так и поступили уже? — подала голос Эпплджек, нарушая молчание. — Выкинули откуда-то, он и свалился на наши головы. — Убить такого красавца? — Вздрогнула Рэрити. — Мы же не допустим этого? — Мы уже не допустили, ведь он с нами, — кивнула Твайлайт. — Рейнбоу, ты поняла меня? — Поняла, — нехотя кивнула пегаска. — Но подозреваю, что я с ним уже виделась, и он часто вертелся на виду. Вспомнить не могу вот, где? — На виду-ду-ду, — неожиданно продудела Пинки Пай, имитируя тромбон, и сама же засмеялась своей шутке. — Может, на картинках или в книгах, — предположила Твайлайт. — «Ду-ду-ду»… — Рейнбоу постучала копытом по лбу, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Точно! «Дэринг Ду»! — Пегаска подскочила на месте, едва не опрокинув книжную башню. — Твай, где книги про неё? Она метнулась к указанной полке, пробежалась копытом по корешкам, вытянула книгу с яркой обложкой и триумфально опустилась с ней к столу. — Вот! — Рейнбоу быстро пролистала страницы и ткнула копытом в нужную иллюстрацию. — Этот кот служит монстру по имени Ауизотл, который противостоит Дэринг Ду, и к слову, желает погрузить мир в бездну страданий. Все пони встали бок о бок у стола, рассматривая картинку. — Что не так? — спросила Пинки, заглядывая через плечо Рэрити. — Сходство видно простым глазом, — кивнула Рэрити. Она подняла книгу телекинезом, повернулась к куполу, поочередно глядя на картинку и дремлющий оригинал. — Пропорции тела, лап, головы, хвоста — совпадают. Цвет шерсти, форма пятен, их узор — одинаковы. Чёрные полосы на мордах у обоих — есть. Значит, в нашем доме — слуга Ауизотла, и как скоро нам ожидать визита самого хозяина? И главное — зачем? Рэрити театрально вздрогнула. — Лайри не обязательно его слуга, — возразила Твайлайт, забирая книгу и возвращая её на полку. — Он может быть просто очень похож. Когда я искала своё место в сезонной «зимней уборке» и будила зверей от спячки, я заметила, что звери одного вида почти одинаковы, и нужен намётанный глаз, чтоб отличать их. Так что, полагаю, визита низвергателя миров в пучины бед — нам ожидать не стоит. Эти коты — просто сородичи. Жаль, в книге не написано, как называется их вид. — Ясно, — выдохнула Рейнбоу, найдя нечитанную книгу о приключениях Дэринг Ду и опускаясь на свой трон, который наконец не выдержал и с грохотом рассыпался. Пегаска эффектно приземлилась на четыре копыта, сделала вид, что так и задумано, и уселась прямо на полу, раскрыв книгу. Твайлайт обошла вокруг стола, поправляя разложенные предметы. Взгляд её упал на рог чейнджлинга, потом на огрызок яблока, потом на спящего зверя. — Вы знаете, — заговорила она негромко, — что после превращения в аликорна я надолго перебралась в Кантерлот, где продолжила, как выразилась Рейнбоу, «валять крылья в книжной пыли»? А точнее, продолжила обучение. Мне довелось узнать очень много нового. Я училась магии у Дискорда: создавать хаос и упорядочивать его, сохранять внимание и спокойствие в хаосе, отличать истинные вещи от ложных, превращать вещи из одной в другую. Она помолчала, собираясь с мыслями. — С превращением я практиковалась давно: яблоко в апельсин, в карету, мышей в лошадей. Но всё это было по книгам. А Дискорду они не нужны, он всё создавал сам. Значит, и я могла научиться этому, чтоб обходиться без книг, которых в нужный момент не окажется под копытом. Рэрити приподняла бровь, но промолчала. — Я попытаюсь создать первое серьёзное заклинание, — сказала Твайлайт, — и прошу всех сохранять молчание. Спайк, принеси тарелку, яблоко и нож. Дракон ходил на кухню дольше обычного. Твайлайт успела записать свои мысли, перечитать их, сделать пару пометок и начать нервничать. Когда Спайк наконец появился, спускаясь из спальни, а не с кухни, она удивлённо моргнула. — В доме нет ни одного режущего предмета, — виновато сказал он, положив тарелку с яблоком на пол. — Я обыскал всё. Волшебница потерла копытом подбородок. Потом посмотрела на дракона. — Ты сможешь порезать меня когтем? Вот тут, выше копыта? — Она показала на переднюю левую ногу. — Серьёзно? — Спайк вытаращил глаза и посмотрел на свои растопыренные пальцы. — Да. Мне это нужно. — Как скажешь, Твай. Но пообещай, без претензий потом. — Обещаю. Ой! — Она запоздало отдернула ногу, на которой красовалась аккуратная длинная рана поперёк. Кровь медленно закапала на пол. — А-а-аргх! — Взвизгнула Пинки при виде крови. Реакция была мгновенной. Эпплджек, стоявшая ближе всех, подскочила к розовой пони и нахлобучила ей на голову свою шляпу, закрывая обзор. Схватив упирающуюся Пай за хвост, она с силой выволокла её за дверь на улицу, откуда ещё долго доносилось возмущённое кваканье. — Лучший удар — всегда неожиданный, — прокомментировал Спайк с видом знатока, облизывая окровавленный коготь. — М-м-м, всё же драгоценные камни вкуснее. Твайлайт, стоя на трёх ногах, держала четвёртую над яблоком, заливая его кровью. Рог её сиял всё ярче, и охваченный магией фрукт начал изменяться: мякоть становилась упругой, тёмно-красной, с белыми прожилками, сердцевина — бело-желтой и твердой. По тарелке растеклась густая красная жидкость. Завершив превращение, магия не растаяла, а, направляемая Твайлайт, собралась в искрящийся алый сгусток энергии, который завис над столом, мерцая в полумраке библиотеки. Поднеся рог к ране, аликорн исцелила себя и с интересом рассмотрела своё творение. — Выглядит странно, — пробормотала она, сморщив нос. — И пахнет не очень приятно. Но если именно таким оно и должно быть… — Таким и должно, — подала голос с пола Рейнбоу Дэш, которая с интересом наблюдала за процессом. — Точь-в-точь то, что я видела после обеда Лайри. — Уже всё? — Пинки просунулась в дверь, удерживаемая Эпплджек за хвост. — Да, заходите, — разрешила Твайлайт. — Спайк, вытри мне копыто, пожалуйста. — Твайли, лови. — Рэрити кинула ей чистую салфетку из тех запасов, что всегда держала при себе на случай непредвиденных обстоятельств. — Эм-м, это ж не кексик, — протянула Пинки, краем копыта трогая лежащее на тарелке «нечто». — Это и есть те плоть и кровь, которыми питается наш пятнистый друг, — пояснила Твайлайт, стараясь устоять на месте, пока Спайк усердно драил её окровавленное копыто. — О них кричала тебе Флаттершай. — Если он ест это, я — зелёная болотная лягушка! — Пинки села, где стояла, с упрямым видом скрестив на груди и животе все ноги. — Не верю, что прекрасные кексы он предпочтёт этой твоей «плоти». — Чисто! — объявил Спайк, любуясь делом своих лап. — Благодарю. — Твайлайт подошла к куполу. — И сейчас мы узнаем, ест он моё блюдо или нет. Она перенесла тарелку к Лайри, положила её рядом с куполом и легонько толкнула копытом. Тарелка легко прошла через магический барьер, будто его и не существовало. — Надеюсь, я всё сделала верно, — прошептала пони, замирая в ожидании. Лайри, дремавший до этого с полузакрытыми глазами, встрепенулся. Медленно поднял голову, посмотрел на тарелку, потом на Твайлайт, потом снова на тарелку. Осторожно, с достоинством истинного хищника, он подвинулся ближе к тарелке, обнюхал содержимое… и принялся есть. — Йе-е-ест! — восторженно пропела Рэрити, вскакивая с кушетки. — Быть тебе зелёной болотной лягушкой, Пинки Квай! — Ядовито добавила она, поворачиваясь к подруге. — Молодец, Твайлайт, у тебя получилось! — Вскочив, Рейнбоу обняла подругу передними ногами и крыльями, едва не сбив её с ног. Пинки со скрещенными ногами медленно опрокинулась на спину. — Поверить не могу… — прошептала она, слушая, как стучит по полу вылизываемая тарелка. — Ладно, уквакала я, пока. И она по-лягушачьи запрыгала к двери, на ходу придумывая, как будет выглядеть её новый лягушачий костюм. — Прекрасно, самый важный вопрос решили, — удовлетворённо сказала аликорн, рассматривая облизывающегося кота. — Я очень рада этому. Лайри потянулся, фыркнул, облизнулся ещё раз и вдруг свободно шагнул сквозь барьер, будто и не было никакого защитного купола. Вот теперь Твайлайт в полной мере пережила страх, терзавший Флаттершай. Из головы её испарились все заклинания, ноги стали ватными, копыта — непосильно тяжёлыми. Она вдруг села, задрав голову, и сердце ухнуло из груди куда-то в область крупа. Зверь стоял над ней. Неподвижный. Спокойный. Абсолютно непредсказуемый. В комнате наступила мёртвая тишина. Рэрити замерла с открытым ртом. Рейнбоу медленно, очень медленно потянулась к двери. Спайк спрятался за лестницей. Лайри наклонился и с громким, довольным урчанием начал вылизывать мордочку Твайлайт. — Чего… это он? — спросила пони, закрыв глаза и не решаясь шевелиться. — Быть может, он так благодарит тебя за кормежку, — предположила Рэрити дрожащим голосом. — В таком-м… случае, скажите… ему, что я уже отбла… года… ренная, — возразила Твай между энергичными взмахами шершавого языка, пытаясь отодвинуться и вспомнить хоть какое-то заклинание. Но её настойчиво обняли лапами, уложили на пол и продолжили благодарить. — Ты лучше не упирайся, — посоветовал Спайк из своего укрытия. — А то ещё раззадоришь. Несколько минут жесткой чистки тянулись вечность. Твайлайт думала, что на ней уже не осталось сухого места, и даже начала получать некоторое удовольствие от непривычного процесса. Наконец, пятнистый оставил её в покое и перенес активность на себя, принявшись вылизывать собственную лапу. — Что со мной сделали?.. — простонала аликорн, с трудом отходя в сторону на непослушных ногах. Тело размякло, неумолимо клонило в сон. — Такие чары я вижу впервые. — Я ни разу не заметила магии, — задумчиво сказала Рэрити, придерживая качающуюся подругу. — Это не чары. — Твай, а ведь тебе идёт! — воскликнул Спайк, вылезая из укрытия. Он подбежал к входу и притащил большое зеркало в овальной раме. — Действительно! — ахнула Рэрити, отступив на пару шагов и рассматривая Твайлайт со всех сторон. — Ты такая ухоженная. Шёрстка стала необычайно шелковистой. Теперь я не смогу спокойно спать, пока не узнаю, как это получилось. Глянув на себя в зеркало, Твайлайт улыбнулась. Шерсть и правда блестела, кьютимарка сияла, грива лежала идеальными прядями. — Рэр, ты всё видела и знаешь, — сказала она. — Это благодаря Лайри. Он же не сам собой ходит такой лоснящийся. Он чистит свою шерсть, и очень тщательно. Полагаю, если ты согласишься хорошо его кормить, он будет вылизывать и тебя. — Вылизывать меня?! — Рэрити содрогнулась, но глаз от сияющего бедра Твайлайт отвести не могла. — Я подумаю… — С-спайк, найди мне бодрящие заклинания, — зевнула Твайлайт. — Иначе я засну прямо на полу… — Рэрити, помоги достать, — попросил дракон. Книгу сняли с третьей полки, куда Спайк дотянуться не мог, и раскрытой на середине сунули под нос аликорну. — Ох-х-м-мх… — С трудом разлепив отяжелевшие веки, она попыталась что-то прочесть… Оранжевое копыто бесцеремонно отпихнуло книгу далеко в сторону, и — ш-ш-шух-х! — на Твайлайт обрушился холодный водопад. — А-а-ай-й! — вскочила она, вмиг очнувшись. Рядом стояла Эпплджек с пустым ведром. — Как правило, это действует безотказно, — подмигнула ЭйДжей. — Помогло? — Бр-р-р, да! — Твайлайт отряхнулась, разбрызгивая воду во все стороны. — Я уж думала — наколдовала на свою голову. По полу растеклась большая лужа. В неё угодила лапа Лайри - он брезгливо отряхнул лапу, затем сел у края лужи и начал лакать воду, то и дело косясь на Эпплджек с выражением глубокого неодобрения. — Воду он не любит, как и все кошки, — констатировала Рэрити. — Ох, Твайли, весь твой прекрасный вид утрачен, — скорбно вздохнула она, разглядывая мокрого, взлохмаченного аликорна. — Зато я обрела способность мыслить, — возразила Твайлайт, принимаясь за уборку. Поднятая магией, вода послушно устремлялась обратно в ведро. Отжав воду из шерсти, хвоста и гривы, Твайлайт отправила ведро на кухню и вернулась с новым яблоком в зубах. И замерла. В комнате слышался незнакомый шум — словно раскаты грома далёкой грозы. Вот только звучали они совсем уж близко. Лайри лежал, вытянувшись вдоль стены, а Эпплджек стояла на нём передними ногами и чесала ему шею, грудь и бок, ласково напевая что-то неразборчивое. Мурчание довольного хищника чувствовалось даже копытами через пол. Яблоко выпало изо рта удивлённой Твайлайт и покатилось по полу. Эпплджек оглянулась на звук падения, улыбнулась широкой, довольной улыбкой. — Если это получается у Флатти — получилось и у меня, — сказала она просто. — Хочешь попробовать, Твай? Пока та взвешивала «за» и «против», её опередили. Рэрити, забыв о всяком достоинстве, уже лежала у головы Лайри, осторожно касаясь копытом его загривка. — Какая мягкая и приятная шерсть, — прошептала единорог, и в голосе её слышалось искреннее восхищение. Кот шевельнул ухом, заслышав новый голос над собой, но не открыл глаз, только мурчание стало чуть громче. — Если он ещё и понимает нас, тогда я уже не знаю, к чему быть готовой… — пробормотала Твайлайт, чувствуя, как неопределённость засасывает её, подобно трясине. Она подобрала яблоко и тихо приблизилась к столу. Отсюда она увидела, что задняя половина Лайри лежит под куполом, теперь уже бесполезным. — Как же я так оплошала? — прошептала она с досадой. — Успокаивая Лайри, изменила защиту и, сама того не зная, создала угрозу для наших жизней. Тарелка ведь не должна была пройти. Ай, нехорошо. Она расколдовала остатки купола, и магия рассеялась в воздухе серебристой пыльцой. Твайлайт скользнула взглядом по записям, ища, с чего продолжить поиски, когда решён ключевой вопрос. — «Вышвырнуть его подальше от Понивилля… Точнее, вернуть обратно… Наша задача — обеспечить Лайри достаточным количеством еды, хотя бы на первое время, пока не выясним, откуда он…» Она просматривала строчки, отмечая их галочками. — Чтоб никто не сказал после, что я струхнула! — объявила вдруг Рейнбоу Дэш и, отбросив книгу, решительно присоединилась к общему «коточесанию». По бумаге скользили чуть заметные блики. Подняв взгляд, Твайлайт увидела позабытый сгусток магии, оставшийся после превращения яблока в мясо. Он всё ещё висел над столом, переливаясь алым светом. «Вот и я пойду к Лайри», — улыбнувшись, волшебница захватила алую звезду лучом из рога. — А, Твайли, таки рискнула? — задиристо рассмеялась Дэш. — Почему нет? У меня для него ценный дар. Аликорн легла у передних лап зверя, осторожно положила магию на подушечку одной лапы и накрыла сверху другой лапой. Мягко вспыхнув, звезда угасла — и среди множества чёрных пятен на обеих лапах появились два новых, красных пятна. — Что это? — спросила Рэрити, с интересом наблюдая за процедурой. — Я передала ему созданную магию, — объяснила Твайлайт, отходя в сторону и любуясь своей работой. — И научу использовать, когда он немного проголодается. Это самый простой и наглядный способ. — Твайли, я так думаю, мы помогли тебе решить твою задачу, — сказала Рэрити, поднимаясь и отряхивая идеальную шёрстку. — И теперь, если не возражаешь, пора расходиться. Мне не хочется покидать тебя и Лайри, но у меня дома много работы, которая сама себя не сделает. И время позднее. — Да, Рэрити, иди. Успеха тебе. — Спасибо. Доброй ночи. — Единорог встала, напоследок с явным сожалением поскребла кота за ухом и вышла. — Тогда и мы пойдём, — сказала Эпплджек, поднимаясь с пола. — Приятно познакомиться с твоим новым другом, Твай. — Ага, он классный, — поддержала Рейнбоу, тоже вставая. — Хотела б я увидеть его в деле… Она поперхнулась. — М-м-м… На завтра запланирована пасмурная погода, значит, вставать рано и сгонять облака. Надо выспаться. До встречи, Твайлайт. — Пока, девочки. Благодарю за помощь. Пони ушли. Аликорн осталась одна в компании зверя, чьи инстинкты, способности и намерения по-прежнему были для неё тайной. Она магически притянула со стола исписанный лист и перечитала свои шаги. «Друзья верят в меня, в мои знания. Верят тому, что им говорю. Моё слово становится для них неоспоримой истиной, тем более, я — принцесса. Но не самоуверенна ли я? Какие будут последствия? Что, если всё совсем не так, как я поняла? Если Лайри не такой, каким я его представляю? Этот чёрный рог… Неуемное желание Дэш выкинуть хищника… И книга…» Протянувшийся из рога лучик нашёл на полке «Поиски сапфировой статуэтки». Твайлайт подняла книгу в воздух, раскрыла на нужной странице и внимательно рассмотрела иллюстрации с пятнистым котом. На заднем плане виднелись густые джунгли — совсем не похожие на окрестности Понивилля. «Я не знакома с Дэринг Ду, — подумала она, — и не могу расспросить её о тех местах. Но если книга не лжёт, то Лайри не из Вечносвободного Леса. Есть ли поблизости кто-то, кто пришёл издалека и может рассказать о растениях и животных, которые неизвестны здесь? Ну, за животными — к Флатти. А растения?..» — Принцесса Твайлайт. Погружённая в глубины своих мыслей, аликорн не заметила Спайка, и от неожиданности подскочила на месте. От резкого движения заболела спина, свело все конечности — и Твайлайт растянулась на полу. Дремлющий хищник прекратил урчать, поднял голову и вопросительно воззрился на беспомощное копытное. — О-ой-й, — простонала пони, распрямляя ноги. — Я совсем залежалась. Дракон отставил поднос, подошел к ней и помог сначала сесть прямо, потом встать. — Твай, уже давно поздний час, — сказал он, пододвигая поднос поближе. — Я приготовил тебе поесть. И постелил матрац у твоей кровати. Сама кровать занята Флаттершай. Твайлайт почувствовала, как мордочку заливает румянец от невыразимого стыда. Хозяйкой в доме всегда была совсем не она, а этот маленький, скромный, лиловый дракон. Не только поддерживающий чистоту и порядок, но и верно заботящийся о своей давней подруге-наставнице. А она? Настолько привыкла, что подчас не замечала участия, заботы и помощи, принимая их как само собой разумеющееся. Слёзы жгли глаза. Она не сдерживала их. Обняла Спайка, крепко прижала к груди. Горячие капли упали на спину дракона и покатились, плутая меж чешуек. — М, Твай?.. — удивился Спайк, но замолк и тоже обнял её. Рыдания душили аликорна, она долго не могла сказать ни слова, лишь молча гладила копытом зелёный гребень Спайка. — Прости, — прошептала она, отдышавшись. — Я столь небрежна и невнимательна к тебе. Спасибо за всё, что ты делаешь для меня. — Хорошо, принцесса Твайлайт, я принимаю вашу благодарность, — важно ответствовал дракон, отстраняясь и пододвигая на её место еду. — Теперь вам необходимо поесть и спать. — Прошу не называть меня «принцессой», — произнесла Твайлайт, уже будучи носом в тарелке. — Не считая церемонии коронации, ну и повторной коронации на выпускном в высшей школе Кантерлота, я не чувствую себя царственной особой, со всеми привилегиями и обязанностями, готовой нести ответственность за жизнь, здоровье и благополучие подданных. До настоящей принцессы мне ещё расти и расти. Так что, я по-прежнему — просто лучшая ученица её Величества Селестии. И да, крылья — удобный способ перемещения, не более. При упоминании крыльев Спайк икнул, зажал рот лапой и поспешно удалился. — Растения, растения… — бормотала Твайлайт, дожёвывая последний цветок. Стебелёк завернулся ей в нос, стало щекотно, она рассмеялась. И замерла, уловив мысль: «Этих цветов вам не стоит бояться. Всё, что им надо — чуть-чуть посмеяться». — Хах, точно! — Она схватила перо, но лист оказался полностью исписан. Недолго думая, Твайлайт нарисовала прямо на стене цветок, знак вопроса и голову пони с высокой чёрно-белой гривой-"ирокезом». Завтра она обязательно вспомнит, что это значит. Затем Твйлайт вновь наколдовала защиту — теперь не купол, а просто разделила зал надвое, отгородившись от зверя волшебной стеной. Поднявшись в спальню, измотанная, пони упала на матрац и тут же потеряла сознание. Спайк, выглянув из-за угла, покачал головой, поправил на ней одеяло, подложил под голову подушку и бесшумно удалился в свою корзинку. В библиотеке воцарилась тишина, нарушаемая только сопением дракона, мерным дыханием спящих пони и тихим урчанием кота, которому снилась бескрайняя саванна.